Работный дом попаданки, или Лопата в помощь!

Глава 1

Падать страшно…А когда тебе шестьдесят с хвостиком, падать категорически противопоказано!

Сразу представляешь себя с передвижным стульчиком, беспомощной и никому не нужной.

Поэтому, когда я полетала с крыльца прямо на красивую плитку дорожки, постаралась смягчить падение, выставив руки вперед.

Тогда я не думала, что может быть хуже, сломанные руки или сломанные ноги, а то, что я обязательно что-то сломаю было очевидно.

Я немолода, у меня лишний вес…много лишнего веса, и высота крутого крыльца, почти метр.

Секунда полета и я, хорошенько ободрав кожу с ладоней, ударяюсь лбом о землю. Обжигающая боль почти лишает зрения, нос не выдерживает столкновения с землей и жалобно хрустит.

Сразу чувствую во рту железный привкус крови, добавилось понимание, что я прикусила язык.

— Поднимите ее! —слышу я громкий мужской голос. Кто-то жестко подхватывает меня с двух сторон, больно выкручивая руки.

Я пугаюсь, открываю глаза, кроме меня во дворе моей дачи никого не было, и уж точно не было непонятной толпы странно одетых мужчин и женщин, которые сейчас смотрели на меня.

Смотрели каждый по-своему, кто-то с состраданием, кто-то со злорадством, кто-то просто как на что-то интересное с любопытством.

— Ты была моей женой, Алидари, я прощал тебе многое, но не того, что ты сотворила сейчас! – мужчина еле сдерживал злобу и раздражение, сжимая кулаки.

Мне казалось, что воздух вокруг него странно рябит, словно от мужчины идет сильный жар, а еще запах гари…

— Я жалею, что послушал родителей и женился на тебе по древнему обычаю. Ты как была бедной девчонкой с окраины Макрола так и осталась ею. Невозможно из грязного камня огранить алмаз! Я изгоняю тебя из семьи и из своего дома.

— Чего? – удивлённо шепчу я, глотая скопившуюся во рту кровь. Обвожу взглядом собравшуюся толпу, опять поворачиваю голову в сторону говорившего и немного офигеваю.

Нет, я могла бы «удивиться», но это слово не подходит к данному моменту. Я именно офигеваю, ошарашенно рассматриваю и огромный нависший над нами замок, и стоящего на крыльце злющего мужчину в самом расцвете лет и сил. Красивого, надо сказать, мужчину.

А еще офигеваю от осознания, что это не моя дача, и не мой сосед Леонид Васильевич, иногда помогавший мне в саду.

Здесь все было не мое.

Послышался шум, скрип, и к замку подъехала черная карета, запряжённая тощей белогривой лошадкой. Два дюжих молодца потащили меня к карете, почти волоком. Потому что идти я сама не могла, ноги не слушались, словно ватные.

Хорошо, что не сломала себе ничего. Я постаралась абстрагироваться от увиденного. Но всего вероятней я повредилась умом.

И что же теперь будет?

Я и так была в тягость детям. Даже внукам уже не нужна — пирожки им жирные, сказки скучные.

Может, зря я жила только ради них…ничего своего.

Дети отправили меня на лето на дачу и не приезжают уже месяц…что ж мне тут не скучно. У нас весь участок заселен такими вот отдыхающими.

Есть с кем поговорить, с кем чай попить со свежим вареньем и даже есть с кем поругаться…

Вон коза соседки Милки мне все цветы потоптала, ор у нас стоял на весь дачный поселок. Я, может, и спокойная, но бывает находит, могу и зубы пересчитать… лопатой.

Может просто никому не говорить, что я вижу то, чего не может быть… Точно. Буду жить себе на даче, как планировала, даже зимой. А то, что тут еще кто-то живет и дача не домик в два этажа, а замок, так это не важно…

Кучер спрыгнул со своего места и открыл дверцу, меня как нашкодившего котенка зашвырнули внутрь. Я больно упала на колени, схватилась саднящими болью ладошками за обшарпанное сидение.

