Сколько стоит любовь

Глава 4.

В малом обеденном зале родового имения Астеров царила величественная тишина. Вышколенные слуги стояли в стороне, пока семейство завтракали в полном молчании.

Лорд Кэшем старался не смотреть на мать, поскольку чувствовал, что на сегодня она запланировала для него очередное свидание под предлогом приезда гостей. Но герцогиня Астер не выдержала первой и отставив в сторону бокал с водой, подняла решительный взгляд на сына.

- Бенедикт, - проговорила она.

Молодой лорд поднял взгляд. Покосился на ухмыляющегося отца, затем перевел взор на мать.

- Да, мама, - произнес он.

- Я очень прошу тебя сегодня присутствовать на ужине дома, а не развлекаться с твоими друзьями в городе, - сказала она.

Кэшем поджал губы. Воспитание не позволяло ему высказать матери то, что он думал по поводу всех этих невест и брака в частности, но именно сегодня мужчина, как никогда прежде, заскучал по армии.

- И с кем ты намерена знакомить меня сегодня? – уточнил он.

Герцогиня изогнула брови, сдержанно улыбнулась и ответила:

- Ну, если ты сам не в состоянии определиться в выборе супруги, а заметь, я давала тебе такую возможность, собрав на балу самый цвет нашего города. Так вот, если не можешь ты, смогу я. И выберу, поверь, самую достойную.

- На ваш изысканный вкус? – не удержался от доли язвительности в голосе сын.

- Да. Именно на мой материнский и правильный вкус, мой дорогой, - она снова улыбнулась и протянула руку за булочкой, когда в зал вошел дворецкий.

Поклонившись семейной чете, он направился прямиком к молодому лорду держа в руке поднос для писем.

- Милорд, - приблизившись к Кэшему, слуга снова поклонился. – Вам письмо. Оно прошло вечером, но так как вы отсутствовали, передаю его вам только сейчас.

- Письмо? – удивился мужчина. – Мне?

Мысленно он принялся вспоминать тех, кто мог бы написать ему. Молодые вдовушки, скрасившие несколько вечеров, вряд ли могли позволить себе написать ему в дом родителей. Он был весьма строг в отношении подобных вещей. Еще не хватало, чтобы любовницы писали ему сюда. Да, конечно же, родители были прекрасно осведомлены, что их сын не живет затворником. Вернувшись из армии, он позволил себе несколько ярких, но коротких, как жизнь бабочки, интриг, вот только они ничего не значили для мужчины. И женщины, с которыми Бенедикт проводил время, были предупреждены о несерьезности этих отношений. Бен не имел привычки обещать то, чего не мог и не собирался выполнять. В этом он был всегда честен.

И все же, вот оно, письмо. Белый конверт и печатью. Герб немного смазан, словно отправитель или отвлекся в неподходящий момент, или крайне нервничал, прижимая к горячему воску печать.

- Письмо? – удивился герцог. - Неужели от твоих друзей из армии? – уточнил он.

- Белый конверт с золотым теснением? – бросив взгляд на послание в руке сына, отметила герцогиня. – Это от женщины, - сказала она и подняла взгляд на Кэшема.

Он положил его на стол, прочитав несколько строк, гласивших: «Лорду Бенедикту Кэшему. Астер-холл». Заинтригованный содержанием послания, он всего на миг позволил себе подумать о том, что его прислала леди Аврора Роттенгейн. Но этого просто не могло быть. Она слишком категорично высказала свое отношение на его предложение. Да, Кэшем и сам сейчас винил себя за то, что сделал его крайне нелюбезно. Женщины любят красивые слова, но он, право слово, не хотел вводить юную леди в заблуждение относительно своих намерений. Ему нужна временная жена и фиктивный брак, а не влюбленная в него женщина, способная доставить массу проблем к тому времени, когда будет необходимо оформить развод.

Но нет. Это не Аврора.

- Ты не прочтешь письмо? – спросила мать. – Возможно, там что-то важное, - добавила она с усмешкой. При этом в ее глазах вспыхнуло что-то такое, что Бен невольно усмехнулся.

- Я прочту его после у себя в кабинете, - заявил Бен, но на протяжении всего завтрака ловил себя на мысли о том, что надеется.

«А что, если это все же она?» - думал он.

Бен и сам не понимал, почему остановил свой выбор именно на леди Роттенгейн. Девиц в городе было предостаточно и уж точно намного симпатичнее, чем Аврора.

Вот только с самой первой встречи он не мог выбросить ее из головы и сам не мог понять, почему. Она не была красива, но скорее всего, была умна. Это читалось в ее глазах. И в том, как девушка умела себя держать.

Ей совершенно не нравился Харбор, но Бен отлично помнил, что она весьма сдержанно отзывалась об этом человеке, что говорило лишь в пользу молодой леди Роттенгейн.

Высокая, смуглая, некрасивая… Но почему он снова и снова думает о ней? Неужели причина в том, что она отказалась от его предложения?

Да, вероятнее всего, так и есть. Леди Аврора оказалась первой представительницей женского пола, которая не попала под его чары.

Бенедикт выдержал трапезу и когда родители поднялись из-за стола, кивнув матушке, поспешил к себе в кабинет, держа в руке заветное письмо. Он услышал, как матушка что-то заговорила отцу, но не обернулся и почти взлетел по лестнице на второй этаж. А уже оказавшись в кабинете, сел за стол и взял в руки нож для бумаги. Нетерпеливо вскрыв конверт, мужчина раскрыл белый лист и вздрогнул, едва прочитав несколько первых строк.

Он глазам своим не поверил! Письмо было от Авроры Роттенгейн и в нем она…

Бен усмехнулся.

Она соглашалась принять его предложение и просила о скорой встрече.

«Милорд, если вы еще не передумали и намерены вступить со мной в брак, я буду ждать вас сегодня в два часа пополудни в сквере Золотого дождя!» - она была кратка и лаконична.

Бен поднял взгляд и посмотрел на часы. Как хорошо, что он не отложил прочтение письма на потом.

