Солнечное сердце

Глава 11. Инцидент

Лорен

После отлёта родственников Рэйдена всё постепенно вернулось в колею. Я расплатилась с Кайто и Сатоши монетами, подспудно боясь, что они не примут такую оплату или скажут, что слишком мало, но всё обошлось. Семья из кокку и уборщика приняла жалованье дырявыми монетками как должное.

С появлением перстня с рубеллитом на моей руке Кайто как будто стал относиться ко мне более уважительно. Нет, он всё ещё говорил завуалированные фразы с «воздухом», но я не чувствовала от него едкости или сарказма. В свою очередь я присмотрелась к его многочисленным серебряным кольцам и невзначай спросила:

— А это артефакты?

Оказалось, да.

Кайто очень гордился тем, что у него ещё в детстве открылась крупица магии, и потому производил уборку артефактами там, где мог. У меня наконец выстроилась логическая цепочка в голове, почему я никогда не видела пожилого мужчину с мокрой тряпкой в руках или метёлкой от пыли, но тем не менее некоторое время всё ещё не могла принять тот факт, что в этом мире есть какие-то сверхъестественные для меня силы. Хотя я практически и не помнила прошлого, всё это укладывалось в голове с трудом.

Как позднее выяснилось, в Снежных Вершинах, где родился Кайто, он был чуть ли не единственным человеком с зачатками магии, а потому привык, что его социальный статус несколько выше, чем у других. Я очень заторможенно осознавала, что долгое время Кайто был обижен на то, что фактически указания ему даёт человек без магии. Он-то шёл наниматься прислугой к Лорду Чернильных Небес! Зато теперь, когда на моём пальце появился перстень, уборщик чуть ли не вприпрыжку уточнял, надо ли сделать на территории Харакуна ещё что-то, и достаточно любезно отвечал даже на самые «глупые» вопросы.

День за днём постепенно холодало, и первый раз, когда Ёси привез дрова, я наивно подумала, что смогу растопить печь в своей комнате. Размечталась! Дверца оказалась запаянной настолько плотно, что её ничто не брало. Когда я попросила Кайто попробовать отодвинуть заклинивший засов, он не стал даже пытаться, стремительно побледнев и выдав что-то невразумительное про гнев сильнейших мира сего.

— Если лорду Чернильных Небес будет угодно, то драконий жар разольётся по стенам и согреет низших существ, а неугодно — да сгорим мы в чистом пламени его! — выкрикнул он перед тем, как стремительно покинуть мою комнату.

Я долго переваривала ответ уборщика и пришла к неутешительному выводу: отопления нет и не будет. Рэйден не дурак, у него самого в спальне прохладно, и если бы он мог что-то сделать, то наверняка бы уже сделал. Кайто с Сатоши хорошо, комната супружеской пары недалеко от кухни, где почти всегда горит огонь, а вот мне и Рэю повезло меньше, наши спальни в другом крыле и на третьем и четвертом этажах соответственно.

В итоге в следующую закупочную неделю я заказала у Ёси побольше тёплой одежды и два одеяла — одно для себя, одно — для Рэйдена.

С владельцем замка тоже всё складывалось неплохо.

Несмотря на то что, когда Рэй впервые увидел эспандер из каучука, на его лице застыло скептическое выражение, мужчина терпеливо занимался именно так, как я и показывала. В первой половине дня я следила за его тренировками, поправляла технику, чтобы движения были максимально чёткими и работали все группы мышц по очереди. Сидеть с идеально прямой спиной Рэй справлялся сам, а вот про то, что руки должны быть слегка согнуты, чтобы избежать перенапряжения суставов, приходилось напоминать. Первое наше занятие Рэйден посмеивался: «Как может упражнение с какой-то эластичной лентой из подошв обуви быть сложнее, чем разминка с катаной?» А затем я укоротила ленту, чтобы увеличить сопротивление, и заставила мужчину отдельно прорабатывать бицепсы, трицепсы, ромбовидные и широчайшие мышцы спины. Я даже сообразила, что если хорошенечко натянуть две ленты сантиметрах в десяти друг от друга, то можно заставить работать сгибатели и разгибатели пальцев, и очень сильно собой гордилась. Рэйден же перестал смеяться над упражнениями и подошёл к делу серьёзно.

А вот с восстановительным массажем, на мой взгляд, наступил если не регресс, то застой. Я исправно приходила делать его во второй половине дня. Рэй вроде бы привык к расписанию и даже сам снимал верхние халаты в начале процедуры без лишних уговоров, но в какой-то момент ни с того ни с сего посередине процедуры становился очень ворчливым.

