Сон моих воспоминаний. Книга 2 (СИ)

Глава 19

Бег успокаивал. Подошвы ботинок с силой впечатывались в землю. Размеренный ритм заставлял забыть — или хотя бы перестать думать — о том, что я узнала. О том, что мне предлагался выбор: погибнуть уже этой зимой или сохранить жизнь на несколько лишних лет, чтобы сгинуть вместе со всеми остальными людьми. В последнем случае оставался вопрос, как мне продолжать смотреть людям в глаза, зная, что все они скоро погибнут, и я могла бы их спасти, но не захотела.

За плечом слышался шелест камней. Ритм звучал медленнее, чем мой. Фет бежал следом. Держал дистанцию, позволяя мне с одной стороны почувствовать уединение, с другой — давал понять, что он рядом. Причём лицо у него при этом было такое, что любому становилось ясно: подходить к нам не стоит. Ну, почти любому. Тола, кажется, особой проницательностью не страдала. Потому что прямо сейчас стояла посреди дороги, скрестив руки на груди.

— А ну стойте, вы, оба, — прозвучало грозно. Достаточно грозно, чтобы я остановилась. В обычном своём состоянии.

Я плавно обогнула ведунью слева, Фет — справа. Женщина растерянно обернулась, провожая нас взглядом.

— Говорю же…

Не сбавляя ритма, мы побежали дальше. Ещё несколько мгновений — и сзади послышались торопливые шаги. Тола бежала следом. Я бы даже посочувствовала ей — ну не созданы целители для физических нагрузок, по дяде знаю. Но сейчас мне было глубоко наплевать на чужие проблемы. Поговорить? Нет уж, спасибо. Без меня.

— Йонги… С кем пришёл йонги? — послышалось сбивчиво.

Я со вздохом замедлила шаг и обернулась. Губы искривились от отвращения. Йонги, ньёкаби, разрывающие… Что дальше? Могу я хотя бы в последние месяцы своей жизни обойтись без незнакомых слов?

— Не йонги, а кот, — выдохнула я, стараясь обуздать рвущуюся наружу ярость. — Говори, пожалуйста, правильно.

Не очень вежливо, но да ладно. Мне простительно, я, считай, смертница.

Фет остановился рядом со мной, недобро сверкая глазами. Тола тоже замерла на месте, растерянно хлопая глазами.

— Но йонги — это не кот, — возразила она. — Йонги может быть похож на кота. Внешне. Иногда на собаку. Или даже птицу. Но это дух-хранитель, обитающий в лесах.

Мы с Фетом озадаченно переглянулись, и я закатила глаза.

— Какая разница, дух он или нет?

— Он просто кот.

Мы сказали это одновременно. А Тола оживилась и быстро приблизилась.

— Не просто кот. Йонги — дух-хранитель, и он следует лишь за теми, в ком есть кровь коренных народов.

— Тогда точно нет, — усмехнулся Фет. — Не обессудьте, но кот пришёл со мной.

Мы развернулись, чтобы продолжить бег, но Тола не дала нам ступить и шагу. Вцепилась пальцами в рукава.

— Тогда тем более вам нужно пойти со мной.

Мы синхронно проследили за пальцами, удерживающими нас за одежду. Выше, вдоль рукава и остановились на глазах ведуньи.

— Куда?

— В мою лабораторию. Будем проверять кровь Фета.

— Это ещё зачем? — нахмурился мой спутник.

— А затем, милый мой, что если ты приручил йонги, то в тебе точно есть наша кровь. И возникает вопрос, как и когда эта кровь попала в твой мир.

— Хм, странно… — бурчала Тола, а меня не покидало чувство дежа вю. Вот точно так же выглядел дядя Тео, когда с головой погружался в свои исследования. Конечно, в нашем присутствии это случалось довольно редко… Но была пара моментов, когда Бетти жаловалась отцу на непонятный школьный проект, и они вместе сидели над исследованиями. В этих ситуациях я замирала с краю комнаты на стуле, со стороны наблюдая за работой мысли гениального учёного.

Тола точно так же сгорбилась над своими ретортами, раскладывая на составляющие кровь Фета.

— Не понятно, — пробормотала она. — Но не может же быть…

Не выдержав, я поднялась и вышла на крыльцо. Как можно сидеть на одном месте, зная, что жить тебе осталось всего полгода? И за всю свою жизнь я так и не вышла замуж, не вырастила детей и ни разу никого не спасла? Правда, в данный момент первое стало не актуально, второе мне уже не грозило, а третье очень скоро окупится с лихвой. Кажется, переживать мне больше и не о чем…

На плечи легла забытая в доме куртка. Спину согрело чужое тепло.

