Так ведь он же дракон

Глава 1

— Крем от морщин, средство от запора, антипохмелин и многое другое! — кричала я на всю площадь, размахивая подносом, держащимся за ленточку на моей шее. — Подходите, не проходите мимо. Это вам пригодится в любом случае. Подберем только для вас, а главное — по доступной цене. Крем от морщин! Антипохмелин! Ароматная вода с запахом роз!

Меня тут же подхватили другие лавочники, зазывая к своему товару.

— Блинчики, булочки, пироженки с заварным кремом! Такие вы найдете только у нас и в столице!

— Подходи примерить платье из самой столицы!

— Только сегодня этот дорогой материал со скидкой. Его купила сама императрица и только сегодня вы можете стать ближе к нашей многоуважаемой повелительнице.

В гудящей толпе выкрики быстро терялись, погружая в новые, такие же зазывания, доносящиеся с разных сторон огромной площади.

— Желаете охладиться?! Мороженые шарики только для вас. Три по цене двух, семь по цене пяти! Отлично поможет справиться с нашей жарой!

Какие все сегодня активные…

Недовольно поджала губи, разрушая надежды на новых покупателей без прикладывания особых усилий, и лишь тяжело вздохнула. Запихала подальше свою неуверенность и застенчивость и устремилась в толпу, активно искать себе потенциальных покупателей.

— Крема! Эксклюзивно для этих жарких мест — салфеточки для вашего личика, не стирают вашего макияжа, приводят его в надлежащий вид и делают его свежим и притягательным! Самые стойкие помады! Духи, что справятся с самыми резкими запахами! Подходим, не проходим! — заголосила я еще громче, призывая прибывших в этот городишко из окрестных сел и деревень обратить на меня внимание.

А ведь народу сегодня собралось гораздо больше, чем в обычные дни. Городская площадь, что служит нам всем местом для собраний, для представлений, для торговли и просто местом для прогулок, была заполнена под завязку. Суббота — день базара. Потому поднажмем!

Жара вокруг становилась буквально невыносимой. Толпа не давала даже протиснуться, чтобы не соприкоснуться с похожими. Но ведь это замечательно! Больше неудобств, больше желающих прикупить что-то, чтобы избавится от этих самых неудобств.

Пора найти себе жертву, раз никто уже не реагирует на слова.

— Мужчина! А что это у нас глазки грустные?!

Подхватила проходившего мимо мужчину за локоток и заглянула прямо в лицо. Охнула как старая бабка, умудренная жизнью.

— Оооо, я знаю, что это за взгляд, — сочувственно похлопала ничего не понимающего мужчину по плечику. — Поругались с женой?!

— Поругался, — обиженно ответил мне мужчина лет сорока от роду. — Поругался… опять! Опять! Я сдаюсь, я больше не могу. Достала меня эта змеюка! Все! Сил моих больше нет!

— Ну что вы, — улыбнулась я во все тридцать два.

Обошла с другой стороны мужчину и пристроилась за другой локоток, толкнув какого-то прохожего в плечо.

Прохожим оказался неизвестный парень. Он зашипел и собирался высказать мне все, что он думает о нахалке, но стоило ему только встретиться с моим лицом, как тут же стушевался и нырнул в толпу, лишь бы его не заметили.

Ну еще бы… В том образе, который на мне, невозможно не отшатнуться.

— Ну что вы, что вы, — запричитала я, не обращая внимания на прохожего. — Все проблемы решаемы. Что мы, женщины, любим больше всего? Что? Вот скажите мне!

— Деньги, — рыкнул на меня, не задумываясь, будущий покупатель.

С такой обидой зыркнул, как будто это я его жена. Да боги упаси, чтоб это случилось.

Едва не хохотнула, но смогла в последний момент сдержаться. Как он прав, ох как прав.

— Внимание, — провела я нежно по его предплечью и снова улыбнулась, настойчиво концентрируя его заинтересованность на мне. — Нам всем необходимо внимание. Уж поверьте мне, женщине, которая познала столько в своей жизни. Что вы сделали для того, чтобы ваша женушка почувствовала себя любимой?

