Наследник для хозяина стаи

Глава 1

Дом Прохора Вольского напоминал склеп. Пустынные коридоры, унылые тона, похожие на приведения слуги и… холод. Аврора поежилась, стискивая у горла мериносовую шаль. И пусть термометр показывал комфортные двадцать три градуса, но для нее это было минус двадцать три. Особенно сегодня.

— Ваш отец велел надеть сегодня платье, — отчеканила горничная, перебирая одну вешалку за другой. — Вот это. — На постель легло облачко цвета топленого молока.

Аврора не шелохнулась. Прохор, как обычно, решил за нее. Хорошо хоть голой не оставил…

Кончики пальцев занемели.

Растереть бы их как следует, но Аврора продолжала гипнотизировать взглядом окно, за которым неторопливо разъезжались машины. Все как одна тяжеловесные, тонированные и безумно дорогие. Очень скоро их станет больше… Совершеннолетие омеги — огромное событие. Аукцион и деловая вечеринка в одном флаконе. На одну лишь подготовку у Вольского ушло два месяца и баснословная сумма. Но если повезет, ему удастся продать бракованную дочь втридорога…

За спиной тихонько хлопнула дверь, и тишину комнаты взорвал стук каблуков, а обоняние растревожила маслянисто-сладкая вонь подгнивших фруктов — Карина Вольская собственной персоной. Аврора мысленно скривилась.

— Ты еще не готова?! — театрально ахнула волчица и, вынырнув из-за плеча, подцепила ногтями подбородок. — Рори, дорогая, почему такой унылый вид? Сегодня же праздник! — оскалила белоснежные клыки.

Ну конечно! Наконец-то жена альфы выпнет из дома намозолившую глаза омегу — постыдное свидетельство неверности ее мужа. Аврора плотнее сжала губы, но взгляд не отвела. Непокорность всегда бесила Вольскую. Этот раз не стал исключением, и черные когти на подбородке сжались крепче.

— Молчишь, шлюха? Правильно, молчи… Очень скоро твоя жизнь круто изменится, и поверь — жизнь в стае Вольских покажется тебе раем…

Да, Аврора это знала. Но не собиралась обнажать свой страх перед стервозной дрянью, которая могла гордиться разве что тем, что сумела поймать Вольского на беременный живот.

— Если сегодня на моем лице будут отметины, альфа выкинет вас на помойку, Карина.

Обращение к альфа-самке по имени — хуже, чем плевок в лицо. Но вместо того, чтобы отвесить Авроре пощёчину, гадина отскочила на два шага и нервно пригладила выбившийся из пучка рыжий локон.

— Когда начнутся торги, я постараюсь сделать все, чтобы тебя купил самый похотливый извращенец… — зарычала, стискивая кулаки.

— Я передам эти слова своему будущему покровителю… Карина.

Издав утробный рык, волчица бросилась прочь из комнаты. Чуть подол вечернего платья дверью не прищемила. А Аврора все-таки растерла онемевшие пальцы. Этот раунд за ней. Как и многие до.

Карина не блистала умом и манерами. Зато оказалась на редкость плодовитая. Четверо крепких оборотней — это хороший результат. Правда, родить маленького альфу она смогла, так что Вольский суетился с утроенным пылом, стремясь обеспечить своему потомству если не главенство в стае, то хотя бы безбедное существование.

Аврора вновь посмотрела в окно.

Двое ее братьев крутились у входа, встречая гостей — Арнольд и Генрих, конечно же. Ей даже не нужно видеть их лиц — эти двое всегда лизали вожаку задницу с утроенным пылом, при этом умудряясь пакостить Авроре по любому поводу.

Затылок тихонько заныл.

Там, под густой шапкой волос, прятался рваный шрам — след детской «шалости», которая едва не стоила Авроре жизни.

Альфа потом собственноручно разбил щенкам носы. Еще бы! Чуть не отправили на тот свет главное сокровище стаи… Которое сегодня будет передано самому богатому. Или сильному… О, как же Аврора хотела, чтобы торги вышли из-под контроля и случилась драка.

Такое часто бывает. Альфы не отличаются терпением, особенно если это касается фертильных омег.

За плечо тронули ледяные пальцы горничной.

— Пора одеваться, госпожа Вольская.

А в тщательно отрепетированном голосе слышны рычащие нотки. Хоть Райя и помесок, но она целиком и полностью на стороне Карины, как, впрочем, и половина прислуги. Конечно, им не нравилось, что честь их предводительницы попрана молоденькой «шлюшкой».

