Сколько стоит любовь

Глава 18.

Он приходил в себя невозможно долго, а открыв глаза, тут же сощурился от света, показавшегося ему слишком ярким.

Проклятье! Кажется, он лишился сознания там, в подвале.

Флегг моргнул и сел, ощущая, что слабость никуда не делась. Он все также был истощен и ослаблен, зато теперь лежал в постели и рядом, на стуле, дремал какой-то седовласый старик, одетый в балахон целителя.

Эдвард разомкнул губы, чтобы позвать незнакомца, но удалось произнести только протяжный стон. И все же этот звук пробудил спящего. В мгновение ока старик сел и посмотрел на сыщика чистым, пронзительным взором, в котором не было и толики сонливости.

Маг. Лекарь и маг младшей ступени. Флегг, даже будучи слабым, смог с легкостью это определить.

Он сделал попытку заговорить снова, но опять ничего не вышло. Тогда старик, сообразив, чего желает его пациент, взял с тумбочки глиняную чашу и поднес ее к губам Эдварда, помогая ему приподняться и поддерживая под лопатки.

- Когда выпьете зелье, оно поможет вам говорить, - сказал старик.

Флегг осушил чашу и его снова опустили на подушку. Он шевельнул губами и произнес, едва не хмелея от звука собственного голоса:

- Кто вы и где я?

Старик вернул опустевшую чашу на место и перевел взгляд на Эдварда.

- Я лекарь из соседнего поместья. Аракен Стоун, - представился он.

- Лекарь, - процедил сыщик то, что понял и без лишних слов или объяснений.

- Мой наниматель, мистер Даррел, был так любезен, что отпустил меня к вам сюда, в поместье Рендгрив, - продолжил Стоун. – Вы были в чрезвычайно плохом состоянии, сэр и провели без сознания двое суток. Я не самый сильный маг, смог поддержать ваши жизненные силы и теперь, когда вы пришли в себя и уже находитесь вне опасности, прошу придерживаться прописанной диеты: нежирные бульоны, чай и куриное мясо. Побольше овощей и питься. У вас было сильное обезвоживание и…

Флегг покачал головой и сел, ощущая в себе короткий всплеск силы.

- У вас есть что-то из зелий покрепче, чем этот отвар? – спросил он быстро.

Стоун удивленно воззрился на него.

- Покрепче? Я дал вам то, что нанесет меньший ущерб вашему здоровью, которое было на волоске от гибели. Да и сейчас, признаюсь, вы не в лучшей форме, сэр…

- Эдвард Флегг, - быстро представился сыщик и назвал свою должность, которая, впрочем, ничуть не удивила лекаря. Видимо, он уже прежде поговорил со слугами Харбора, а те, судя по всему, поверили тому, кого в первый момент приняли за вора.

- Мне нужен маг, способный отправить послание, - продолжил Флегг. – Это вопрос жизни и смерти.

- У нас в графстве нет такого, по крайней мере, не в близлежащих имениях. Подобные маги и их услуги обходятся крайне дорого. А народ здесь живет неспешный и неприхотливый. Даже господам вполне достаточно обычных гонцов.

- А где я могу найти нужного мне человека? – не успокаивался Флегг.

Старик – лекарь поднял руку и приложил указательный палец к сомкнутым губам, явно задумавшись.

- У нас, как я уже говорил, нет такого мага, но кажется в сорока милях находится имение одного респектабельного господина и у него должен быть подобный человек. По крайней мере, год назад некто по имени Фердинанд Мерси служил при лорде Финнигане, если мне, конечно, не изменяет память.

Флегг задумался.

Ему следовало немедленно отправить к этому Мерси кого-то разумного, кто понял бы и правильно передал послание и просьбу. Но сэр Эдвард знал, что если хочешь сделать что-то хорошо и правильно, то это необходимо сделать самому.

А еще он отчаянно боялся, что опоздает. И что Харбор уже навестил чету Кэшем в Штомовом пределе.

Ему надо как можно скорее рассказать Бенедикту Кэшему о том, что он узнал. Это, возможно, поможет и повлияет на судьбу его супруги. Потому что тело, там внизу, в подвале… Это тело хранили только ради одной цели…

Он снова сел. В спине, в области поясницы, прострелило острой болью. В позвоночник будто кто-то вонзил раскаленный прут.

- Мне очень нужно сильное обезболивающее, - сказал он быстро, - и экипаж, запряженный самыми быстроногими жеребцами. Заплачу хорошо и даже более чем.

- Но, сэр! – запротестовал Стоун. – Вам категорически нельзя вставать и…

- Прошу, помогите! – сказал Эдвард. – Речь идет не об одной моей жизни. И если вы мне не поможете, я все равно отыщу подходящий экипаж и отправлюсь таким, какой есть. И это будет на вашей совести, - почти прорычал сыщик.

Он, конечно, осознавал, что давит на бедного лекаря, но сейчас было не до сантиментов и не до сожалений.

Стоун некоторое время пристально смотрел на своего пациента, затем произнес:

- Хорошо, будет вам лекарство и экипаж. Но пока я отправлюсь договариваться, вы должны пообещать, что поедите бульон и выпьете лекарства, которые оставлю.

