Сон моих воспоминаний. Книга 2 (СИ)

Глава 12

— Надо перевязать ладонь!

— Ага, а ещё лицо! Нашёл дурочку.

Внезапная забота от Фета выглядела наигранной и откровенно злила. Особенно в свете последних событий. Значит, сначала он мне не доверяет, а потом вдруг берётся лечить? Нет уж.

— Виолетта, не глупи. Занесёшь заразу.

— С каких пор тебя это беспокоит? — Я резко развернулась, Фет едва не врезался в меня с размаху. Успел затормозить лишь в последний момент. Но я даже не вздрогнула. — Сейчас проблема не в заразе, и ты это знаешь.

— Мы разберёмся, — спокойно возразил он. От этого спокойствия сводило скулы. Показательно громко фыркнув, я развернулась на каблуках и продолжила путь.

Выбравшись с площадки, на которой очнулись, мы двинулись в сторону, противоположную от возвышавшейся неподалёку скалы. Путь лежал сквозь рощу. Лесом назвать эту россыпь деревьев не поворачивался язык. Стволы стояли довольно близко друг к другу, но в лицо явственно дул солоноватый воздух. А значит, мы шли в сторону берега моря, что не могло не радовать.

— Виолетта, послушай меня, — раздалось из-за спины, но я лишь ускорила шаг. Почти бегом припустила. Тоже мне, знаток человеческих душ! Прибила бы, и плакать не стала. Это же надо такое удумать…

Потерявшись в возмущённых мыслях, я едва не пропустила момент, когда деревья расступились, а почва резко ухнула вниз. Замерев на краю, я почувствовала, что теряю равновесие. Неуклюже взмахнула руками. Отступила на шаг и круглыми от восторга глазами уставилась вперёд.

Подо мной расстилался океан. Могучий и прекрасный. С бурлящими пеной волнами и прочей красотой. Вдалеке виднелся небольшой остров. Впрочем, возможно он был большим, или просто огромным — просто с моего положения всё казалось крошечным. Потому что море, к сожалению, шумело далеко внизу. И чтобы к нему спуститься, потребовалась бы не один моток верёвки.

Тупик. Ну конечно. И никаких опознавательных знаков. Ни намёка на то, где конкретно мы находимся.

Обернувшись через плечо, я мрачно зыркнула на спутника, застывшего в нескольких шагах позади меня. К краю он подходить не спешил и выглядел довольно напряжённым. Но это не помешало мне одарить его многозначительным взглядом. Мол, смотри, сами мы отсюда выбраться точно не сможем.

— Я сказал, нет, — процедил он, словно прочитав мои мысли.

— И как предлагаешь решать проблему?

— Подождём, пока ко мне вернётся магия, а потом свяжемся с твоим дядей.

— А если она не вернётся?

— Тогда подождём подольше. — Он был неумолим.

— Да почему ты такой упёртый? — всплеснула я руками, отходя от края скалы. — Бетти моя подруга, и точно меня не выдаст. Уж я-то её знаю!

— А я знаю своего брата, — парировал Фет. — И он умеет найти подход к каждому.

Застонав, я прижала ладони к лицу, и тут же отдёрнула. Исцарапанное кожа напомнило о себе резкой болью. Отняв руки, я уставилась на ладони с отрешённым выражением. Левая по-прежнему кровоточила, а правая была покрыта красными росчерками крови — отпечатались раны на лице.

Ярость исчезла — осталась лишь усталость. А ещё кровь напомнила мне, по чьей милости мы оказались в такой ситуации. Я что-то сделала с источником. Что-то, чего не могли сделать сто двадцать четыре мага до меня. Только из-за моих действий началось землетрясение, и мы едва не погибли, очутившись чёрт знает где.

— Я просто хочу отсюда выбраться, — призналась я устало. А для этого нужно связаться с дядей. И поскольку сила Фета куда-то пропала, и его кристалл оказался временно бесполезен, оставалась лишь связь через Бетти. Хорошо бы, конечно, у меня тоже был кристалл связи с Теодором, но ещё в Молвасе мы почему-то решили, что одного на двоих будет вполне достаточно. Наивно. Глупо.