— Ты не обязана это делать. — Горячий шёпот обжёг ухо. — Давай сбежим вместе.

— Куда? — грустно усмехнулась я.

— В мой мир. Принесём Теодору заряженный аназелит, он разберётся с порталами…

— И мы просто сбежим? Вдвоём? — Я откинула голову на плечо Фета и прикрыла глаза, нежась в его тепле.

— Можем взять с собой кота, — примирительно хмыкнул он. — С котом путешествовать веселее.

— Мм, звучит заманчиво, — улыбнулась я и почувствовала, как ресницы потяжелели и почему-то защипало в носу. Некрасиво всхлипнув, я зажмурилась сильнее и продолжила дрогнувшим голосом: — Но я так не смогу. Обречь целый мир на гибель, и спастись самой? Кто вообще способен на такое?

— Знаю я одного человека, — нехорошо усмехнулся Фет.

— Вот только не надо меня сравнивать со своим братом! — деланно возмутилась я.

Фет лишь прижал сильнее и зарылся лицом в мои волосы. Я открыла глаза, глядя в небо.

— Ты уходи. И возьми с собой Симбу, — прошептала я. — А я останусь.

— Собираешься отдать жизнь за благополучие этого мира?

— А что такого? — нарочито равнодушно отозвалась я. — Тем более, этот мир мне нравится. Жалко будет, если погибнет.

Обхватив ладонями мои плечи, Фет ласково, но твёрдо развернул меня. Я на миг утонула в его глазах, глядящих прямо в душу.

— Не смей сдаваться, слышишь? — проговорил он. — Мы со всем справимся вместе. Мы найдём выход.

— Мы?

— Мы. — Он усмехнулся. — Ты же не думала, что я брошу тебя разбираться в одиночку?

— Я думала, это и был твой изначальный план, — криво улыбнулась я. — Зарядить камни и сбежать из этого мира. Ты же собирался вернуться.

— Зачем? Кто меня там ждёт?

— А как же Кейтлин? — прошептала я, высматривая ответ в его глазах. Но он даже не дёрнулся.

— Думаю, её есть, кому утешить, — грустно улыбнулся он.

Щёки обожгло румянцем от недавних воспоминаний, и я отвела глаза. Тут он был прав.

— Ты же любишь её, — прошептала едва слышно. Да, я всё-таки догадалась, почему Фета так задела новость о новом напарнике. И почему он так усердно отводил глаза в первые недели.

— Любил, — поправил он. — Думаю, мне давно пора было её отпустить.

Я закусила губу, стараясь не раствориться в серых глазах. Его лицо было так близко, что я чувствовала на коже горячее дыхание. Внутри поднималось волнение и странное томление. И безумно тянуло сократить расстояние, прижавшись к этому невозможному мужчине.

— Ты уверен, что хочешь остаться в нашем мире? Другого шанса уйти может и не представиться.

— Кто сказал, что он мне нужен? — усмехнулся он.

Я рвано выдохнула. Хотела что-то сказать, возразить… Но этого шанса мне не дали.

— Эй, голубки, — послышалось из-за спины, и мы оба вздрогнули. — Не хочу вас прерывать, но мне нужно взять ещё капельку крови.

Фет

— Ты её пьёшь, что ли? — недовольно скривился Фет, отнимая руку у чересчур увлёкшейся ведуньи. — Куда тебе столько крови?

— Не жадничай, — проворчала она. — Лучше садись медитировать. Чтобы быть уверенной, мне нужно увидеть твою магию.

— То есть, кровь изначально была не нужна? — скрестил на груди руки Фет.

— Нужна. Ты садись, — Тола толкнула целителя на скамью. — И ты садись, — кивнула она Виолетте. — Дар твой надо осваивать. А там, глядишь, всё и обойдётся.

— Даже сегодня будем медитировать? — криво усмехнулась Виолетта. — Мы же договаривались, что я могу подумать.

— Так и думай, кто ж тебе мешает-то?

Тола тряхнула головой, подняла на уровень глаз колбу с кровью и поболтала.

— Чтобы быть уверенной, мне нужно посмотреть твой дар, — повторила она Фету. — Но пока что твоя кровь наводит на определённые мысли.

— Какие? — спросили хором.