До встречи оставалось четыре часа. Вполне достаточно, чтобы он успел не то, что один раз, десять раз проехать от дома до сквера и обратно. И он не опоздает. Ни на секунду.

В груди что-то сжалось. Губы тронула самодовольная улыбка.

Она согласилась. Это радовало, но Кэшем не тешил себя мыслью о том, что леди согласилась только ради его обаяния. Нет. По всей видимости, девушку вынудили обстоятельства. Но в данном случае это было лишь ему на руку.

Снова перечитав письмо, Бенедикт положил его в верхний выдвижной ящик стола и откинулся на спинку стула, задумчиво глядя в пространство перед собой.

Кажется, проблема решена. Теперь наступит конец всем этим ужинам и гостям. Он сделал свой выбор.

Было любопытно, понравится ли Аврора матушке? Да, она не красотка, но его герцогиня умеет видеть дальше и глубже, то, что спрятано за приятной внешностью.

Когда в дверь постучали, Бен невольно вздрогнул.

- Войдите, - произнес он.

Вошедший лакей низко поклонился и произнес:

- Милорд, к вам прибыл человек по имени Эдвард Флегг. Он утверждает, что вы назначили ему встречу.

Бенедикт кивнул.

- Проводите его сюда, - распорядился он и поднялся со стула, переместившись к окну, из которого открывался великолепный вид на парк, столь не похожий на скромный зеленый уголок у дома Роттенгейнов. Расположившись спиной к входу, молодой мужчина на миг задумался, вспомнив полученное послание от леди Авроры. Послание, которое он не надеялся получить.

- Милорд, к вам мистер Флегг, - проговорил слуга, пропуская в кабинет неприметного мужчину невысокого роста, одетого во все черное.

Обернувшись, Бен увидел вошедшего и взмахом руки отпустил лакея.

- Доброе утро, милорд, - Флегг поклонился и Кэшем ответил кивком на его приветствие.

- Я бы не позволил себе тревожить вас в столь ранний для посещений час, если бы не получил от вас четких указаний на свой счет, - сказал мужчина.

- Вы нашли что-то заслуживающее внимания? – оживился Бенедикт.

- Боюсь, что нет, - мужчина прошел к столу. Достал из кожаного чемодана несколько бумаг и положил на стол.

- Присаживайтесь, господин следователь, - сказал Кэшем и тоже сел, после чего бегло пробежал взглядом по бумагам.

- Я не нашел ничего подозрительного на этого человека, - сказал Флегг. Бен отметил, что его голос, в отличие от серой неказистой внешности, был запоминающимся, сильным. – Лорд Джеймс Фредерик Харбор, аристократ сорока пяти лет от роду, владеет имением в Фессексе и недавно приобрел поместье под названием Рендгрив, что в сорока милях от столицы. Был женат, но супруга умерла при трагических обстоятельствах.

- Да? – уточнил Бен. – И что за обстоятельства?

- Пытаясь произвести на свет наследника для своего супруга, - спокойно ответил следователь. – Погибли оба. И мать, и дитя. Супругу несчастной досталось ее небольшое имение и состояние. Сам он довольно богатый человек, поэтому я могу исключить вероятность того, что смерть леди Харбор была неслучайна. – Мужчина выдержал паузу, затем продолжил. - После гибели жены лорд Харбор почти год жил затворником и только спустя долгое время снова стал принимать друзей, хотя таковых у сэра Джеймса не сказать бы, что много. Впоследствии он снял поместье Рендгрив, а вот не так давно стал единовластным хозяином этого дома и земель.

Бенедикт хмыкнул.

- И что, в его биографии нет ничего такого, что могло бы насторожить? – спросил он, глядя пристально на Флегга.

- На первый взгляд, нет, милорд. Но я успел поднять только то, что находилось на поверхности. Я буду искать дальше, - последовал ответ.

- Ищите, - сказал спокойно Кэшем. Наверное, стоило успокоиться на счет Харбора. Да, он крайне неприятный тип и совершенно точно докучает леди Авроре своим вниманием. Но на этом все его прегрешения заканчиваются, и они просто не имеют смысла. А Бен чувствовал, что здесь что-то не так. С чего бы Харбору так настойчиво ухаживать за Авророй? Он вполне мог бы найти себе более уступчивую молодую леди, тем более, что сам не стеснен в средствах. Но Бену показалось, что сэру Джеймсу нужна именно Аврора. Нет, он, конечно, мог ошибаться. И все же, что-то внутри не отпускало.

- Вот что еще, Флегг, - вдруг произнес молодой лорд. – Узнайте для меня о семействе Роттенгейн.

- Что именно вас интересует, милорд? – спросил следователь.

- Все, что может показаться лично вам необычным и интересным, - ответил Кэшем и Флегг кивнул.

- Хорошо, я постараюсь.

- Тогда до встречи, - Бен поднялся и Эдвард тут же проворно вскочил со стула. Взял подмышку свой чемодан и низко поклонился.

- До встречи, милорд, - произнес Флегг.

- До встречи, - ответил Бен и вызвал лакея. Последний явился несколько секунд спустя. Вошел в кабинет с поклоном.

- Проводите мистера Флегга, - сказал Кэшем.

- Да, милорд, - лакей подождал, пока следователь покинет кабинет и вышел следом, прикрыв за собой осторожно дверь.

Постояв несколько секунд и глядя на доклад следователя, Бен, словно опомнившись, вскинул голову и устремил взор на часы, стоявшие на каминной полке.

Но времени еще было предостаточно до встречи, которая была так важна для Кэшема и, в этом он был почти уверен, для его будущей супруги.

*********

За обедом матушка не проронила ни слова. Было понятно, что она злится на меня, но впервые мне не хотелось извиниться перед ней. И впервые я не стала делать этого. К тому же мне хватало своих волнений. Сначала это предложение от Харбора, затем моя записка.

Жалела ли я, что написала ее? Наверное, самую малость. Но шаг сделан, решение принято и отступать я не намерена.

- Боги, Аврора, на тебе лица нет, - сказала Алиса, когда мы сразу из обеденного зала отправились наверх.

