Последняя из рода Леер - 2

Глава 18

Яр вернулся в комнату Милы, ожидая скандала. Но она молчала. Лежала на кровати, повернувшись к нему спиной, и не понимала.

— Прости меня.

— Ты бросил меня одну. Побежал за какой-то девушкой.

— Это ревность? — расплылся он в улыбке.

— А у меня есть повод?

— Ни одного. Она просто… побратим. Я не ожидал, что увижу ее здесь. Мы чувствуем друг друга. И я почувствовал. Думал, ей нужна помощь. Но нет. Она…я ей не нужен сейчас.

— Ты так говоришь, словно сожалеешь об этом.

— Нет. Просто беспокоюсь. Представляю, что на ее месте могла быть Рокси…

— Я хочу домой.

— Я тоже. Но, может, задержимся на пару часиков. Я так скучал.

— Я тоже скучала. И нам не хватит пару часиков, — она так смешно надула губки, что он не удержался и поцеловал ее. Иногда, она казалась ему еще таким ребенком, а в другие моменты слишком взрослой, словно прожила уже тысячу лет.

— Ты знаешь, я люблю тебя.

Он впервые признался ей в том, что она и так знала, и сейчас это было так правильно, так легко. Он не знал, быть может, встреча с другой так на него повлияла. Но хотелось просто забыть обо всем, остаться в этом маленьком мире, где были только они двое и просто наслаждаться мгновением.

А вечером они вернулись в Велес. Милава почти забыла о странном поведении Яра, почти поверила ему, но это почти не давало спокойно уснуть. Там что-то случилось с ним. И одно его признание, то как он любил ее в этой дешевой гостинице. Ее передергивало от тех мыслей, которые приходили в голову. Скоро они расстанутся. Она не могла избавиться от этого ощущения и боялась. Ей не хотелось думать о том, что скажет отец, когда она вернется, о маме, которая с упреком поглядит на нее, о всех этих сплетниках во дворце, но и молчать не могла. Она уже решила для себя, что как только Филипп вернется, она уедет вместе с Яром туда, куда он захочет. Станет, как Киара рожать детей, готовить жаркое, вязать, стирать и убирать, будет делать все, что делают другие хозяйки семейного очага. И плевать, что она плохо представляет, как готовить жаркое, а тряпку в последний раз держала на дежурстве в академии года три назад. Она научится. Лишь бы с ним.

Это была случайность, которую никто из них даже не предвидел. Зак с Майком и Нилом, тщательно осматривали и запоминали каждый закоулок. Каждый путь отхода, чтобы если что-то пойдет не так, можно было легко уйти и не попасться. И тут появились кадеты. Они едва не столкнулись нос к носу с девочками из женского корпуса. Нил и Майк в это время были достаточно далеко, а вот он оказался у них на пути. Посильнее натянул капюшон, попытался обогнуть их и увидел Жанну.

Она тоже не ожидала, остолбенела просто. Словно на стену наткнулась. Мгновение, и они с подругами обсуждают предстоящие экзамены, а в следующее взгляд зацепляется за прохожего и она узнает его. Это длилось всего несколько секунд, обычное, ничего не значащее столкновение. Но взгляд выдал их обоих. Слишком много там было всего. Внимательный человек мог догадаться, что они знакомы. И такой нашелся.

Тем же вечером Грому доложили об этом. Он сел в кресло, налил в бокал спирта, добавил льда и задумался. Да, за девушкой уже давно следили его люди. Это был странный заказ, но оплатить обещали щедро. Он не взялся за него сразу только потому, что за просто так никогда не работал. А тот человек, что заказал девушку, лишь обещал заплатить. К тому же дело было не простым. Это вам не кисейную барышню из института благородных девиц похитить. Она в корпусе учится. Будущая ищейка. Да здесь за версту несло проблемами, а он не мог себе этого позволить. Не сейчас. И этот наниматель чертов. Все мозги проел. Кончить бы его, пока ему раньше не пришла в голову такая мысль. Но рано. А теперь это донесение. Мальчик Тор ему понравился сразу. Его в молодости напоминал, да и жизнь спас. И что его может связывать с маленькой ищейкой из корпуса? А что он собственно знает о нем? Откуда парень появился? И так ли прост, как кажется?

