Ревизор: возвращение в СССР 51

Глава 20

Москва

Вот сейчас было бы самое время в спецхран поехать поработать над материалами. Но у меня же теперь этот тубус с эскизами, и боязно его в машине оставлять. Мало ли кто‑нибудь взломает машину и вытащит тубус, решив, что там какие‑то ценности есть. Учитывая характер витражистов, который они мне уже продемонстрировали, вряд ли они после такого новые согласятся рисовать. Да и в целом захотелось уже довести дело до конца.

Так что поехал домой и сразу же с тубусом подмышкой постучал в квартиру к художникам. Повезло, они были на месте. Поприветствовали меня тепло, тут же повели на кухню чаем угощать с конфетами. И, убедившись, что у меня всё есть, чтобы чувствовать себя комфортно в гостях, начали тут же с интересом тубус распаковывать.

— А, так это Лимоновы будут витражи делать в музее в Городне, — сказал Михаил Андреевич, увидев подпись под первым же развёрнутым им эскизом.

В прошлый раз я так и не смог им объяснить, что у меня за витражисты. Мещеряков мне телефон написал и фамилию неразборчиво. Так что не смог её даже зачитать им вслух.

Ну, у меня самого почерк тоже не сахар, так что рад уже был, что цифры смог прочитать без проблем. А просто по номеру телефона они не вспомнили, с кем я буду иметь дело.

— Ну и как Лимоновы тебе пришлись во время общения? — с хитринкой в глазах спросил он меня.

— Ну, вели они себя примерно так, словно это они Сикстинскую капеллу разрисовывали, а Микеланджело у них был в подручных — краски смешивал… — честно сказал я.

Михаил Андреевич засмеялся. Елена Яковлевна тоже не удержалась, прыснула в кулак, после чего сказала:

— Ох, Паша, как ты хорошо их описал! Да, люди они такие, что общаться с ними чрезвычайно тяжело. Чувствуешь себя как будто по гроб жизни им обязан, сам не понимая почему, или словно долг какой им не вернул. Но, надо признать, специалисты они очень хорошие! Правильно вам их телефон дали. Вот, сам посмотрите, какой интересный витраж они предлагают сделать, — и она показала мне эскиз, развернув его так, чтобы мне не пришлось вставать из‑за стола, отрываясь от чая. Я тут же признал, что эскиз красивый, и в самом деле. Три голубя, взлетающих вверх на фоне голубого неба, нарисованы как живые. Сразу представил, как это может в виде уже готового витража выглядеть. Вроде бы да, неплохо получается.

— Так что ради того, что они профессионалы высокой пробы, придётся немножко потерпеть их задранные носы. Потому как команда они очень хорошая. Они ж сказали, что они брат и сестра?

— Да. — подтвердил я.

— Вот не знаю точно, кто именно из них, но один из них точно перфекционизмом страдает, потому что плохих работ они не делают. Бывает, что из‑за этого и сроки затягивают. Но, с другой стороны, в нашем творческом деле затянутые сроки — дело совершенно обычное. Опять же часть наших коллег, к сожалению, излишне подвержена зелёному змию, что тоже не добавляет аккуратности в соблюдении сроков. Работа творческая, и почему‑то многие не выдерживают соблазнов из‑за того, что режим не нормирован и перед глаза начальству появляться часто не надо. Казалось бы, сиди себе работай, но вместо этого водочку хлещут… Ну да ладно, Паша, зачем тебе такие детали о художниках знать?

Москва, Лубянка

Подполковник Кутенко так и не отважился принять решение по Диане Эль-Хажж самостоятельно. Взяв Артамонову с собой, отправился на приём к генералу Комлину. Изложив тому всю ситуацию, они стали с Артамоновой ждать его вердикта.

— Так что, получается, что французы нашего агента заподозрили, но каких‑то конкретных улик в её адрес не имеют. Я всё правильно понимаю? — спросил тот.

— Да, Артем Александрович, исходя из слов нашего агента, всё именно так. И, судя по её дальнейшим действиям, она полна решимости продолжать разведывательную деятельность. Не настаивает на том, чтобы остаться в СССР, и больше никуда не выезжать в капиталистические страны, — ответил собеседник. — Но более точно может майор Артамонова сказать, это ее агент.