Нет, оставлять меня в замке не будут. Следом за мной полетели вещи, небольшой сундук такой же, обшарпанный, как вся карета, несколько само шитых сумок, похожих на мешки.

Я со стоном подтянулась и села на сидушку, стараясь не тревожить нос и язык. Мельком заметила, что крой платья странный, не мой халат — это точно.

— Как будут готовы бумаги для развода я пришлю поверенного к работному дому, Алидари, — мужчина уже подошел к карете и, заглядывая внутрь, посмотрел на меня холодным взглядом, — Так как ты не выполнила условия нашего брачного договора и не родила мне сына, тебе не положены выплаты. Ты сама виновата, плохо старалась, — мужчина словно пытался успокоить свою совесть и говорил ядовито, стараясь уколоть меня.

— Что? – еле выдавила из себя. А сумасшествие-то прогрессирует. Я, оказывается, чья-то жена, да еще и опальная.

— И даже не думай противиться моему решению. Я все решил.

Мужчина как-то жадно взглянул на меня, видимо, ожидая каких-то реплик, но все, на что я сейчас была способна это хлопать ресницами и пытаться не задавать глупых вопросов. Если все это мне привиделась нужно просто переждать припадок.

— Скажи спасибо, что моя избранница не захотела сажать тебя в острог. И даже попросила дать тебе небольшую сумму на первое время. Я бы выкинул тебя в чем была, за попытку навредить моему нерожденному ребенку. Я вытащил тебя из глуши Алидари, видимо, Пресветлая ошиблась, и ты не сокровище, а грязь под моими ногами. Может, в тебе проснется совесть Алидари… Хотя я наверно многого хочу от такой, как ты...

Мужчина раздраженно посмотрел мне в глаза. А я удивленно замерла. Его глаза, были слишком яркими, слишком синими. Его взгляд словно затягивал в водоворот сверкающего сапфира. Нереальная красота и кого? У напыщенного сноба.

— Твоя тетка умерла неделю назад, работный дом со всеми прилегающими территориями теперь принадлежит тебе, все документы я оформил. Это все, что я могу сейчас тебе дать.

Он кинул мне на сидение небольшой бумажный пакет из крафтовой бумаги с огромной черной печатью, брезгливо вытер руки.

—Ты едешь в свою глушь, Алидари, прими это и забудь обо мне. Ты поняла, что я тебе сказал?

— Да, — сказала я, хотя ничего не понимала. Какой работный дом, какая тетка, какие документы…

— Надеюсь, ты не будешь приходить под мои двери с протянутой рукой Алидари, я тебе не открою, — еще раз сказал мужчина, с презрением рассматривая меня, но все еще с ожиданием каких-то действий от меня.

А у меня ныли колени, щипало в содранных ладонях, у меня болел нос, в конце концов, и чую опухает язык, и мне хотелось только одного, чтобы ничего не болело и стало как прежде.

Хочу на свою дачу! Я даже согласна, чтобы коза Милки ела мои цветы, да хоть всю клумбу пусть сожрет эта рогатая, только бы все закончилось!

Я прикрыла глаза, не отвечая на слова мужчины.

Дверь с грохотом захлопнулась, а я откинулась на спинку неудобного сидения, как же страшно…

Открыла глаза и посмотрела в небольшое оконце. Неужели это все мне не привиделось?

Щелкнул кнут, и карета медленно покатила прочь от замка, распугивая собравшуюся толпу.

Я что есть силы ущипнула себя за руку, потом замерла, осознавая еще одну новость… руки были не мои.

Я приподняла ладони и замерла, рассматривая пальцы. Тонкие, подверчивающиеся, розоватым светом в скользящих лучах солнца.

Они были красивыми. Даже обгрызенные до мяса ногти, даже содранная на ладошках кожа не могла скрыть, что руки были прекрасными. С аккуратными пальцами, с небольшой ладошкой, с изящным запястьем и белой гладкой кожей.

Я постаралась успокоиться и опустила ладони на подол платья. Если руки не мои… значит, и тело не мое, так ведь?

