Солнечное сердце

Глава 20. Подарок

Лорен

Рэй заметил.

Он не просто заметил, а сразу вперился в кольцо взглядом, стоило мне занести завтрак с утра следующего дня, и закатил самую натуральную истерику.

— Сними артефакт связи!

— Не буду.

То ли я не выспалась, то ли просто разозлилась, но почему-то вдруг захотелось заупрямиться. Какого чёрта мне диктуют, что носить и как одеваться?

— В моём кабинете целая прорва колец, надевай любое!

— Я хочу это. Оно плохое?

— Нет… — Рэйден взлохматил длинные волосы и уселся на кровати ровнее. — Это хорошее кольцо, но мне неприятно, что ты носишь подарки Олсандера.

Офигеть.

Нет, серьёзно — офигеть.

Больше всего это напоминало сцену ревности, вот только Рэйден вообще-то жених Саяки и отказываться от невесты совсем недавно не собирался.

— Сними, пожалуйста, — тем временем попросил Рэй.

— Нет, если я сниму, то оторву от дел Олсандера. Он прилетит, думая, что у нас что-то стряслось.

— Это он тебе так сказал? — Рэй внезапно прищурил красивые тёмные глаза.

— Да. Это артефакт связи, ты же сам подтвердил.

— Всё верно.

— И? Что-то не так?

— Но работает он по-другому, — сквозь зубы выдавил мужчина. — Тебе необязательно постоянно носить кольцо на пальце. Достаточно иметь при себе, подумать о том, кто его подарил, и захотеть его увидеть. Всё.

Ага. Ну, в принципе, резон в словах второго Аккрийского принца был: если что-то случится, то от помощи дракона я точно не откажусь, а пока буду снимать кольцо, так или иначе о нём вспомню. Нет, хитрый жук этот Олсандер, конечно, но в целом обман вполне допустимый. Вероятно, я и сама бы так же поступила на его месте.

— Ну что, теперь снимешь? — буркнул Рэй.

— Нет.

— Как нет?! Олс тебя обманул! — возмутился мужчина и волосы с плеч откинул… художественно так. Хоть в кино снимай.

Я мысленно себя одёрнула.

— Нет значит нет, Рэй. Приятного аппетита. Массаж зайду делать через полтора часа.

С этими словами я поставила поднос на тумбочку и под буравящим взглядом хозяина Харакуна вышла из спальни.

***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Рэйден рвал и метал. Внутри него бушевал океан противоречивых чувств. Он был рад братьям, которые внезапно решили навестить его в Ночь Перерождения, но несколько внимательных взглядов Олсандера, брошенных на Лорен, заставили напрячься. И вот наутро он обнаружил на ней зачарованное лично братом кольцо связи.

Прекрасно!

Лорен уже носит украшения, подаренные Олсом…

И ладно бы кольцо подарил Рёллан или Широ, Рэй бы это стерпел и промолчал, но Олсандера и Рэйдена разделяло всего двадцать лет (очень маленький промежуток времени, если говорить о драконах), и всю жизнь до трагедии многие их путали, а кто-то вообще принимал за близнецов (от пятидесяти до трёхсот определить возраст дракона на глаз весьма сложно). А уж после битвы с Мёртвыми душами Рэй и вовсе стал чувствовать себя «бракованной» версией старшего брата.

— Который из них второй в очереди на престол? — могла спросить юная залётная драконица или дипломатесса с эльфийских земель.

— Тот, который не в инвалидной коляске.

— Который из них помогает Катэлю с управлением Огненным Архипелагом?

— Тот, который не урод.

Рэйден и так всегда был вторым после Олсандера, он не умел и при здоровых ногах так танцевать и флиртовать с женским полом, а уж после травмы и вовсе стал чем-то вроде блёклой тени Олса. Наверное, поэтому осознавать, что Лорен интересует второго принца Аккрийского, было особенно болезненно. А вдруг девушка рано или поздно передумает и выберет его брата?

Ревность сжигала его изнутри, вот только сделать он ничего не мог: ни с проклятым чувством, ни с упрямицей Лорен, наотрез отказавшейся снимать кольцо брата, ни с больными ногами…

Или всё-таки мог?

Рэйден прикрыл глаза и с усилием несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул, призывая себя к спокойствию. Забота о женщине — это в первую очередь деньги и украшения, финансовое обеспечение. Всю жизнь для Рэя это было очевидно так же, как и то, что отпущенный камень падает вниз — к земле, вот только и тут Лорен удивила.

«Мне нравится язык действий».

А что, если у него получится сделать для неё подарок куда ценнее, чем зачарованное кольцо связи?

Ради Лорен он впервые за долгие годы отшельничества выбрался на холм… Ради неё он готов на многое, лишь бы только увидеть сияющие зелёные глаза.

***Лорен

Месяц снежных звёзд был в самом разгаре, шло пятнадцатое число. После той ссоры из-за кольца Рэйден вновь стал задумчивым и необщительным, хотя исправно делал упражнения с эспандером и не возражал против массажа. Однажды он застал меня за нарезкой кусков ткани от Юмико и клейкой растительной пастой и поинтересовался, чем я занимаюсь. Пришлось кое-как объяснять, что такое кинезиотейпы.