Сатоши передала обезболивающую мазь с силой исэи, которую я щедро использовала до начала массажа, но на настроение Рэя она не влияла. Скорее, наоборот, он становился ещё более замкнутым и молчаливым, замирал и как будто бы терпел нечеловеческие муки. Я точно знала, что людям с серьёзными травмами реабилитационный массаж помогает справиться с перенапряжением и ежедневными болезненными ощущениями, но реакция Рэя была непонятной. Самую интенсивную часть массажа, где я с точечным усилием разминала мышцы, дракон как раз переносил лучше всего. Но стоило перейти к более мягким расслабляющим движениям, как он словно превращался в другого человека, полного страха и неуверенности.

Мне нравилось трогать Рэйдена. Прикасаясь к нему, я видела перед собой не просто мужчину, а сильного, гордого и независимого воина, который пожертвовал своим здоровьем ради десятков незнакомых людей. Меня и в первый раз совсем не оттолкнуло его тело, а после объяснений Олсандера каждый из шрамов стал молчаливым свидетельством отваги и героизма Рэя.

А ещё мне нравилось смотреть на него.

Нравились его густые, разметавшиеся по плечам и крепкой груди блестящие чёрные волосы, миндалевидный разрез глаз и длинные пушистые ресницы. Тёмный, как беззвёздное небо, взгляд и сухой, чётко очерченный пресс. Внешность Рэйдена была настолько необычной и в то же время совершенной, что порой казалось, что всё происходящее со мной — сон. Он смутно ассоциировался с лозой — изящной и сильной, но гибкой и способной перенести любые морозы. Определённо, до недавних пор я не встречала мужчин с настолько утончёнными и гармоничными чертами лица. Вроде бы братья Рэя были похожи на него, но в то же время ни один не вызывал и капли того коктейля чувств, который рождался при одном только взгляде на хозяина Харакуна.

Порой было физически больно от осознания, что такой красивый мужчина в полном расцвете лет оказался без работающих ног, а теперь на меня ещё и давило осознание, что общество осуждает его поступок. Во время массажа я старалась передать всю свою заботу, поддержку и уважение. Я хотела, чтобы он почувствовал себя со мной в безопасности и понял, что я на его стороне, ведь даже самые сильные воины в момент усталости нуждаются в чьем-то плече.

Мои ладони раз за разом скользили по его шёлковой коже, изгоняя из тела болезненное напряжение и усталость, но чем дальше проходил массаж, тем сильнее он замыкался. Я это чувствовала… всё теми же ладонями. Внешне он оставался таким же интеллигентным, тихим и вежливым, но я нутром ощущала, как он отдаляется, ведь массаж — это не только физические касания, это в некоторой степени ещё и эмоциональная близость. И тем больнее было, когда я чувствовала, что он как будто специально отгораживается невидимой безэмоциональной преградой.

Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Спустя пару недель после посещения братьев Рэйден поймал себя на том, что изменился. Проклятый Олсандер, проявивший внимание к Лорен как к девушке и возможной наложнице, всё никак не шёл из головы.

Да, Лорен не соответствовала традиционным представлениям о красоте в понимании драконов и, по сравнению с его невестой Саякой, проигрывала во всём: слишком короткие волосы она скрепляла в несуразный хвостик, не пользовалась краской для лица, продолжала одеваться в мужскую одежду, несмотря на выданные деньги, а уж про грацию и говорить не приходилось. Рэй на механической коляске и то был аккуратнее. Но у Лорен была своя какая-то особенная, внутренняя красота. Рэй ловил себя на том, что замирает, когда слышит её звонкий голос или видит мимолётную улыбку, или когда она открывает окно, чтобы проветрить комнату, и ветер играет с прядкой её волос. Аромат тоже был уникален. Если бы кто-то попросил описать, как пахнет Лорен, он бы сказал, что так пахнет радуга после весеннего дождя — свежо, радостно и завораживающе.

Она совершенно точно не обладала магией, но её руки творили с ним волшебство. Каждый сеанс массажа был для Рэя не только физическим упражнением, но и глубоким эмоциональным опытом. И если первую часть терапии девушка энергично разминала уставшие мышцы, то вторая казалась настолько интимной, что он не знал, куда себя деть.

Нет, ему не было больно…

Ему было стыдно и неловко за собственные мысли, потому что в такие моменты он позволял себе думать о ней как о женщине.

Движения Лорен были мягкими и ритмичными, словно мелодия спокойной утешительной песни. Девушка интуитивно чувствовала каждую мышцу, каждый узелок напряжения в его теле. Ее прикосновения были лёгкими, но в то же время глубокими, проникающими сквозь поверхность кожи, достигая самых глубоких слоев драконьей сущности. В эти моменты он чувствовал, как невидимые барьеры между ними исчезают. Она всегда знала, когда надо усилить давление, а когда быть более нежной, своими чудесными руками она читала его тело как открытую книгу, и ответ на каждый его вздох или тихий стон был мгновенным и точным.