Флегг скупо улыбнулся и кивнув, повалился на подушки, моля всех богов, чтобы больше его не поглотила бездушная тьма.

**********

- Вам нужно мое платье? – спросила, понимая, что повторяюсь, а затем посмотрела на каждого из друзей по отдельности, пытаясь понять, что они задумали.

- Да, Аврора. И не жалей, мне нужно хорошее платье, в котором ты могла бы отправиться с визитом к нашим соседям, - заявил Бенедикт и я перевела взгляд на него, уже догадываясь, что именно задумали эти трое.

- И кого вы намерены нарядить вместо меня? – спросила спокойно.

Мужчины переглянулись. Грэм коротко хохотнул, а Титаниум толкнул локтем Бенедикта, сказав важно:

- Она очень умна. Все поняла.

- Я, кажется, здесь и прекрасно вас слышу, господа, - произнесла с усмешкой. – Итак, кого из бедных горничных вы намереваетесь использовать в качестве наживки? Я решительно против! Никто не должен пострадать из-за меня…

- Какие глупости, - произнес Тит. – Мы не станем подвергать опасности жизнь кого-то из прислуги. У нас есть отличная кандидатура на временную роль леди Кэшем, - добавил он и покосился на Грэма.

Тот, в свою очередь, ослепительно улыбнулся и весьма недурственно сделал книксен.

- Вы! – только и смогла произнести.

- Почему нет. Рост у меня почти точно, как у вас, леди Аврора. Хотя я не обладаю настолько великолепной фигурой, как ваша, но, полагаю, мне помогут корсет и пышные нижние юбки. А сюда, - мужчина насмешливо ткнул себя пальцами в области груди, - положим по чудесному красному яблоку.

- Лучше по мягкой подушке, - заметил Титаниум и подмигнул другу так, словно тот уже был облачен в мой туалет.

- Боги, Бенедикт, - только и смогла произнести.

- Ты помнишь, мы уже говорили об этом, - без тени улыбки сказал муж. – Позволь мне защитить тебя, свою жену. Мы сможем, если только ты останешься в замке и не выйдешь за его пределы.

- Но что, если он не попадется в расставленную ловушку? – заметила осторожно.

- Не сегодня, так завтра, - ответил Кэшем. – Нам спешить некуда, а вот ему….

Он выдержал паузу, прежде чем дополнить фразу:

- Судя по тому, что он приехал на север, он спешит. А тот, кто спешит, обычно делают ошибки.

- И именно на этом мы его и поймаем, - добавил Грэм.

Я снова обвела мужчин взглядом, затем сказала:

- Я дам вам платье, при условии, нет, вы должны будете мне поклясться, все трое, что будете осторожны и что не подвергнете жизни опасности!

Они снова переглянулись и тогда я, прищурив глаза, пригрозила:

- Позвольте мне поверить вам на слово и не прибегать к клятве на крови.

- Хорошо, - первым сдался муж. – Мы будем осторожны. – Он покосился на Тита и тот тоже согласно кивнул. Грэм поддержал друзей, высказавшись коротко и веско: - Сделаем все, что будет в наших силах.

- Вы не станете рисковать, - добавила грозно. – Ничто не может быть дороже жизни.

- Даже другая жизнь? – спросил с насмешкой Бенедикт, но глаза его при этом оставались спокойными и лишенными и намека на веселье.

- Да. Даже другая жизнь, - ответила тихо.

С минуту, или немного меньше, мы все молчали, затем Грэм проговорил:

- Итак, пойдемте за платьем.

- Вы желаете выбрать себе по вкусу что-то особенное из моего гардероба? – улыбнулась я.

Грэм даже порозовел от смущения и понимая его молчание, послужившее мне хорошим ответом, я сказала:

- Прошу, подождите меня. Сейчас поднимусь к себе и принесу платье.

- С тобой послать служанку? – оживился муж.

- О, нет. С такой малостью я справлюсь сама. Но вот как вы будете одеваться? – поинтересовалась и тут же запнулась, заметив, как друзья Бенедикта улыбнулись в ответ. Тут же поняла, какая я глупая. Эти мужчины явно умеют не только раздеть женщину, но и одеть ее, а значит, прекрасно справятся со своей задачей.

- И дорогая, напиши записку, мы ее, якобы отправим Фрейзерам, - велел Бенедикт. – Пусть в ней говорится о том, что ты прибудешь на встречу, предположим, на чай, к мисс Фрейзер после двух. Слуга, конечно же, записку не передаст, чтобы мисс Лора не ждала тебя в самом деле. Ему будет велено поинтересоваться добрым самочувствием лорда Фрейзера и передать привет от семьи Кэшем.

- Хорошо. Я сделаю так, как ты велишь, - ответила быстро и, бросив еще один быстрый взгляд на супруга и его друзей, развернулась и направилась к себе.

Уже позже, в гардеробной комнате, перебирая наряды, остановила выбор на ярко-синем. Отчего-то неловко прыснула со смеху, представив себе в нем Грэма. Наверное, я бы многое отдала, чтобы взглянуть на такую поддельную леди Кэшем. А затем сердце сжалось от страха за мужчин и в особенности за Бенедикта.

Сняв платье, подхватила его, стараясь не помять, и поспешила вниз.