Аврора взглянула на горничную, и та поспешила сделать вид, что ей интересны складки тюли на окнах.

Вторая поднесла на вытянутых руках платье.

— Позвольте вам помочь, — пропела елейным голоском.

А глаза желтые — бесится ее зверюга, требует задавить непокорную.

— Спасибо, Лидия, я сама.

И, забрав платье у скривившейся обротницы, Аврора встала из кресла и пошла к зеркалу.

Ширмы в ее комфортабельной тюрьме не полагалось, а вот надзирательниц было сколько угодно — не дай бог омега решит сбежать. Неважно — из клетки или на тот свет. И, судя по обрывкам слухов, такие случаи происходили все чаще.

Шаль упала на пол, за ней по ногам скользнул теплый халат. Аврора осталась стоять в одних в кружевных трусиках.

Белоснежные узоры больше походили на изморозь и едва-едва прикрывали гладкую промежность. Красивое белье. Но если бы могла, Аврора выбрала бы скромный хлопок. И лифчик, конечно. Однако в день смотрин омеге этого не полагалось. Да и потом покровитель мог наложить запрет на выбор одежды. Оставить в прямом смысле голой… для лучшего доступа.

Кожа покрылась мурашками, стоило подумать, что очень скоро ее наряд порвут жадные волчьи когти. Но хуже того знать, что ее телу это понравится. Запах альф действовал на омег очень… возбуждающе. Такова природа.

Аврора снова принялась тереть пальцы, но в этот раз паника не отступала.

— Потор-р-ропитесь, госпожа! — в два горла рявкнули обротницы.

И ей пришлось подчиниться.

А иначе Аврора сильно рисковала встретиться с отцом раньше времени, чтобы в который раз выслушать, насколько она «неблагодарная сука, вся в мать»…

Сердце болезненно сжалось.

Пытаясь отогнать слезы, Аврора больно куснула себя за внутреннюю сторону щеки. Не станет пачкать светлые воспоминания грязью сегодняшнего дня! Она разрешала себе вспоминать прошлое, лишь оставшись в одиночестве, да и то не всегда. Слишком тяжело потом было возвращаться в наполненную безысходностью реальность.

Последний крючок зацепился за ушко, скрепляя лиф.

Аврора машинально поправила складки, слегка затянула пояс, равнодушно глянула на себя в зеркало и кивнула.

Горничные мгновенно очутились рядом, и на шею легло колье с кроваво-алым рубином грубой огранки. После совершеннолетия обязанность каждой омеги носить на людях украшение из красного камня. И чем вульгарнее, тем лучше.

— Ах, какая красота, — издевательски пропела Райя. — Вам так идёт…

Аврора не среагировала.

Равнодушие — вот ее опора. И вызов для волчиц. От горничных потянуло недовольством, а в глазах зажглись злые угольки. Но нахамить обротницы не успели — дверь снова распахнулась, впуская в комнату Милану, сестру Авроры.

— Задолбала в своей норе сидеть! — зарычала, не размениваюсь на приветствия. — Дождешься, что папаша пришлет за тобой Леонида.

Видеть Леонида Аврора не хотела. Младший особенно усердствовал в подлянках. И пахло от него отвратно. Хотя в норме чувствительное обоняние омег должно реагировать на кровных родичей нейтрально. Но, видимо, Леонид — вонючее исключение из правил.

Аврора не мешкая подошла к своей провожатой.

— Я готова, — обронила коротко.

Милана фыркнула. Но на этом и закончила. За что Аврора была очень благодарна. Сестра вообще отличалась от семейки Вольских настолько, что смахивала на приемную. Во-первых, не так остро пахла, во-вторых, чхать хотела на роскошный образ жизни, и даже — вот чудо! — сама поступила в вуз. Ну и в-третьих — ужасно бесила мать своими «мещанскими замашками». Вот и сейчас Милана предпочла яркому вечернему платью обычные брюки и блузку золотистого цвета. Украшений минимум, косметики тоже … Но главное — у нее не было желания доставать сестру. Аврора это очень ценила.

В молчании они дошли до коридора, который вел к центральной секции дома.

Еще пять минут, и Аврора окажется в главном зале под прицелом алчных взглядов. И запах самцов даст старт желанию упасть на спину и раздвинуть ноги.