Он решил выяснить все и сразу. Дал своим людям знак действовать и вызвал своего нанимателя.

— Посмотрим, что из этого получится, — улыбнулся он, рассматривая, как тает лед в его бокале и, не дожидаясь, пока тот растворится, выпил все разом.

После случайной встречи с Заком, Жанна никак не могла успокоиться. Рассказала все Милаве, но подругу тревожили свои проблемы. Пыталась заговорить об этом с Киром и мастером Петрисом, но в ответ получила такой взгляд, что от одного, что от другого. Спрашивать сразу расхотелось.

В заключительный день карнавала она решила, что нужно перестать накручивать себя, мучиться, переживать и сидеть в четырех стенах. Поэтому, когда девочки предложили пойти на праздник, она с радостью согласилась и Милаву с собой потащила.

Заключительный праздник оказался настолько ярким, живым, таким…

— Феерично! — воскликнула Элька, глядя на шоу, которое представили факиры. Они без всякой магии выделывали такие трюки, что хотелось смотреть не отрываясь, глупо раскрыв рот. А в другом конце площади выступали канатоходцы, и сердце замирало каждый раз, когда невесомая девочка — артистка взмывала ввысь, чтобы приземлиться на тонкой ниточке, называемой канатом и раскинуть руки, сохраняя баланс. Девочки гуляли, охали и ахали, рукоплескали артистам и удивлялись все новым и новым трюкам. А потом Элька увидела шатер гадалки и девушки заспешили туда. Жанна не верила в гадания, да и не очень хотела знать свою судьбу, но девочки так умоляли, так слезно просили, что им с Милавой пришлось пойти за компанию. Пока они стояли там, весь восторг от увиденного медленно улетучивался.

— Я не хочу туда идти, — проговорила Жанна.

— А меня вообще с детства пугают гадалки, — вторила ей Мила.

— Давай уйдем? — предложила Жанна и Мила с радостью кивнула, но они не успели сделать и шага. На пороге шатра возникла женщина — цыганка с кучей звенящих золотых браслетов на руках, обвешанная не меньшим количеством бус. Это было смешно, но при одном взгляде в глаза женщины, смеяться сразу расхотелось. Она словно загипнотизировала их своими черными глазами и девушки послушно последовали за ней. Девушек внутри не оказалось, Аза, как она просила себя называть, заметив их растерянность, пояснила, что девочки вышли с другого хода.

Гадалка очень долго рассматривала руки Милавы. Потом разложила старые, потертые от времени гадальные карты и тихо заговорила:

— Ты не обычная девушка. И судьба у тебя необычная. Я вижу семерку, друзей, но в прошлом. Из семи осталось четверо.

— Двое, — поправила Мила.

— Я вижу четверых.

— Значит, ваши карты врут, — разозлилась она и попыталась встать, но гадалка буквально вцепилась в ее руку.

— Постой. Присядь. Возможно, ты права. Я попробую еще раз.

Женщина снова раскинула карты и, к ее удивлению, вышел точно такой же расклад, что и до этого. Но она промолчала на этот раз. Когда цыганка увидела этих двоих, что-то изнутри кольнуло ее. Словно сама Всевидящая желала говорить через нее. Это случалось так редко и неожиданно, что пугало. Но не подчиниться не могла. В какой-то миг она просто отключилась и позволила неведомому, живущему в ней говорить за нее.

— Очень скоро судьба всего окажется в твоих руках. Тебе придется решать, пожертвовать любовью или миром. Ты должна принять предложение. Иначе последствия будут катастрофическими для всех.

— О чем вы говорите?

— Послушай меня. Белое станет черным, добро — злом. Все, во что ты верила до этого, станет ложью. Мертвые воскреснут и именно они вернут тебе то, что ты потеряешь.

Женщина отпустила ее руку и Мила бросилась вон из шатра. Ее колотило, а место, которого касалась цыганка горело огнем. Ей хотелось бежать из этого места, бежать без оглядки. Но Жанна осталась там. А она не могла подвести подругу, поэтому уселась прямо на траву и попыталась унять глухо бьющееся сердце.

Жанна, после увиденного сидела ни живая, ни мертвая. Ее тоже потряхивало и безумно хотелось последовать за подругой, но черные, бездонные глаза гадалки буквально пригвоздили ее к стулу.