Мужчины ждали меня там, где я их оставила. Они о чем-то беседовали, но стоило мне войти, как разговор стих, а Грэм, совсем не тактично и не свойственно настоящему джентльмену, присвистнул, увидев платье в моих руках.

- Боги, леди Кэшем! – театрально прошептал он. – Красный совсем не мой цвет! Он не подходит к цвету моего лица и старит меня! – и вскинув руки, принялся наигранно обмахивать лицо широкой ладонью, заменившей ему веер.

Титаниум скривил губы, а Бен, приблизившись ко мне, забрал платье шепнув:

- Прости его. Он порой бывает таким… - он прокашлялся, будто бы подбирая правильные слова, - невыносимым.

- Удивительно, но меня это совсем не раздражает, - ответила и рассмеялась, глядя на Грэма.

- Итак, дорогая, пиши записку и отдашь ее мне. А я, в свою очередь, передам ее со слугой, - сказал Кэшем и, покосившись на Грэма, добавил, уже обращаясь непосредственно к нему: - Леди Грэм, пройдемте в примерочную.

- Ах! – взмахнул короткими ресницами мужчина и Титаниум покатился со смеху. А я, пытаясь удержать внутри веселье, поспешила уже в кабинет мужа, чтобы написать то, что было велено, но не особо уверенная в том, что Харбор попадется в расставленную ловушку в первый же день.

Но очень хотелось верить в удачу. А еще больше хотелось просто спокойно жить и не опасаться ни за свою жизнь, ни за жизни родных и близких мне людей.

*********

Платье не село идеально, но хотя бы в отношении роста подошло. На талии пришлось утянуть, в груди, конечно же, добавить. Немного краски и из Грэма получилась интересная леди. Не красавица, но если смотреть издалека, то вполне привлекательная женщина.

- В экипаже не высовывайся, - велел другу Бенедикт.

Мы сидели в гостиной и ждали возвращения слуги, отправившегося в замок Фрейзеров. Прошло уже полчаса. Он отправился верхом и должен был с минуты на минуту вернуться в Штормовой предел.

Первое время, несколько минут после выхода Грэма в новом образе, оба друга, и мой Бенедикт, и Татиниум, не выдержав, откровенно смеялись. Я сдержанно улыбалась, опасаясь, как бы мужчина не разобидился, а когда мы все относительно привыкли к новому образу молодого человека, в гостиную вошли. Грэм, сидевший спиной к двери, тут же опустил на лицо вуаль и распрямил спину. Мы решили, что станем держать в тайне этот маскарад даже от наших слуг. Несмотря на то, что Кэшем им вполне доверял, но он решил проявить бдительность, а мы его в этом поддержали.

Вышколенный лакей и глазом не моргнул, заметив в гостиной незнакомую леди. Он приблизился к Бенедикту и протянул ему конверт. Тот самый, в который я вложила мнимую записку для мисс Лоры Фрейзер.

- Милорд, миледи, - произнес он с поклоном. – Мисс Фрейзер передает вам поклон и надежду на скорую встречу. А также, просила сообщить, что ваш подарок лорду Фрейзеру служит украшением для их конюшни.

- Спасибо, Джон, - кивнул Бен и, приняв запечатанный конверт, протянул его мне. – Ступайте.

- Да, милорд, - сказал мужчина и вышел.

- Пора? – спросил Бен. – Мы должны сделать вид, что отправляемся на охоту, вы ведь помните? – спросил он у друзей.

- Конечно, - Титаниум встал и бросил взор на Грэма. – А ты, мой друг, пока остаешься здесь. Вы можете обсудить с леди Кэшем общих знакомых и выпить чаю. Только постарайся не испачкать платье, - пошутил он.

Я взглянула на Бенедикта и ощутила толику нервозности. Теперь, когда все началось, мне вдруг стало страшно.

Провожала мужа и друга до выхода из замка. На улице обоих уже ждали слуги, державшие двух собак.

- Удачи, Бенедикт, - сказала, отвечая на быстрый поцелуй мужа.

- Береги себя, - ответил он.

- Ты тоже, - я вернула поцелуй Кэшему и с замирающим сердцем вернулась в замок.

*********

Темная магия требовала траты много сил и энергии. Но оно того стоило.

Привязав лошадь к ветке дуба, лорд Джеймс Харбор прошел в сторону от скакуна, выбрав тихую полянку, окруженную кривыми елочками, росшими так близко друг от друга, что сквозь ветви было невозможно разглядеть, что творилось на поляне.

Сегодня он увидел, как из Штормового предела отправился слуга в замок соседей, стоявший на утесе над самым океаном. Недолго думая, Харбор направил своего скакуна ему наперерез и остановил лакея, с нелепым вопросом о том, чтобы последний подсказал ему путь в Штормовой предел.

- О, сэр, вы просто должны направиться по этой дороге в противоположную сторону, - начал было лакей. Харбор не стал слушать то, что бедолага намеревался ему сказать.

Брошенное заклинание заставило слугу Кэшема замереть на месте, вытаращив глаза в пустоту. Подъехав ближе, сэр Джеймс не ощущая ни малейшего смущения и стыда, принялся проверять карманы лакея и нашел письмо. Почерк на конверте был изящным, женским. Харбору даже не пришлось ломать печать. Он попросту снял ее с помощью магии, благо защиты на послании не было. А развернув письмо, быстро прочел содержание и криво усмехнувшись, вернул печать на место, так, будто бы ее никто и не трогал.