— Разные. И очень интересные…

Задумчиво покачивая колбочку в руке, Тола вновь удалилась в лабораторию, оставив Фета с Виолеттой осваивать дар. Девушка проводила женщину злым взглядом. И её можно было понять — вырваться из дома, чтобы меньше, чем через месяц узнать, что миру конец, и только ты сможешь его спасти, но при этом придётся умереть самой? На взгляд Фета, сбежать в его мир был бы хорошим решением. Но Виолетта оказалась доброй девочкой. Доброй и отзывчивой. И уже практически подтвердила готовность отдать собственную жизнь за жизни миллионов. Хотя на словах и взяла день передышки.

И эту девочку он считал эгоистичной и жеманной? По мере путешествия навязанные стандарты и манеры слетали с неё, как шелуха с лука, оставляя совершенно другую Виолетту. Смелую, самоотверженную, слегка наивную… Ту, которую он уже не был готов оставить. Внешнее сходство с его первой любовью? Скорее, досадное недоразумение. Впрочем, возможно, у Фета был типаж. Так или иначе, он сказал правду: он не готов был оставить Виолетту погибать в одиночестве. Он принял решение. Что ж, кажется, не так уж и сильно ему теперь нужно возвращаться к Теодору.

Виолетта сидела, прикрыв глаза и продолжала хмуриться. Фет протянул руку, чтобы разгладить застывшую на гладком лбу складочку. Но в последний миг замер и убрал ладонь. Не время ей мешать. У них есть всего полгода — и в эти полгода он будет рядом. А значит, нужно вернуть дар, впавший в спячку в момент освобождения боевого осколка.

Судя по всему, его слабый целительский источник не смог безболезненно пережить такой выброс боевой магии и попросту спрятался. Оставалось его найти. Тола объясняла это как-то по-своему. Фет лишь понял, что нужно закрыть глаза и прислушиваться к ощущениям. И когда наступит тот самый момент, он всё поймёт.

Отмучившись не меньше часа, Фет сдался. Виолетта с открытыми глазами гипнотизировала какую-то точку в стене. Настолько активно, что не отреагировала ни на своё имя, ни на взмах ладони перед глазами. Девушка явно была не здесь. Самое время навестить Толу.

— Как успехи? — спросил Фет, входя в лабораторию.

— Это у тебя нужно спросить, — проворчала она. — Как твои успехи? По-прежнему ничего не чувствуешь?

С досадой помотав головой, Фет шагнул ближе.

— Зато у Виолетты явно что-то выходит.

— Конечно, выходит. Она годами этим занималась, — фыркнула ведунья и устало откинулась на спинку стула.

— Не расскажешь, что ты ищешь? — поинтересовался Фет, придирчиво оглядывая стол с колбами.

— Не поверишь, — усмехнулась Тола. — Выясняю степень нашего с тобой родства.

— Это шутка?

Однако ведунья не улыбалась. Смотрела серьёзно и внимательно. Словно в душу заглядывала.

— Я из другого мира, — напомнил Фет.

— Я в курсе. Если бы я не была в этом уверена, уже признала бы в тебе своего.

Криво улыбнувшись, Фет уселся на стул и уставился на женщину. В голове крутились обрывки фраз, никак не желая складываться в наиболее саркастичный ответ. Стоило нужным словам найтись, сразу приходил на ум ещё более язвительный вариант. И в какой-то момент молчание достигло той точки, когда шутить было уже неловко.

— Я из другого мира, Тола, — устало повторил Фет. — У нас нет и быть не может быть родственной связи. Хотя бы потому, что нет общих предков.

— А вот тут притормози, красавчик, — ухмыльнулась Тола. — Давай рассуждать в другую сторону.

Мужчина закатил глаза.

— Только не надо тут рассказывать, что я сумасшедший и всё придумал. Это абсурд.

— Не буду, — покорно согласилась его собеседница. — Но подумай сам. Если ты из другого мира, и мы с тобой оказались бы родственниками, то это означало бы, что…

— Что ты тоже из другого мира?

— Что твои предки отсюда! — вспыхнула Тола. — Из нашего мира! А я знаю всего одно событие, которое дало достаточно энергии для перемещения между мирами!

— И какое?

Мозг почему-то заклинило. Соображать не получалось. Получалось лишь хмуриться и нервно колупать ногти. Энергия для перемещения между мирами. Как взрыв. Как тот взрыв, который послужил для него отправной точкой, перенеся сюда.

— Взрыв источника! — Тола понизила голос. — Семьсот лет назад.

— Но все ведь погибли, — пробормотал Фет. — Ты сама говорила…

— Это мы так считали. А что если… Они выжили? Выжили в том, новом мире, куда смогли перенестись?

Виолетта

Придя в себя, я обнаружила, что Фет куда-то смылся. Компанию мне составлял один лишь невесть откуда взявшийся Симба. Заметив, что я пришла в себя, кот потянулся и перетёк мне на колени, включая урчание. Я хмыкнула.