- Да, я себя немного плохо чувствую. Сейчас пойду немного полежу, а затем хочу отправиться в центр. Я недавно видела там чудесную шляпку и вот хочу порадовать себя покупками, чтобы хоть немного отвлечься.

Алиса, которая благодаря матушке уже была в курсе того, что произошло, мне только посочувствовала.

- Надеюсь, этот Харбор от тебя отстанет, - сказала она.

- Если судить с его слов, то нет, - я горько усмехнулась. – Он уходил от нас пылая от гнева.

- Ну и что? Ты не обязана говорить ему «да», - заметила сестрица. – Пусть ищет себе другую невесту. Не думаю, что для него это такая большая проблема. Сколько в столице молодых вдов? – резонно заметила она. – Вот пусть и женится на одной из них.

Я улыбнулась. Мы уже стояли на площадке второго этажа и пора было расходиться по своим комнатам.

Внутри все кипело от волнения. Хотелось поделиться с Алисой, но пока я не могла. Вот поговорю с Кэшемом, тогда и буду думать, что делать дальше. Да и отвлекать сестру не хотелось. Ведь сегодня к нам приедет ее жених.

«Ничего, милая, если все пойдет так, как я надеюсь, то уже скоро ты соединишься с любимым!» - подумала с толикой радости. Пусть хотя бы сестра будет счастлива в браке. Моя участь, видимо, быть нелюбимой с мужчиной, который желает лишь одного – свободы.

И все же, это лучшая участь, чем брак с Харбором, или кем-то ему подобным.

Попрощавшись с сестрицей, направилась к себе. До встречи с Бенедиктом оставалось каких-то два часа. И чем ближе отмеряло время встречу, тем больше я нервничала.

Оказавшись в своих покоях, не усидела на месте. Не хотелось ничего. Ни читать, ни вышивать, ни рисовать красками. Я ловила себя на том, что то и дело бросаю взгляды на часы, которые не спешили, как бывает всегда, когда чего-то ждешь.

Но вот время пришло. Пора было приказать заложить коляску и отправиться на встречу с судьбой. Я взяла в руки колокольчик и вызвала слугу.

На зов пришла одна из горничных. Я велела ей немедля отыскать лакея и отправить его на конюшню, чтобы коляска была готова к сроку. А сама принялась собираться, чувствуя, что волнуюсь настолько, что даже руки подрагивают от переживаний.

Распорядившись, чтобы горничная также оделась и сопровождала меня, попыталась свободно вздохнуть.

Более всего в моей миссии меня беспокоила матушка. С нее станется пристать ко мне с расспросами, а потому надо проскользнуть мимо незаметно, насколько это только возможно. У милой леди Роттенгейн, когда она могла пожелать, было чутье лучшей ищейки, а потому я уже пыталась придумать оправдание своему отъезду, так как понимала, что магазины и лавки не спасут меня от матушки.

Но все оказалось намного проще. Судьба была на моей стороне.

Едва одевшись в подобающий для прогулки наряд дождалась горничную и вместе с ней вышла из покоев, когда навстречу нам появился лакей.

- Леди Аврора, - он низко поклонился и покосился на девушку, сопровождавшую меня. Мы обе были одеты для прогулки, но слуга не посмел ни о чем спрашивать свою хозяйку, хотя, не сомневаюсь, матушка вскорости узнает об этом.

– Меня прислала ваша матушка. Она просит вас спуститься в розовую гостиную и поприветствовать лорда Дэвайса, который несколько минут назад прибыл с визитом, - сообщил слуга.

Вот оно что!

Я обрадованно улыбнулась. Теперь матушка не покинет Алису, пока рядом с ней ее кавалер. А у меня появилась отличная возможность улизнуть.

Ступая к лестнице вместе с лакеем и горничной, я быстро произнесла:

- Прошу вас передать мои извинения леди Роттенгейн и сказать, что я отбыла по важному делу в город, - а сама возликовала от такого поворота судьбы. Жених Алисы прибыл как нельзя кстати! Значит, все идет так, как надо. Сомнения прочь и вперед творить свою судьбу такой, какой она нужна мне одной, а не матушке и не лорду Харбору.

Мы спустились вниз. Лакей с поклоном открыл мне дверь. У ступеней уже стоял экипаж, и я быстро преодолела лестницу успев забраться в карету до того, как в окне первого этажа появилось удивленное и взволнованное лицо матушки. Горничная села рядом. Она тоже была удивлена, но пока молчала. Оставалось надеяться, что она будет молчать и впредь. Главное, что приличия соблюдены. Мне крайне необходимо переговорить с Кэшемом вне дома, где все имеет уши.

- Трогайте, Джон! – велела кучеру и мысленно улыбнулась. Впервые на моей памяти я проявляла подобное неповиновение. И что самое интересное – мне это понравилось. Да, по возвращении придется объясняться не только с матушкой, но и с отцом. Думаю, к этому времени она уже вынудить его попенять мне на дочернюю неблагодарность. Но это будет потом. А сейчас вперед.

С замиранием сердца закрыла глаза и откинулась назад.

- Куда едем, леди Аврора? – спросил громко Джон.

Я назвала место назначения и вздохнула. Было волнительно вот так сбегать из дома без позволения родителей. То-то отец удивится. Но я уже достаточно взрослая, чтобы совершить хотя бы одну ошибку в своей жизни.

- Не волнуйтесь, Мери, - сказала, бросив быстрый взгляд на свою невольную компаньонку. – Мы вернемся домой уже скоро.

- Но у меня работа, миледи, - выдохнула девушка.

- Я объясню нашей милой экономке, по какой причине вы отсутствовали. Это никак не отразится на вашем жаловании, - поспешила успокоить девушку.

Мери кивнула и опустила глаза. А я выглянула в окошко экипажа, на удаляющиеся ворота своего дома и снова улыбнулась этому побегу, самому первому в моей жизни.

********

В назначенный час Бенедикт был на месте. Более того, он прибыл даже раньше и теперь стоял под раскидистым платаном – украшением главного сквера, под которым расположилось уютное кафе с белыми столиками, большая часть из которых были свободны.

