Сон моих воспоминаний. Книга 2 (СИ)

Глава 14

Стоило нам войти в деревню, как Симба благополучно куда-то слинял. Я шла, с любопытством разглядывая спутников. Покинув лес, они сняли маски и балахоны и остались в простой свободной одежде — рубашках с вышивкой и брюках. Даже женщины. А женщин было много — возможно, даже половина.

Деревня мало отличалась от тех, что я видела на просторах Терии. Каждый раз, возвращаясь домой на каникулы, мы с Бетти совершали увлекательное путешествие по стране. И если зимой экипаж довозил нас всего лишь до Лавеги, и дальше мы добирались на поезде, то на длинные летние каникулы мы катались исключительно в карете. Это занимало заметно больше времени, зато мы могли уместить внутри все наши вещи.

И вот во время долгих путешествий мы часто останавливались на ночлег как раз в таких симпатичных деревеньках, как эта. С частными домами, окружёнными небольшими участками. С постоялым двором… Интересно, есть ли здесь постоялый двор? И с вечно расхлябанными дорогами.

Переведя взгляд на поверхность улицы, я притормозила и попыталась подковырнуть землю носком ботинка. Земля не поддалась. Я попыталась ещё раз, сильнее…

— Что-то подсказать? — Провожатая, которая оказалась женщиной лет тридцати пяти, смотрела с усмешкой. Мне стало неловко.

— Хотела понять, как у вас с дорогами, — пробормотала смущённо.

— О, прекрасно, — ухмыльнулась она. — Дороги в стазисе. С ними вообще ничего не происходит.

С благоговением взглянув на почву под ногами, я вновь двинулась вперёд. Надо же, я оказалась права насчёт стазиса! Невероятно изящное решение… А ведь его можно внедрить и в наших городах. Конечно, потребуются крупные накопители бытовой магии, да и самих магов нужно будет вызывать из Париса. Но это точно того стоит. Надо будет подать идею отцу…

Поймав себя на мысли, что думаю об отчиме, я внутренне сжалась, а к горлу привычно подкатила тошнота. Да уж, видно, останется Терия без дорог. Чёрта с два я когда-нибудь заговорю с этим мужчиной. Век бы его не видеть…

Очевидно, мои переживания отразились на лице, потому что Фет шагнул ближе.

— Ты в порядке? — участливо спросил он.

Поколебавшись, кивнула. Фет же снова взял меня за руку, за что я была ему бесконечно благодарна. Не стоит забывать, что прошлое осталось в прошлом. И оно не повторится. Я не допущу. Научусь, натренируюсь, и смогу за себя постоять. Даже потом, когда Фет меня оставит.

Спутники бросали на нас с Фетом заинтересованные взгляды, но в разговор не вмешивались. Удивительно, что внешне они действительно отличались от большинства знакомых мне людей. Высокие выдающиеся скулы, чёрные волосы, узкие глаза. Они как будто всё время щурились. Сперва я решила, что так оно и есть, но со временем осознала свою ошибку.

И теперь я могла слышать их голоса. Они переговаривались на незнакомом для меня языке и иногда над чем-то тихо смеялись.

Я шла молча, с любопытством разглядывая деревню. Чем дальше, тем меньше она ассоциировалась у меня с коренными народами Азуны. Куда же мы попали? И к чему был этот маскарад у подножия скалы?

Поймав эту мысль, я недобро покосилась на провожатых. Женщина, говорившая с нами, всё ещё шла рядом, чуть впереди. Заметив мой взгляд, она замедлила шаг и обернулась.

— Ты хотела о чём-то спросить, Разрывающая?

Поймав второй уже раз странное обращение, я напряглась. Но спросила о другом:

— Вы ведь не Чиаки?

— Смотря что ты под этим подразумеваешь.

— Не коренные народы?

Женщина лукаво улыбнулась. Дома расступились, выпуская нас на идеально круглую площадь. Высокий дом стоял на другом её конце. В центре суетились люди, складывая домиком крупные брёвна. А вдоль краёв высились деревянные столбы с вырезанными лицами. Вытаращившись от изумления, я разглядывала тотемных идолов Чиаки. Они выглядели так же, как на рисунках. Ладно, не совсем так, но сходство было невероятным. Выходит, это всё же настоящие коренные племена?

