Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму

ГЛАВА 6.5

Со стороны трибун повеяло яростью и страхом, но лишь на миг. Герцог и его приспешники быстро взяли эмоции под контроль.

— Ваше величество, вы очень проницательны, — натянуто улыбнулся старший Джаренни. — Использование настолько мощных и необычных заклинаний должно всецело контролироваться властью…

— Намекаете, что моя дочь применила аркан, потенциально опасный для жителей империи? — в голосе отца сквозил убийственный холод.

— Я сказал лишь то, что сказал. Такие заклинания не должны использоваться адептами. К тому же, оно не зарегистрировано, а значит, долгосрочные эффекты толком не изучены…

— Аркан зарегистрирован, — подключился Вэй Шу. — Император ещё до боя одобрил его применение.

Шах и мат. Отец не зря регулярно отправлял во дворец отчёты о том, как проходят испытания нового плетения. Официально наша работа над Штормом началась задолго до этой заварушки, так что придраться не к чему.

— А что касается отсроченных эффектов, то благодаря Адриану Джаренни и его команде у нас появилась возможность продолжить исследования, — невозмутимо добавил ректор, переведя взгляд на поверженных адептов, — наука вас не забудет, господа.

Я подавилась нервным смешком.

Дипломатия Лиса огрела герцога по голове не хуже моего Шторма.

— В любом случае, бой Чести священен, — напомнил Дамир, — даже если адепты в скором времени умрут от осложнений или повредятся рассудком, значит такова воля Богов. Привлечь мою невесту к ответственности у вас не получится, поэтому попрошу следить за словами. Иначе буду вынужден бросить вам вызов, герцог Джаренни.

— Прошу прощения, кажется, меня неверно поняли…

— Высокий статус придаёт вашим словам особый вес, поэтому очень важно, чтобы их трактовали правильно, — с улыбкой отозвался Лис. — Если у вас с этим проблемы, буду рад преподать пару уроков. Ведь дипломатия моя жизнь и… клинок.

Последняя фраза принадлежала основателю Аметиста и повторяла один из девизов академии. Но Вэй Шу даже её умудрился подать как угрозу и кое о чём напомнить зарвавшимся господам.

За Вэйс стою я и вся академия. Клинки Лаорры, Алого Шторма и Жнецов Смерти. А что есть у вас, кроме попранной чести и запятнанного имени Рода?

— Однажды я обязательно воспользуюсь вашей милостью и верну эту заботу, — огрызнулся герцог, но его выпад был не настолько хорош, как укусы Аметистового Лиса.

— Полагаю, инцидент исчерпан, — подытожил император. — Адептка Вэйс признается победителем в дуэли Чести. Результаты и вынесенный ею приговор не могут быть оспорены или аннулированы. Представители рода Джаренни и остальные виновные должны принести официальные извинения семье Вэйс.

— Разумеется, ваше величество, — сквозь зубы процедил старший Джаренни.

Райан неожиданно поднялся и подошёл к барьеру, подавая сигнал Йоко. Она тут же развеяла купол, разделяющий меня и зрителей, а затем призвала для владыки фантомные ступеньки.

Дракон в звенящей тишине спустился ко мне. Я не понимала, что он задумал. Впервые кто-то кроме бойцов выходил на эту арену…

— Леди Вэйс, ещё раз поздравляю с чистой и заслуженной победой, — Райан протянул мне руку.

Я на миг застыла в растерянности. Рукопожатие от Небесного владыки — небывалая честь, её удостаивались единицы.

— Благодарю, ваше величество, — я подала ладонь и почтительно склонила голову. А Райан вдруг резко поднял мою руку вверх, переплетая наши пальцы и воскликнул:

— Шэй эй геер!

Его слова эхом разлетелись над ареной и через миг она утонула в ответном крике зрителей.

— Шэй эй геер!

Абсолютное признание, но сквозь волну восторженных эмоций отравленной иглой просочилась тьма. Она принадлежала не Джаренни, и даже не Вальтеру, хотя его эмоции я тоже слышала. Лейк закипал от ярости, но сейчас я чувствовала за ним кого-то ещё. Невидимого, чудовищно сильного и непостижимого.

Дурные предчувствия вспыхнули вновь и обострились до предела…