Заложив руки за спину, Кэшем мерил шагами расстояние от дерева и до дороги. Развлекался тем, что рассматривал витрины салонов напротив, и понимал, что мысли то и дело возвращаются к леди Авроре и ее неожиданному согласию на эту аферу.

Но мужчина был рад, что выбрал именно ее и что она дала свое согласие. Девушка казалась ему рассудительной и умной. С такой не возникнет проблем, когда придет время расставаться. И да, он знал, что поступит с ней благородно, как и полагается настоящему мужчине и джентльмену.

Когда мимо проехал очередной экипаж, мужчина вскинул голову и вздохнул, осознав, что это не леди Роттенгейн.

Нет, она не опаздывала. Но он слишком сильно ждал ее и, признаться, немного волновался. А еще недоумевал, почему девушка назначила ему встречу не в своем доме, а здесь, в центре города? Логичнее было бы поговорить в ее доме, где все приличия были бы соблюдены. Но, видимо, она хотела уточнить какие-то нюансы, прежде чем дать окончательное согласие на этот брак.

Впрочем, Бенедикт был склонен доверять леди Авроре и ее уму. Скоро она приедет, и он узнает причины, вынудившие девушку искать встречи вне стен родного дома.

«А если ее не отпустят родные?» - мелькнула мысль в голове Кэшема.

Но нет. Она приедет. Он уверен в этом. Девицы, когда хотят, могут быть весьма сообразительны и ловки в своих женских хитростях. Уж кто-кто, а Бен это знал прекрасно.

Очередной экипаж прошуршал колесами и проехал мимо. Кэшем бросил взгляд на высокую башню с часами. До встречи оставалось пять минут.

Он еще немного побродил, считая шаги и рассматривая булыжную мостовую, когда за углом дальнего дома показалась карета. Что-то подсказало Бенедикту, что это ее экипаж. И он замер, следя за тем, как карета остановилась и спрыгнувший кучер поспешил открыть дверцу, подав руку сначала девушке-служанке, затем и ее госпоже.

В сердце на миг что-то сжалось. Кэшем застыл изваянием, глядя на высокую леди, ступившую на мостовую.

Это была она. Леди Аврора Роттенгейн.

Девушка дала указания кучеру и повернувшись к служанке, что-то сказала ей. Затем подняла голову и посмотрела прямо на Бена.

Он вздрогнул. Секунда и оба замерли. Конечно же, Аврора его узнала. Кэшем изящно поклонился и девушка в сопровождении своей компаньонки, поспешила к нему.

- Добрый день, лорд Кэшем, - она подошла ближе, огляделась, но оставалась спокойна.

- Добрый день, леди Роттенгейн, - он снова поклонился в ответ на ее книксен. – Не желаете ли чашечку чаю или кофе? – нашелся мужчина.

Аврора бросила быстрый взгляд в сторону кафе. Миг она колебалась, затем сказала:

- Почему бы и нет?

Бенедикт качнулся было вперед, чтобы предложить леди руку, но вовремя опомнился и лишь пошел рядом, пока она, с удивительной грациозностью, направилась в сторону белых столиков, выбирая тот, который на ее взгляд был самым удобным.

- Мери, подождите, пожалуйста, меня под деревом. Я скоро вернусь, - обратилась Аврора к своей спутнице. Компаньонка, довольно молоденькая девушка лет двадцати, кивнула и встала так, чтобы ей были видны госпожа и ее спутник.

Они заняли столик в стороне. Кэшем пододвинул Авроре стул и занял место напротив. Подошедший официант предложил меню, но Аврора покачала головой сказав:

- Мне только чай.

- А я буду кофе, - произнес Бенедикт и официант удалился.

- Вы пунктуальны, - произнес Бен, когда они остались относительно наедине.

- Это не моя заслуга, хотя я старалась не опоздать. У меня отличный кучер, - ответила девушка. Она держалась отлично. Ни доли волнения, взгляд прямой, полный решимости идти до конца и Бен в очередной раз убедился в том, что не прогадал, сделав выбор в пользу леди Роттенгейн. Она то, что ему нужно. Не будет устраивать истерики, когда год брака подойдет к концу. И не станет цепляться за него, уговаривая сохранить брак. Девушка вообще казалась ему неспособной на проявление открытых чувств, хотя в тот день на аллее, она гневалась и в этом гневе была прекраснее, чем могла подумать сама.

Но Кэшем отвлекся.

- Итак, леди Роттенгейн, или Аврора? – он вопросительно посмотрел в ее глаза. – Возможно, мне стоит называть вас по имени, это вполне будет соответствовать нашим отношениям.

- Мы еще не обсудили нюансы. Я должна быть уверена в вас, прежде чем дам окончательное согласие, - она повернула голову и Бен проследил за взглядом девушки. Оказалось, что внимание Авроры привлек официант, приближавшийся к столику с подносом в руке.

Когда чай и кофе были поданы, а служка удалился, леди Роттенгейн снова посмотрела на своего собеседника.

- Почему вы пригласили меня сюда, а не в ваш дом? – спросил Кэшем не притронувшись к кофе.

Леди Аврора взяла в руки чай. Сделала глоток и, изящно вернув чашку на стол, подняла на Бена взгляд.

- Я хотела поговорить с вами с глазу на глаз, что увы было невозможно сделать в моем доме, - ответила она.

- Что, в вашем огромном доме не нашлось бы свободной комнаты для беседы? – хмыкнул Кэшем.

- Скажем так, в моем доме слишком много ушей, даже у стен, - она улыбнулась, и он неожиданно понял, что девушка, скорее всего, имеет ввиду свою мать, или младшую сестрицу. Нет, все же, скорее мать. Леди Роттенгейн показалась ему вполне активной особой, которая в состоянии проявить самое живое участие в жизни старшей дочери.

- Итак, я вас слушаю, - он принял обманчиво расслабленную позу. Девушка сделала еще один глоток и вздохнула.