— Ээээ… А… Что-то надо было сделать? — в непонимании вскинул одну бровь мужчина, хлопая глазами и совершенно не понимая, где он поступил не так.

— Сказать ей какая она красивая, какая привлекательная, как грациозно двигается, превосходно готовит..., — энергично ответила я мужчине, жестикулируя руками, активно изображая его женщину.

— Она низенькая, полная, готовит давно не вкусно, передвигается громко и топает сильно, всегда нахмуренная, — перечислил за мной мужчина, взглядом обвиняя меня в отсутствии проницательности.

Эх, мужчины, только бы кого обвинить в своих промахах…

— Она начала полнеть, как только вы перестали замечать ее красоту, суп перестал быть вкусным, потому что вы все равно его едите и ничего не говорите, громко передвигается, потому что хотя бы так может привлечь внимание к своему мужу, а нахмурена, потому что обижена на вас, — поспешила переложить всю вину за его жену на самого мужчину. — Вы не обращаете на нее внимание. Для кого ей стараться? Ей удобно быть такой, какая она сейчас есть, к тому же муж ее совершенно ничего не замечает вокруг.

— Она же женщина, — возмутился мужчина. — Она должна выглядеть превосходно.

— Вот как встретит того мужчину, который восхищенно будет на нее смотреть, вот и расцветет, — надменно сообщила мужику. — Вы не хотите на нее обращаться внимание, так она найдет кого другого.

— Она моя жена! — воскликнул донельзя возмущенный потенциальный клиент.

— Так и веди себя как ее муж, а не прохожий, забежавший похлебки похлебать, — рыкнула я на мужчину.

— Вы мне хамите! — призвал к границам общения прохожий, вскидывая руку вверх, призывая меня к дисциплине.

Эх, мужик-мужик. Скучный ты, естественно жена на тебя и не смотрит, а ты ищешь виноватых по сторонам. Плюнуть бы на тебя, да только денежки мне нужны. Так что ты мой самый любимый клиент до того момента, как скроешься с глаз моих.

— Так вы же хотите угодить жене, — лукаво улыбнулась я, заговорчески кивая головой вероятному покупателю.

Поднырнула под его руку и крутанулась на месте, схватив его за другой локоть.

— И я знаю способ.

— Способ?! — недоверчиво посмотрел на меня покупатель, навострив ушки. — Какой способ? Я еще могу…. Могу превратить ее в красавицу?!

— Так ты любишь свою жену…, — довольно протянула я, играя плечами. — Все просто. Сделай ей подарок.

— Какой еще подарок, — возмущенно произнес будущий покупатель.

По глазам его видела, как он разочаровался.

— Крем для лица, — продолжала советовать я. — Но перед этим отправь жену из дома к подруге завтра, — доверительно прошептала, потянувшись к его уху.

Хотя нас и так не слышали на этой базарной площади. Но надо же сделать из этого тайну, не так ли?

— А зачем? — не понял моих слов мужчина.

— Пока она будет у подруги, ты приготовишь ей обед или купишь, не важно, приберись в доме, накрой стол, как будто у вас второе свидание, поставь цветы в вазу, и подарочек поставь рядом с цветами.

— Зачем цветы-то? — изумился покупатель.

Да чтоб тебе, дуболом, молотком по пальцем прилетело!

— Чтобы было приятно твой жене. Мы любим цветы еще больше, чем пушистых зверьков.

— Зверей не будет в доме! — грозно заявил покупатель, проявляя свое мужское начало. Как все любят покомандовать…

— Поэтому будут цветы, — добавила я, успокаивая покупателя, лишь бы тот с сердечным приступом тут не распластался. Распереживается еще под такой жарой. — В подарочек покупаешь этот крем. Он очень эффективный и стоит всего лишь золотой. Запах у него отпад, а действует — через неделю увидишь улучшение результата. А если не увидишь — я вернут тебе два золотых.

— Беру, — решительно произнес мужчина, спешно протягивая два золотых вместо одного.