— Представляешь, — поделилась я. — Тола тут сказала, что ты, якобы, не кот, а какой-то йонгу… йонги. Это ж надо такое придумать…

Симба на миг замолк. А потом, словно опомнившись, заурчал с удвоенной силой.

— Это же надо такое придумать, — вздохнула я. — Обозвала тебя неведомым лесным духом. Который якобы может чувствовать древнюю кровь.

Кот усердно урчал. Лежал, подобравшись, прижав уши к голове, и урчал. Как будто пытался убедить, что никакой он не древний дух. Куда только делся вечно лениво-расслабленный котик?

— Но это же невозможно, правда? Ты простой кот, а в Фете не течёт никакой древней крови. Он ведь из другого мира.

Мне показалось или кот попытался кивнуть, но сдержался? Я ласково-ласково протянула руку и нежно почесала котика за ушком.

— Симба, — прошептала вкрадчиво. — А ты ничего не хочешь мне сказать?

Кот медленно повернул ко мне голову с огромными, как блюдца, глазами, раскрыл пасть и…

— Мяу! — ответил он. — Мя-уа-уау!

А потом нагло перевернулся на бок и прикрыл глаза. Всё, кот выключился. Зато на полную мощность включилась урчалка.

Я с облегчением выдохнула. Какая глупость, я готова была поверить в то, что Симба действительно древнее существо, почуявшее в Фете кровь местных племён. Почему-то это казалось важным, хотя мозг никак не мог ухватить, почему именно.

Подхватив кота на руки, я вышла из домика и уселась на крыльцо. Симба даже ухом не повёл: лишь дёрнулся кончик хвоста.

— Это так глупо, — поделилась я, устраиваясь на ступеньках. — В двадцать с небольшим узнать, что жить осталось всего полгода… Я ведь правда хотела выйти замуж, родить детей, стать уважаемой дамой… Про последнее, впрочем, забудь. Мне это никогда не светило, учитывая мой дар.

С удивлением обнаружив, что Симба замер и перестал урчать, я запустила пальцы в чёрную шерсть и принялась отстранённо почёсывать спинку.

— Конечно, я соглашусь. А как иначе? Если мир обречён, но есть шанс его спасти, то это нужно сделать. Я выполню свою часть. А Берхане пообещала обеспечить безопасность людей…

Интересно, а как она собиралась это сделать? Допустим, с источниками Терии проблем возникнуть не должно. Целительский располагался посреди болота, где люди попросту не селились. Тот, что находился на юге… там тоже не селились. Правда, по другой причине: слишком много умертвий. Живым находиться возле восставших мертвецов как правило некомфортно. А источник некромантии, словно не понимая этой простой истины, продолжал снова и снова питать местные погосты на радость некромантам.

Но как быть с оставшимися двумя осколками? Я совершенно не представляла, что окружало защитный источник. Этого не знал, пожалуй, никто кроме живущих там племён. Зато я была абсолютно уверена в том, что бытовой осколок прятался то ли в самой Аданее, то ли очень близко. Освободить источник, чтобы стереть с земли столицу Париса? Нет уж, спасибо. Там, конечно, жили нелюди, которых яро презирал мой несостоявшийся родитель, но лично мне-то они ничего плохого не сделали.

Что ж. Раз уж я решила пожертвовать собой, стоило хотя бы посмотреть на план защиты горожан. Без него шагу не сделаю.

И ещё одно. План спасения с принесением меня в жертву, конечно, был хорош… Но я хотела проконсультироваться со специалистом. Специалиста я знала всего одного, зато потрясающего. И я почему-то была уверена: он ни за что не откажет племяннице, пусть и не родной, в такой мелочи, как просмотреть расчёты и не дать погибнуть напрасно.

Кто знает, вдруг мир на самом деле вовсе и не умирает? И спасать его тоже не надо? Дело даже не в том, что Ньёкаби решили меня обмануть — возможно, просто ошиблись. Конечно, столетиями ослабевающую в Азуне магию отмечали даже учёные, но… Кхаш с ней, утекающей магией. Подобное можно пережить. А вот смерть пережить никак не получится.

Что ж. Кажется, у меня вырисовывался план. Сначала вызнать у Толы все подробности. А потом, когда к Фету вернётся магия, связаться с Теодором и проверить расчёты.

С этими мыслями я и вошла в лабораторию ведуньи.

— Мне нужно с вами поговорить, — заявила с порога.

Фет с Толой обменялись многозначительными взглядами и повернулись ко мне.