********

Если бы он только знал, как сильно я волнуюсь и каких усилий мне стоит быть вот такой, серьезной и сдержанной. Особенно, когда сердце внутри бьется, словно птица, пойманная в клетку.

Но я не позволю ему заметить этого. Прочь волнение. Мне Кэшем даже не нравится. И дело не во внешности. Я о его характере и славе повесы.

Впрочем, я отвлеклась.

Сделав еще глоток, посмотрела на Бенедикта.

- Я хочу, милорд, чтобы между нами все было по правилам. Вы будете ухаживать за мной до конца сезона, - выставила свои условия. – Для нас этот брак фиктивный, но остальные не должны знать об этом.

Он изогнул изящно бровь.

- Вы не поверите, но я хотел предложить вам то же самое, - удивил меня мужчина. – У меня тоже своего рода консервативные родители и они бы желали, чтобы я сделал все по правилам.

Невольно вспомнила чету Астер. Почему-то я совсем забыла о них. А ведь нам придется общаться, это неизбежно.

- Поэтому давайте договоримся, что некоторое время я буду пылко ухаживать за вами, чтобы ни у кого не возникло вопросов, - сказал Кэшем. – Не хотелось бы, чтобы моя семья сразу заподозрила неладное. Особенно матушка. Она, знаете ли, очень проницательная леди.

«Как и моя», - подумала невольно.

Придется играть влюбленность. И если мне, дурнушке, с легкостью поверят, то ему, красавцу, покорившему не одно нежное сердце, придется постараться, чтобы доказать всем свои чувства.

Чувства, которых нет и никогда не будет.

- Этот пункт мы обсудили. Уже сегодня вечером я буду действовать, - Бен мягко улыбнулся. – Что еще вас волнует?

Я выдержала паузу. Наверное, говорить о таком было глупо, но жизнь бывает переменчива и умеет удивлять.

- Чувства, милорд, - я вздохнула. – Я не намерена в вас влюбляться и очень прошу не делать ничего такого, что могло бы тронуть мое сердце, а впоследствии ранить его.

Он удивленно моргнул. Совсем не таких слов ожидал услышать мой будущий фиктивный супруг. Но я знала о чем говорю.

- И вас прошу не совершать той же ошибки, - добавила спокойно.

- Вы полагаете, я могу влюбиться в вас? – он посмотрел на меня так, словно видел впервые. Оценивающе, как мужчина смотрит на женщину. Я выдержала взгляд, но по спине пробежал неприятный холодок.

- Исключено, милая леди. Вы совсем не в моем вкусе. Наши отношения могут быть только платоническими и только напоказ, когда придется бывать в обществе.

Я выдохнула.

- Это не все, милорд. Вы не будете унижать меня своими любовными похождениями, - сказала тихо. – Я понимаю, что вы не можете отказаться от женского общества на столь долгий срок, но не желаю, чтобы мое имя было запятнано на те долгие месяцы, которые нам предстоит изображать супружескую пару.

Он кивнул.

- Само собой, - произнес сдержанно. – Но и вы не должны делать ничего такого, за что я мог бы стыдиться, - сказал и усмехнулся, а я подняла на него возмущенный взгляд. Да как он может? Я леди и никогда не унижу себя интрижкой на стороне, даже если мой брак будет фиктивным.

Кажется, Бенедикт понял моя взгляд и без слов, потому что примирительно поднял руки, словно сдаваясь на мою милость.

- Итак, личные отношения мы обсудили, - сказал он. – Теперь то, что касается финансовой стороны. Ваше приданное будет принадлежать исключительно вам, но я гарантирую, что буду содержать вас достойным образом. Дома, экипажи, украшения, лучшие наряды. Моя жена должна быть самой блистательной для общества. Я не пожалею ничего для вас.

- Благодарю, - я взяла в руки кружку и сделала еще один глоток. В горле отчего-то пересохло. Говорить было тяжело, но Кэшем не замечал моего смятения, что говорило о том, что я превосходно играю свою роль. – Но я бы предпочла после завершения сезона жить в провинции. Насколько я знаю, у вас там есть дом.

- Вас не прельщает столица? – он искренне удивился.

- Нет. Более того, я вас, наверное, удивлю, если скажу, что мне уже надоело общество и все эти балы, - сказала и была искренна с мужчиной. – Я бы предпочла тихую жизнь, прогулки верхом, чаепитие и приемы соседей с маленькими домашними праздниками. Никакой суеты. Но выслушаю и ваши желания.

Он призадумался.

- Тогда поступим так, - Кэшем наконец взял в руки чашечку с кофе, пригубил и взглянул на меня. – У меня хороший дом в сорока милях от столицы. Думаю, вам там понравится. Мы сможем перебраться туда сразу после свадьбы. Но не станем жить затворниками. Иногда придется приезжать в столицу. Это не столько моя прихоть, сколько обязательства моего рода.

- Я понимаю, - кивнула согласно.

- Вот и превосходно. До конца сезона осталось чуть менее двух недель. Я завтра же нанесу вам визит после обеда. А через несколько дней поговорю с вашим отцом и надеюсь, что получу от него согласие на наш брак.

Кивнув, подумала про Харбора.

Несколько дней не изменят ситуацию. С отцом я поговорю сама и сегодня. Хотя он и позволил мне сделать выбор самой, но есть еще и матушка. А уж она не успокоится, пока не выдаст меня замуж. Но и спешить нельзя. Общество не поймет. Мы с лордом Кэшемом знакомы несколько дней и столь быстрая помолвка станет поводом для обсуждений и сплетен. Никто не поверит в страстную любовь такого красивого и состоятельного мужчины к девушке, задержавшейся в невестах на долгие три года. А значит, надо все сделать постепенно.

- Нам стоит чаще бывать в обществе вместе. Чтобы нас видели, - словно прочитав мои мысли, произнес Бенедикт. – Итак, какой прием вы должны посетить в ближайшее время? Вы приглашены куда-то?

- Да, - кивнула я. – Завтра мы ужинаем у лорда Тилни.

