Сон моих воспоминаний. Книга 2 (СИ)

Глава 3

Утро встретило криками и вознёй. За стеной сарайчика хозяйка орала на садовника, который отказывался красить забор.

— А если гости пожалуют? Что делать будем?

— Дык, они ж не на забор смотреть припрутся.

— Ух, я тебя! — Дальше шёл набор непереводимых ругательств.

Я уставилась в потолок. Полежала немного, и решила, что пора вставать. Да и подышать воздухом не помешает. Тем более, что, как сказала хозяйка, «удобства на улице».

— Ты куда? — раздался хриплый голос. Ой, кажется, я кого-то разбудила.

— На улицу.

— Зачем?

Я выразительно промолчала. Фет зевнул и сел на кровати. Не дожидаясь, пока он окончательно проснётся, вышла за дверь.

К тому моменту, как дверь отворилась, выпуская сонного Фета, я уже успела умыться, и теперь сидела на крыльце, любуясь видом. Вид был так себе. По краям двора стояли куцые кустики, которые в этом году явно забыли постричь. А возле крыльца главного дома виднелась лысоватая клумба, заросшая сорняками. Зато в просвете между домов виднелся кусочек моря. Туда я и устремила свой взгляд. Внезапно отчаянно захотелось прогуляться до берега. И, возможно, я бы даже туда и пошла, если бы буквально вчера не пообещала не покидать пределы участка в одиночку.

Послышался шелест шагов, и рядом остановился Фет. Умытый, посвежевший. Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. Секунда, две, три… И он отвёл глаза. Как обычно.

— Вставай. Завтрак через сорок минут. Успеем пробежаться.

— Пробе… что? — не поняла я. — Зачем?

— Для повышения общей выносливости. — Фет закатил глаза. — Раз уж мы здесь застряли, будем использовать время с умом.

— И для этого надо бегать?

— И не только, — припечатал он. — Но остальное после завтрака.

Я нерешительно поднялась на ноги и направилась к калитке.

— Куда? А разминка?

Обернувшись, уставилась на мужчину. Он упёр руки в бока и делал странные вращательные движения ногами. Неужели не шутит? Да я же в жизни никогда не бегала. И разминку не делала…

А потом вспомнила, как Фет уложил троих мужчин в переулке Молваса. Буквально за пару минут. То, на что мне бы никогда не хватило сил. Вспомнила — и сжала зубы. Фет скоро уедет к себе, а мне придётся выживать самой. И для этого необходимо научиться давать отпор. Поэтому я выпрямилась, подошла к мужчине и уставилась на его ноги. Несколько секунд наблюдала и принялась повторять.

На крыльцо царственной походкой вышел Симба, сладко зевнул и уставился на нас. Зрелище его явно забавляло.

— А драться научишь? — спросила я, пытаясь согнуть пятку. Надо же, до сих пор я и не подозревала, что эта часть тела вообще сгибается.

— Драться — после завтрака, — усмехнулся Фет.

— Ясно, — вздохнула я. День ожидался насыщенный.

После разминки мы действительно побежали вокруг деревни… В смысле, города. Местные смотрели на меня как на диковинку. Шутка ли — девушка без юбки. Впрочем, ещё в Сагуне я решила на подобное не реагировать. Зачем? Вряд ли через неделю они меня вспомнят. А если даже и вспомнят… Это раньше я была Виолеттой Аллен, дочкой уважаемого человека и друга мэра. А сейчас я просто Виолетта. Без роду, без племени. Из близких у меня остались Теодор, неизвестно почему выказавший свою поддержку, и Бетти. Хотя кузиной она больше не была, но подругой всё ещё оставалась. Несмотря на то, что свадьба с Троем ей явно оказалась важнее моих проблем.

Правда, был ещё Фет — но с ним вообще ничего не понятно. Прежде всего, в нашем мире он задерживаться не планировал. К тому же, вёл себя довольно странно. Иногда я чувствовала на себе долгий задумчивый взгляд, но стоило его поймать, как мужчина сразу отводил глаза. При этом на лице проскальзывало что-то вроде досады.

Откровенничать со мной он тоже не спешил, так что его мысли оставались для меня загадкой. А как такого человека можно считать близким? Радовало одно: он мне точно не навредит, из-за клятвы, и не бросит, из-за Теодора. Так что в качестве временной защиты он подходил идеально. А теперь, очевидно, и в качестве личного тренера.