Положив конверт назад в карман слуги, он развернул своего жеребца и пустил в галоп прочь от гонца.

Несколько минут и лорда Харбора скрыл лес, а лакей очнулся от магического сна. Со своего укрытия сэр Джеймс успел увидеть, как мужчина качнул головой, будто сбрасывая остатки сна, затем, как ни в чем ни бывало, продолжил путь.

Харбор знал, что лакей ничего не вспомнит. Для него время остановилось. Он продолжит путь и сделает все, как должно – передаст мисс Фрейзер послание и вернется в Штормовой предел.

Но главное было не это. Харбору было все равно, кто такая Лора Фрейзер, он узнал то, что волновало его более всего: сегодня леди Аврора Кэшем отправляется в гости и ему остается надеяться, что она отправится без сопровождения. И тогда он сделает то, ради чего появился на севере страны.

Времени осталось слишком мало. Ему стоит поторопиться.

Харбор встряхнул головой, прогоняя воспоминания этого утра, затем осторожно выглянул из укрытия раздвинув ветви низкого дерева. Проследил за тем, как трое охотников, с арбалетами наготове, неторопливо бредут в полумиле ниже холма, на котором находился маг. В первом из идущих угадывался ловчий. Вторым был точно хозяин Штормового предела.

Все складывалось отлично.

Харбор кивнул и, сдвинув ветви, вернулся на поляну и вздохнул.

Как бы то ни было, стоит оставаться осторожным. И он должен перестраховаться. Не хотелось недооценить Кэшема и его проницательность. И пусть для этой цели придется пожертвовать магией. Лишь бы все получилось. Желательно, если не сегодня, то завтра.

Аврору надо перехватить, пока будет ехать в экипаже. Для него это шанс.

Харбор вздохнул и, закрыв глаза, встал, распрямил спину и принялся читать заклинание.

Давно он не использовал столь сильные и древние заклятия. Слишком давно. Не было повода, не было причины.

Об одном единственно жалел в своей жизни, что не владел магией жизни, иначе…

«Иначе все могло бы пойти по-другому!» - понял мужчина на миг прервавшись и вздохнув.

Никто и никогда не любил его так, как любила жена. И он никого не любил в своей жизни, пока не встретил ее. Встретил для того, чтобы успеть понять, какой хрупкой иногда бывает жизнь и как легко потерять то, что является для тебя самым важным на свете.

Его жена, его судьба и дитя, прожившее несколько часов после рождения.

За одну ночь он из самого счастливого человека стал мертвым, потому что умер в тот миг, когда сердце леди Харбор перестало биться. Он помнил, как сидел рядом, как держал ее за руку вглядываясь в бледное обескровленное лицо. Она была еще жива. Пыталась улыбнуться… Его сильная и такая прекрасная леди Харбор. Он пытался быть сильным. Он ничем не показал ей свой страх. Он отправил слуг за лекарями, за магами-целителями, а сам оставался подле супруги до ее последнего вздоха. И сам закрыл ей глаза, так и оставшись рядом, сидя на полу у ее постели, глядя в пространство безумным пустым взглядом.

После ему рассказывали, что слуги пытались войти в спальню. Кто-то принес младенца, и его крошечная дочь тоже была мертва.

Он не помнил ничего. Не помнил, как выгнал всех из спальни жены, в том числе и лекарей, которые прибыли слишком поздно.

Ему рассказывали слуги, что он заперся вместе со своей женой и дочерью и не выходил трое суток.

Зато он помнил, как призвал тьму и остановил процессы в теле своей жены.

Как удержал внутри у нее душу.

Уже тогда он знал, что сделает дальше и как поступит.

Холодный ветер коснулся волос мага. Он вздрогнул, словно от удара и открыв глаза, понял, что все это время просто вспоминал. Внутри сердце билось с такой силой, что становилось больно, но он радовался этой боли. Потому что она снова и снова пробуждала его к жизни, напоминала о том, что предстоит сделать и дарила шанс на счастье и на возвращение любви.

**********

Напрасно я пыталась отвлечься разбирая доходные и расходные книги в кабинете у Бенедикта. Мысли все равно возвращались к мужу и к его друзьям.

Получится ли поймать Харбора? Получится ли отвести беду?

Невольно, даже подсознательно, опустила руки, положив на живот. Если бы не магия, я бы еще не знала о том, что скоро подарю Бенедикту ребенка. А теперь это знание наполняло меня внутренней силой, давала тот стимул жить и радоваться своему счастью. Я даже забыла о нашем договоре. Сейчас у дверей в Штормовой предел стояла иная беда, более опасная и более важная.

- Миледи? – в кабинет с поклоном вошел слуга.

Я подняла взгляд и посмотрела на дворецкого.

- Вы просили сообщить, когда будет подана карета, - отчеканил он и я, тут же поднявшись со стула, поспешила прочь из комнаты, ощущая, что сердце гулко бьется в груди.

Спустилась вниз, успев до того момента, когда Грэм, переодетый в женщину, но так и не поднявший вуаль при слугах, направлялся к выходу.

