Операция "Ух", или Невеста для Горыныча

Глава 30

Зал пылал огненным сиянием миллионов свечей.

Хрустальные люстры, словно вырезанные из ледяных глыб, висели под потолком, как созвездия, спустившиеся на землю. В их гранях преломлялся свет разноцветных свечей: одни горели голубым пламенем, другие мерцали подобно янтарю, третьи – были красными, как ягоды калины. На всю эту разноцветную феерию с удовлетворением поглядывала довольная Яга – именно она с помощью диковинной магии превратила огонь свечей в подобие гирлянды.

Я и Вихрь сидели во главе огромного стола. Наши кресла, сплетённые из оленьих рогов, были обернуты в мягкий серебристый бархат. На этом фоне моё яркое зелёное платье выглядело особенно празднично. Каждый камушек наряда красиво переливался и менял цвет даже от мимолётного движения: от светло-салатового до небесно-изумрудного.

Рядом, держа меня за руку, сидел Вихрь и поглаживал мою ладонь большим пальцем, отчего по коже бежали мурашки. Его камзол в тон моему платью сливался с моим нарядом – и сразу становилось понятно, что мы теперь одно целое. Муж и жена.

Мой взгляд скользнул через зал на другой конец стола, который возглавляли Финист и Водяничка.

На моё удивление, Гриба не была привередливой в выборе наряда для своей свадьбы. Да и времени было немного для организации – но её, как и меня, ничуть не смутил предложенный наряд из закромов Горынычева замка.

Расшитые в голубых тонах наряды Финиста и Водянички, так же как и мои с Вихрем, когда-то принадлежали его родителям.

Молодожёны были счастливы. Финнист подносил ко рту Грибы виноград, и как только ягоды касались её губ, она ловко ловила их зубами и звонко смеялась.

– Возможно, стоило сесть к ним поближе, – улыбнулся Вихрь. – А то мне кажется, мы пропускаем все колкие шутки Водянички.

– По-любому, это очень неприличные шутки, – ответила я, прекрасно понимая, что Вихрь прав.

Надо было сесть поближе, а так теперь между нами раскинулся огромный стол, заставленный манящими яствами: жареные фазаны, пироги с мясом, расстегаи, супы в чашах из тыкв-великанов, диковинные десерты… глаза разбегались от многообразия.

По столу между блюдами радостно прыгал клубок-колобок, напрашиваясь то ли на ругань («Куда по чистым скатертям грязными нитками?»), то ли на музыкальные заказы. Колобок явно возомнил себя главным по развлекательной составляющей – он приставал к гостям и спрашивал, что им включить.

Те слабо понимали, чего от них хочет клубок ниток, и прогоняли его дальше.

Колобок тем временем добрался до Василисы, которая будто невзначай села рядом с Иваном.

– А хотите, включу романтическую музыку? – с ходу выдал он.

– А какая музыка романтическая? – быстро заинтересовалась сестра.

– Смотря в каком жанре, – довольный собой колобок принялся перечислять: – Блюз? Джаз? Рок? Поп?

– Ой, нет, – Василиса даже покраснела. – Не надо нам никаких поп. Давай лучше что-нибудь простое. Про поле, про ягодки. Чтобы душа в пляс пошла!

Колобок на мгновение задумался, а спустя миг выдал:

– Всем девчонкам посвящается! *Ягода-малинка, оп-оп-оп!!!*

Громыхнули заводные басы… и вместе с этим распахнулись двери зала.

От неожиданности я вздрогнула – что уж там, даже колобок умолк.

Грянула гнетущая тишина.

На пороге зала стоял смуглый незнакомец в кислотно-жёлтом кафтане и с огромной коробкой в руках, из-за которой торчала только его макушка.

Из-за спины мужчины неожиданно выглянула ослиная голова в такой же кислотной попоне, только в «шашечку». Послышался цокот копыт…

– Срочный доставка… – выдал мужчина. – Курьерский служб… «Ослюндекс Гоу». Срочный тариф. Сорок пять минут – и торт у вас!

– Какой еще ослюндекс? – переспросила остолбеневшая Гриба.

Мужчина посмотрел на неё мучительно долгим взглядом.

– Доставка принимать будете? Подарок от царя Гвидона на свадьбу для дочь! – ломая слова, выдал он. – Я – Курьер-скороход. На осле через лес, дол, горы ехать! Чтоб успеть! Как шайтан лететь!

Скрипя сапогами, он двинулся вперёд по залу, в то время как его робкий ослик цокал за ним, с вожделением поглядывая на салатные листья в подложках под блюдами.

Коробку опустили передо мной и Горынычем.