- Я видел у матушки приглашение от этого джентльмена, - кивнул Бен. – Она не собирается на данный ужин, зато приеду я, - он улыбнулся. – И да, леди Аврора, первые два танца вы оставите мне.

Я улыбнулась. Хотела ответить, что я могу отдать ему все свои танцы, так как сомневаюсь, что меня пригласит кто-то еще, за исключением, возможно, Харбора. Но в итоге промолчала, решив не говорить Кэшему о том, что он и так прекрасно знает, или о чем догадывается.

- С радостью, милорд.

- Вам позволительно называть меня по имени, - тихо проговорил мужчина. – Конечно, не сразу, но…

- Я понимаю, - кивнула в ответ на его многозначительную паузу, после чего допила чай и встала. Кэшем тотчас поднялся из-за стола.

- Мне пора, - сказала я.

Бенедикт взмахом руки подозвал ожидающего в стороне официанта. Тот приблизился, положил на столик книжечку с чеком, выписанным от руки. Бен, не глядя, открыл ее и положил золотой, что было намного больше суммы, указанной в чеке.

- Вы позволите проводить вас до экипажа? – спросил мужчина, но я лишь покачала головой.

- Нет. Я пойду назад с Мери, - ответила и присев в книксене, подозвала горничную.

Пока девушка шла, Кэшем успел сказать:

- Тогда мы все обговорили. Завтра утром я отправлюсь к поверенному и составлю наш договор. Затем покажу вам экземпляр. Если вас все устроит, мы подпишем его в день свадьбы.

- Хорошо, милорд, - ответила спокойно и попрощавшись вместе с Мери отправилась через дорогу туда, где нас ждал Джон.

Кучер ловко спрыгнул с козел, едва завидев, что мы приближаемся к экипажу. Он распахнул дверь. Помог мне забраться в салон, затем подсадил Мери и только после, прежде, чем закрыть дверь, спросил:

- Теперь куда, леди Аврора?

Я выглянула в окно. Бросив взгляд на застывшего на другой стороне улицы Бенедикта, произнесла:

- Домой, Джон. Только домой.

Кэшем стоял, глядя на меня и заложив руки за спину. Он не улыбался и был собран как никогда, и отчего-то совсем не казался мне пустым повесой, как прежде.

Когда карета тронулась с места, я села в глубину салона и закрыла глаза. Мне казалось, что все сделано правильно. Но отчего-то сердце по-прежнему гулко билось в груди. А что-то шептало мне, что возможно, вместо ожидаемой свободы, я получу в награду силки настолько крепкие, что окажусь не в состоянии их разорвать.

*********

- Ну и где ты была?

Матушка встречала меня у дверей вместо лакеев. Положив руки на бока, она менее всего сейчас напоминала мне светскую даму. Взгляд ее сверкал, губы были недовольно поджаты.

- Ты же не думала, что сможешь скрыть свой побег, Аврора? – спросила она.

- Я не пыталась его скрыть, - ответила тихо. Оглядевшись, заметила вышедшего из тени арки лакея. Подозвала мужчину ближе и передала ему свертки с покупками. Да, да. Пришлось сделать несколько остановок по дороге домой, чтобы хоть как-то объяснить свое отсутствие.

- Мне просто необходим был глоток свежего воздуха, - пояснила я.

Мама подозрительно прищурила глаза, покосилась на покупки.

- Свежего воздуха хватает и в нашем парке, - заметила она.

- Я не это имела в виду, - ответила с улыбкой, и матушка сдвинула брови.

- Смеешь дерзить, дерзкая девчонка?

- Мама, просто в свете происходящих событий мне надо было развеяться. Но я отправилась не одна. Все было благопристойно. Со мной поехала одна из служанок. Мери.

- Я знаю, уже спросила у слуг. И все же, ты явно что-то скрываешь. Этот побег! – она опустила руки, кажется, растеряв свой пыл, но это было временно. Я матушку знала слишком хорошо, чтобы надеяться на то, что она так просто сдалась.

- И мы еще не поговорили по поводу твоего отказа лорду Харбору, - напомнила она.

- Это решенный вопрос. Я не стану его женой. – Я покосилась на слугу, застывшего в ожидании. Отдала распоряжения, чтобы отнес покупки в мои комнаты. А когда лакей удалился, посмотрела на леди Роттенгейн.

- Не при слугах, мама, - проговорила тихо.

- Я так зла на тебя, что мне сейчас все равно, - ответила она.

В этом была вся матушка. Порой несдержанная и прямолинейная в высказывании своих мыслей, пусть и не всегда соответствующих истине.

- И что ты такое рассказывала о так называемом избраннике? – в ее словах прозвучало откровенное подозрение. – Ты это выдумала, не так ли? Если бы такой мужчина существовал, я бы первая заметила, - добавила она важно.

- Мама, мы же не будем обсуждать мою личную жизнь в холле? – я изогнула брови и матушка сдалась.

- Хорошо. Пойдем в гостиную. И ты расскажешь мне все без утайки, -предложила она, но я лишь покачала головой в ответ.

- Нет. Пусть для вас это станет сюрпризом, мама, - ответила и под ее недовольным взглядом, направилась к лестнице, мысленно взмолившись, чтобы Мери не проговорилась и не рассказала матушке о том, куда мы ездили на самом деле.

Хотя нас с Кэшемом все равно видели и слухи скоро заполонят город. Так что, если горничная и проговорится, большой беды не будет. И все же, поднимаясь по лестнице и ощущая на себе почти физически взгляд матери, я мысленно мечтала о том, чтобы сюрприз удался.

Как она удивится, узнав, что моим избранником стал не кто иной, как Бенедикт Кэшем, наследник герцога Астера. И пусть этот брак пустышка, какое -то время я почувствую себя самой желанной невестой на свете.

********

Прием у Тилни обещал быть знаменательным, по крайней мере, для меня.

Сидя в экипаже рядом с сестрой, которая сегодня была весела сверх меры по причине возвращения Дэвайса, я размышляла о том, как все произойдет у нас с Кэшемом.