— Если наклеить два конца тейпа на кожу вдоль мышцы, он будет компенсировать часть нагрузки и не даст мышце перерастягиваться. Ко всему, и кровь э-э-э… энергия лучше циркулирует, — худо-бедно пояснила я. — А столько ткани здесь потому, что я экспериментирую, какая лучше тянется и какая не вызовет раздражения на коже при длительной носке.

— Какие у тебя интересные идеи. Даже не представляю, как ты до такого додумалась, — прокомментировал Рэй и неожиданно предложил: — А наклей мне синюю и зеленую полосы на руки.

— Зачем?

Я слегка зависла, глядя на появившуюся в разрезе одежды литую грудь. Ещё каких-то три или четыре месяца назад он цеплялся за свой халат, как девица за невинность, а сейчас обнажался — по крайней мере, верхней своей частью — с такой лёгкостью, будто мы в браке по меньшей мере пару лет.

— Как зачем? — удивился Рэй. — Ты же ставишь эксперимент. А значит, тебе нужен подопытный. То, что я занимаюсь с эспандерами, не помешает?

— Нет, не помешает, — озадаченно ответила.

«Наоборот, тейпированием чаще всего спортсмены и пользуются…»

Я была уверена, что всё вернулось на круги своя, но ровно до того момента, как рано утром на самой заре он постучался ко мне в комнату.

— Лорен, вставай! Мы выезжаем через полклепсидры.

Я так и подскочила на месте, судорожно вспоминая, где я и чему приблизительно равна половина водяных часов… Тридцать минут, ох!

— Куда мы?

Но судя по звуку удаляющихся колёс, Рэй уже куда-то мчался. Ровно через полчаса, заспанная и сонная, я с изумлением наблюдала во дворе Харакуна добротную крытую рикшу, запряжённую двумя гнедыми жеребцами, Кайто, в поте лица заталкивающего механическую коляску, и бодрого Рэя на скамье внутри, тянущего кресло на себя.

— Что здесь происходит? — только и смогла спросить я.

— Мы едем на берег Горячего моря. К обеду точно будем на месте. Запрыгивай! — И он приглашающе махнул рукой на скамейку напротив.

— Как? Вот так просто берём и едем? — не поверила я.

— Да, а почему бы и нет? Здесь близко, не более пятнадцати ри, дорога хорошая, утоптанная, а Ёси доставил самых резвых лошадей из ближайших деревень. Или ты не хочешь посмотреть на Горячее море?

Конечно же я хотела.

Оказывается, в летнее время по проливу к большой земле часто приплывали корабли купцов, и проложенная местными людьми дорога вглубь материка как раз проходила недалеко от замка Харакун. Я оглянуться не успела, как Кайто, напевая что-то под нос, уже мчал нас через узкое ущелье между двумя длинными горными хребтами, а ещё через час я почувствовала, как в нос ударил тёплый влажный воздух, и захотелось скинуть с себя верхний слой одежды.

Я чуть ослабила пояс и бросила вопросительный взгляд на Рэя, тот понимающе заулыбался.

— Горячее море — это не только розовые пляжи из рифового песка, это ещё и очень комфортная температура на берегу круглый год.

— Но как? — Я изумлённо развела руками, пытаясь объяснить, что всего в каких-то шестидесяти километрах лежит снег, а тут явно «плюс» на улице и местами виднеется прошлогодняя зелёная трава.

— Течение тёплое, — пояснил Рэй. — А Харакун и Горячее море как-никак разделяет горный хребет.

Я лишь задумчиво кивнула, запоздало вспомнив, что когда-то слушала телепередачу о фёнах — тёплых ветрах, дующих с гор в долину. В той передаче показывали, как при разнице в какие-то десятки метров в одном месте может лежать снег, а в другом — зацветали альпийские луговые травы. Если даже в моём мире природа настолько удивительна, то что говорить о чужом?

Берег Горячего моря и его розовый песок создавали впечатление произведения искусства, созданного, вероятно, богами. Клянусь, в этот момент я готова была принять и поверить в то, что они существуют, так как ничего подобного не видела в жизни. Песок вблизи бликовал под лучами солнца, и при взгляде на него казалось, что идёшь по жидкому розовому золоту. Причём то ли рифы были здесь особенные, то ли их перемолол океан, но я никогда не трогала настолько мягкого и нежного материала…

Солёный ветер ласково развевал мои короткие волосы, а я всё гуляла и гуляла по песчаному пляжу, наслаждаясь ощущением, как щиколотки погружаются в песок словно в пушистую вату, и глядя на бирюзовую гладь, покрытую мелкой рябью белоснежных барашков. Если прищуриться, то справа километрах в трёх можно было различить силуэт простенького порта для купеческих кораблей — там притаились истории о далеких странах, таинственных приключениях и неизведанных океанах. Позади возвышался величественный горный хребет, до самого горизонта тянулся розовый берег.