— Занятный у тебя браслетик, — повторила она слова девушка из Свера, и также как и тогда, Жанна попыталась закрыть его от глаз посторонних, — Можно?

Почему-то она не смогла сказать нет. Послушно расстегнула браслет и отдала этой…этому существу. Кто-то был там. В глубине глаз гадалки. Не зло, но кто-то такой же могущественный.

— Ты знаешь его историю?

Но существу и не требовался ответ.

— Когда-то давно, один влюбленный дракон подарил его своей возлюбленной, наделив ее бессмертием. Нет, нет. Не пугайся. Он не активен сейчас. Просто безделушка. Но когда-нибудь он должен будет вернуться к законному владельцу.

— Драконов нет в нашем мире.

— В нашем, нет, ты права. Но есть и другие. Так много всего за границей врат. Я уже выбрала свою судьбу и не жалею о ней. Но мой потомок, ей так много предстоит. Ты отдашь ей браслет, храбрая девочка.

— Как я узнаю ее?

— О, не волнуйся. Ты поймешь, когда придет время.

— Кто вы?

— А разве ты еще не догадалась? — улыбнулась женщина.

— Всевидящая.

Глядя на пораженное лицо девушки, женщина звонко рассмеялась. А потом протянула к ней руку.

— Приятно было познакомиться, Жанна Эвердин, но нам обеим пора. А сейчас…спи.

И Жанна медленно сползла со стула.

Прошло уже полчаса, а Жанна все не выходила. Мила успела за это время немного успокоиться, но долгое отсутствие подруги снова насторожило ее. В конце концов, она решила вернуться в шатер. Поднялась, откинула полог и чуть не закричала от ужаса. У стола с картами, забрызганными кровью сидела гадалка и смотрела прямо на нее своими стеклянными, безжизненными глазами. А из перерезанного горла все еще сочилась кровь. Жанны нигде не было. Зато на столе лежал ее браслет. Милава взяла его, положила в карман и бросилась к противоположному выходу. Но там никого не было. Ни девочек из корпуса, ни убийц, ни Жанны. И тогда она побежала, лихорадочно оглядываясь по сторонам, выискивая хоть одного знакомого. Она видела Корина и Эльвиру в толпе еще утром, преподавателей из академии, нескольких знакомых аристократов, а сейчас никого.

Все собрались на главной площади, восхищаясь фейерверком — шоу, которое было устроено совместно с магами. В небе взрывались всевозможные цветы, один, два, три, далее магические животные, различные расы. Изображались их национальные костюмы, то, что отличало их. Красиво. Засмотреться можно, забыть о времени, о том, где находишься, погрузиться в эту всеобщую атмосферу радости. Но Милаве сейчас было не до того. Она расталкивала людей, пробираясь сквозь толпу, пытаясь зацепиться хоть за кого-то. И увидела Корина. Он стоял у фонтана, как и все, смотрел в небо. Их разделяла какая-то сотня метров. Он заметил ее, весело помахал, а потом произошло ужасное. Кто-то подошел к Корину в толпе, со спины, словно случайно толкнул, но она увидела, как расширились от удивления его глаза, как он медленно стал оседать, а из уголка рта медленно потекла струйка крови. Кто-то закричал, ближайшие люди обернулись к ней, засуетились, испуганно отпрянули, когда Корин рухнул на землю. И она с удивлением поняла, что это она кричала. От боли, от ужаса, от понимания, что узнала убийцу. Она бросилась за ним, но потеряла в толпе. Ее трясло так, что она готова была просто сползти на землю и лежать без движения. Мила не знала, что делать, куда идти и зачем. В голове было пусто, в душе сплошной сумрак и медленно вползающее в душу понимание, что сегодня произошло что-то непоправимое для нее, для них всех. Где-то позади суетились люди, кто-то снова кричал, с противоположной стороны улицы показались ищейки, а она просто шла, сама не зная куда, пока ее мягко не схватили, не развернули к себе, пока она не уткнулась носом и не вдохнула родной, до боли знакомый запах.

— Все хорошо, я здесь. С тобой.

Она вцепилась в него, как утопающий за кусок деревяшки, но успокоиться не получалось. Он вел ее куда-то, что-то говорил, но она не воспринимала. Перед глазами стоял Корин, его лицо. Удивленное, потрясенное даже. Он ведь так же как и она не мог не видеть своего убийцу.