На завтрак я попала в состоянии полутрупа. Ноги казались ватными, одежда липла к телу, а в боку нещадно кололо. Собственно, последние минут пять я не то что не бежала — даже не шла. Так, едва переставляла ноги, убеждая себя, что опуститься на четвереньки и ползти — не вариант. Нет, я бы даже решилась… Но возникло подозрение, что если Фет это увидит, то назначит дополнительный круг вокруг деревни ползком. А давать ему лишних идей не хотелось.

Завтрак разнообразием не радовал. Какая-то мутного вида каша и яйцо. Яйца я терпеть не могла. Особенно в варёном виде. Особенно такие, где вокруг желтка образовывался тёмный ободок. Увы, это оказалось именно таким. Впрочем, воротить нос казалось неразумным — после пробежки есть хотелось неимоверно, а от одной мысли о том, что нас ждёт после, всё внутри замирало.

И не зря. Видно, Фет всерьёз решил за те несколько дней, что мы сидим в городке, сделать из меня бойца. Или ещё кого похуже. Потому что гонял он меня до самого вечера. Наверняка мог задержать и до ночи, но силы у меня закончились от слова совсем. В течение дня я перелезала через брёвна, ползала под скамейками, била ногами по обмотанному дереву и кулаками по самому Фету. Последнее хотя бы принесло удовольствие. Потому что после такого дня наподдать ему хотелось зверски.

На ужин сил уже не оставалось. На то, чтобы умыться — тоже. Слёзно пообещав себе наверстать всё утром, я доползла до нашей комнаты и рухнула на кровать. Последнее, на что меня хватило — скинуть сапоги.

Три дня прошли как в тумане. Я вставала, приводила себя в порядок — что было непросто, учитывая, что не было здесь ни душа, ни горячей воды. Жаловалась Фету, что после вчерашних упражнений всё болит. Фет своими целительскими способностями убирал болевые ощущения и объявлял начало тренировок. А дальше начинался ад. Да-да, тот самый, в котором живут черти. У этих чертей тёмные волосы, светлые глаза и невероятно скверный характер. А ещё чересчур длинный язык.

— Ты и от хулиганов так убегать будешь? Да тебя в два счёта догонят!

— Ниже приседай. Или ноги не гнутся?

— Ты таким ударом и бутылку не собьёшь!

— Покажи, как ты можешь!

— Давай!

— Быстрее!

— Выше!

— Сильнее!

— Да замолчи ты! — совершенно не аристократично оборвала его я. — Без тебя тошно!

Я стояла в небольшой рощице за постоялым двором, уперев руки в колени и тяжело дышала. В планах было ещё двадцать ударов по дереву. Но, казалось, ногу я больше не подниму ни на сантиметр. Не то что ударить…

— А ты что хотела? Что я буду просто так защищать абсолютно беспомощную девчонку? — мужчина хищно усмехнулся. — Нет уж, я тебя научу давать отпор.

— Кому давать?

— Да кому угодно, — фыркнул Фет.

— А если я не хочу? — буркнула я. На самом деле, я хотела, и сказала это только чтобы его позлить… Но мужчина шутку не понял — видно, я тоже его изрядно достала за эти дни.

— Да что ты говоришь? — прозвучало вкрадчиво. — А что ты будешь делать, если… — Одним слитным движением он скользнул мне за спину. Краем глаза я заметила, как мне под шею ныряет рука…

А дальше случилось что-то неуловимое. Мои ноги чуть согнулись в коленях, а в следующую секунду я уже падала вниз, утягивая за собой мужчину. Развернулась — куда только делась усталость — и ладонь ребром устремилась к мужской шее, где наткнулась на блок. Мы с Фетом замерли, ошарашенно глядя друг на друга. Он смотрел прямо, впервые за столько времени не отводя глаз.

В крови бурлил адреналин. Грудная клетка ходила ходуном. Мужчина тоже тяжело дышал. На миг его взгляд опустился чуть ниже, но тут же вернулся к глазам. Он судорожно облизал губы.

— Что это было? — спросил хрипло.