Аврора вздрогнула и непроизвольно замедлила шаг.

Знала ведь, что этот день настанет! Готовилась к нему, училась себя контролировать, ограничивая то немногое, что ей позволялось в доме отца. Но запах альф — совершенно особенное искушение.

Очень скоро она с ним столкнется, и помоги ей Луна вести себя достойно!

Аврора неслышно потянула носом воздух, в котором уже чувствовались вкусные тестостероновые нотки, и прикрыла глаза.

Она на краю обрыва. За спиной шумит прогретый солнцем хвойный лес. Вековые ели тихо шепчутся, истекая янтарной смолой, внизу, далеко под ногами, шумит горная речка, а высоко в небе собирается гроза — еще пока не видимая, но все вокруг пронизано озоновой свежестью, и первая молния вот-вот заискрит в облаках.

По коже рассыпались мурашки, когда двери распахнулись и в лицо ударил тяжёлый запах похоти. Белье мгновенно вымокло. Мысли потянуло в сторону, подталкивая исполнить то, для чего природа создала омег — сцепить самого «вкусного» оборотня — а может, и несколько — и трахаться до тех пор, пока хватает сил. А потом снова и снова, до самой течки, следствием которой станет рождение нового альфы.

Аврора что есть сил прикусила щеку, болью пытаясь заставить себя сосредоточиться на выдуманном ею убежище. Ее спасение на сегодняшний вечер… Ее контроль!

Стук каблуков как тихий стук капель дождя по камням. Блеск множества волчьих глаз — всего лишь блики затухающего среди туч солнца, пряный аромат мужчин — вкусный обман обоняния, а слабость внизу живота — от того, что она смотрит с огромной высоты вниз, на дикую горную реку.

— Моя дочь… Приветствовать… — донеслось сквозь грохот крови в ушах.

Аврора не хотела, но ей все равно пришлось повернуть голову, и посмотреть на закованные в броню костюмов фигуры.

Мужчин было много. Десятка три, не меньше. И каждый безумно опасен. Потому что на торгах за омегу слабым и старым нет места. А вот жестоким — вполне. Но омежью натуру это не интересовало. Чем сильнее самец, тем злее жажда принадлежать ему. Проклятье! Ей нужно было взять запасные трусы. Или хотя бы прокладку… А лучше — сбежать. Но под бок пихнул острый локоть.

— Тебя отец зовет, — рыкнула Милана.

Началось…

Развернувшись, Аврора на заплетавшихся ногах поковыляла к ждавшему ее вожаку. Рядом с ним терлось несколько альф — очевидно, самых богатых и интересных Вольскому. И очень вкусных… Одуряющий запах, исходивший от мужчин, стал плотнее. Внизу живота спазмировало. Аврора замешкалась, пытаясь удержать на лице маску безразличия, но горящих огнем рецепторов коснулся новый аромат.

О… Луна!

Грозовая свежесть и теплая от солнца древесина с острыми нотками янтарной смолы. Аврора по инерции сделала несколько шагов вперед — как бабочка, которую влечет огонь, и замерла.

— А вот и главная достопримечательность сегодняшнего вечера, — оскалился отец. — Аврора, девочка моя, понимаю — ты в растерянности. Столько влекущих мужчин…

Особенно один!

Альфа стоял к ней боком, давая насладиться профилем, который не стыдно было бы отчеканить на монете самого высокого номинала. Темноволосый, чуть смуглый и самый рослый из всех. Но не перекаченная груда мышц, а поджарый хищник… Который скучающе потягивал виски. Ее особа была удостоена лишь беглого взгляда. Аврора тяжело сглотнула. Красивый цвет глаз! Как бездонное лесное озеро с темной каймой по краю… Но альфа не собирался красоваться, а просто отвернулся, вновь изучая зал.

Безразличие самца сработало лучше отрезвляющей оплеухи. Аврора снова куснула себя за щеку, буквально силком переключаясь на других мужчин.

— Здравствуйте, господа, — чуть склонила голову.

Ох, кажется, у нее получилось поздороваться достаточно сдержанно. Но кого это интересовало! Самцы недовольно кривились, смакуя ее аромат, и первым высказался остроскулый блондин:

— Запах твоей дочери не слишком ярок! Как и она сама…

От такого заявления Вольский аж клыки выпустил.

— Запах омеги еще не достиг пика! — возразил подрагивающим от злости голосом.