***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Если бы Рэйден знал, как отреагирует Лорен на берег Горячего моря, то отвёз бы её сюда раньше. Её глаза загорелись таким восторгом, что она невольно напомнила маленьких драконят, которые только-только встают на крыло и пробуют воздух на ощупь.

— Какой он мягкий! Так не бывает!!! — завизжала девушка, а затем, позабыв об элементарных правилах приличий, сбросила обувь и принялась носиться вдоль кромки моря. — Как же здорово! А как пахнет солью! Рэй, ты это чувствуешь?! И водоросли, Рэй, я чувствую водоросли… И что-то сладкое!

Лорд Аккрийский мог лишь улыбаться, глядя, с какой детской непосредственностью Лорен озвучивает всё, что видит и слышит.

Искренняя.

Пожалуй, это и подкупило Рэйдена в ней. Что бы ни сказала или сделала Лорен, он был уверен, что она это делает искренне, без задней мысли. Что бы она ни сказала — это было правдой, а не тонким манипулированием или комплиментом в технике «чтения воздуха». Рэй поймал себя на том, что с Лорен может быть открытым как ни с кем другим, что доверяет ей безотчетно и интуитивно.

Как жаль, что она солнечный человек.

Как жаль, что он оборотень, который потерял нюх и больше не может определить, кто ему подходит в пару.

Как жаль, что он уже подарил свою кровь Саяке.

Лорен с оглушительным визгом вдруг разбежалась и встала на руки, затем на ноги и снова — на руки. Её обнажённые лодыжки и крошечные пальчики мелькнули в воздухе.

— Смотри-и-и, как я могу-у-у! — донесся радостный хохот через шум прибоя.

— Гхм-м-м. — Стоявший неподалёку Кайто одним скептическим хмыком выразил всё, что думает по поводу поведения девушки.

Рэйден очнулся.

— Кайто, можете идти в рикшу, перекусить и дать лошадям напиться. Отдыхайте. Мы здесь задержимся на некоторое время.

— Спасибо, мой крылатый господин. — Пожилой мужчина неуловимо изменился и склонился в глубоком поклоне. — Вы очень добры.

Рэй проследил, как удаляется в сторону дороги фигура человека. Он сидел на старом поваленном дереве, а рядом стояло его потрёпанное кресло. То ли Лорен заразила принца Аккрийского своим настроением, то ли ему надоело передвигаться на коляске, но сейчас, сидя на этой коряге, вопреки всему он чувствовал себя счастливым. Почти как на холме, когда замёрзшая Лорен грелась у него на коленях.

Или как в тот момент, когда она его поцеловала в спальне…

— Уи-и-и! Ты видел? Видел?! — Девушка с радостным визгом оседлала корягу на манер южных воинственных кочевых племён и натянула мысочки на стопах, жмурясь от хорошего настроения. — Какой же песок здесь мягкий! Никогда по такому не ходила!

Рэй подумал, как хорошо, что он только что отослал Кайто подальше. Пожилой уборщик мог бы и не выдержать такого зрелища. Взгляд невольно скользнул по обнажённым лодыжкам и чуть выше, вдоль восхитительно тонких белоснежных икр — Лорен закрутила штанины почти до колен. Принц Аккрийский вовремя себя одёрнул за неприличным разглядыванием и усилием воли перевёл взгляд на лицо девушки.

— Конечно видел.

— Это называется «колесо». Я в детстве очень любила его делать, да и вообще… — Она неожиданно распахнула огромные зелёные глаза и посмотрела на него в упор. — Спасибо.

У Рэйдена пересохло в горле.

— Не за что, я просто…

— Нет, серьёзно, спасибо. — Лорен прервала его жестом. — Ты не обязан был это всё для меня делать, и я знаю, что ты не очень любишь покидать Харакун. Тем ценнее для меня то, что ты решил подарить этот чудесный день и показать розовый пляж Горячего моря.

Рэй кивнул и, чувствуя себя немного неловко, уставился на бирюзовое море. Женщины и подданные часто благодарили его за золото и драгоценные камни, кто-то лебезил, кто-то боялся, но ещё никто не благодарил так искренне за то, что он лишь составил компанию в хорошем месте.

Они помолчали некоторое время.

— Ты знаешь, у меня такое ощущение, что я всё время жила в тёмной сырой клетке из бето… гранита, работала с утра до ночи и путешествия видела лишь на картинках.

— У людей деревянные дома, — нахмурился Рэй. — Насколько мне известно, в деревне Опавших Цветов всё устроено так же, как и в соседних деревнях, никаких гранитных клеток нет. А Харакун, при всём моём уважении к тебе, сложно назвать тесным…

— Мне очень нравится Харакун, я сейчас образно говорю и о жизни до того, как поселилась в замке. — Лорен посмотрела на море, уходящее за горизонт. — Я рано просыпалась по утрам, ела одну и ту же еду, уходила на работу в оф… в поле. Возвращалась поздно вечером уставшая, и сил хватало только на гигиену и ужин. И так каждый день год за годом, чтобы были деньги на еду и дом. А ещё вокруг пыль, грязь, серость, лужи, одинаковые дома…

Рэй посмотрел на неё изумлённо и покачал головой.