Все было готово. Кир и Петрис разработали идеальный план. Он зря волновался о том, что Вельгор может допустить убийство. Когда Зак озвучил свои мысли, Кир расхохотался.

— Чтобы Вельгор когда-нибудь пошел против Эльвиры? Да он боится ее как огня. Особенно сейчас, когда гормоны бушуют. Женщины, тем более беременные, страшная сила.

План был прост. Убедить всех, что Корин действительно мертв. Здесь, как нельзя кстати пригодился дар Майка. Они репетировали это почти неделю. Каждую деталь, каждый шаг, возможные последствия. Но то, что Зак не предвидел, так это Милу. Они с Корином блестяще отыграли свои роли, не хуже самых именитых актеров, если даже Мила поверила. Он увидел ее уже в самом конце, когда подошел к Корину и ударил ножом между лопатками. Увидел потрясение в ее глазах, непонимание, страх, ужас, много всего. Хорошо Яр сориентировался и не дал ей наделать глупостей. Им предстояла финальная фаза. Сегодня Гром должен встретиться с тем, кто заказал убийство Корина и все будет кончено. Сегодня они узнают. Но опять же, в такой четкий, идеальный план вмешалось одно непредвиденное обстоятельство.

Зак вернулся на склад, где в последнее время обретался Гром. К его удивлению, там никого не было. Он насторожился, едва увидел главаря.

— Все сделано, — проговорил он и подошел к Грому.

— Я в тебе не сомневался, мой мальчик.

— А я тоже взял на себя смелость тряхнуть стариной и выполнить второй заказ. Вот видишь, какой я молодец. Есть, есть еще порох в пороховницах.

Зак непонимающе смотрел на него, а потом перевел взгляд на появившиеся из темноты фигуры. Один из наемников прижимал к горлу Жанны нож и медленно приближался к ним. Сердце ухнуло куда-то вниз и, казалось, совсем остановилось.

— Что это? — выдохнул он. Не мог смотреть ей в глаза сейчас. Боялся, что напугает тем, что бушевало внутри.

— Мой подарок новому хозяину, — улыбнулся Гром.

— А старый?

— А вон там, посмотри. Хороший был парень. Только глупый очень. Вздумал мне указывать. Мне! — главарь рассмеялся своим каркающим, прокуренным смехом, а потом уставился на него, и все веселье исчезло из глаз.

— Он поведал мне весьма занимательную историю, о мальчике — маге, лишившимся резерва. Хороший мальчик, сильный. В корпус пошел, ищейкой стал. Знаешь, как его зовут. Захари Эйвери. Имя это о чем-то тебе говорит?

— А должно?

— Еще как должно, — усмехнулся главарь, — приведите ее.

Его ожидал новый шок, когда он увидел, кого притащил другой подручный главаря.

— Аринка.

Девушка, которая так хотела выбраться из деревни, повидать мир. Что стало с ней? Как она могла превратиться в это? Нетрезвая, растрепанная, густо накрашенная, в красном, вызывающем платье шлюхи. Его передернуло, когда главарь схватил ее за подбородок и впился своим ртом в ее, когда-то нежные, красивые губы. Она ответила. Пьяно захихикала и уставилась на него. И не было в этих глазах больше того света, невинности, наивности, жажды жизни. А только глухая тоска и холод.

— Ты ведь знаешь его, дорогая? Скажи мне?

— Конечно, знаю, — ответила девушка, — Мы из одной деревни. Его Зак зовут. Он хороший, обещал помочь, когда я в город соберусь. Вот видишь Зак, теперь я здесь.

— Я же говорил, что мир не такой, как тебе кажется. В нем много зла.

— А мне нравится, — прошипела девушка, хотя все в ее взгляде и жестах говорило об обратном. Но слабые люди будут до конца говорить, что довольны тем, что сами создали. Сильные, попытаются что-то изменить. Жаль, что она к таким не относилась, — Думаешь, там в деревне лучше бы было. Здесь у меня есть все. Шикарные наряды, драгоценности, мужчины, деньги, вино.

— Разве это все?

— Да пошел ты! — она попыталась достать его. Ударить, быть может. Но главарь удержал. Вернул девушку своему наемнику и жестом приказал увести.