— Я хотела то же самое спросить, — выдохнула я. — Ты что сейчас пытался сделать?

— Где ты научилась защищаться? — проигнорировал он мой вопрос.

Я поджала губы. Защищаться. Вспомнилось, как я в прошлый раз попала в захват. Стена, рука на моей шее — и перекошенное лицо Ноэля. Ты будешь вопить, сучка. Меня начало мелко трясти.

Отдёрнув руку, я оттолкнулась от земли и развернулась в сторону постоялого двора. Внезапный всплеск прошёл. Силы стремительно покидали тело, оставляя дрожь во всех мышцах.

— Стой, — раздалось сзади, но я не отреагировала. Продолжила упорно переставлять ноги. — Да подожди ты…

Фет догнал и хотел дотронуться до моей руки… Но я отпрянула и врезалась плечом в дерево. Ноги подогнулись, я медленно сползла на землю. Из горла вырвался всхлип, и я спряталась, уткнувшись лицом в колени. Точно, я ведь с той ночи ни разу не плакала. Ни разу с тех пор, как мой отчим пытался меня…

Судорожно вдохнув, я теснее вжалась в колени, отчего перед глазами замелькали искорки. Весь ужас той ночи накатывал с новой силой. Наверное, я могла бы справиться, если бы не была совершенно истощена. Физически и морально. Иначе точно не позволила бы себе вот так некрасиво разреветься перед мужчиной.

Я ведь помнила, как надо. Глаза следовало возвести к потолку и пустить по одной слезинке из краешков глаз так, чтобы на ресницах остались хрустальные капельки влаги. Вот только потолка не было. Как и стен. Только дерево за спиной и я, скорчившаяся на земле. С уродливыми всхлипами, вздрагивающими плечами, мокрыми коленками и, наверняка, покрытым красными пятнами лицом. Нет, показываться Фету в таком виде было решительно нельзя, и я изо всех сил желала, чтобы он меня оставил и пошёл домой.

Но он не ушёл. Вместо этого опустился на корточки и осторожно коснулся коленки.

— Ты в порядке?

Дернувшись, я сжалась сильнее. Что за дурацкий вопрос? Очевидно же, что не в порядке. Просто оставь меня и дай выплакаться. Уже завтра мы оба об этом забудем.

— Прости. Зря я… — в голосе прозвучала досада, и он замолчал.

Я решила, уйдёт. Но нет. Справа раздался шелест сухих иголок и к моему плечу привалился тёплый бок. Я сидела неподвижно, даже не собираясь в ближайшее время вставать. Но, кажется, Фета это не смущало.

— Иди вперёд, — прошептала я. — Догоню.

— Чтобы ты снова заблудилась? И не подумаю.

Мне под спину скользнула рука, дотянулась до противоположного плеча. Фет слегка потянул меня к себе и замер, позволяя мне горевать, как мне хочется. Давая молчаливую поддержку. Вскоре я позволила себе расслабить плечи и раствориться в уютной близости. Душу всё ещё рвало на части, но зато правый бок ощущал тепло. Как безмолвное обещание того, что я больше не одна.

— Нашли этим утром на берегу, — говорит полный мужчина в форме. — Три огнестрельных ранения в грудь.

— Поняла, — киваю я. — Свидетели где?

Мужчина молча указывает в сторону, где две женщины в спортивных костюмах беседуют с невысоким полицейским. Я молча направляюсь к ним.

— Вы могли бы рассказать поподробнее, что произошло? — интересуюсь у невысокой блондинки.

— Конечно-конечно. Утром мы как обычно вышли на пробежку. Встретились возле автозаправки…

Труп лежит в отдалении. Судя по тому, как распухло тело, оно провело в воде достаточно долго. Впрочем, нашим экспертам не доставит труда определить время смерти. Тем более что сегодня смена Мейзи, отличного судмедэксперта и подруги Кейтлин, в чьём теле я снова оказалась. Чёрт возьми, неужели я случайно уснула, не приняв зелье?

— Что-то нашла? — спрашиваю у Мейзи.

— Кэт, привет, — отзывается она. — Ты вовремя…

— В чём дело? — Под рёбрами ноет — дурное предчувствие.

— Смотри, какая красота, — хмыкает подруга.