— Здесь вокруг потрясающие горы, Лорен, да и закаты радуют своими оттенками, да, что-то можно назвать однообразным, но…

Девушка отрицательно покачала головой.

— Рэй, я повторюсь, что говорю об ощущениях. Не воспринимай всё буквально.

— Хорошо. — Мужчина чуть расслабился и тоже посмотрел на воду перед ними. Шум прибоя ему тоже очень нравился. И почему он так редко здесь бывал, если до пролива всего пара часов на лошадях от замка? — Я тебе тоже тогда должен кое в чём признаться.

— Да? — Она перевела на него заинтересованный взгляд.

— Последние пятьдесят лет я тоже чувствовал себя примерно так же, как и ты, — в тёмной клетке. С твоим появлением в Харакуне моя жизнь изменилась.

Она мимолётно улыбнулась, и Рэй подумал, что навсегда запомнит эту лёгкую, чуть рассеянную улыбку Лорен. Обычно девушка ослепляла своим позитивным настроением, и видеть её сосредоточенной было крайне непривычно.

— Я тут вот что подумала. Мы все когда-нибудь умрём… — Она неловко почесала нос и бросила на него косой взгляд. — Пускай кто-то живёт всего сто лет, а кто-то тысячу лет или даже больше, чем всё закончится — очевидно. Но наша жизнь отличается как раз тем, как мы её проводим. Не надо ничего откладывать в дальний ящик, надо наслаждаться каждым днём. Каждый час, даже каждая минута — бесценны. И нет потом сожалений горше, чем те, что мы чего-то не сделали в своё время.

Она вновь закопала ступни в розовый песок и уставилась на восхитительную бирюзу на горизонте.

Рэйден смотрел на гордый профиль Лорен и думал о том, что хотел бы провести с ней всю жизнь. Пускай это будет короткая человеческая жизнь, но рядом с ней. Он был бы готов отдать свою кровь, чтобы она жила столько же, сколько и драконы.

— О-о-о, ты только посмотри-и-и!

Девушка за доли секунды изменилась, меланхоличное настроение превратилось в восторженно-радостное. Только Лорен могла так внезапно преображаться. Оп — и перед ним уже совсем другая девушка. Наверное, это тоже черта солнечных людей. В конце концов, их так и назвали в своё время за то, что долго грустить они не умеют. Тем временем Лорен с громкими криками «какая прелесть!» бросилась к чему-то на песке шагах в пятнадцати. Прищурившись, принц Аккрийский разглядел крошечного изумрудно-салатового черепашонка.

— Он только что вылупился, Рэй! — тем временем крикнула Лорен, присев на корточки рядом с находкой. — Я чита… слышала, что они должны выбираться из скорлупы на поверхность по ночам, а сейчас день. Боюсь, слишком ярко, он не пойдёт к морю, а если чайки увидят, то съедят его. — Иди сюда!

— Ох, Лорен, оставь черепаху в покое. Съедят и съедят, тебе-то что? Да и как я дойду, колёса дальше в песке утопают. Я ограничен этой корягой.

— Как что?! — Девушка так возмутилась, что вскинула голову и посмотрела на него укоризненно. — Рэй, ты же дракон, а это — черепаха. Вы… Ну, можно сказать, одной природы!

Внезапно Рэйдену стало весело. Одной природы? Он, высшее существо, способное на оборот в физически ещё большую ипостась, обладающую магией и интеллектом, и какая-то крошечная черепаха? Он запрокинул голову и рассмеялся. Нет, определённо, такое выдать мог лишь солнечный человек.

— Ой, ну ладно тебе! — фыркнула девушка. — Но ведь маленьким надо помогать, неужели тебя не учили? Иди сюда.

— Лорен, как ты себе это представляешь?

— Ну приползи! — Она махнула рукой, мол, да что ты упрямишься. — Он же ползёт — и ничего. У тебя руки сильные, будет полезная физнагрузка.

На секунду Рэй остолбенел. Ползти принцу Аккрийскому словно презренному червю по земле? В шёлковом кимоно?! Она в своём уме?

Но девушка совершенно точно имела в виду то, что сказала, потому что, старательно высунув кончик языка, села прямо на песок и замысловато поставила ладони над черепахой.

— Его нельзя трогать, это будет неправильно. Надо создать тень, чтобы ему было не так ярко и он самостоятельно добрался до воды. Ой, Рэй, тут второй вылупился! Пожалуйста, приходи. Ты мне нужен.

Всё ещё качая головой, словно не веря в то, что собирается сделать, Рэй развязал пояс кимоно и отложил в сторону, оставшись в одних штанах. Песок будет всюду, так что чем меньше одежды — тем лучше. Тем временем Лорен бросила на него лишь косой взгляд и одобрительно кивнула. Не было ни смеха, ни «это же шутка, ты что, глупый?» — ничего подобного.