Послышался треск. Подняв глаза, я увидела, как Фет деловито отрывает кусок ткани от рубашки. Закончив, он достал из сумки флягу с водой, смочил лоскуток и шагнул ко мне. Без сопротивления взял мою левую руку в свои широкие ладони и промакнул кровь.

Он снова и снова увлажнял ткань, осторожно смывая кровь с поверхности моей ладони. А закончив, подцепил мою голову за подбородок, заставив взглянуть ему в глаза.

— Я знаю, — выдохнул он. — Но подожди немного.

Образ Фета на миг расплылся, но я быстро сморгнула слёзы и прикрыла глаза, отдаваясь в его полное распоряжение. Он стоял близко, непозволительно близко по меркам этикета. И прикосновения влажной ткани к моей коже ощущались почти интимно. Я чувствовала его дыхание на лице, пальцы на подбородке. Кажется, даже тепло, исходившее от его тела.

Спорить вдруг совершенно расхотелось. В конце концов, ему выбраться с острова намного важнее, чем мне. Это Фет торопится домой. А я скрываюсь от его брата. И, если подумать, скрываться гораздо удобнее непонятно где. Когда ты сама не знаешь, где тебя искать, остальные тоже этого не выяснят. Звучит логично.

Единственное, что задевало — это слова Фета насчёт Бетти. Я просто хотела связаться с кузиной по кристаллу связи. Она ни за что не стала бы выдавать моё местонахождение Калебу. Да, во время нашего последнего разговора она позволила себе высказать сомнение в моём решении насчёт женитьбы, но так открыто подставлять меня ни за что бы не стала. Она же мне как сестра. Нет, намного ближе сестры. Самый близкий человек в мире. И я была уверена в ней, как в себе самой.

— Бетти так не поступит, — прошептала я, не поднимая век.

— Возможно, — не стал спорить Фет. Его рука даже не дрогнула, продолжая оглаживать мягкими движениями скулу. — Но я не готов так рисковать.

Ткань прошлась вдоль переносицы и спустилась ниже. Задержав дыхание, я замерла в предвкушении. Осторожное касание губ, почти невесомое. Фет провёл вдоль них лоскутком ткани, слегка сминая. У меня вырвался судорожный вздох, и я распахнула глаза. Серые радужки Фета потемнели. Он смотрел пристально, пронизывая душу насквозь. Только сейчас я поняла, что его пальцы замерли на моих губах, словно не решаясь отпустить.

Мы словно застыли во временном пузыре, не шевелясь и даже не дыша. Взгляд серых глаз скользнул на мои губы, и Фет едва заметно качнулся вперёд. Я же напротив отстранилась. Перед глазами мелькнуло перекошенное гневом лицо отчима, впивающегося мне в рот, и я отступила ещё на шаг.

— Спасибо, — поблагодарила внезапно севшим голосом.

Дернув головой, Фет словно пришёл в себя. Кивнул. Посмотрел на окровавленный кусок ткани в руках. Закрыл флягу. Положил в сумку. Выпрямился.

— Идём? — предложил он, протягивая руку.

— Куда?

— Искать выход.

Смерив настороженным взглядом протянутую ладонь, я нерешительно протянула свою руку. И тут же почувствовала, как его пальцы надёжно обхватили мои. От такого простого жеста по телу прошла тёплая волна. Я понятия не имела, что бы это могло значить. Но больше всего на свете мне хотелось, чтобы он меня больше не отпускал.

Когда деревья, расступились во второй раз, и мы шагнули на ровную поверхность, я не поверила своим глазам. Перед нами раскинулась идеально круглая площадь, по центру которой располагался такой же круглый пруд с абсолютно прозрачной водой. С левой стороны из него вытекал ручеёк, а справа — взбегали вверх бесконечные ступени. Прямо напротив нас, сразу за площадью, начиналась отвесная стена с выбитыми в скале ходами. Пещеры шли рядами, и не возникало ни единого сомнения в их рукотворном происхождении.