Взгляды мужчин скрестились на Марии, и та сказала:

— Да, всё верно, Артем Александрович. Диана полна боевого задора. Учитывая ситуацию, что ее муж — сын миллионера, она, конечно, не хочет всю оставшуюся жизнь прожить в СССР. Уже вкусила вкус зарубежных поездок, покупок в магазинах для богатых, отдыха на зарубежных курортах.

— А точно это всё ещё наш человек? — нахмурил брови генерал.

— Думаю, что да, — сказала Мария. — Тем более она с нами с самого начала вовсе не из‑за того, что привержена идейным ценностям коммунизма. Впрочем, как и многие наши другие агенты. Напомню, что начинала она сотрудничество ради того, чтобы мы не трогали двух её братьев. А потом уже вовсю разошлась в связи с тем, что почувствовала вкус к такой яркой жизни, и к риску. И, судя по её характеру и действиям, сомневаюсь, что этот риск ей уже надоел и она готова зажить тихой, спокойной жизнью зажиточной мещанки за рубежом.

— Меня всё же смущает, что она так долго не возвращалась в Советский Союз после того, как обнаружила за собой слежку, — нахмурил брови генерал. — Полтора месяца, говорите? Не двойной ли это уже агент у нас тут завёлся в её лице? Хотя в этом случае, конечно, если бы вербовка французов осуществилась успешно, ей бы велели нам ничего не рассказывать о её контактах с ними… Но почему же она ничего не сообщала нам целых полтора месяца?

— Агент Эль-Хажж очень печется о своей безопасности. Почти с самого начала сотрудничества категорически отказывается встречаться за рубежом с нашими резидентами или нелегалами, или передавать им какие-то посылки или информацию от нас. Боится, что будет поймана с поличным. Даже упрекала меня сейчас, что я на такого рода ее активностях настаивала, мол, сделай она так, сейчас уже сидела бы во французской тюрьме. Поэтому и не пошла в наше посольство, чтобы переговорить с резидентом. Ждала, когда в СССР вернется, чтобы не дать французской разведке новые поводы для подозрений…

— Понять бы получше ее мотивацию, — задумчиво сказал генерал.

Кутенко и Артамонова помалкивали, позволяя Комлину самому принять важное решение.

— Что по поводу важной информации, поступавшей от неё? Насколько она для нас ценна, как агент? — спросил Комлин, который, конечно, не мог помнить всё, что получено от агентов. Уж больно много под контролем Первого главного управления их работало по всему миру. Десятки тысяч! Но Артамоновой, конечно, обидно немного стало, что генерал уже и не помнит, за что ее медалью награждали…

— Именно от Дианы Эль-Хажж мы получили информацию о проделках американцев в Италии. Помните ту историю в прошлом году, когда они пытались договориться об использовании одной из итальянских военных авиабаз для размещения сил с ядерным оружием? — ответил подполковник Кутенко.

— Ага. Значит, получается, что информация по Авиано поступила именно от Дианы Эль-Хажж? Это была очень ценная и своевременная информация. Хорошая работа, майор Артамонова!

Мария благодарно кивнула генералу. Не стала вскакивать и орать: «Служу Советскому Союзу». У них тут не армия…

Кутенко больше ничего не собирался говорить о заслугах Дианы, судя по его виду. Но Мария решила свой шанс не упускать и тут же добавила:

— А ещё концепция ядерной зимы подполковника Кутенко разработана на основе информации, добытой именно моим агентом.

Сказав это, она простодушно захлопала ресницами, когда Кутенко укоризненно посмотрел на неё. Мол, а разве это неправда?

Маленькая месть в приёмной у большого начальника. Ведь она совсем не соврала. А то генерал небось воображает, что Кутенко такой умный, сам взял и придумал эту концепцию, с которой теперь все носятся. Ан нет — ничего бы не было, если бы не Диана Эль-Хажж, от которой поступила информация о таком разговоре за рубежом. И ничего, что Кутенко на нее сейчас разозлился. Надо было сдержать свое обещание и сделать ее своим заместителем. Тогда бы она сейчас сидела и преданно ела глазами его и генерала, а не сообщила об очередной заслуге ее агента, не дошедшей до высокого начальства. Ну а раз Кутенко вместо нее Румянцева назначил, так пусть и потерпит теперь некоторое неудобство…

Дорогие читатели! Заметил с удивлением, что случайно не включил разговор Захарова с Межуевым в ресторане «Гавана» в 17-ю главу. Исправляю ошибку, так что теперь он в 17-ой главе наличествует, и с ним можно ознакомиться…