– Это точно от батюшки? – не поверила я, глядя на курьера-скорохода. – Какие ещё сорок пять минут? Мы из Руси сюда неделю шли.

Курьер явно оскорбился.

– Вай! Обижаешь, красавица! Это вы, может, и шли неделю, а я лететь. На зверь! – он ласково погладил осла меж ушей. – Не ишак, а ласточка! Зверь! Ваш батюшка ещё письмо передал!

Курьер протянул мне свиток, который я с осторожностью развернула, чтобы вчитаться:

«Дорогая дочь, надеюсь, ты не в обиде на меня за своё маленькое приключение. К сожалению, я не успеваю на твою свадьбу. Думаю, ты понимаешь, как сложно оставить престол без присмотра даже на минуту. Но хотел бы передать свои самые сердечные поздравления.

С этим письмом отправляю Свадебный Торт, надеюсь, скороход успеет к пиршеству.

С надеждой на скорую встречу, твой батюшка Гвидон.

P.S. С полцарством разберёмся при личной встрече. Жду внуков!»*

Внизу и в самом деле была подпись и печать батюшки.

Я перечитала послание трижды, прежде чем сообразила. Впрочем, заглянувшая ко мне через плечо Яга тоже быстро поняла, что к чему.

– Письмо без имени, – хихикнула она. – Универсальненько. Видимо, когда понял, что Василиса с вами, решил, что хотя бы одна дочурка точно замуж выйдет.

– Так что, доставка принимаете? – напомнил о себе курьер, и я кивнула.

Думала, незнакомец тут же уйдёт, но он медлил.

– Поставьте пять звёздочек и отзыв о качество обслуживаний? И чаевые.

– Да хоть десять звёзд, – улыбнулся Вихрь, будучи в явно прекрасном настроении. – Располагайся за столом, только шайтан-осла своего в конюшню проводи. Там его накормят и напоят.

Курьер удалился.

Грянула прервавшаяся музыка – колобок вновь завёл мелодию, решив, что его незаслуженно прервали не на той ноте.

– А теперь танцуют все! – громко крикнул он, заставляя гостей оторваться от еды и идти растрясать кости.

– За любовь! – крикнул кто-то, и зал взорвался голосами. – Горько!

Я подняла свой кубок, но Вихрь перехватил мою руку.

– Нет, – прошептал он, притягивая меня к себе и накрывая жарким поцелуем так, что моё сердце зашлось в неприличном биении. – За нас.

Он подхватил меня на руки и понёс в центр зала, чтобы кружить в танце. Рядом веселились другие люди, но для меня и Вихря мир словно бы замер.

Казалось, теперь существовали только я и он.

– Ты счастлива? – спросил он, обжигая моё ухо своим дыханием.

Я прижалась к его груди и прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Да, – ответила я, и всё же какая-то неуверенность проскользнула в голосе.

– Тебя что-то смущает?

– Скорее пугает, – призналась я, понимая, что сейчас не время и не место. Это же моя свадьба, а я думаю не о том. – Лебедь, когда уходила, обещала, что это не конец. Что если она не просто угрожала?

– Чем бы это ни было, мы справимся, – пообещал Вихрь. – Всё же мы вместе. Решим всё, что не успели решить. Спасём с грибной поляны Гельмута и друзей Финиста, окончательно расчистим путь в горах между двумя государствами. Как только сойдёт снег, проложим хорошую дорогу. Вдобавок скоро вылупится избушенок – нужно же нам будет посмотреть, как он растёт. Так что впереди нас ждёт очень много хорошего.

– И надо выдать Василису замуж, – добавила я, улыбнувшись. – По любви!

– И выдать твою сестру замуж, – согласился Вихрь, косясь куда-то за мою спину. – Впрочем, возможно, она и сама справится.

В очередном вираже мы крутанулись, и я увидела то, что до этого видел Вихрь.

Василиса абсолютно бесстыже целовалась с Иваном, а тот млел в её объятиях.

Я зажмурилась.

– Хорошо, батюшка не видит. Иначе…

Но что «иначе», я не узнала. Внезапно Яга подлетела к Василисе и напрочь прервала её поцелуй с Иваном. Словно она была на балу тем самым блюстителем порядка.

– Не надо вмешиваться, – попросил Вихрь. – Баба Яга ничего не сделает просто так. Просто контролирует, чтобы ничья честь не пострадала.

Он закружил меня в вихре нового танца, заставляя расслабиться и выбросить все дурные мысли из головы. В конце концов, мой муж был прав.

Теперь, когда мы были вместе, мы справимся со всем.

– Я люблю тебя, Змеина Прекрасная, – прошептал он.

– А я тебя, мой Вихрь!