Застыв, я восхищённо разглядывала развернувшуюся передо мной картину.

— Так это правда… — сорвалось с губ. С усилием вытянув пальцы из ладони Фета, я шагнула вперёд, заворожённо оглядывая пространство.

Здесь жили люди. Когда-то здесь жили люди! Задохнувшись восторгом, я с широкой улыбкой обернулась к Фету. Он стоял, скрестив руки на груди и хмуро оглядывал пространство.

— И что это? Заброшенный храм ацтеков? — поинтересовался он. В голосе сквозил сарказм, но было видно, что он нервничает. Неужели думал, что сейчас откуда-то вылезут воины, готовые напасть?

— Какие ещё астеки? — удивилась я. Но тут же спохватилась: — Ты же не понимаешь! Совсем не понимаешь! Это наверняка заброшенный город Чиаки!

Чиаки — те самые племена, жившие в Азуне до приезда колонизаторов. Именно о девушке из этих племён шла речь в балладе, которую я исполняла со сцены несколько недель назад, у Пенелопы Эрато.

От радости я закружилась на месте, раскинув руки. Когда я была маленькой, дядя Тео рассказывал нам с Бетти о племенах Чиаки. Дядя говорил, что местные жители были разумны, хорошо развиты, и их цивилизация во многом не уступала нашей. Многие исследователи подтверждали эту теорию, хотя в официальных источниках говорилось обратное.

Все хроники утверждали, будто местные жители были похожи на зверей. Они ходили практически голышом, кутались в шкуры убитых животных и отбивались копьями. Разума у них было немного — хватало максимум на то, чтобы соорудить шалаш на ночь. Не знаю уж, как это соотносилось с суровым климатом северной земли. На мой взгляд подобные версии не внушали доверия.

Дядя много рассуждал об этом, укладывая нас с кузиной спать. А мы впитывали его слова, мечтая хотя бы разочек, хоть одним глазком увидеть туземца из племени Чиаки. Впрочем, позже мы узнали, что сбыться нашей мечте не суждено, потому что все туземцы вымерли ещё семьсот лет тому назад, во времена освоения Азуны. И по официальным данным никаких следов их существования найти не удалось. Так что у людей возникал справедливый вопрос: а были ли вообще Чиаки?

И вот, теперь я находилась в самом центре их древнего заброшенного города. И если кто-то попытается меня убедить, что вся эта красота возникла сама по себе, без посторонней помощи, то я ни за что не поверю! Потому что природа не может столь искусно обтесать ступени. Ветер не выточит такие ровные ходы в скале. Вода не намоет идеально ровный пруд.

Ухватив за руку Фета, я потащила его к воде. Окунула руки и с наслаждением умылась. Сложила ладони ковшом, чтобы напиться, но была грубо одёрнута.

— Ты с ума сошла, пить сырую воду? — возмутился он.

Я озадаченно поглядела на него.

— А какую воду мне пить?

— Кипячёную. Или конденсированную.

— А такую почему нельзя?

— Ты хотя бы представляешь, сколько там микробов? — категорично заявил Фет, присел возле меня и принялся умываться.

Я отстранённо проследила, как смытая с моих ладоней кровь без следа растворяется в толще воды и решительно поднялась. Солнце уже понемногу подбиралось к горизонту, а ещё столько всего предстояло исследовать. Например, выбрать место для ночлега.

Впрочем, гадать долго не пришлось. Подойдя к ровным рядам проходов, я заметила Симбу, гревшегося на пороге одной из пещер в лучах предзакатного солнца. Зайдя внутрь, я с удивлением отметила, что в комнате присутствуют некие подобия кроватей — постаменты из песчаника, по высоте достающие мне почти до колен. Причём положив руку на жёсткое ложе, я с удивлением отметила, что оно тёплое. Удовлетворённо кивнув, я вышла наружу, чтобы оглядеться.