— Э, только один нужен, — поправила я его. — А на второй купи цветов жене и еды вкусной. И не забудь воплотить весь план в жизнь, а не его часть. Его часть будет не эффективной и может привести к непредвиденным последствиям!

— Я запомнил, — решительно кивнул покупатель. У него даже глаза заблестели от решительности. — Я верну ее любовь!

— За работу, — воинственно ответила ему, хлопнув по плечам руками. — У тебя все получится!

— ДА!

Воодушевленный мужчина стремительно развернулся и двинулся к той самой лавке, в которую я его отправила.

Эх, ничего не смыслит в женщинах… Ладно я ему на пути попалась, а то так и остался бы один…

— Вот вернется он на следующей неделе, что будешь делать? — вторглась в мое пространство одна из продавщиц лавки, около которой я и окучивала покупателя.

Баба Зиля. Ой, нет, для меня в этом обличии только Зилюшка.

— Зилюшка, солнышко, разве ты хоть раз видела, чтобы мне приносили возврат? — хмыкнула я, засматриваясь на лакомства на прилавке.

Ммм, пончики с сахарной пудрой. Животик мой жалобно заурчал. Уже за полдень, а я только в пять утра позавтракала пирожком. Мне бы чем съестным полакомиться, но эти заварные тортики так притягательно зазывают…

— Все бывает в первый раз, — ехидно заметила женщина, совершенно не обращая внимания на мои горевшие глаза. — Ты его так обхаживала, как будто твой жених будущий. Неужели просроченный крем подсунула?

— Мне уже тридцать пять, — хмыкнула я, скидывая наваждение с тортиков. Нет, мне нужно накопить на свою лавку трав, а эти маленькие сладкие кусочки стоят половины моей дневной выручки. — Для меня только денежки важны, а не розовые сопли.

Тридцатника мне, конечно, еще не было, но образ я специально подобрала, чтобы выглядеть намного старше. Ведь никто не станет покупать у девушки, которой едва двадцать один стукнуло. К тому же розовые сопли меня действительно не интересовали.

— Говоришь как бабка старая, — хихикнула баба Зиля. — А я бы на него засмотрелась. Какой-никакой мужик будет в доме…

М-да… Этот дом мне бы сначала прикупить….

— Помогать не буду, — отмахнулась от нее.

— И не надо, — фыркнула дамочка.

— Может крем хочешь попробовать? — не преминула и здесь продвинуть свой товар. — Для тебя всего два серебряных. Эффективен на все сто процентов, а запах божественен!

— Раз он так эффективен, чой на себе не пробуешь? — хохотнула дама. — Тортиков хошь? Хотя тебе с твоим весом это не нужно…

Едва удержалась, чтобы ей не показать язык. Противная баба.

— Нам продадут кремовые трубочки?! — возмущенно закричали в глубине лавки сладостей.

— Иду, — тут же нацепила на себя теплую улыбку дамочка, и, не взглянув на меня, помчалась обслуживать своих клиентов.

Противная, противная бабка, чтоб ее клиенты перебежали к соперникам.

Тряхнув жиденькой косой, я направилась снова в самую гущу базарной площади.

— Крема от морщин для любимых дам в качестве подарка, антипохмелин для мужчин в качестве ответного решения, — заголосила я в толпу, протискиваясь вглубь. — День семьи бывает только раз в год, порадуйте вторую половинку! Крема от морщин…

— Есть… Есть... Ну эта…. Ну…, — мальчишка, что внезапно остановился напротив меня, сложился пополам, стараясь отдышаться. — Мне быстрее… ну это….

— Подарок для своей девочки хочешь? — быстро сообразив что к чему, я счастливо улыбнулась мальчику. Первая любовь, наверное, прекрасна. — Воду с ароматом ванили? Цитрусовую? Может восточные мотивы?

— Только не это… это… с цветочком…, — продолжал задыхаться мальчуган, протягивая мне медяк.

Ээээ… На медяк и цветочек не купишь, не то, что воду с цветочным ароматом.

Мальчуган заметил, как я замешкалась, весь покраснел и принялся жевать губы, все еще стараясь отдышаться.