Матушка и отец, сидевшие напротив, были молчаливы и даже привычная болтовня младшей сестры сегодня не волновала маму. Она следила за мной в ожидании и явно готовилась к обещанному сюрпризу.

Но вот и особняк, сияющий всеми огнями.

Дом четы Тилни находился в стороне от главной улицы рядом с замечательным парком, через который протекала река Альма и где ее берега соединяли самый романтичные мосты столицы.

Район был довольно дорогой, несмотря на отсутствие поблизости салонов и магазинчиков. И сейчас, сидя в карете, я рассматривала деревья, украшенные магическими фонарями, бросавшими золотую пыль на мостовую.

- Лорд Харбор обещал приехать сегодня на ужин к Тилни. Он тоже приглашен, - наконец, нарушила свое молчание матушка и щебетавшая Алиса затихла, покосившись на меня.

- Он просил меня ангажировать для него первые два танца, - продолжила мама, выразительно сверкая глазами.

- О, - я улыбнулась так мило, как только смогла. Внутри все возликовало от ощущения радости. Сейчас матушка поймет, что я не лгала, когда говорила про избранника. – Боюсь, я просто не могу ответить ему согласием, при всем моем уважении.

- И почему же, позволь узнать? – мама не успокоилась.

- Я уже обещала два первых танца одному человеку, - ответила и спрятала улыбку, отвернувшись к окну. Но краем глаза успела заметить, как округлились глаза мамы.

- Вот как? Любопытно. – Она выдержала паузу во время которой мы миновали ворота и устремились к особняку Тилни.- Полагаю, нет смысла спрашивать о том, кто этот джентльмен? – уточнила она.

- Вы скоро узнаете, - загадочно ответила и тут же ощутила тычок в бок. Повернув голову увидела, что Алиса вопросительно смотрит на меня. В ее взгляде читался явный вопрос, почему я не рассказала ей никаких подробностей, в то время, как она сама прошлый вечер утомила мои уши рассказами о Дэвайсе.

- Всему свое время, - сказала сестре. – Я просто хотела всех вас удивить и очень надеюсь, что у меня получится.

- Какая ты скрытная! – попеняла сестрица, но она не была обижена. За ее лукавой улыбкой скрывались понимание и любовь ко мне.

Но вот экипаж остановился. К нам уже спешил лакей, а спустя минуту мы ступили на дорожку перед особняком четы Тилни.

Парк вокруг утопал в огнях. Слева журчал фонтан, даря прохладу. Несколько статуй дев, одетых лишь в длинные волосы, скрывавшие наготу, стояли у дорожки, ведущей вглубь парка.

Отец предложил руку матушке, и они чинно направились к входной двери, гостеприимно распахнутой и встречавшей гостей.

У входа стояли два лакея. Нас встретили поклоном и предложили войти в дом.

Чета Тилни принимала приглашенных стоя в фойе. Оба приятные, располагавшие к беседе и дружбе, они были из тех аристократов, кто нравился мне и к кому было приятно прийти на ужин.

- О, лорд Роттенгей, леди Роттенгейн!

Нас заметили и вышли навстречу.

Родители и Тилни обменялись приветствиями. Мы с Алисой присели в книксене, но тут же встали, услышав слова леди Тилни.

- О, как я рада, что вы приняли приглашение. Сегодня замечательный вечер и мне было бы грустно, если бы вас не было в числе наших добрых друзей.

- Ты всегда так мила, дорогая Фиона, - проговорила матушка улыбаясь. Я же поймала себя на мысли, что оглядываясь по сторонам, ищу только одного человека. Лорда Бенедикта Кэшема. Да только вместо моего потенциального жениха в поле зрения как-то сразу попала долговязая приметная фигура лорда Харбора. Он стоял у колонны в компании джентльменов, но смотрел исключительно на меня, да так, что по спине пробежал холодок.

«Ну же, Бенедикт, где вы?» - взмолилась мысленно.

- Ваши девочки сегодня чудо, как хороши, - проговорила леди Тилни.

В это время сэр Джеймс поклонился мне и шагнул от колонны, что-то прежде сказав своему окружению.

«Боги, только не это! Избавьте меня от Харбора!» - взмолилась я.

- И как леди Авроре идет розовый! Просто под цвет ее лица, - продолжала нахваливать нас леди Фиона. Ее муж важно кивал, соглашаясь со словами супруги. Алиса присела в книксене и тут же заметила Харбора, важно шагавшего к нам.

Мы обменялись с сестрицей взглядами, и она проворно подхватила меня под руку.

- Сейчас найдем моего Дэвайса и ты спасена, - сказала сестра. – Мы вчера договорились, что он будет приглашать нас по очереди, чтобы Харбор не подошел к тебе и на расстояние магического удара.

Я улыбнулась с благодарностью, но про себя понадеялась на совсем другого джентльмена, который мог бы разбавить мои танцы с Дэвайсом.

Едва мы раскланялись с доброжелательными Тилни, как Харбор оказался рядом. Не позволил и шагу ступить в сторону. Низко поклонившись, мужчина поцеловал руку нашей матушке, поклонился отцу и нам с Алисой сказав:

- Как же я рад видеть вас здесь. Прекрасный вечер и не менее прекрасное общество. Не в пример уютнее, чем в огромном особняке Астер, - уже тише, чтобы услышали только мы, добавил мужчина.

Вел он себя сдержанно и непринужденно. Я ожидала чего угодно, но только не этого. Ведь Харбор покидал наш дом в большом негодовании в волнении. А сейчас стоит, улыбается, словно ни в чем не бывало.

Взор сэра Джеймса устремился ко мне. Он снова улыбнулся и глаза мужчины сверкнули в предвкушении.

- Леди Роттенгейн, - Харбор поклонился снова, выражая все свое почтение мне одной. – Вы позволите пригласить вас на первые два танца? Горю желанием вальсировать с самой чудесной девушкой вечера, - а сам смотрит и во взгляде читается откровенное: «Не откажешь, ведь никто, кроме меня, не изволит пригласить ту, что привыкла стоять в стороне, пока все привлекательные и более юные леди танцуют!».

