Новый мир. Древние

Глава 27

Наша честная компания уселась за стол. Лексус откровенно пялился в декольте Моник, а она, заметив такое пристальное внимание к своей персоне, как бы случайно наклонилась к столу, вываливая свои сокровища на всеобщее обозрение. С вызовом девушка смотрела на меня, явно рассчитывая на негативную реакцию, но я лишь насмешливо фыркнула.

Неловкое молчание затянулось, и я решила начать разговор.

— Лексус, ты говорил, что кто-то звонит нам каждые полчаса, вот только очередного звонка что-то не слышно.

— А, что? — растерянно спросил друг, выходя из ступора.

— Не звонят нам, говорю. Как думаешь, почему?

— А это. Я когда дом осматривал, очередной звонок услышал. Взял трубку, но там сбросили. Так что пообщаться не удалось.

— Ясно, ждем.

— Вы о чем говорите? — вклинилась в нашу беседу Моник.

— Тебя это не касается! — рявкнула я на девушку. — Кстати, на счет зомби-апокалипсиса я не шутила. Надеюсь, ты заметила трупы по дороге сюда?

— А это. Да, видела.

— И?

— Что и? Эти гады сами виноваты. Заперли слабую беззащитную девушку. Вот совсем их не жалко!

— Лексус, похоже, мы имеем дело с социопаткой! Может, не будем брать ее с собой в деревню? Пусть здесь остается!

— В деревню? — взвизгнула Моник. — В какую деревню?

— В самую обыкновенную. Коровки там, курочки. Туалет на улице. И никаких салонов красоты и дорогих бутиков.

— Я знаю, что такое деревня! Зачем вы туда собрались?

— А ты что, здесь остаться хочешь? А давай. А мы с Сашей дальше без тебя поедем.

— Ты хочешь бросить меня здесь одну?

— Ты даже себе не представляешь как!

— Лексус, тебя так, кажется, зовут, неужели ты позволишь этой жестокой женщине так со мной поступить?

Друг ничего не ответил. Он был занят более важным занятием: изучал анатомию нашей новой знакомой. Я закатила глаза и продолжила уничтожать стратегические запасы мужа, а Моник — истерично верещать.

— Да зачем вам вообще ехать в глушь? Оставайтесь здесь! Уверена: Марк пришлет сюда людей и спасет нас! Тут есть электричество, вода, много еды, мы точно продержимся!

— Моня, все не так просто. Помнишь, я тебя спрашивала о голосах? Так вот, мы все их слышим. А потом ведем себя неадекватно. Двери этим монстрам пытаемся открыть. И я подозреваю, что это не единственное, чем они могут нас удивить. Не знаю как у тебя, а у меня нет никакого желания узнавать, на что еще эти твари способны.

— Так давайте их всех уничтожим, как в доме.

— Их слишком много. А за забором еще больше! И думаю, их количество будет только увеличиваться.

— Так взорвем их всех! Или расстреляем!

— Во-первых, кровожадная ты наша, они очень нервно реагируют на шум. Во-вторых — вот умрут они, а трупы-то останутся! День-два и начнут разлагаться. Кто их будет хоронить? Ты?

— Нет! Хорошо, поеду с вами. В конце концов, можно и потерпеть пару недель, пока все не уляжется. А потом я выскажу Марку все, что о нем думаю!

— Ага, вот он будет рад! Наверняка по головке тебя погладит. Кирпичом. Знаешь, не лезь лучше к нему. А то это может плохо для тебя закончиться. Найди ровесника, устройся на работу и будет тебе счастье!

Моник замолчала, что-то обдумывая, а потом ни с того ни с сего сказала:

— Жень, я все понимаю, жизнь тебя не пожалела, но ты мыслишь стереотипно. И посмотри на себя! Как ты выглядишь! Это же просто кошмар!

— Да нет, самое то для апокалипсиса.

— Теперь понятно, почему Марк налево ходил. Я удивляюсь, как он вообще тебя все это время в доме терпел. Наверное, из жалости.

— Ага, зато тебя прям любил безумно. Видишь, в доме своем оставил. Охранять, а то мало ли. Мародеры нападут, захотят обокрасть, а тут ты вся такая красивая.

— Девочки, не ссорьтесь! — вмешался в наш разговор Лексус, а потом обратился к Моник: — Кстати, тебе вроде девятнадцать, да?

— Даже не пытайся! Я все понимаю, но ты, дядя, не в моем вкусе!

— Бог с тобой! Еще не хватало с истеричным подростком связаться! Я просто подумал вот о чем. Женя — маленькая и худенькая, да и выглядит гораздо моложе своих лет. И встречаться с Марком начала в девятнадцать, все правильно?

— Да, а к чему ты клонишь? — удивленно спросила я.

— Так, и с этой девчушкой он тоже начал встречаться, когда ей стукнуло девятнадцать.

— Вообще-то восемнадцать. Мы с ним восемь месяцев вместе! — сказала девушка и гордо вскинула голову.

— Милые дамы, а ваш ухажер, случайно, не педофил?