Я сглотнула комок в горле и решительно приподняла подол юбки, потом пышный подъюбник, потом осмотрела стройные ножки в чулках и сапожках. Опустила юбки, потрогала талию, перебралась на грудь, обняла себя за плечи. Нащупала волосы, которые были длинными, заплетёнными в косу.

Рыжая!

Я растерянно хихикнула, в юности у меня были такие волосы, потом потускнели, побелели, некогда мне было за ними следить.

Я выдохнула и, в конце концов, тронула лицо, аккуратно провела кончиком пальца по несчастному носу, проверила скулы, подбородок. Судя по всему, я довольно симпатичная. Да даже если не симпатичная, тут же одернула себя, я опять молода!

Это ли не перекрывает все проблемы. Я молода, у меня вся жизнь впереди…

Главное — понять, где она, эта жизнь, будет проживаться.

Сердце в груди билось как сумасшедшее, даже боль притупилась оттого, что я поверила.

Я поверила, что все это мне не кажется. А если это все по-настоящему… значит, мне нужно понять, что делать.

Из глаз вдруг брызнули слезы, и я разрыдалась. Все же эти приключения не для моей нежной психики.

Еще бы лет десять назад, я бы восприняла это пусть с удивлением, но уверенно, сейчас, когда мозги привыкли к спокойствию и размеренной жизни, любая проблема кажется катастрофой.

Да, молодое тело, но мир, он совсем чужой, и это было страшно. Нарыдавшись вволю, я еще минут десять апатично смотрела в окно, всхлипывая, потом обозвала себя слабачкой.

Рыдать буду потом, когда буду устроена, а сейчас нужно взять себя в руки.

Я перевела взгляд на вещи, которые небрежно валялись на полу кареты, потом взяла в руки пакет с документами.

Аккуратно оторвала печать и заглянула внутрь. Ну хотя бы тут не средневековье. Правда, бумага серая с видимыми вкраплениями опилок, но текст был отпечатан и что главное мне понятен.

Странно было осознавать, что я читаю на другом языке, а еще странней, что я все понимаю.

К общей боли прибавилась мигрень, которую я стоически переносила. Несмотря на блёклость кареты, по дороге она катила комфортно, только иногда трясло на кочках. Поэтому я взялась читать.

Из документов я узнала свое новое полное имя: Алидари Митроу, я гражданка империи Макрол, и жена риела Гаура Стери дракона джи степени. Тут я немного подвисла… какой дракон, почему в степени?

Потом поняла, что ответить мне сейчас никто не сможет, и продолжила читать.

Через час я задумчиво смотрела в окно на придорожные кривые деревца, среди которых редко встречались знакомые, и старалась осмыслить размеры своего эпичного попадания.

Я аристократка, когда-то в роду был титул, но из-за чего-то там титул потерялся и осталась только видимость древнего рода. Сирота, воспитывалась тёткой.

Вышла замуж за Гаура Стери год назад по древнему обычаю. Муженёк хотел сильного наследника. Но год прошел Алидари так и не забеременела, и договор можно расторгнуть, что с превеликим удовольствием Гаур сделал, вернее, сделает.

Судя по документам, этот брак походил на простую покупку девушки для рождения ребенка. Что неприятно ребенка ей никто бы не отдал и развестись с ней этот Стери мог в любой момент.

Бедная девочка, я вздохнула. Тетка же получила за все это хорошие деньги золотом, из которых Алидари ничего не увидела. Судя по документам, выперли ее, теперь уже меня в том, в чем приехала в замок мужа.

Из хороших новостей Алидари унаследовала после тетки работный дом. Если судить по территории, которая прилагалась к этому дому это скорее поместье. Там было все: и коровник, и свинарник, и курятник, также небольшой пруд, сад, огород.

В общем, все то, что может помочь в выживании. Также была проведена оценка имущества, и указана сумма, сколько стоит этот дом. Правда, я не знала двенадцать тысяч золотых это много или мало…

Теперь подведем итоги. Я попала в другой мир, в разведенную девушку с недвижимостью. Это, можно сказать, хорошая новость. Я свободна, молода, и у меня есть крыша над головой, а как жить дальше уж разберусь.

Радует, что не совсем в древние времена попала, но пугают некоторые нюансы, драконы в какой-то там степени.