Рэйден перекатился вдоль коряги и, как и сказала девушка, опираясь на предплечья, пополз по мягкому песку к ней и двум черепашкам. Передвигаться столь замысловатым образом оказалось неожиданно приятнее, чем он думал изначально — песчинки совершенно не царапались, — и не так унизительно, как он ожидал. Один раз ему даже показалось, что получилось напрячь правое бедро, чтобы оттолкнуться.

Да нет, наверное, всё-таки показалось…

— Ну, рассказывай, что надо делать? — Он добрался до места спасения малышей, сдунул длинные волосы с лица и улыбнулся.

Лорен привычно посмотрела на его покрытый сетью шрамов торс, даже не подумав скривиться или отодвинуться, и сосредоточенно кивнула:

— Ставишь ладони так, чтобы тень от них прокладывала черепашонку путь вперед, дожидаешься, когда он преодолеет расстояние, и переставляешь ладони дальше. Вот так… Только на ярком солнце его не оставляй, а то он может испугаться и дезориентироваться. Надо аккуратно создавать тень. — С этими словами она ловко перевернулась и плюхнулась животом на песок. — Пожалуй, поползу с вами.

На миг Рэйден представил, что вместо Лорен рядом с ним Саяка или любая другая драконица. Ему стало смешно.

Это была сама фееричная и глупая вещь, которую он когда-либо делал в своей жизни.

И самая позитивная.

Песок всё-таки облепил его тело и набился в штаны, портя ткань, волосы частично растрепались и спутались, солнце нещадно нагрело спину, и скорее всего, кожа с той стороны потемнеет, а от чудны́х тканевых полосок на руках останутся следы. Однако наградой за все испытания ему стала искренняя радость Лорен и два черепашонка, удачно попавшие в океан после того, как их смыла туда прибрежная волна.

— Ну вот, всё получилось, Рэй! Я же говорила, в этом нет ничего сложного! — рассмеялась Лорен.

Она говорила что-то ещё, но мужчина так залюбовался ею, что на некоторое время пропустил речь мимо ушей. Тем временем она сняла с себя кофту и штаны, оставшись лишь в нижнем белье — возмутительная непристойность по социальным меркам и «это ведь всего лишь длинные шорты и топ» — по меркам самой девушки. На ярком солнце показались тонкие кисти, узкая талия и длинные ноги. Рэй смог разглядеть даже аккуратную ямку пупка, хотя она то и дело закрывалась тканью, и россыпь очаровательных мелких родинок на внутренней поверхности рук.

«А ведь она ничуть не менее красивая, чем родовитые драконицы, просто не привыкла краситься и носит другую одежду», — подумал мужчина.

У Рэйдена закололо ладони от желания мягко повалить Лорен на спину, сдуть песчинки с тонкой шеи и провести языком в ямке над ключицей, а ещё цепочкой поцелуев добраться до очаровательного ушка и поймать её изумлённый выдох губами. Мысли заволокло сладкими фантазиями о том, как бы он мог доставить ей удовольствие…

— Ну что, поплыли? — Звонкий голос девушки донёсся сквозь явно замедлившийся мыслительный процесс.

Рэй, резко устыдившись своих мыслей, тряхнул головой и решительно отвернулся.

— В море?

— Ну да, оно же, оказывается, теплое! Я попробовала! — Она встала и потрогала босой щиколоткой воду. — Да, говорю тебе, оно тёплое! Можно купаться…

— Оно потому и называется Горячим, — пробормотал Рэйден, старательно отводя глаза. — Но в нём купаются лишь русалки и люди…

— Погоди, ты что, плавать не умеешь?!

— Драконы созданы, чтобы летать.

Он действительно не горел желанием лезть в воду. Одно дело — любоваться видом на сияющую бирюзу, другое — забираться в неё. Зачем? Это же бессмысленно, да и море солёное…

— Плавать тоже.

— Я не какой-нибудь там водный дракон. Могу проплыть, если надо, сколько-то, но я из Огненного рода…

— Та-а-ак, а ну, пошли!

Сопротивляться оказалось бессмысленно. Накатила очередная волна — и Лорен, ловко подхватив Рэя под мышки, решительно втянула его в воду, а там начала дразниться и отплывать на шаг-два, брызгаться и снова отплывать. Затея искупаться в Горячем море неожиданно пришлась дракону по душе. Солёная вода подталкивала, облегчала движения, а широкими мощными гребками Рэй за секунды нагонял в воде Лорен. Он даже мысленно подивился тому, как ловко у неё получается уговаривать его на что-то новое. Вот и сейчас она вновь смогла удивить: до трёхсот тридцати четырёх лет третий принц Аккрийский был свято уверен, что плавание в солёной воде не может приносить удовольствие.

В своих играх с догонялками они заплыли достаточно далеко, да ещё и течение отнесло их вбок на несколько десятков, если не на сотню метров.

— Давай к берегу, я пойду пешком вдоль пляжа, а тебе придётся возвращаться по воде, — извиняющимся тоном сообщила Лорен.