И теперь заметила то, что не бросилось в глаза с первого раза: из стены возле моей головы вытекала тонкая струйка воды. Узкая лента бежала по проточенному веками желобку, соединялась с другими такими же ручейками, и они все вместе ныряли под землю недалеко от пруда.

Наскоро напившись, пока не видит Фет, я поспешила к убегающим вверх ступеням. Похоже, они вели к какому-то важному строению. Возможно, храму местных богов. Интересно, кому поклонялись коренные племена? Ведь точно не Шайросу.

Фет обнаружился у подножия ступеней. Мой спутник стоял и разглядывал лестницу со своим фирменным недовольством на лице.

— Не нравится мне это, — поделился он, услышав мои шаги. — По твоим словам, племена аборигенов жили здесь семьсот лет назад, так? — Дождавшись моего подтверждения, он продолжил: — Но ступени вовсе не пострадали. Ты посмотри: за такое время дожди и солнце должны были хоть немного их раскрошить. Но они выглядят как новые!

— Да что ты говоришь, — усмехнулась я. — А магия тебе на что? Наверняка ступени просто законсервированы каким-нибудь невероятно мощным древним заклинанием, вот и не осыпаются.

Проигнорировав недовольно поджатые губы моего спутника, я двинулась наверх. Надо же было оглядеться.

Несколько секунд спустя Фет что-то проворчал и последовал за мной.

Фет

Несмотря на то, что Виолетта утверждала, будто наложила охранный контур на дверь высеченной из камня пещеры, Фет никак не мог уснуть. Всю ночь, стоило ему прикрыть веки, его начинало донимать мерзкое гложущее чувство. Будто кто-то стоял рядом и пристально на него смотрел. Изучал. Препарировал мозг. Но стоило открыть глаза, как наваждение исчезало. Только чтобы повториться снова, стоило прикрыть глаза.

В итоге, к утру у Фета страдало всё: и самочувствие, и настроение. И пустой желудок вовсе не способствовал исправлению этой ситуации. Перекус, взятый с собой вчера в горы, оказался съеден ещё вечером и мало утолил голод. А еды на такой верхотуре не было, как ни ищи — тут даже птицы не пели. То ли просто не долетали, то ли тоже не могли по ночам отделаться от мерзкого чувства и удирали с утра.

Но вот солнце осветило край скалы — той, что находилась за странным лесом без птиц. Лесом, в котором он едва не поцеловал Виолетту. Уму непостижимо. В момент, когда стирал подсохшую кровь с девичьих губ, его словно переклинило. Умом повредился, не иначе. Хорошо, что сама Виолетта соображала явно лучше, и не позволила этому случиться. Подумать страшно, как бы они общались друг с другом после подобного. Наверняка с ума бы сошли от неловкости.

Впрочем, коммуникация у них и так страдала. После того, как выяснилось, что Фет утратил магию, и не может связаться с Теодором, Виолетта предложила использовать собственный кристалл, чтобы позвонить Бетти. И он бы даже согласился, если бы не одно но.

В тот день, когда они выезжали из Картаниса, Фет слышал разговор Виолетты с кузиной. В том числе ту часть, где девушка на том конце… гм… магической связи говорила, что Калеб не так уж и плох. И вполне подойдёт Виолетте в качестве жениха.

К сожалению, Фет слишком хорошо знал младшего брата. Особенно его способности к манипуляциям живыми людьми. Особенно молоденькими девушками. Особенно доверчивыми молоденькими девушками. Когда Калебу было нужно, он мог расположить к себе кого угодно. И, зная это, Фет не сомневался, что Бетти выдаст Калебу местонахождение Виолетты при первой же возможности. Причём из самых лучших побуждений. Желая кузине лишь добра и счастья.

Нет, в словах Виолетты Фет не сомневался. Наверняка Бетти и правда не способна на предательство. Вот только подобная «помощь» в её глазах считаться предательством не будет. Лишь заботой о любимой родственнице. Ведь Калеб производит исключительно благоприятное впечатление. И о его тёмных делах известно лишь самому Фету. И, конечно, Кейтлин, павшей жертвой собственной доверчивости. Ну, и Виолетте, которая оказалась не готова к подобному испытанию.