Даже его собственная невеста после ранения решила свести общение к минимуму, а Лорен спокойно видела его без верхнего кимоно ежедневно и не только не испытывала отвращения, а с удовольствием трогала его тело. И как мужчина Рэйден не мог не наслаждаться прикосновениями Лорен, представлять, что было бы, если бы она вдруг согласилась на большее. Если бы в первый раз пришла в его спальню с голыми коленками не по ошибке, а потому что действительно хотела его соблазнить…

«Она же человек солнца!» — тут же возмущался внутренний голос.

«Пользоваться слабостями людей солнца омерзительно. Они не несут злости, но и не способны отвечать за свои поступки. Относитесь к ним как к детям», — возникало в памяти из недавно прочитанного в книге.

И от мыслей о Лорен Рэйден начинал презирать самого себя.

— Так давлю, не больно же?

— Нет.

Подушечки женских пальчиков пробежались вдоль позвоночника, вызвав лёгкую щекотку, которая тёплой волной распространилась по магическим каналам.

— А так?

— Лорен, делай что считаешь нужным и давай завершать, — сказал Рэй в подушку, стараясь не выдать, насколько приятны её прикосновения. К счастью, спасительная подушка делала интонации неузнаваемыми.

Женские ладошки вновь заскользили по шее, неспешно сжали-разжали плечи и отправились вниз.

— Рэй, я же как лучше хочу, чтобы ты выздоровел…

— Я понимаю, — устало вздохнул дракон, думая о своём.

— Мне кажется, за то время, что я в Харакуне, у тебя наметился прогресс.

— Определённо.

Рэй неплотно сжал челюсти и покрывало под собой, потому что последнее движение умелых пальчиков девушки отозвалось пульсирующим жаром внизу живота. Его реакция была внезапной и неконтролируемой, как молния, разрезающая ночное небо. Мужчина почувствовал, как тело предает его, реагируя на прикосновения Лорен способом, о котором он даже не осмеливался думать. Стыд захлестнул, как отрезвляющая штормовая волна.

До сих пор дракон думал, что падать ниже уже некуда, но оказалось — есть куда. Он не может проконтролировать даже такую низменную реакцию. Девушка что-то бодро щебетала, а принц Аккрийский на миг зажмурился и перебил вопросом:

— Лорен, скажи честно, почему ты не согласилась на предложение Олса?

«Хоть бы она оказалась обыкновенной деревенской девушкой, а не человеком солнца».

— Ну… во-первых, мне не хочется быть ничьей… э-э-э… наложницей. — Девушка на миг замерла и серьёзно ответила: — Это как-то… неправильно, что ли.

Походило на ответ разумного человека. Многие девушки, особенно человеческие, стремились провести с высшим существом ритуал слияния жизни, чтобы жить дольше. Рэйден напрягся всем телом.

— А если бы он тебе предложил жениться?

— Пф-ф-ф, нет, разумеется. Я бы не согласилась.

— Почему? Он же дракон. Влиятельный, богатый, красивый. Он бы одаривал тебя подарками ежедневно.

— Ты знаешь, подарки мне не нужны. Мне это не интересно. — В её голосе послышалась задумчивость. — А твой брат как мужчина мне не понравился.

«Ну вот и ещё одно из бесконечных доказательств, что она всё-таки человек солнца…»

Женские руки впервые за долгое время скользнули Рэйдену на бедра, вначале прошлись кулачками, потом скользнули на крестец. Очередная волна жара туго спеленала мужчину. Сердце бешено заколотилось, как если бы он пролетел на крыльях полдня. Дракон был в плену своего тела, которое восстало против его воли, против его достоинства.

— Рэй, я вот что думаю, надо поработать с твоими ногами. Я понимаю, ты их не чувствуешь, но…

— Не надо, — глухо произнёс мужчина, умирая от стыда.

Лоран на секунду замолчала, а её пальчики скользнули вновь по чувствительному местечку, от которого Рэя бросило в кипяток.

— Ты не понимаешь, это всё-таки застой крови, я ничего болезненного делать не буду. Просто перевернись на спину.

— Не надо.

— Надо, Рэй! — Упрямая Лорен попыталась перевернуть дракона, и он, испугавшись, что она увидит его позор, схватил плед и рявкнул во всё горло:

— Нет! Что тебе непонятно?! Уходи! На сегодня сеанс закончен!

В следующую секунду он уже пожалел об этом, но было поздно. Девушка уже бросилась вон из спальни.

Лорен

Уже во второй раз я выбегала из комнаты Рэйдена, чувствуя, как меня душат слёзы. Неконтролируемая обида бурлила в крови, готовая вырваться наружу.

Какого чёрта?!

Как этому дракону удаётся так играючи выводить меня из себя?