Моник подавилась, а я залилась смехом.

— Слушай Лексус, а может ты и прав! — сквозь слезы сказала я, сползая под стол.

— Да вы оба сумасшедшие! — крикнула Моня и, бросив вилку на стол, удалилась в свою комнату.

— Все, обидел девушку. Не видать тебе больше ее прелестей! — сказала я, вытирая навернувшиеся слезы.

— Да насмотрелся уже, хватит! Кстати, спать пора. Так что готовься, будешь нас охранять.

— Ладно, только ты с Моней договорись, чтобы вы в одной комнате легли. А то я между вами бегать не хочу! О, знаю! Устроитесь у мужа в кабинете! Там несколько хороших диванчиков. Они раскладываются, так что нормально выспитесь. А я телефон постерегу. Вдруг с нами опять связаться попытаются.

— Отлично, так и сделаем! — сказал Лексус, и мы отправились за Моник.

Девушка была не в восторге от нашей идеи, но после того, как друг пригрозил снова запереть ее в бытовке, согласилась. Моне поручили достать одеяла и подушки, а мы с другом отправились изучать пиротехнику.

Осмотрев запасы мужа, друг остался доволен. Он доверху набил рюкзак различными бомбочками и петардами, не забыв прихватить и несколько ракет, а мне строго-настрого запретил приближаться к любым взрывоопасным предметам. Даже спички отобрал!

Я обижено фыркнула из-за такого откровенного недоверия, но потом вспомнила, что в одной из комнат Марк хранил коллекцию холодного оружия. Лексус снова оживился и потребовал показать ее.

Больше часа друг бродил среди ножей, сабель и катан. Я за это время успела сбегать в свою комнату, найти небольшой рюкзак с цветочками и припрятать там планшет, несколько флешек и Годзиллу, здраво рассудив, что лучше лишний раз не показывать его Моник. Подумав еще, я также запихнула туда зубную щетку, шампунь и сменное белье.

Вернувшись к другу, я попыталась отправить его спать, но он так увлекся изучением сокровищ моего мужа, что ни в какую не хотел уходить. В конце концов, мне пришлось метлой выгонять мужчину. Но перед этим он успел утащить несколько охотничьих ножей, парочку кинжалов и две катаны.

В кабинете мужа мы также нашли арбалет и стрелы. Я вспомнила, что в сейфе еще лежало несколько пистолетов, но я не знала, как его открыть. Он был с биометрическим замком, плюс необходимо было знать код, так что мы с Лексусом решили не заморачиваться.

Моник тоже решила забрать с собой все самое необходимое. Она набила два громадных чемодана вещами, сама же надела прозрачный пеньюар и откровенное белье и в таком виде зашла в кабинет.

Не знаю, на какую реакцию она рассчитывала, но Лексус в довольно грубой форме послал ее переодеваться, мотивируя это тем, что на нас в любой момент могут напасть монстры, и в такой амуниции девушка быстро станет закуской. Моня послушала друга и вернулась к нам в розовом плюшевом спортивном костюме.

Через десять минут Лексус уже храпел, а Моник ерзала под одеялом, не в силах заснуть. Я патрулировала кабинет, готовясь в любой момент отразить удар.

— Почётна и завидна наша роль, да наша роль, да наша роль!* — напевала я, проходя мимо девушки.

— Заткнись! Ты мешаешь!

— Что, прости?

— Не могу из-за тебя уснуть! Сгинь!

— Ладно, не кипятись! — сказала я и немного отошла от девушки.

Грустно вздохнув, я прислушалась. Лексус мирно спал, а Моник, наконец, затихла и тоже засопела. Искушение было слишком велико, поэтому я, не выдержав, подкралась к девушке и что было силы крикнула ей в ухо:

— Ох, рано встает охрана!*

Меня тут же огрели подушкой. Моник вскочила как ошпаренная и с угрожающим видом двинулась на меня. Неизвестно, чем бы все закончилось, но из соседнего угла донесся сонный голос Лексуса, предупреждающий, что если мы сейчас не успокоимся, мужчина самолично выкинет нас обеих в окно.

Моник скрипнула зубами, но не рискнула спорить с мужчиной. Она накрылась с головой одеялом и отвернулась к стене. Я тоже решила не искушать судьбу и села за стол. Достав флешки, я перекинула на них любимые песни, после чего включила на планшете фильм.

Ночь накрыла дом. За окном бродили монстры, но ворваться в дом не пытались. Лексус спал спокойно, а вот Моня то и дело вскакивала и рвалась на выход. С громадным удовольствием снова и снова я оттаскивала ее за волосы обратно. Но, в конце концов, затихла и она.

Посреди ночи раздался звонок. От неожиданности я подпрыгнула и тут же помчалась к старому дисковому телефону. Дрожащими руками я сняла трубку.

— Алло? — тихо спросила я.

— Мама! — услышала я родной голос и чуть не расплакалась.

_________

*Олег Анофриев, Анатолий Горохов — Песенка королевской охраны (муз. Геннадий Гладков, сл. Юрий Энтин)