- Постойте! – крикнула с лестницы, и мужчина замер, а затем повернулся ко мне.

- Вы едете без сопровождения? – спросила я и быстро оказалась внизу, подошла к Грэму, пытаясь разглядеть его лицо под слоем вуали и понимая, что не могу сделать этого.

Мужчина покосился на слуг, и я распорядилась, чтобы нас оставили все, кроме лакея, отправившегося к экипажу. Он должен был помочь леди забраться внутрь.

- У слуг будут вопросы по поводу незнакомки, - тихо пошутил Грэм.

- Слуги не станут задавать вопросы, - ответила я.

- Мне пора, - добавил мужчина.

- Берегите себя и удачи, - сказала я.

- Мы непременно ее добудем для вас, - он огляделся и, не заметив в холле ни единой души, шутливо поклонился, а затем вышел, оставив меня смотреть ему вслед.

Я не покинула замок, помня о своем обещании. Там, снаружи, мог оказаться Харбор. Если он не глуп, а он совершенно точно не глуп, он станет следить за замком и не должен увидеть меня.

Минуту спустя переместилась к окну, встав так, чтобы меня было невозможно разглядеть за темной плотной шторой. Аккуратно выглянула в просвет толщиной в мой палец, и вздохнула, глядя, как экипаж медленно трогает со двора и катит прочь в направлении замка Фрейзеров.

«Пусть все получится!» - сказала сама себе, но сердце было неспокойно, потому что Бен и его друзья подвергались опасности. Из-за меня и из-за страшного человека по имени Джеймс Харбор, который назначил себя вершителем судеб.

*********

Грэм откинул вуаль и вдохнул полной грудью устроившись на сидении так, чтобы не было видно лица из окна экипажа. Затем покосился на друзей. Оба сидели, прижавшись к спинкам сидений, мрачные и сосредоточенные.

- Рад вас видеть, - проговорил Грэм. – Рыбка попалась на крючок? – уточнил он.

- Полагаю да, - ответил быстро Бен. – Я заметил всплеск темной силы в небольшом лесу на холме. Полагаю, лорд Харбор прячется там. Это неподалеку от замка лорда Фрейзера. Так что будьте наготове. Полагаю, он уже ждет нас там.

- Уверен? – спросил Грэм.

- Более чем, – Бенедикт криво усмехнулся. – Я не владею такой силой, как у него, но тоже кое-что могу! – сказал он.

- Например? – уточнил Грэм, но тут Титаниум довольно резко проговорил:

- Надень треклятую вуаль и помелькай в окне. Этот мерзавец должен тебя заметить.

- Под ней нечем дышать, - пожаловался молодой мужчина, но послушно сделал так, как было велено и прильнул к окну, будто бы любуясь на мелькавший мимо осенний пейзаж.

- Так что ты там приготовил для Харбора? – поинтересовался он как бы между прочим.

- Приятную мелочь, - ответил Бен и усмехнулся.

- Наши фантомы бродят по лесу вместе со слугами и собаками, - фыркнул Тит. – Было довольно любопытно наблюдать за собой со стороны. Я, оказывается, чертовски привлекателен даже в профиль.

- Нет, особенно в профиль, - поддержал шутку друга Кэшем.

Все трое пытались шутить, но при этом находились настороже. Нервы натянуты как струна. Магия клубится в руках, едва удерживаемая силой воли, готовая сорваться в любой момент.

- А если он не нападет? – вдруг предположил Грэм, глядя, как экипаж приближается к высокому холму, на котором зеленеет лес из низких и кривых елей.

- Нападет. Для него это шанс, - быстро и резко произнес Кэшем. – Он полагает, что мы безмятежно охотимся, потому что видел нас. Мне хватило сил привязать сгустки с наших аур, чтобы он не почувствовал подмену. Фантомы вышли очень чудесные. Мне кажется, я сам бы не отличил их от нас живых. А значит, Харбор будет считать, что Аврора отправилась в гости совершенно одна. Он не сможет не напасть.

- А если нет? – спросил быстро Титаниум.

- Значит не опускаем руки и будем ловить его в следующую ловушку, - ответил быстро Бенедикт, про себя отчаянно надеясь, чтобы все закончилось сегодня.

- Джентльмены, - произнес спокойно Грэм, - как можно осторожнее взгляните на этот холм, к которому мы приближаемся.

Бен выдвинулся немного вперед, чтобы увидеть то, что происходило за окном экипажа.

- Кажется, наша уловка подействовала, - хмыкнул Тит довольно.

- Будьте готовы, - шепнул Бенедикт, завидев всадника на самом верху холма. Всадник спускался к дороге. Высокий мужчина, одетый в черное. Это несомненно был Джеймс Харбор.

- Мы должны ударить одновременно. Он слишком сильный маг. Не стоит его недооценивать. Только старайтесь, чтобы не было яркого всплеска силы. Иначе он его ощутит.

Грэм коротко кивнул, а Титаниум встряхнул руками и сконцентрировал магию, собрав ее в кулаки в форме ярких шаров огня.

До встречи с незнакомцем, в котором друзья угадывали мага, оставались считаные секунды. Бену даже показалось, что сердце его принялось стучать медленнее. Он мысленно заставлял себя успокоиться, пытался унять волнение и заверить собственный взволнованный ум в том, что супруге ничего не грозит.