— Мы называем себя Ньёкаби, — сказала женщина. — Чиаки на языке наших предков означало «чужаки». И именно это слово слышали пришельцы, нападая на наши селения.

— Ньёкаби, — повторила я. — И вы выжили. Я думала, что вас всех…

— Убили? — грустно усмехнулась женщина. — Вовсе нет. Но чтобы этого не случилось, наши предки покинули обжитые земли. А ещё наделали много глупостей.

Она поджала губы и направилась в сторону большого дома.

— Идёмте. Мы всё вам объясним. Но не здесь и не сейчас.

В голове метались варианты. Зачем мы здесь? Вряд ли для того, чтобы через нас отомстить пришедшим в Азуну захватчикам. Тогда для чего?

И что это за странное прозвище, которым наградила меня женщина? Разрывающая? Мне придётся что-то разрывать? Или разрывать будут меня? Боюсь, меня не устраивал ни один из вариантов. Но вряд ли мне собирались давать выбор.

С этими мыслями я остановилась напротив широкого крыльца. Навстречу нам шагнула высокая женщина в рубахе, расшитой цветными бусинками. На вид ей было не больше тридцати лет. При этом женщина была невероятно красива какой-то дикой, необузданной красотой. Робко выглянувшее из-за облаков солнце играло на её чёрных как смоль волосах, дополняя образ.

При виде неё наши спутники замерли и почтительно поклонились. А я растерялась. Стоит ли мне поклониться или сделать реверанс? Возможно, книксена будет достаточно? Или всё же поклониться — всё-таки я в брюках?

Но пока мои мысли метались в панике, момент прошёл, и над площадью зазвучал её мелодичный голос:

— Приветствую Разрывающую и её прекрасного спутника!

Как выяснилось, дом принадлежал главе деревни. В просторной гостиной я чувствовала себя не в своей тарелке. Незнакомые люди смотрели на меня так, словно им всё обо мне известно. И даже больше, чем мне самой. Это напрягало.

А ещё напрягало то, что я совершенно не понимала, как мне себя вести. Я знала, что и как следует делать на светских приёмах. И я разобралась, как вести себя в лесу и на острове. Но вот какие правила приличия уместны для светского приёма в лесу на острове… Тут я терялась. И невероятно нервничала.

— Вас, должно быть, мучает голод, — произнесла глава, входя в гостиную. — Я распорядилась об обеде.

— Благодарю, — выпалила я, вскакивая с кресла, чтобы поприветствовать хозяйку.

— Нет необходимости вставать, дитя, — улыбнулась она и перевела взгляд на Фета. И взгляд этот мне сильно не понравился. Она как будто оценивала добычу. Нужно будет обязательно рассказать ей, что Фет в нашем мире ненадолго, поэтому рассматривать его как партнёра не стоит. Ей так точно.

— Моё имя Берхане, — представилась она тем временем. — Та женщина, что привела вас сюда, зовётся Тола, ведунья. Я рада приветствовать вас в нашей деревне.

Я неловко кивнула и сдвинулась ближе к Фету. Странно всё это было. Мой спутник тоже не спешил проявлять радушие. Следил за хозяйкой и ведуньей исподлобья. Но женщины словно не замечали нашего состояния. Лишь продолжали улыбаться.

— Простите, а зачем мы здесь? — решила поинтересоваться я.

— Неужто вам здесь плохо? — встрепенулась хозяйка. — Можем ли мы скрасить вашу печаль?

Вот теперь стало совсем не по себе. Как будто бы нас даже не собирались отсюда отпускать.

— Всё в порядке, спасибо, — произнесла я глухо и ненавязчиво сдвинула кисть руки, чтобы найти ладонь Фета.

Он словно этого ждал. Мужская рука сразу завладела моей, переплетая пальцы. Берхане жадно уставилась на наши сцепленные ладони. Повисла неловкая пауза. Мы сверлили взглядами хозяев, они отвечали тем же. Никто не шевелился.