— Только сегодня скидки на все товары, — снова громко произнесла я. — Твой медяк на два флакончика воды. Один с цветочным ароматом, второй с ванилью. Ты же знаешь, что девочки любят всего и побольше.

Заговорчески подмигнула пареньку, протягивая две красивые бутылочки, раскрашенные цветами, с бантиком на самой крышечке.

— С-с-спасибо! — просиял мальчуган и расплылся в улыбке.

— Не забывай радовать близких, — прокричала я уже ему в спину.

Ну хоть у него сегодня будет счастливый денек. Может даже поцелуйчик заслужит.

Хихикнув так, что на меня покосились окружающие, я двинулась дальше, весело напевая незаурядную мелодию.

И чего я радуюсь? Пустила на ветер три серебряных монеты, и довольная иду по площади…. Дурочка, что же еще сказать…

— Крема для жен, антипохмелин для мужчин, все по скидке, всего несколько серебряных, и ваша вторая половинка будет довольна вашим выбором, — снова принялась я зазывать людей, пробираясь сквозь толпу.

Надо бы прикупить чего себе покушать… Но смотря на это жаркое солнышко над головой, я сомневалась в годности тех блюд, что манили к себе на прилавках.

— Дракон! Это же дракон! — завопили в толпе.

Все тут же подняли взгляды к небу, а на площади на мгновение стало тихо. В голубом небе действительно летел на огромной высоте дракон. Были видны только его очертания и отблески солнечных лучей на его чешуе. Вблизи он, наверное, завораживает.

— Счастье на нас падет, — обрадовались рядом со мной все масти живых существ. — Мы благословлены на целый месяц! Удача увидеть в небе дракона в канун такого праздника! Грех не устроить сегодня праздник! Позову всех друзей, чтобы отметить такое радостное событие! Дракон в небе! Дракон в небе!

Да, мы жили в империи драконов. Правили здесь драконы, самыми почитаемыми были драконы, самыми богатыми были драконы, и даже самыми привлекательными были все те же драконы — словом они были везде. В центре этой же базарной площади стояла огромная статуя дракона, сидящего на массивном камне и оплетающего его своим длинным хвостом.

И при всем этом увидеть дракона в небе было очень редким явлением. Драконы обычно использовали свою человеческую ипостась, перекидываясь обычно там, где было безлюдно.

Эх, вот бы приготовить какое зелье из чешуи дракона…

— Я же говорила, что здесь ничего не найти, — прошипела эльфийка рядом со мной своему спутнику. Ни ее, ни ее спутника совершенно не интересовал дракон в небе. — Людишки никогда не умели готовить зелья. Зря только через границу переходили.

— Мы еще не все обошли, — терпеливо заметил ее спутник, тоже эльф, нежно поглаживая женщину по талии.

— И что же ищут наши многоуважаемые гости, — поинтересовалась я, преградив им дорогу, растопырив руки в стороны. — Особое снадобье? Крем для самых нужных мест, а может… что поинтереснее?

Я заиграла бровями, намекая, в принципе, ни на что. Эти двое могут подумать на что угодно. Вплоть до постельных утех или до того, что им как раз необходимо…

— Отойдите от нас, — презрительно фыркнула женщина, отодвигая меня с дороги. — Пристанут же всякие попрошайки…

Попрошайки? Вот это новость! Я опрятно выгляжу. Этому моему образу всего тридцать пять лет. Я в чистом потертом платье и даже косу заплела. Хоть и ненавижу стягивать волосы. Да я выгляжу опрятнее многих здесь!

— Только у меня можно найти самые лучшие средства, — упрямо добавила я, снова догоняя их и опять преграждая дорогу. — Что вы ищите?

— У вас платье за два медяка, как у вас могут быть лучшие средства, — обрушила на меня свою дедукцию эльфийка. — Отойдите от меня и не подходите больше.

Ох, какие мы напыщенные….

Значит не сильно приперло, раз отгоняют от себя удачу. Ничего, все равно придут ко мне. Ведь только у меня настоящие лекарственные средства, в отличие от тех лавок, в одну из которых эта парочка только вошла.