Замок был отлично защищен. Харбор никогда не войдет внутрь. И если Аврора не выйдет, а она не выйдет, так как обещала ему не совершать глупостей, то ее жизнь и жизнь их будущего ребенка в полной безопасности.

Бен старался унять волнение и менее всего думать сейчас о супруге и о том, что скоро станет отцом. Это слишком отвлекало от поставленной цели, а цель тем временем спускалась вниз галопом и мгновение спустя преградила дорогу экипажу, вынудив кучера резко натянуть поводья и остановить лошадей.

Все произошло слишком быстро. Бен успел выпрыгнуть из экипажа первым. Он сразу же увидел Харбора, узнал его лицо и нанес удар.

Кучер, который был предупрежден о возможной опасности, сразу же спрыгнул с козел и побежал прочь.

Кэшем успел увидеть, как Харбор поднимает руку и бросает вдогонку свидетелю огненный шар. Бен оказался более быстрым. Его магия уничтожила огонь сэра Джеймса, развеяв его по ветру, словно туман.

Харбор резко обернулся и увидел перед собой настоящего противника. Лицо его при этом оставалось удивительно спокойным. Бен невольно поразился выдержке этого человека. Казалось, что сэр Джеймс ничуть не удивлен появлению Кэшема. Действовал он слаженно, но при этом двигался как-то странно. И уже когда выскочившие следом за другом Грэм и Тит нанесли один общий удар, попав в цель, Бен вдруг понял, в чем просчитался. Понял за миг до того, как фантом лорда Харбора развеялся, уничтоженный магией.

К слову, отличный такой фантом. Ничуть не хуже тех, что он создал сам, если даже не лучше.

Его фантомы не обладали силой атаковать врага и оставалось лишь догадываться, сколько своей магии влил в это создание Харбор.

- Проклятье! – выругался Тит, проследив за тем, как то, что было темным магом, развеялось как дым.

- Видимо, не ты один силен в создании фантомов, Бен, - сказал Грэм, но Кэшем уже спешил к лошадям. Высвободив одну, он взлетел на спину скакуну и развернув ее с помощью ног, пустил животное в галоп, вцепившись в ее гриву.

В его голове стучали молоточки страха. В висках сдавило, казалось, нет возможности сделать даже вдох, а встречный ветер бил в лицо и стоило огромных усилий не свалиться с лошади не имея под собой седла, да еще и при такой бешеной скачке.

Кажется, друзья закричали ему что-то вслед, но он не услышал. Уже спустя милю сумел неловко обернуться и увидеть, что Грэм занял место кучера и экипаж, лишившись одной лошади, несется к Штормовому пределу, но увы, не так быстро, как Бен.

«Проклятье!» - снова пронеслось в голове молодого мужчины. И что теперь делать? Мысли все, как одна, были далеко не радужными. Страх сковал тело, пульсировал в крови, давил сердце, будто чья-то сильная рука, пробившая грудную клетку.

Было страшно. Было больно.

Он еще никогда так не боялся, как в эти короткие минуты.

Как в ту секунду, когда увидел рядом с замком, на подъездной дорожке высокую знакомую и отчаянно ненавистную фигуру лорда Джеймса Харбора и рядом с ним собственный фантом, висящий в воздухе, будто марионетка, подвешенная за нитки.

«Боги, Аврора, только не попадись на уловку, прошу! – молился он мысленно. – Только сдержи слово – не покидай пределы замка!».

Ему казалось, что он отчаянно опаздывает. Время словно остановилось, а ноги его лошади показались Бенедикту увязшими в приливной волне. Если бы он мог, он бы побежал, но умом понимал, что не успеет.

Возможно, не успеет и на лошади.

Сколько уже Харбор находится под окнами? Что, если Аврора в эту секунду уже стоит на пороге?

Бен не знал, что Джеймс Харбор собирается сделать с его женой, но сердце чувствовало, что ничего хорошего.

А еще…еще он безнадежно опаздывал.

Где-то на дороге, там за спиной, мчались к Штормовому пределу его друзья. Но и они не успевали.

«Аврора, прошу, оставайся в замке!» - взмолился он отчаянно и еще сильнее ударил подошвами сапог бедное животное, мчавшееся на пределе сил.

*******

Сердце было не на месте. Я не могла ничем заниматься и, бросив все дела, принялась бродить из угла в угол, не находя себе места. А порой выглядывала украдкой в окно, помня о том, что велел Бенедикт, и мысленно молилась за то, чтобы все закончилось. Желательно сегодня. Желательно, чтобы никто не пострадал.

Видят боги, я не хотела зла даже лорду Харбору. Пусть его судит правосудие, не Бен. Но надеяться на то, что этот человек сдастся без боя, не могла. Мне казалось, я знаю, из какого материала он сделан. Харбор крепкий мужчина и, как сказал Бен, признаваясь в этом с честью, но без охоты, что он сильный маг. Темный, сильный… Наверное, намного сильнее, чем мой муж. Но успокаивало то, что Бенедикт будет не один в этом противостоянии.

Как же жаль, что я не могу ничего сделать и ничем помочь.