— Тола, будь добра, осведомись об обеде, — попросила хозяйка. — Возможно, нашим гостям понравится еда.

Кивнув, ведунья поднялась, и покинула комнату. Мы остались втроём.

Молчание всё не заканчивалось, что не удивительно: для этого хоть кто-нибудь должен был что-то сказать. Но все молчали. А Берхане ещё и улыбалась. От этого становилось особенно жутко.

— Так, еда готова, — раздался жизнерадостный голос Толы. Она бодрым шагом вошла в гостиную и придержала за собой дверь. — Можно идти есть.

— Мы, наверное, не голодны, — пробормотала я, не двигаясь с места.

К несчастью, именно в этот момент от распахнутой двери донёсся умопомрачительный запах жареного мяса, и рот наполнился слюной. Вид у меня, наверное, был ну очень несчастный. Потому что Тола оставила дверь и шагнула ко мне.

— Ну что ты повесила нос, Разрывающая? — улыбнулась она, садясь передо мной на корточки. От подобной фамильярности я даже дёрнулась. — Сейчас поедим, познакомимся, и побеседуем уже нормально. Договорились?

Она смотрела настолько искренне и открыто, что я сдалась и кивнула. Фет, кажется, был не согласен, но отпускать меня одну не собирался.

Проследовав за Толой и Берхане, мы оказались в уютной комнатке с накрытым столом.

Фет

Разговор не задался с самого начала. Нет, даже не так… Знакомство не задалось с самого начала. С того самого начала, когда у подножия горы, где Фет пытался согреть своим теплом продрогшую девушку, их окружили странные фигуры в костюмах а-ля дешёвый слэшер девяностых.

Стоило признать, костюмы вызывали определённый трепет. Но гораздо больше раздражения. В основном за то, что прервали довольно интимный момент. Не то чтобы Фет мечтал об интимном моменте с Виолеттой, конечно… Но отрицать и дальше было невозможно: Виолетта его притягивала. Вызывала желание защитить, укрыть от всего мира. Так же, как когда-то в прошлой жизни это было с Кейтлин.

Только Виолетта не Кейтлин. Она моложе, наивнее, намного женственнее. При этом в ней чувствовался тот самый внутренний стержень, который он так ценил в людях. Случившееся в борделе в Молвасе не сломало её. Хотя Фет видел, как она дёргалась поначалу от мужских прикосновений. Сейчас девушка полностью оправилась и была готова учиться, как стоять за себя. С каким усердием она окунулась в тренировки! Ещё в Маго проявила чудеса усердия. И упражнялась в магии на Рууху в компании выпускников академии. Хотя сам Фет решительно не одобрял подобных приятельских отношений с мужчинами. Откровенно говоря, он с удовольствием тренировал бы её сам, если бы умел…

Увы, прямо сейчас он не мог даже заживить мелкие ранки на исцарапанном лице девушки. И это злило неимоверно.

— Вечером состоится праздник, восхваляющий освобождение источника, — донёсся голос Берхане, вырывая их мыслей. — Вы станете почётными гостями на нём.

Надо же, пока Фет ковырял в тарелке кусочек мяса, Виолетта всё-таки начала разговор. Хотя по-прежнему было видно, как она напряжена: спина идеально прямая, посадка головы чётко выверена… Впрочем, возможно, это её обычное поведение в приличном обществе — откуда ему знать? Себя он к такому обществу едва ли причислял.

— Не думаю, что нам стоит участвовать в ваших обрядах, — возразила Виолетта. — Мы всего лишь чужаки и не имеем отношения к вашим традициям.

Мда. Девочка дело говорила. Учитывая, что люди с материка перебили всех индейцев… Пардон, аборигенов, при захвате Азуны, то в данный момент им стоило опасаться мести.

Вряд ли, конечно, отказ от посещения праздника хоть как-то обеспечит безопасность, но чем чёрт не шутит. Вдруг их, например, хотят принести в жертву местным богам, чей храм они видели, а для этого им понадобится добровольное согласие? Да уж, мысли несло явно не в ту степь…

— Вы не поняли, — подала голос Тола. — Это праздник другого рода. Тем более, он в каком-то смысле в вашу честь.