Почему мой якобы муж-дракон? Вроде выглядит как мужчина, ни лап, ни хвоста, ни крыльев… Ладно, это пока не существенно.

Я поморщилась от боли в ладонях. Платочек, который я нашла в кармане платья, не мог стереть всю грязь, которую я собрала, упав с лестницы. Интересно, сама упала или меня толкнули, не удивлюсь, если это бывший муженек этого тела толкнул, очень уж злобный тип.

Как хорошо, что я попала именно в момент развода. И поняла, что приняла эту действительность.

Почему бы и нет?

Что ждало бы меня там, на Земле?

Довольно спокойная старость, детям я не нужна, но и бросать меня не стали бы. Но все равно одиноко, вроде живи для себя, ан нет, мысли приходят нерадостные.

А тут новая жизнь и прекрасное молодое тело, даже есть где жить. Я посмотрела на пакет с документами.

Мысли, куда делась хозяйка этого тела, я старалась отгонять. Мне и так страшно, еще и мистика всякая.

Я человек, приземленный, во всю эту мишуру мистическую, магическую, не верила. Шарлатаны одни кругом…хотя как теперь не верить, если я тут… дилемма.

Я немного отдохнула и принялась изучать свои вещи. В сундуке оказались тряпки. Платья, несколько штук, судя по всему, хорошего качества, чулки, рубахи, рейтузы… в отдельной сумке несколько пар обуви. На первое время вещи есть.

В одной сумке были разные женские мелочи: шампуни, расчёски, заколки, стопка писем… читать, пока не стала.

Во второй сумке были книги, судя по обложкам и названиям, любовные романы. Я вздохнула. Надеюсь, они дорогие, и я спокойно смогу их продать. Конечно, сначала прочту, мне же нужно как-то узнавать этот мир.

Самыми приятными находками среди книг был исторический буклет по Империи Макрол. В нем описывались все земли, которые входили в состав империи. У меня как раз был адрес моего поместья, и я могу узнать хоть что-то о месте, в которое еду.

Второй важной находкой был небольшой черный бархатный мешочек с гербом. В нем были монеты разного качества, десять золотых, семьдесят серебряных и пригоршня медяшек. Мешочек был довольно тяжелый.

Я нашла еще один похожий мешочек, только пустой, пересыпала в него один золотой, десяток серебряков и медяшек, а основной свой капитал убрала в сундук, как и одну из сумок.

Вторую освободила, переложив все в сундук, и решила ее оставить для нужных вещей, чтобы все время в сундук не нырять.

Протёрла ранки найденными духами, морщась от боли, но лучше перетерпеть сейчас, чем потом мучится от заражения.

Закрыв сундук на замочек, я, выдохнув, замерла, поглядывая в окно. Примерное время поездки уже три часа, и сейчас за окном мелькали небольшие домишки, судя по всему, пригород.

Как мне добраться в свой работный дом я не знала, а путь мне предстоял неблизкий. Исторический буклет я оставила в сумке и сейчас судорожно его пролистывала.

— Мне нужна провинция Сураш, город Ошмур, а вот! —я замерла, быстро читая нужные сведения.

Потом на последней странице нашла карту земель империи, пусть совсем небольшая она делилась на провинции по цветам и названиям, города там тоже были отмечены.

Теперь бы понять, в какой провинции нахожусь я.

Нос по моим ощущениям опух, мне было страшно его трогать. Надеюсь, это просто ушиб. Как болит сломанный нос я не знала и надеялась на лучшее. Есть ли тут больницы и врачи? А вдруг стоит кучу денег? Потерплю.

Я прилипла к окну и внимательно наблюдала за людьми, за проезжающими мимо каретами и машинами.

Да тут были машины, не очень похожие на наши, скорее всего, кареты, только без лошадей. Когда увидела первую, сначала не поверила, помотала головой, потом рассмеялась.

Карета без лошади, которая бесшумно рассекала рядом, выглядела для меня странно. Интересно, что приводит ее в движение.

Мы остановились возле небольшого приземистого здания, вокруг которого было много народа. Кареты и машины подъезжали и сразу отъезжали, все куда-то бежали, спешили, катились.