***Лорен

«Вот может же, когда хочет!» — подумывала я, искоса глядя на Рэйдена.

Его улыбки проливались на моё сердце бальзамом. Он постоянно пытался вести себя по-драконьи невозмутимо, и эта невозмутимость уже сидела у меня в печёнках. Я бы дорого отдала, чтобы вновь увидеть потрясённое выражение безупречного лица, когда я первый раз окатила Его Лордейшество брызгами.

Рэй был возмущён… а затем принял игру и начал догонять. Я в душе побаивалась, что Рэйден не умеет плавать, но он держался на воде на удивление неплохо. А ведь плавание очень полезно для параплегиков: и улучшает циркуляцию крови, и укрепляет дыхательную систему, и способствует активной доставке кислорода в клетки тела, а уж про психологический аспект я не говорю. Давно замечено, что многие люди с травмами чувствуют себя в воде спокойнее и увереннее, чем на суше, а временами даже забывают, что у них есть какие-то осложнения, — настолько им легко дается передвижение в воде. То, что в Горячем море вода оказалась не пресной, а солёной, стало лишь ещё одним плюсом в копилку.

По внутренним ощущениям мы плавали часа два, не меньше, когда я поняла, что мышцы болят от усталости, да и под ногами появились мелкие колючие рифы. Это Рэйден — молодец — держался на воде на руках, а я нет-нет, но и ставила ноги на дно, где это возможно. Надо было возвращаться.

— Давай к берегу, я пойду пешком вдоль пляжа, а тебе придётся возвращаться по воде.

Рэй кивнул, перемещаясь на глубину, а я, наоборот, аккуратно ступая по подводным камням, двинулась к берегу. Мысли крутились вокруг того, как же непривычно, но здорово купаться зимой, когда ногу пронзила внезапная, но до судорог острая боль.

***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

— А-а-а!

Тонкая фигурка споткнулась и упала в воду.

— Лорен! Что случилось?!

— Не надо, Рэй. Обплыви лучше это место. — Она, закусив губу, махнула рукой по кругу, показывая, что не стоит добираться до неё напрямую, и, прихрамывая, двинулась на мокрый песок.

Сердце Рэйдена забилось где-то в горле. Каждый шаг девушки сквозил болью, она сильно побледнела, по щекам потекли слёзы. Уже издалека он увидел маленькую колючую бордовую дрянь, вонзившуюся в нежный свод стопы Лорен.

— Не двигайся! — крикнул Рэй, поняв, на что случайно наступила хрупкая человеческая девушка и какие последствия могут быть, если она поранит ещё и руки.

Иглокамни в Горячем море очень ядовиты, об этом ему ещё рассказывали русалки в своё время. «Чем ближе место укуса к голове, тем меньше у жертвы времени», — вспомнил пояснения Рэйден. Он изо всех сил грёб к Лорен, а когда стало достаточно мелко — опёрся на ладони и пошёл, дальше — на предплечья. Жизнь девушки висела на волоске.

— Не трогай его!

— Ничего страшного, его только вынуть, и я пойду… — бормотала Лорен.

Рэй подтянулся на руках по мокрому песку, сел, трансформировал ноготь на руке в драконий коготь, даже не задумываясь, сколько сил на это уйдёт, и рывком отрезал кусок ткани от штанов. В следующую секунду он набросил тряпку в два слоя на игольчатую мерзость и аккуратно потянул на себя.

— А-у-у, — надрывно всхлипнула Лорен. — Дай лучше я, я смогу вытащить не так болезненно…

Она вновь потянулась руками к тонким тёмно-красным иглам, и Рэй, плохо себя контролируя, рявкнул:

— Не трогай! Они отравлены!

От осознания того, что счёт идёт на мгновения, дракона переклинило. Лорен замерла, глядя полными слёз глазами:

— Но это же всего лишь морской ёж…

— Иглокамень!

Мужчина наконец-то вытянул пакость из свода стопы Лорен и отбросил вместе с тряпкой подальше. Из нескольких крохотных дырочек на светлой коже тонкими струйками сочилась алая кровь.

«Гнилые болота! Иглы глубоко вошли».

Не думая ни о каких последствиях, Рэй наклонился к женской стопе, обхватил губами ранки и принялся всасывать кровь.

Отсосать. Сплюнуть. Отсосать. Снова сплюнуть.

Он не думал о том, что часть крови вместе с ядом может остаться у него в организме. Не думал и о том, что для ритуала слияния жизни достаточно и капли. В голове набатом билось: «Спасти Лорен!» Адреналин стремительно разливался, заставляя сердце Рэя колотиться на грани исступления. Мышцы напряглись как тетива в луке. Рэй позабыл даже о собственной инвалидности, всё отошло на второй план, как ненужное и пустое.

Отсосать. Сплюнуть.

Некоторые виды иглокамней в Горячем море были настолько опасны, что даже у оборотней могли вызвать лихорадку и обширное воспаление, но сейчас Рэй отдал бы всё на свете, чтобы поменяться с Лорен местами; чтобы он, а не она наступил на чёртову колючку. Вот только по иронии судьбы в кои-то веки его неподвижность ног сыграла на руку: он всё время плыл, а солнечная девушка устала так сильно, что пошла по дну.