В этом Бен прав. Лучше сидеть в замке и не выходить за его пределы. Это и будет моей посильной помощью, ведь я обещала мужу, что не сделаю и шагу за порог Штормового предела. К тому же, мне теперь следовало беспокоиться не только за собственную жизнь, но и за жизнь ребенка, которого я носила.

Мысль о дочери, или сыне, похожем на Бенедикта, придавало рассудительности и трезвости уму. И все же я не могла не переживать за мужа и за его друзей. К слову, и Титаниум, и весельчак Грэм, мне понравились. А более всего радовало то, что у мужа есть такие надежные друзья.

В очередной раз приблизившись к окну, попыталась заглянуть вдаль, туда, где уже не было видно экипажа, но куда рвалось мое сердце.

Интересно, что происходит? Появился ли Харбор? Купился ли на хитрость Кэшема?

О, как я надеялась, что в этот самый мир трое друзей пленили и связали сэра Джеймса, желательно прежде лишив того сознания. Но тревога не отпускала, и я снова принялась мерить шагами комнату, уже сбившись со счета и начиная снова и снова.

- Леди Кэшем, может быть вам подать горячего чаю или вина?

Я подняла взгляд и увидела дворецкого. Он встал в дверном проеме и, заложив руки за спину, взирал на меня с вопросом.

- Нет, Холтон, мне ничего не нужно, вы можете быть свободны.

- Когда милорд и его друзья вернутся с охоты вам сообщить? – уточнил слуга.

- Да, будьте так любезны, - кивнула немного рассеянно и мысленно усмехнулась. Знал бы Холтон о какой охоте идет речь! Даже любопытно, оставался бы он так сдержан, как сейчас, если бы узнал, что его господин ушел ловить особую дичь – живого человека!

- Если вам будет что-то нужно, только позовите, леди Кэшем, - Холтон был сама любезность и я не сразу поняла, что, скорее всего, его насторожило мое странное тревожное состояние. А потому нашла в себе силы и кивнув мужчине с улыбкой, опустилась на диван, сделав вид, что хочу немного почитать.

- Вы сегодня уже не будете работать в кабинете? – перед уходом поинтересовался дворецкий.

- Нет.

- Тогда я велю лакею закрыть баночку с чернилами.

- Конечно, - ответила тихо и выдохнула лишь, когда он вышел и оставил меня наедине с самой собой.

Я даже попыталась читать книгу, не сразу заметив, что держу ее вверх тормашками. Тихо рассмеявшись, подумала о том, заметил ли эту странность в своей хозяйке Холтон, а потом поняла, что мне сегодня все равно. Лишь бы Бенедикт вернулся целым и невредимым.

Минуты тянулись удивительно долго. Время будто бы остановилось, когда в гостиную снова вошел Холтон и его взволнованный взгляд едва не стоил мне остановки сердца.

- Леди Кэшем, там… - сказал он.

- Что? – спросила и голос захрипел, как бывает после продолжительной ангины.

- Во дворе… - выдохнул Холтон. – Человек в черном и хозяин…

- Не вздумайте выходить наружу! – вырвался невольный крик. – Ни вы, ни кто бы то ни было из слуг! – я отчего-то ясно поняла, кто именно пришел к порогу моего дома.

Сэр Джеймс Харбор собственной персоной. И это означало лишь одно – Бенедикту и его друзьям не удалось обмануть мага.

Сердце сжалось от ужаса и страха за мужа. Я поднялась на ноги, не заметив, как книга упала на ковер.

Что, если появление мага у Штормового предела – уловка? Что, если он не знает, что я здесь, но просто не последовал за каретой и не позволил себя обмануть устроенным маскарадом?

Что, если мы все его просто недооценили?

- Леди Кэшем! - раздался громкий голос, усиленный магией и направленный на стены и окна замка, - я знаю, что вы здесь. Неужели вы полагали, что меня обманет маскарад с экипажем?

Внутри все перевернулось. Я поняла, что скрываться более не имеет смысла, и поспешила вниз, в холл, туда, где собрались все слуги. К моему облегчению, никто из них и не подумал, по крайней мере, пока, чтобы выйти наружу.

- Леди Кэшем! Ваш горячо любимый супруг у меня в руках и, если вы не выйдете ко мне, боюсь, мне придется причинить ему боль несовместимую с жизнью, - продолжил маг.

Я запнулась, сделав очередной шаг.

Бен у него? Значит, дворецкий сказал правду? Но где Тит и Грэм? Мне не верилось, чтобы друзья сдались без боя. Значит…Я на миг прикрыла глаза, пытаясь не позволить страху заполнить мысли и заставить меня паниковать. Но что, если они умерли из-за меня и Бен…

Выдохнув, шагнула вперед, но не к выходу, а к окну.

- Откройте шторы, - велела лакеям и выглянула наружу, а увидев Харбора и Кэшема, едва не лишилась чувств.

Маг не солгал. Бен был у него.

- Боги, - только и смогла прошептать.

За спиной раздался гул десятка голосов. Кто-то вскрикнул от ужаса, кто-то принялся бормотать молитвы, кто-то, как Холтон, стоял молча и только смотрел на тело своего хозяина, зависшее над землей с запрокинутой назад головой, отчего не было видно лица. Вот только я знала, что это мой муж.

Значит, Харбор поймал его и пленил?