— А я ведь до последнего не верил. Старый дурак, все надеялся на что-то. А теперь я тебя убивать буду, медленно и с наслаждением. А твоя подружка смотреть будет, а отвернется хоть на миг, я еще добавлю. Поняла, куколка?

Девушка неуверенно кивнула. А потом начала медленно умирать, когда главарь избивал на ее глазах ее любимого. Забивал до смерти, а она ничего не могла сделать. Слезы лились из глаз, она до крови прокусила губу и молилась о помощи, хоть о ком-нибудь, кто сможет прекратить весь этот ужас, а еще дать ему сил выжить.

— Вы идиоты! — бушевала Эльвира, — Как можно было так с девочкой обойтись? Кретины!

— Милая, успокойся. Тебе нельзя сейчас…

— Помолчи, иначе и тебе достанется. Это надо же было придумать и не посвятить меня, — последнюю фразу женщина произнесла уже на ультразвуке.

Вельгор, Кир, Петрис и бедный Корин сидели, молясь об одном, чтобы ураган по имени Эльвира поскорее закончился. Но он только набирал обороты, все больше и больше.

— Мало того, что кадетов во все это втянули, что вам профессионалов мало?

— Уж кто бы говорил, — хмыкнул Вельгор, за что и поплатился свирепым взглядом разъяренной беременной ведьмы. Сглотнул и опустил взгляд.

— И что теперь?

— Сегодня главарь познакомит Зака с заказчиком и все закончится, — ответил Кир.

— Разве нельзя было найти другой способ?

— Дорогая, если бы не Зак и его команда, меня бы уже не было.

Эльвира проглотила очередное злобное высказывание. Знала же, что это правда. Сейчас, как никогда хотелось остаться наедине с ним. Показать, насколько сильно она его любит. Во всех деталях. Прижаться к нему, прошептать что-то на ухо. Сказать люблю. Но ей и не требовалось. Все это он уже прочитал в ее глазах. Счастливо улыбнулся, продолжая этот диалог взглядов, а затем встал.

— Мы уже можем идти?

— Да. Только принцессу Элиани дождемся.

Ждать долго не пришлось. Она вошла в кабинет Вельгора в сопровождении…побратима. Эльвира чуть не упала в обморок от увиденного. Корин поддержал, но и сам был поражен не меньше, а может и больше. Он хоть и был бывшим анваром, а побратимов помнил. Сейчас перед ним стоял один из лучших представителей их расы. Сильный, смелый альфа, уже привязанный к своей ли-ин. И надо же. Ей оказалась принцесса Элиани. Где и как они пересеклись? Да и вообще, откуда он взялся? Весь мир уверен, что все побратимы были уничтожены. А тут такое…

И если Эльвира смогла удержаться, то Милава, при виде Корина благополучно упала в обморок первый раз в жизни, прямо на руки своему побратиму.

Через несколько минут она пришла в себя, уставилась на Корина, потом перевела взгляд на Эльвиру, Кира, Петриса и, наконец, Вельгора. Глубоко вздохнула и прошептала:

— Жанну похитили.

После ее слов мир словно взорвался. Началась сплошная суета. Вельгор вызвал своих людей, Кир и Петрис бросились к выходу. Эльвира распекала главу департамента ищеек, а Корин не мог оторвать взгляд от побратима. Который держал в объятиях любимую и пытался ее успокоить.

— Я думала, вы погибли.

— Так и было задумано.

— Во что вы втянули Зака? И причем здесь Жанна?

— Мы все объясним. Но позже. Сейчас нужно вытащить его оттуда. И как можно скорее.

— Вставай, — слышал он чей-то шепот, — Ты должен.

Но он не мог. Если пошевелится, то тело пронзит новой болью. Так он хотя бы может дышать.

— Ты не можешь сейчас сдаться.

Он узнал этот голос. Рилан. Он снова пришел поговорить с ним.

— Мне плохо.

— Я знаю. Но тебе теперь есть ради чего жить.

— Жанна.

— А она хорошая. Добрая, сильная, смелая, упрямая немного. Мне нравится.

— На меня чем-то похожа, — продолжила разговор Тиана.

— И на меня, — вклинился Тимка.

— Это чем же?

— Мозгами, конечно. А вы что подумали?