Он, конечно, не сказал ничего подобного. И возможно, я всего лишь придумала себя все, но было очень приятно ответить ему не отказом. Нет! Я собиралась сообщить несостоявшемуся жениху, что уже приглашена. И благодаря Кэшему и Дэвайсу, сегодня не буду сидеть ни одного танца. Да я готова танцевать до утра, лишь бы не с Харбором.

Только бы не чувствовать его тонкие, паучьи лапы на своей талии!

- Итак, милая леди Аврора? – настойчиво уточнил сэр Джеймс.

- О, - матушка ожила и повернулась ко мне, намереваясь вмешаться и решить все за меня. – Аврора, конечно же…

- Уже приглашена, - прервал слова матушки знакомый голос.

Я выдохнула с облегчением и обернулась, мысленно прощая Кэшему его неучтивость. Прервать леди, когда она говорит, это крайне нелюбезно. Но его слова стоили этого проступка.

Лорд Бенедикт Кэшем вышел вперед и поклонился, приветствуя моих родителей. Затем он снисходительно кивнул Харбору, а у последнего даже желваки заиграли на худом лице. Я с долей удовольствия отметила, как разгневался этот неприятный мне человек. Его глаза разве что молнии не метали, а ответная улыбка вышла кривой, как и поклон.

- Я прощу прощения за то, что позволил себе перебить вас столь неучтиво, - обратился к моей матери Бен, решив исправить оплошность. – Видите ли, я уже попросил леди Аврору подарить мне первые два танца, и она дала свое согласие. Услышав же, как ее приглашает другой, я просто не выдержал, за что и прошу меня милостиво простить, - он поклонился и, взяв руку опешившей от такого поворота событий матушке, поцеловал ее.

- Сэр… - проговорила она. – То есть, милорд…

Отец покосился на меня вопрошая. Алиса дернула за руку. У нее явно были ко мне вопросы. Но все потом. После вечера у Тилни.

Я перевела взгляд на маму, стоявшую и с удивлением смотревшую на наследника герцогского титула, то есть, особу приближенную к самому королю. Но стоит отдать ей должное. Замешательство длилось несколько секунд, затем матушка милостиво улыбнулась и проговорила:

- Я, конечно же, вас прощаю. Мне нравятся любезные молодые люди, которые помнят о том, что такое манеры. Но вы, видимо, ошиблись. Вы просите о танце мисс Алису, не так ли?

Я не выдержала. С губ сорвался смешок, который не успела скрыть, даже прикрыв губы ладошкой, затянутой в белоснежную перчатку.

- Нет, леди Роттенгейн. Вы не ошиблись. Я просил о танце вашу старшую дочь, леди Аврору.

- О! – рот матушки округлился.

- Поэтому, лорд Харбор, вы немного опоздали, - повернулся к сопернику Кэшем.

Было заметно, скольких усилий стоит Харбору не потерять лицо и не сорваться. Он помрачнел, поджав и без того тонкие губы и так простоял неприлично долго, прежде чем выдавил скупую улыбку и произнес:

- Жаль. Но что поделаешь. Я буду надеяться, что у леди Авроры Роттенгейн найдется свободный танец и для меня, - и с поклоном отправился прочь, а я, отвернувшись, тихо рассмеялась, не совсем понимая, чем вызван смех. То ли радостью избавления от навязчивого мужчины, то ли облегчением от осознания того, что Бенедикт пришел на ужин к Тилни, как и обещал.

- Леди Аврора, - Кэшем подошел ко мне. – Вы позволите сопровождать вас сегодня к обеденному столу?

Уже после этих слов матушка словно окаменела. А Алиса, хитрая лисичка, широко улыбнулась. Теперь она все поняла, как, впрочем, и матушка. В глазах сестрицы стоял лишь один вопрос: «Как?», - но понятное дело, озвучить его она не решится. По крайней мере не здесь, где мы на виду.

- Конечно же, милорд, - милостиво улыбнувшись кавалеру, я приняла его руку и тут только поняла, что в холле царит тишина.

За нами наблюдали все, кто находился рядом. А леди Тилни совсем откровенно смотрела то на меня, то на Кэшема.

Зная ее не только как добрейшую женщину, но как и отъявленную болтушку, я поняла, что уже завтра утром новость о том, что лорд Кэшем пригласил некую леди Роттенгейн на танец и, более того, решил сопровождать ее весь вечер, облетит всю столицу. Но нам с Бенедиктом это лишь на руку. И да, про себя я решила, что буду называть его мысленно по имени. Все же, мы будем мужем и женой. Надо привыкать.

- Дорогая, ты в порядке? – обеспокоился состоянием матушки наш отец.

- Воды? – учтиво предложил Бенедикт.

Мама лишь глазами захлопала, но тут же покачала головой.

- О, - сказала она. – Здесь слишком жарко. Мне просто на миг сделалось дурно, - а сама почти неприлично внимательно посмотрела на Кэшема. Бенедикт ответил улыбкой, при этом продолжая держать меня под руку.

- Ну что же мы все стоим? - оживилась леди Фиона. – Пройдемте в зал. Все уже готово к ужину. А после нас ждут танцы и веселье! – сказала хозяйка дома и снова посмотрела в нашу с Кэшемом сторону, явно не веря тому, что видит.

- Я надеюсь, ты объяснишь мне все сегодня дома? – шепнул отец, наклонившись ко мне на миг, после чего, взяв под руки матушку, почти заставил ее идти следом за леди Тилни.

- Алиса! – из толпы приглашенных появился Дэвайс. Он пошел нам навстречу широко и мило улыбаясь, одетый еще в синюю форму королевства. Стоило признать, что она ему очень шла.

Сестрица тут же оставила нас и поспешила к своему жениху. И никто, ну ни один джентльмен или леди, не посмотрели в ее сторону. Кажется, сегодня только мы с Бенедиктом привлекали внимания общества. И впервые я не чувствовала себя дурнушкой, попавшей на сказочный бал благодаря чужим чарам, а не собственному имени и состоянию.