Несмотря на все действия принца Аккрийского, Лорен сдавала на глазах. Она побледнела, над верхней губой и у висков выступили капельки пота, взгляд стал мутным, как грязное стекло.

Отсосать. Сплюнуть.

Золотисто-розовый песок окрасился жуткими алыми разводами.

— Рэй, — хрипло позвала Лорен. — Оставь, не надо. Ты уже сделал всё что мог.

Лорд Чернильных Небес бегло посмотрел на крошечные ранки. Да, действительно, если яд можно было вытянуть, он оттянул столько, сколько возможно.

— Оставь, — повторила шёпотом Лорен и почему-то потянулась к его лицу. Нежно провела ладонью по щеке, слабо улыбнулась. — Теперь надо подождать и понять, справится мой организм с той дозой яда, что попала в него, или нет, — сказала она так спокойно, будто бы обсуждала выбор блюд на обед с Сатоши.

Дракон вздрогнул от этих слов, но она внезапно положила палец ему на губы и добавила:

— Даже если это мой последний день, то я рада, что провела его именно с тобой, Рэй. Жить надо так, чтобы ни о чём не жалеть, и я не жалею. О… мне показалось, у тебя только что палец на ноге шевельнулся? Может, ваши боги действительно существуют и меня послали к тебе, чтобы ты поправился?

Она широко улыбнулась, а Рэй с отчаянием почувствовал, что теряет любимую женщину. «В чём-то укус иглокамня прекрасен, — задумчиво сказала русалка из его прошлого. — Ведь он воздействует на сознание, и жертва умирает счастливой. Хотела бы я умереть именно так, но на нас он, увы, не действует».

— Рэй, ты такой красивый, — тем временем лепетала Лорен, явно пребывая под воздействием коварного яда и гладя его скулу. — Когда я тебя впервые увидела, то подумала, что мужчины красивее ещё не встречала. А ещё я считаю тебя храбрым, и сильным, и очень благородным…

Дракон почувствовал, как с этими словами внутри что-то обрывается. Неужели отрава так быстро добралась до головы и у неё уже отказывает зрение?

— Лорен, ты меня видишь? — Он потряс её за плечо.

— Конечно вижу. — Она вновь рассеянно погладила его по обнажённой руке. — Эх, у тебя тейп отклеился, жаль. Я надеялась, получится сделать их водостойкими. Я что-то устала. Можно я полежу?

Рэй почувствовал, как она всем весом опёрлась ему на руку.

«Нет, она не может умереть! Не сейчас! Нет!»

Принц Аккрийский рывком разрезал ладонь всё тем же трансформированным когтем и приставил её к губам, не давая девушке лечь на песок.

— Пей!

— Зачем? — Лорен всё ещё продолжала вести себя странно и улыбаться. — Ты же меня не любишь, а значит, ритуал слияния жизни не произойдёт. А если произойдёт, — она вдруг хихикнула, — женат на двух женщинах, представляешь? У тебя потом могут быть проблемы с детьми…

— Плевать! Пей! — зарычал Рэй, с силой сжимая и тряся её за плечи.

Но не объяснять же ей прямо сейчас, что драконья кровь входит в состав множества магических эликсиров! Да, кровь дракона с частицей его души и правильными эмоциями запустит слияние жизни, но даже просто кровь — это уже немало. Рэйден больше всего на свете желал, чтобы Лорен жила.

А детей всё равно не будет. Сомнительно, что Саяка захочет завершить их ритуал, так что, по сути, он вообще ничем не рискует.

Лорен не хотела облизывать его ладонь, тогда он рывком уложил её на песок и крепко сжал кулак над её лицом. К этому моменту девушка уже не сопротивлялась и ничего не бормотала в ответ. Рэйден добился того, чтобы несколько капель упали в её приоткрывшиеся губы, и как мантру твердил одно и то же: «Живи, только живи». Сердце стучало где-то в ушах как бешеное. Он оглох и ослеп, не видя ничего вокруг, кроме Лорен. Рэй даже не сразу понял, что у него достаточно быстро затянулся порез и сжимать кулак уже бессмысленно.

Лорен продолжала лежать на песке с закрытыми глазами. Её губы алели от крови, а грудная клетка поднималась время от времени, но реже, чем хотелось бы. Рэйден прикрыл веки от избытка эмоций.

Надо подождать.

Чёрт… Была бы у него под рукой кровь настоящего сильного дракона, а не его собственная, тогда бы, вероятно, помогло. Взгляд упал на кольцо Олсандера на руке Лорен. Теоретически вещицей можно попробовать воспользоваться и позвать, но к тому моменту, как прилетит брат, будет уже поздно.

Рэй бессильно сжал и разжал кулаки.

Всего деление клепсидры — и всё станет ясно.

Так страшно Рэю не было даже тогда, когда он попал в магические силки и видел надвигающуюся волну Мёртвых душ.