Дверь открылась, и в карету заглянул пожилой мужчина, кучер, удивленно замер, разглядывая меня, и почесал лоб:

— Эк вас развезло-то, — мужчина покачал головой, —Выходите рия Алидари приехали на вокзал:

— Какой вокзал? —я пропустила первые непонятные слова кучера.

Мужчина удивился, но ответил:

— Так, цагний, риел Стери приказал отвезти вас и на цаг посадить, до места.

— Так, — я выдохнула, ну хоть не бросят просто так посередине мира, — А мы в какой провинции?

— Аратош, — заторможенно сказал мужчина, — выходите, рия, мне нужно выгрузить ваши вещи.

Я кивнула, значит, Аратош… судя по всему, мне нужно проехать через две провинции, много это или мало я не знала.

На душе стало чуть легче, когда понятно, куда двигаться не так страшно.

— Домчу ваши вещи до цага за две медяшки, — рядом оказался паренёк с тележкой и посмотрел на кучера.

— Иди отсюда, сам куда надо дотащу, — отмахнулся кучер. – А вы рия не верьте этим прохиндеям, бывает только погрузишь вещи, так сразу и утащат, не поймаете.

— Я честный работник! —возмущённо сказал мальчишка и обиженно унесся к другой машине.

Я с интересом посмотрела на новенькую блестящею карету без лошади, которая остановилась рядом. Из нее вышла парочка. Элегантно одетая девушка и мужчина высокий, широкоплечий. Короткая стрижка, выбритые узоры на затылке, а еще на нем была военная форма, что придавала ему весьма брутальный вид.

Мужчина словно почуял мой взгляд и резко обернулся. Я спохватилась. Сижу как дурочка, таращусь на незнакомых людей. Я отвернулась еще до того, как мужчина поймал мой взгляд. Схватила с сидения сумку и пошла вслед за кучером в сторону здания.

Цагом был поезд, я хмыкнула, когда увидела длинную вереницу вагонов. Если местные машины вызывали улыбку, то поезд был вполне узнаваем. Правда, все вагоны были разными и по цвету, и по дизайну. На мой вопрос, почему так кучер удивился, но все же ответил.

— Так, некоторые вагоны имперские вон видите зеленые, для простого люда, а те, что в разные цвета да с гербами, то аристократам принадлежат. Некоторые живут в них, путешествуя по империи.

— Понятно, — кивнула я, кучеру, который странно на меня посмотрел. Я понимала, что веду себя не так, как хозяйка этого тела, но успокаивала себя тем, что этого мужчину я вижу первый и последний раз в жизни.

— Вот ваш цаг, возьмите билет, там все указано, — мы дошли до нужного перрона, людей тут толпилось много.

Кучер подал мне билет, я взяла и сунула его в свою сумочку. Ехать мне придется в общем вагоне. Видимо, не заслужила бывшая хозяйка этого тела, место в отдельном вагоне, а может, не было своего вагона у Гаура Стери.

Мимо проходила знакомая парочка, их огромные сундуки, более современные, чем мой, похожие на чемоданы, вез тоже знакомый мальчишка.

Девушка кривилась и что-то выговаривала мужчине, который холодным взглядом осматривал толпу.

И в это время сильный гудок сотряс весь перрон, толпа встрепенулась и отхлынула от цага и меня, как веточку откинуло назад прямо на этого надменного военного.

Мужчина меня поймал почти у самой земли. И я была ему благодарна, к распухшему носу не добавилась еще и шишка на затылке. Правда, все мои слова благодарности тут же застряли в горле.

— Смотри, куда идешь, — жестко сказал мужчина и, поставив меня на перрон, взглянув на меня, скривился, словно лимон проглотил, — и здесь покоя не дают.

От наглости и хамства я всегда теряюсь, поэтому сначала замерла и тупо хлопала ресницами, не понимая, чем заслужила такое обращение.

Мужчина, увидев мое состояние, не смягчился, наоборот, еще больше скривился и недовольно выплюнул:

— Мне не нужны фаворитки, уйди с дороги!