— В нашу? — переспросила Виолетта дрогнувшим голосом. Да уж, ей явно тоже было не по себе.

Кто чувствовал себя отлично — так это Симба. Коту прямо на столе поставили миску с тушёным мясом, которое он целенаправленно поедал, урча от удовольствия. Счастливый. Фету кусок в горло не лез. Несмотря на то, что со вчерашнего утра он почти ничего не ел. И, судя по тарелке Виолетты, она тоже страдала от потери аппетита.

Девушка умело создавала видимость еды, ковыряя вилкой содержимое тарелки, но в рот не брала ни кусочка. Боялась отравления? Умная девочка.

Стремясь показать, что он рядом, Фет протянул руку и тихонько стиснул лежащую на столе ладонь. И тут же с наслаждением отметил, что она слегка расслабилась. Такая реакция от девушки приятно гладила самолюбие и вызывала ещё какие-то эмоции, которым он не готов был пока дать название.

— В вашу, — ухмыльнулась Тола. — Вы ведь освободили источник. А точнее, ты, Разрывающая.

Фет почувствовал, как рука Виолетты напряглась.

— Разрывающая? — повторила она. — Вы уже в который раз называете меня так. Объясните, что это значит.

— Это способность, — охотно отозвалась Тола. — Передаётся по женской линии среди коренных народов Азуны, в основном среди Ньёкаби.

Повисла пауза. От объяснения понятнее вовсе не стало. Потому что…

— При чём здесь я? — нахмурилась девушка. — Я никак не отношусь к коренным народам.

— Не относись ты к нашим народам, Разрывающая, — подала голос Берхане, — не быть бы тебе здесь. Ибо проход открывается лишь избранным.

— Проход? — пискнула Виолетта. — О чём вы?

Девушке явно было страшно. И Фет хорошо её понимал. Его самого женщины словно не замечали, если не считать призывные взгляды, которые временами бросала в его сторону Берхане. Беседа велась лишь с Виолеттой. Подобное кого угодно выбьет из колеи. Желая поддержать девушку, Фет переплёл их пальцы и крепче сжал девичью руку. И вновь Берхане впилась взглядом в сцепленные руки. Затем подняла глаза на Фета, глядя изучающе, оценивающе. Розовый язык скользнул по нижней губе — и она отвела взгляд, вновь сосредоточившись на Виолетте.

Подобное внимание в некоторой степени льстило, но… Почему-то отвечать на него не хотелось. Совершенно.

— Мы отведём вас в ваши комнаты, — перевела разговор Тола. — Они же готовы? — Вопросительный взгляд на Берхане.

— Безусловно. Распоряжение было отдано мной ранним утром.

Ранним?.. Это когда они только проснулись в заброшенном городе наверху водопада?

— Отлично. Тогда сейчас идёте в комнаты, отдыхаете. А всё остальное объясним вам позже позже.

— Ибо сейчас вы усталы и взвинчены, — подтвердила хозяйка.

— Возможно, я ещё заскочу поболтать, — закончила мысль Тола, и две женщины выжидательно уставились на нас.

— Нам нужна одна комната, — отрезал Фет, впервые за вечер подавая голос. — Я отказываюсь оставлять свою подопечную.

Виолетта активно закивала головой, явно с облегчением.

— Но вы же не муж и жена? — удивилась Тола. — Ведь по вашим приличиям это…

— Мне плевать, что там положено по приличиям, — процедил он. — Я её одну не оставлю.

Не хватало ещё, чтобы их перебили по одному. Нет уж, нужно держаться вместе. Да и за время путешествия они настолько привыкли засыпать рядом, что это даже не воспринималось как нечто недопустимое. Волноваться можно было в Мога, где они вдвоём заселились в один сарайчик, а сейчас уже поздно.

— Прошу подготовить нам одну комнату, — отозвалась Виолетта.

Пожав плечами, Тола поднялась и вышла из помещения. А спустя несколько минут Фета с Виолеттой уже вели по коридору к месту ночлега. Какое-то время им предстояло прожить здесь. По крайней мере, пока они не узнают, где находятся, и не придумают, как сбежать.