Рык «что тебе непонятно?! Уходи!» оглушительным звоном стоял в ушах. Я, конечно, помнила, что инвалиды часто имеют неустойчивую психику и у них может испортиться настроение само по себе, но это же не повод на меня орать? Я старалась ведь делать все аккуратно, чтобы не было больно…

Я ворвалась в свою комнату и заметалась от окна к неработающей печи и обратно. Эмоциональная часть меня требовала собрать все вещи и уйти из Харакуна раз и навсегда. Если Рэю настолько неприятно то, что я делаю, если он злится даже от такой малости и отвергает помощь, то, наверное, для нас обоих будет лучше расстаться. Разумная часть шептала, что на носу зима, я плохо, а точнее совсем никак не знаю внешний мир, людей в деревнях и их уровень жизни. Если уж уходить, то правильнее это будет делать по весне. Внутренняя борьба между желанием уйти и пониманием необходимости остаться разрывала на части.

Именно в таком состоянии и застал меня Рэйден, постучавшись в дверь.

— Я могу войти?

— Можешь, конечно. Тебе в этом замке всё можно. Это только мне нельзя. — Я не удержалась от колкости, но Рэй пропустил её мимо ушей.

Он заехал в комнату на механическом кресле, держа на коленях плед и пресловутый томик книги с какими-то иероглифами, которых я не понимала. Он подъехал вплотную, поднял голову, посмотрев чётко в глаза, и тихо попросил:

— Я виноват. Прости меня.

Я ожидала очередной отповеди, как я была не права, что полезла со своей помощью в принципе, когда он этого не просил, и так замерла, раскрыв рот.

— Что?

Рэй смущённо опустил взгляд на пол, поправил плед и повторил:

— Лорен, прости меня, пожалуйста. Я… был не в себе. Моя реакция тебя не касается. Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, и… давай прекратим временно сеансы массажа.

— А тренировки с лентой? — ошеломлённо протянула я.

— Их можно оставить. — Рэйден невозмутимо кивнул. — Я могу как-то загладить свою вину перед тобой? Что бы ты хотела?

И посмотрел на меня так открыто, что я растерялась. Что я хотела бы? Чтобы он пошёл на своих двоих, чтобы улыбался чаще, чтобы ему нравились мои прикосновения, потому что я сама, кажется, в него влюбляюсь. Но разве всё это озвучишь?

Взгляд скользнул к книге на его коленях, и неожиданный ответ пришёл в голову сам собой:

— А научи меня читать!

— Что? — Рэй нахмурился, словно я попросила что-то странное, но я уже уцепилась за эту идею.

Очевидно, моя душа попала в тело местной деревенской девушки, не знакомой с грамотой. Для меня-из-прошлого письмо и чтение были базой, которая преподавалась детям в начальной школе. Я выучила достаточно много новых слов благодаря Сатоши и Кайто, но основу это не заменит. Мне нужно уметь разбираться в иероглифах!

— Ты действительно хочешь этого? — переспросил Рэй. — Лорен, я могу подарить тебе всё что угодно. Рубеллитовый гарнитур, нефритовую заколку, жемчужную подвеску…

Я махнула рукой. Да куда мне эти побрякушки? Кольца мешают работать руками, всевозможные медальоны и цепочки в прошлой жизни вываливались из выреза, когда я наклонялась над клиентами, уши у меня не проколоты…

— Спасибо, не надо.

На этот раз лицо Рэя вытянулось от удивления. Он побарабанил пальцами по узкому подлокотнику кресла.

— Нет, я, конечно, предполагал, что с тобой будет нелегко, но не думал, что до такой степени. Лорен, научу тебя читать, это не проблема, но… подумай, пожалуйста, хорошенько, чего тебе хочется. Поверь, несмотря на это, — он махнул рукой на инвалидную коляску, — я много чего могу. Я практически уверен, что исполню любую твою мечту.

Рэй взялся за колёса, чтобы развернуться, а я выдала раньше, чем осознала, что сказала:

— Так ты её уже выполнил.

— Прости?

— Эм-м-м… Ну, у костра, несколько месяцев назад… Ты подхватил меня лапами в образе дракона, и мы полетели. Честно говоря, всегда мечтала посмотреть на мир с высоты птичьего полёта. Мне кажется, это очень красиво. Правда, тогда у меня было не очень хорошее зрение, но всё равно тот полёт останется в моих воспоминаниях на всю жизнь.

— Вот как? — Рэйден заинтересованно поднял левую бровь, а затем кивнул сам себе. — Логично, что у тебя и желания необычные. Я пока не могу обернуться драконом, но я что-нибудь придумаю.

И с этими словами он покинул мою комнату, а я осталась, чувствуя себя странно: то прогоняют почти с криком, то предлагают выполнить любое желание. Поди разбери этих драконов…