Позевнув, потянулась, как только это было возможно. Размяла позвоночник и решила — пора и домой. Шастаю тут вот уже больше шести часов, продала с десяток кремов, можно и домой возвращаться. Через несколько дней надо бы несколько тоников наготовить, чтобы пахли мечтами женскими.

М-да… Как же я хочу себе свою лавку с травами, а не бегать по базару в поисках покупателей. Будет у меня свое имя, свои товары… До нее еще один год, пять месяцев и два дня, с учетом одного выходного в неделю. Ровно через столько я накоплю на небольшое помещение в этом городке. Если конечно буду продавать за неделю определенное количество своих товаров. Еще немного…

— Если вам так это необходимо, тогда вам к той женщине, которая к вам подходила, — послышалось из лавки, в которую вошла парочка эльфов. — Только она может изготовить сложные зелья.

Ну естественно, лавочники с замудренными средствами не связываются. Отправят ко мне. Однако я уже ушла.

Вернее, зашла в глухой переулок. А после в еще один и еще.

Гул становился все слабее и слабее. В какой-то момент блаженно прикрыла глаза от тишины и вздохнула полной грудью. Если кто скажет, что на базарной площади стоят запахи продаваемых товаров — дудки вам. Там пахнет потными мужчинами и женщинами, которые прикасаются к тебе со всех сторон и оставляют запахи уже на тебе.

Бррр, надо быстрее дойти до моего жилища и переодеться в свежую одежду, а еще лучше ополоснуться. Хотя… Есть ли теплая вода в такую жару у меня в доме? Эх, надо было оставить кадушку с холодной водой утром. Уже бы нагрелась…

За размышлениями я и пришла к своему домику. Вернее, туда, где приютили меня и даже выделили целую комнатку на крыше.

А что может быть лучше для бездомной? Только целая крыша солнечных лучей. Чего еще желать?! Когда выхода особо нет — и кладовая покажется раем.

— Теть Арин, я дома, — прокричала я, заходя через черный вход, который как раз был у самой лестницы.

Помимо меня здесь жили еще четверо постояльцев, потому положение лестницы и двери было просто превосходным.

Каждый раз ощущала смущение, входя в дом, ведь я не платила аренду, но по-другому меня бы просто не приняли здесь. Тетя Арина, полная женщина, низенького роста, с внушительными формами, тугой русой косой на спине и вечным фартуком на талии была другом моего деда. Теперь, надеюсь, и моя. Так вот она запретила платить за жилье.

— Майя, милочка, пройти, пожалуйста, сюда, — раздался встревоженный голос женщины из кухни.

— Что-то случилось? — крикнула я, вбегая в кухню прежде, чем получила ответ на свой вопрос.

Женина редко когда была встревожена чем-то. Обычно она только своим видом демонстрировала, что с ней лучше не связываться, могла одним словом разрешить любой конфликт и привести в чувство любого.

Неужели, действительно что-то произошло?

Судя по выражению лицо тети Арины — случилось.

На маленькой, но чистой кухоньке кроме меня и домовладелицы находился еще и мужчина. Пожилой, высокий и как палка сухой. Такими выглядели старички, которым больше ста лет. Но этот не испытывал никаких проблем с передвижением, сидением прямо. Руки не тряслись, зубы были на месте, даже усы причудливо закручивались на самых концах. Он же не умертвие?

Ужаснулась своим же предположением, хотя в нашем мире что только бывает. Вдруг хозяин настолько любил своего преданного слугу, что и после смерти поднял, лишь бы тот продолжил исполнять свои обязанности.

Искоса взглянув на мужчину, который заинтересованно оббежал меня глазами, я приблизилась к тете Арине.

— Он пришел забрать дом за долги? — осторожно произнесла я на ухо женщине. — У вас проблемы?!

— Нет, что ты, я не играю, — тут же поспешила отмахнуться от моего предположения тетя Арина.

Фух, от сердца отлегло.

После смерти моего любимого дедушки я столько отдала за долги на азартных играх своего деда, что у меня только такие предположения и возникают. Однако, если не тетя Арина оплошала, этот посетитель мог прийти и по мою душу. Неужели у деда еще остались долги, и этот представитель как раз за ними?