- Леди Кэшем? – сэр Джеймс увидел меня в окне. Он стоял в нескольких шагах от замка как раз напротив главного входа. Спокойный, собранный, невредимый…

- Если вы сейчас не выйдете, я осуществлю свои угрозы, - заявил маг.

Я же стояла и понимала, что вот-вот сорвусь, выбегу во двор, а там будь что будет! Я не позволю, чтобы Харбор причинил Бенедикту боль. О большем даже думать не могла, не хотела! Бен будет жить. Ни одна жизнь не стоит другой.

«Они обещали тебе вернуться живыми!» - вспомнила внезапно и стало так тоскливо, что захотелось взвыть от боли, но, конечно же, настоящая леди так не поступит и не впадет в панику.

- Я считаю до пяти, - продолжил Харбор, я же отчего-то пристально посмотрела на Кэшема. Он определенно был без чувств. Видимо, магу удалось поймать Бена и оглушить, а затем с помощью магии принести сюда.

Вот только что-то было не так и страх за Бенедикта мешал мне рассуждать здраво.

- Один! – прозвучал голос мага.

- Миледи, позвольте мы выйдем и поможем хозяину? – Холтон встал рядом со мной и Харбор, конечно же, увидел слугу.

- Не советую вам натравливать на меня своих слуг. С ними я церемониться не стану, миледи, - проговорил сэр Джеймс. – Выходите и ваш муж останется жив. Мне нужны только вы, Аврора, - он оскалился, а я качнулась ближе к стеклу окна, уткнувшись носом в холодную преграду, и увидела, как мужчина сделал шаг ко мне, сокращая расстояние между нами. Меня защищали стены замка, магия, созданная не одним поколением рода Астер. Бен лишь дополнил защиту и перестроил ее в нужное русло. И вот теперь я недоступна Харбору и его глаза…

- Два! – произнес он.

Я понимала, что, возможно, поступаю эгоистично, но меня зацепил взгляд Харбора, с каждой секундой становившийся более напряженным.

- Три! – И сердце пропустило удар.

Мне бы выйти, отдать себя во власть мерзавца, лишь бы жил Бен, но отчего-то упорно стояла на месте и смотрела, как во взоре сэра Джеймса начинает проступать бессильная ярость. Я обещала Бену, но как же сложно не сорваться и не прийти на помощь? Еще и моя сила… если бы я только была боевым магом, как Бен!

- Четыре! – сказал Харбор и я нервно сглотнула.

- Я думал, вы любите своего мужа, леди Кэшем, - произнес маг и взмахнул рукой, отчего Бенедикт подлетел ближе, почти к самому окну и я вздрогнула, глядя, как мой сильный, любимый мужчина, сейчас лишь игрушка в руках негодяя. Тряпичная кукла, лишенная сил.

- Я очень его люблю, - проговорила, продолжая смотреть на Харбора. – И именно по этой причине не выйду к вам, сэр, - закончила почти криком. Маг услышал. Его лицо исказила такая злая гримаса, что я отшатнулась назад.

- Пять! – рявкнул темный маг и я едва не осела на пол, ощутив, как на миг ноги стали будто бы ватными.

- Миледи, мы не боимся, мы выйдем! – прозвучал за спиной голос одного из лакеев. – Мы не можем дать в обиду милорда.

- Нет! – произнесла спокойно. – Все остаются на своих местах. Бенедикт, перед уходом, дал мне четкие указания, и я буду им следовать, иначе все, что он сделал, будет напрасно. – Сказала, а у самой сердце едва не разорвалось от горя. Но тут взгляд выделил вдали какое-то движение и я, повернув голову, увидела всадника – пока еще похожего на черную точку, которая быстро приближалась по дороге к замку со стороны имения лорда Фрейзера.

Я почувствовала сердцем прежде, чем увидела глазами и с губ сорвалось имя:

- Бенедикт!

Харбор, заметив мой невольный взгляд, резко обернулся и несколько секунд стоял, сжимая руки в кулаки, а затем с силой поднял правую и с его пальцев сорвался сгусток магии, черный, словно дым, он ударил по телу Бенедикта, парившему у моего окна, и тело рассыпалось черным туманом.

Я быстро отступила в сторону, прижав к груди руку.

Морок! Фантом! А ведь я едва не вышла к магу, едва не совершила ошибку. Сейчас уже было очевидно, что к Штормовому пределу мчится Бенедикт. А чуть дальше по дороге я различила и силуэт экипажа. Оставалось надеяться, что все участники маскарада живы.

Я дернула завязки на шторе, опуская ее и закрывая окно. Отпрянула в сторону и прижалась спиной к стене, учащенно дыша.

Бен жив и это самое главное, что я знаю. Он непременно победит, ведь он не один. С ним его друзья.

Перевела взор на прислугу, столпившуюся в холле, и вздохнула. Теплившаяся было в душе надежда на благополучный исход этой «охоты», загорелась с новой силой.

Перевела взор на прислугу, столпившуюся в холле, и вздохнула. Теплившаяся было в душе надежда на благополучный исход этой «охоты», загорелась с новой силой. Потому что я верила в своего мужа и знала, что он не позволит причинить вред ни мне, ни нашему ребенку.

Он так сказал и его слово нерушимо, как и наша любовь.