Сердце на миг замирает и пускается вскачь. Просто Мейзи отодвигает рукав жертвы, и моему взору предстаёт татуировка. Оскаленная волчья пасть. Судорожно стиснув зубы, я придвигаюсь ближе. Кейтлин явно узнала изображение.

— Что-то напомнило? — лукаво интересуется Мейзи.

— Это точно она, — бормочу хрипло. — Чёрт, мне срочно нужна вся информация.

Резко поднявшись, оглядываю берег реки в поисках дополнительных улик.

— Так и знал, что ты приедешь раньше меня, — раздаётся за спиной, и я резко разворачиваюсь. На меня с улыбкой глядит Себастьян. — Я же сказал, что сегодня можешь отдохнуть.

— Баст, — выдыхаю я. — Ты не поверишь… Убитый принадлежал к узкому кругу Калеба.

Мужчина сразу становится серьёзным. Лоб прорезает вертикальная морщинка, и он стремительно приближается к телу.

— Понятно… Что ж. Всё, что можно выяснить — мы выясним.

Я киваю, и мужчина делает шаг ближе. Широкая ладонь ложится мне на плечо.

— Кэт, — шепчет он, — если он ещё жив, мы обязательно его найдём. Слышишь?

Поколебавшись секунду, я киваю.

— Ну вот и отлично.

Нежно потрепав меня по плечу, он ободряюще улыбается и возвращается к трупу.

А дальше идёт просмотр изображений с камер, опрос свидетелей, копание в бумагах и даже тренировка вместо обеда. Когда Кейтлин распутывает важное дело, она никогда не хочет есть.

Сменяются картинки, сменяются люди, и я чувствую, как звенят нервы у девушки, внутри которой я нахожусь. Как отчаянно она надеется найти хотя бы одну зацепку, способную привести к пропавшим братьям.

Утро встретило шумом ветра. И холодом. Кажется, где-то в стене неподалёку была щель, и в неё задувал влажный холодный воздух. Плотнее закутавшись в одеяло, я перевернулась на другой бок… И распахнула глаза.

Спать больше не хотелось. Хотелось есть. А ещё выйти и побегать. Возможно, мне передалась часть возбуждения Кейтлин. А возможно, сказалась выработанная за последние несколько дней привычка. А может быть, после вчерашнего случая в груди подняла голову ярость, как бы говоря, что я больше не позволю застать себя врасплох.

Сама по себе ярость новостью не была — это суть моего дара. Но годы назад наставницы помогли мне обуздать эту эмоцию, научили не выпускать наружу, а ещё… Ещё посоветовали избегать физических нагрузок. Даже танцы-реверансы преподавались мне по усечённой программе. Три раза ха! Это именно то, от чего я сейчас отказываться была не намерена.

Фета в доме не было. Не оказалось его и во дворе. Наскоро умывшись, я сделала короткую разминку и рванула со двора. Кажется, кто-то хотел научить меня давать отпор? Так я научусь.

Ветер моментально разметал стянутые на затылке волосы, пытаясь сдуть меня с дороги. Но я лишь ускорилась, напоминая себе, что скоро не будет желающих меня защитить. Кейтлин ищет Фета, Фет мечтает вернуться домой… И его точно не остановит маленькая, не умеющая постоять за себя девочка.

— Я же просил не уходить на улицу без меня.

Фет нашёл меня на вчерашней поляне, где я отрабатывала незаконченные вчера удары по обмотанному тряпьём дереву.

— Тебя там не было, — отозвалась я, останавливаясь. — Присоединишься?

— Позавтракала бы для начала.

— Тот, кому надо будет давать отпор, тоже будет ждать, пока я поем? — переиначила его вчерашние слова.

В серых глазах мелькнуло неодобрение.

— Загонять себя тоже не стоит. Пойдём поедим.

Внутри взметнулась злость, но тут же улеглась. Я давно научилась брать себя в руки. Хотя так же давно не испытывала подобных приступов. Лет десять примерно. Да что происходит?

— А потом я с тобой позанимаюсь, — вздохнул он.

Поджав губы, я согласилась. Внутри ненавязчиво плескалось раздражение — не на Фета, а на всё вокруг. Возможно, еда поможет унять неприятную эмоцию. А уже потом стоит подумать, чем вызван этот всплеск боевой магии в крови.