Теперь сердце ухнуло прямиком в пятки.

Так, им нельзя показывать слабости. Нельзя демонстрировать, что я напугана. Надо проявить жесткость, небось он и не потребует с меня возврата сейчас.

— Тогда что ему надо? — грубо спросила я, склоняясь к мужчине. — Вам чего?

— А вы, простите, кто? — кашлянул в кулак мужчина, поднимая строгие глаза на меня. — Кто вы такая?

Этот взгляд пронзал до самых костей. Я едва не склонила низко голову и не рассыпалась в извинениях, но вовремя себя одернула. Нельзя проявлять слабость при незнакомце, он может это использовать против меня. Только дай таким увидеть слабость, они так и будут на нее давить, пока до истерики не доведут.

— Это и есть Майя Грейс, внучка покойного Виктора Грейса, — запинаясь, ответила тетя Арина, бегая глазами по всей кухне.

Чего же она так волнуется? Это ведь не первый человек, которому дедушка проиграл, но кому не вернул деньги. Справимся!

— Во-о-от как, — недовольно протянул мужчина, снова оббегая меня с ног и до головы, да так, как будто я лошадь, которую собираются купить. — Значит это вы… Какая жалость… М-да… У меня есть для вас новости!

Это еще что за новый способ сообщить женщине, что она не в его вкусе?! Что за презрение может быть у человека, у мужчины, который видит женщину впервые, к тому же сам как сухая палка?

— У меня нет родственников, нет денег для оплаты долгов, нет возможности продать дом, нет никаких сбережений, поэтому долги своего деда я оплатить сейчас никак не смогу, — грубо произнесла я, упираясь ладонями в стол. — Вы либо ждете, когда я встану на ноги, либо можете сколько угодно ходить по пятам за мной, но денег от этого не прибавится.

— Майя, — одернула меня тетя. — Не веди себя так грубо с незнакомцем.

— Хозяйка права, — сухо ответил мужчина. — Не приемлемо так вести себя с незнакомцем.

— От знания манер, деньги сверху не накапают, — дерзко ответила ему, лишь бы он вышел вон и больше никогда сюда не возвращался. — К тому же, как вести себя с тем, кто не представился, но смотрит на меня с презрением? Какие вообще могут быть манеры в этом случае?

Я голодная. Очевидно. Откуда еще может взяться вся эта сила противостоять мужчине? Только от злости, вызванной голодом. Как еще назвать ту храбрость, которая у меня возникла в противостоянии с возможным кредитором? Эх, сколько же у моего дедушки долгов, что даже через год после его смерти продолжают ходить ко мне…

— Вам сложно придется…, — покачал головой мужчина, все так же презрительно кривя тонкие губы. — Жаль… я так надеялся на адекватную особу…

— Что вы несете? — совершенно по-хамски спросила я у мужчины.

— Вам с этого дня следует вести себя мягче и женственнее, — все так же сухо произнес мужчина. — Тогда у вас будет шанс стать лучше.

Странный какой-то коллектор. Все сплошь бугаи, а этот ничего из себя не представляет. Может он собирается меня застыдить до такой степени, что я, не глядя, подпишу кабальные бумаги с огромными процентами? И манера речи тоже странная.

— Тетя, что несет этот мужчина, — поспешила я уточнить у женщины.

Мне бы чего перекусить и немного отдохнуть, ноги гудят, а после необходимо поработать над составами своих кремов. Передать лекарственные средства для лавок зельеваров, сделать несколько отваров на заказ. А этот мужчина меня просто задерживает и говорит о бесполезных вещах.

— Майя…, — запнулась женщина, приобнимая меня за плечи. — Твой дедушка… Он проиграл в карты одному очень серьёзному аристократу….

— Я же сказала, что у меня нет денег, — резко развернулась к мужчине и снова сообщила банальность. — Скажите мне сумму, и я соберу ее за несколько лет. Если повезет, может и за один год.

— Нет, Майя, — снова развернула меня к себе тетя. — Дедушка проиграл… тебя.