***Лорен

Мне было хорошо-о-о…

Тепло, уютно, сладко… Хотя нет, всё же, скорее, чуточку солёно. Последнее, что я чётко запомнила, — как наступила на дурацкого морского ежа, а Рэй перепугался и зачем-то принялся отсасывать кровь и сплёвывать на песок. Потом мне показалось, что он от волнения случайно пошевелил пальцами, и я обрадовалась. Всё-таки плавание полезно для параплегиков, а уж вкупе с регулярным массажем результат точно должен был рано или поздно проявиться.

А дальше мир покрылся розовыми пятнами — совсем как песок, стало отчего-то весело и захотелось смеяться. Какая-то часть меня понимала, что, скорее всего, яд местной чудо-зверюшки представляет собой психотропное вещество и во-о-он те летающие изумрудные слоны — это галлюцинация, но другая часть меня откровенно наслаждалась…

Горячими и чуть шершавыми от многочисленных тренировок ладонями Рэйдена на моём теле.

Его близостью… Он сел вплотную и даже позволил на себя опереться.

Его лицом, которое маячило в сантиметрах от моего, и, если зажмуриться, можно было представить, как он меня вот-вот поцелует. Аж пальчики на ногах стало покалывать от предвкушения… Или это тоже действие морского ежа?

«Да, в общем-то, какая разница», — подумала я про себя, когда Рэй, кажется, решил напоить меня своей кровью. Внезапно вспомнились его объяснения насчёт обряда, который проводят драконы, чтобы иметь возможность завести детей. Подумалось, как было бы классно, если бы у нас с Рэем были дети. Наверное, они были бы черноволосыми, как он, и очень-очень шустрыми. Воображение живо подкинуло весёлых карапузов, бегающих по летней лужайке, и я почувствовала, как проваливаюсь в самый прекрасный сон, но, увы, несбыточный, ведь у Рэя уже есть невеста…

— Лорен! Лорен!

Я распахнула глаза, по ощущениям, через секунду после того, как заснула, и долго не могла понять, что происходит и почему у Рэя настолько озабоченное выражение лица. В голове шумело, да и во рту стоял стойкий железистый привкус.

— Жива! — Облегчение на лице мужчины было настолько очевидным, что я смутно почувствовала себя виноватой.

— А что случилось?

— Ты наступила на иглокамень, но главное — всё позади. — К моему изумлению, он крепко обнял (чего вообще никогда не делал), а затем дал знак кому-то за моей спиной: — Не стой столбом, скорее! Покрывало, и побольше.

— А вашу коляску?

— Да, разумеется, перевези её сюда так близко, как только получится. Я доползу.

— Негоже лорду ползать словно червю, вообще не понимаю, как вы удумали…

— Кайто!

— Прошу прощения, крылатый господин.

— Артефакт с высушивающими чарами у тебя есть? Заряжен?

— Да, разумеется, я с его помощью полы мою.

— Тогда высуши Лорен волосы, как только сядем в рикшу, и помоги ей добраться, пожалуйста.

А дальше всё закрутилось: не успела я оглянуться, как меня накрыли огромной материей, затем Кайто дёрнул вверх и, галантно подставляя локоть, довёл до нашего транспортного средства. Пока я стояла, оглушённая, и пыталась вспомнить, что произошло и почему виски так сильно ломит, на коляске подъехал серьёзный и сосредоточенный Рэйден. Он перебрался на скамейку рикши и хлопнул рядом с собой, показывая, чтобы я залезала внутрь и опиралась на него спиной.

Всё это было так странно и чудно́. Кайто пыхтел что-то недовольное, принц Аккрийский хмурился, но молчал. Повозка раскачивалась в такт лошадям. Я немного пришла в себя, сбросила покрывало и натянула кимоно, которое Рэйден предусмотрительно забрал с пляжа.

Когда тишина стала совсем уж пугающей, я повернулась и позвала:

— Рэй?

— М-м-м?

— Мне показалось… Точнее, я не могу чётко осознать, что было, а что нет, но мне показалось, что там, на пляже, ты напоил меня своей кровью.

— Да, всё так и было, — как ни в чём не бывало признался дракон. — Я очень испугался и не придумал ничего лучше… Но ты не переживай, это ничего не значит. Просто моя кровь хороша как антидот.

«Ох, какие слова он, оказывается, знает», — невольно фыркнула про себя.

— А… хм-м-м… стесняюсь спросить, — я заёрзала на сиденье под внимательным взглядом Рэйдена, — мы не… ну-у-у… не обручились? В смысле, это не было ритуалом слияния жизни?

Мужчина растянул губы в подобии улыбки.

— Нет, Лорен, говорю же. Это была всего лишь медицинская процедура. Считай, как массаж, который ты делаешь. Ничего не произошло, да и если бы произошло — я бы непременно почувствовал.

— Да? А, ну тогда ладно.

Я кивнула и тоже улыбнулась в ответ, в душе испытывая горькое разочарование.

«Черт, он дракон не твоего полёта, Лорен, уймись уже наконец со своими несбыточными мечтами…»