— Я опять брежу? — спросил Зак.

— Можно и так сказать, — ответила Тиана, — Сейчас ты нужен там. Как никогда.

— Твое время еще не пришло, брат.

— Еще долго не придет. Если ты сам не сдашься.

— Ты ведь хочешь узнать, кто предатель?

— Но вы ведь не скажете.

— Зачем? Ты и сам скоро все узнаешь.

— В третью годовщину? — спросила Ти.

— А может и раньше, — покачал головой Рилан.

— Нам пора идти, а тебе просыпаться, — улыбнулась Тиана, а потом закричала и, ее дикий, пронзительный крик ворвался в сознание, отозвавшись острой болью во всем теле. Он открыл глаза и понял, что кричала не Тиана.

Жанна не могла оторвать глаз от неподвижного тела Зака. Она пыталась верить, что он жив, лихорадочно прислушивалась к шуму, чтобы различить его дыхание или биение сердца и облегченно перевести дух. Но она слышала только голос главаря где-то на втором этаже. Не знала, сколько времени прошло. И пыталась придумать, как выбраться из всего этого и спасти Зака. Ему нужна была помощь и как можно скорее. Но веревки на руках и ногах, впивающиеся, натирающие кожу не давали пошевелиться. Она вспоминала, все, чему ее учили, и со стоном понимала, сколько же пробелов было в их образовании. Наконец, главарь вернулся, а рядом с ним шел человек, которого она любила и ненавидела одновременно. Ее отец.

Барон Эвердин подошел к дочери, наклонился и спросил. Спокойно, без всяких эмоций, как всегда. И тот же лед в глазах, то же равнодушие.

— Где он, Жанна?

— Я не понимаю, о чем вы, — ответила она, и тут же щеку обожгло огнем пощечины.

— Не лги мне, девочка. Я спрошу еще раз. Где он?

— Я не знаю, — совершенно искренне ответила она, но и этот ответ его не удовлетворил. Он снова ударил. Схватил за волосы и посмотрел прямо в глаза.

— Я спрошу последний раз и, если ты мне не ответишь.

— Я не знаю, — прокричала она, так громко, как только могла, — Жаль, что я связана сейчас, а то показала бы тебе, чему научилась в корпусе. Как мама могла любить такую мразь.

— Да, я вижу. Сквернословить тебя здесь научили, и старших не уважать, и спать с безродным крестьянином, у которого даже магии нет.

— Этот крестьянин в тысячу раз лучше тебя. И он никогда не продаст родную дочь ради какой-то безделушки.

— Эта безделушка, как ты говоришь, бесценный артефакт. И кто знает, что бы выбрал он, зная какими свойствами может обладать браслет. Где он, Жанна?

— Да пошел ты, — повторила она слова той шлюхи и сделала то, о чем думала давно. Плюнула ему в лицо. Отец усмехнулся, достал идеально чистый платок и вытер лицо.

— Что ж. Ты сделала свой выбор, — ответил он и дал знак кому-то за ее спиной.

А дальше ничего не произошло, зато с физиономии отца медленно сползала жестокая усмешка. Что бы не делал этот неведомый кто-то за ее спиной, но сейчас это не причиняло вреда. Зато маленький камешек на ее груди, спрятанный за воротом платья начал медленно нагреваться. И чем больше недоумения было в глазах отца, тем больше торжества в ее. Сейчас, в этот миг она поняла, что он больше ничего для нее не значит, что все чувства горечи, обиды, желания быть достойной его любви исчезли. Осталась только ярость, что он посмел причинить вред человеку, которого она любила. Когда отец вспыхнул, словно свечка и закричал от поглощающего его огня, она ничего не чувствовала. Метнулась только взглядом туда, где еще минуту назад лежал Зак. Сейчас его там не было. Что-то происходило за спиной, она слышала крики, предсмертный хрип главаря, чувствовала запах гари, жженного мяса, еще чего-то, крови, и боялась только одного. Что Зак пострадает.

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Он подошел к ней, избитый, с заплывшим глазом, грязный, пропахший гарью, но ей было все равно. Едва он освободил ее руки, она обняла его и прижалась так тесно, как только могла. А потом начала целовать все места, куда могла дотянуться, гладить волосы, шею, плечи. Как же сильно она любила его. Как же сильно.