— Ты давно проснулся? — донесся сонный голос. Девушка осоловело хлопала глазами, стараясь сдержать зевок. Безуспешно.

От вида Виолетты, такой домашней и растрёпанной, у Фета сладко защемило в груди. За последние пару недель он привык просыпаться рядом с девушкой. И как бы он ни пытался это отрицать, ему это нравилось. Скорее всего, дело было во внешнем сходстве Виолетты с Кейтлин. По крайней мере, других причин Фет попросту не находил. Ну, или старался лишний раз о них не задумываться.

— Недавно, — ответил он уклончиво. — Ты отдохнула?

Девушка нахмурилась и удивлённо кивнула. Подняла глаза и широко улыбнулась.

— Правда отдохнула, — поделилась она. — Какие планы на сегодня?

— Прежде всего нужно найти еду, — вздохнул Фет. — Здесь, конечно, красиво, но без пропитания мы долго не протянем.

Виолетта нехотя кивнула и поднялась с ложа, сгоняя с колен недовольного Симбу.

— Магия не вернулась? — поинтересовалась она.

В ответ Фет лишь мотнул головой. В течение ночи он несколько раз пытался активировать переговорный кристалл, но безуспешно. Магия не возвращалась. Даже самые крохи, необходимые для активации кристалла, были ему сейчас недоступны.

— Прости. Раны залечить не смогу.

Девушка на миг замерла, но тут же беззаботно рассмеялась. Как-то уж слишком беззаботно.

— Ерунда. Подумаешь, царапины. Всё заживёт без следа. А если не заживёт — тем лучше. Возможно, твой брат увидит, какая я стала страшная, и передумает на мне жениться.

Фет вгляделся в лицо Виолетты, пытаясь понять, что у неё на уме. Она на самом деле не расстроилась или…

— Ты действительно не хочешь на него замуж? — спросил напряжённо.

— Конечно нет! — воскликнула она, проверяя, все ли вещи в сумке и закидывая ту на плечо. — Кажется, я это уже говорила, и не один раз.

Глубокомысленно кивнув, Фет проследовал за девушкой на улицу. Проследил недовольным взглядом, как она умывается и утоляет жажду у небольшого родника, текущего прямо из стены. Но в очередной раз напоминать о микробах не стал — в конце концов, это ей потом мучиться несварением. А потом поколебался несколько секунд и последовал её примеру. Пить-то хотелось.

— Я просто не понимаю, — признался он. — Сколько я себя помню, девушки всегда любили Калеба. Он же красивый, обходительный…

— Конченный психопат, — перебила его Виолетта и направилась к круглому пруду. — Извини, но он не в моём вкусе.

Спрашивать девушку, где она набралась таких слов, Фет не стал. Удивляло другое: Виолетта действительно совершенно ни капельки не была увлечена Калебом. Даже несмотря на его яркую внешность, которая всегда нравилась девушкам.

Не в её вкусе… Если Калеб не в её вкусе, то Фет и подавно. В вопросе внешности он всегда уступал младшему брату. Не по этой ли причине Виолетта вчера ушла от поцелуя? Почему-то от этой мысли в груди разлилась горечь. Хотя, казалось бы, нужно было радоваться, но… не получалось.

Девушка застыла по центру площади, с благоговением осматривая заброшенный город. Её можно было понять: пейзаж действительно поражал своим великолепием. Сразу вспоминались заброшенные города ацтеков и майя в родном мире. Даже на миг захотелось нырнуть и поискать на дне пруда жертвенное золото — чем чёрт не шутит.

Поборов в себе желание совершить святотатство, Фет повернул вправо, вдоль ленты ручья.

— Ты уверен, что нам туда? — окликнула его Виолетта, припуская следом.

— Вода течёт вниз, — пожал он плечами. — Да и к тому же, если идти вдоль ручья, мы точно не заблудимся.