И покосился на Аврору.

Надеялся рассмотреть в ее глазах вселенскую печаль? Зря. Во-первых, на правду не обижаются, во-вторых, она слишком занята попытками не растечься у ног альф сиропной лужей… И потом, может, ее не слишком привлекательная внешность отпугнет хотя бы часть претендентов?

Например, вон тех братьев. Их аромат казался слишком… густой. Сдвоенный. Такие легко разделят омегу между собой. Аврора поежилась, переживая мучительную вспышку похоти и отторжения. Мужчины это заметили. На тонких губах зазмеились улыбки.

— У омеги хорошие волосы, — заметил тот, что младше. — Их приятно будет намотать на кулак.

— А кожа нежная и чистая, — поддержал его старший. — Отметины на такой будут держаться долго…

Даже возбуждение отступило — до того мерзко было это слышать! Аврора отвернулась и… как утопающий за соломинку, ухватилась взглядом за равнодушного оборотня.

Альфа по-прежнему сканировал взглядом зал, словно пытался найти кого то, а между густых бровей залегла морщинка.

Хочет уйти? Она тоже…

И — о чудо! — буквально сию же секунду ее желание сбылось.

— Р-р-р! — донеслось со стороны братьев.

Аврора с огромным облегчением отошла на несколько шагов под защиту охраны.

Скучающий оборотень тоже не стал ввязываться в свару, а просто ушел — темноволосая макушка мелькнула и пропала среди засуетившихся гостей.

Некстати подумалось, что у этого альфы в крови наверняка есть кто-то из южных или восточных стай. А значит с ним лучше не связываться. Такие только с виду спокойные. Но когда им что-то надо — не гнушаются любых методов.

Аврора отвернулась и поспешила прочь от ссорившихся оборотней.

Вот бы они еще передрались… Это может сорвать торги, особенно если дойдет до серьезной крови. Хотя из-за нее вряд ли… Блондин прав, Аврора не обладала эффектной внешностью. Это очень расстраивало Вольского. Как и то, что его инвестиции, не торопились приносить дивиденды.

Совершеннолетие в двадцать четыре — это действительно очень поздно.

И последний год Авроре казалось, что Вольскому скоро надоест ждать, и он просто отдаст ее в местный бордель, чтобы хоть так окупить затраты на ее содержание. Наверное, этому помешала только природная жадность альфы, ведь если омега переспит с кем-нибудь до стабилизации гормонального фона, то не созреет вообще никогда.

А с другой стороны, это было бы лучшим вариантом — не давать потомства. Но мама считала иначе…

— Вижу, тебя не слишком радует великолепие этого вечера, — мурлыкнули рядом.

От неожиданности Аврора чуть не отпрыгнула. В последний момент успела сдержать порыв и неторопливо обернулась к говорившей.

— З-здравствуйте… — пролепетала, совершенно растерявшись.

Перед ней стояла омега. Женщина была молода — не старше тридцати пяти, — но запах… Он почти полностью отсутствовал.

Это сбивало с толку. В смысле… отработавших свое омег обычно запирали где-нибудь подальше, а не тащили на прием. Красавица чуть изогнула бровь, словно понимая недоумение Авроры.

— Мой покровитель любит хвастать доставшейся ему красотой, — отсалютовала зажатым в руке бокалом.

Оу… Ну, с этой позиции омега права. Тщеславие альфа — это не новость. Тем более омега действительно великолепна.

Крутобедрая богиня с иссиня-черными волосами и редким насыщенно-фиалковым цветом глазам. В которых сквозила абсолютная пустота… По коже протянуло ознобом. Авроре был знаком такой взгляд. Ее мама смотрела также незадолго до смерти.

— Вивьен из стаи Зиминского, — протянула руку красотка.

Представляться по фамилии омегам не разрешалось. Хорошо хоть кличек не давали.

— Аврора из стаи Вольского, очень приятно, — пожала прохладные пальчики.

Новая знакомая криво ухмыльнулась и чуть кивнула в сторону общего зала.

— А ты успела наделать шума…

Взглянув на по-прежнему лаявшихся мужиков, Аврора вздохнула:

— Видимо, недостаточно …

Вивьен отрепетировано изогнула бровь.

— И держишься хорошо. На прошлых смотринах омега вела себя куда более… вызывающе.

О да, такое тоже случалось! Ее телу тоже хотелось секса! Даже очень! Но пока это можно было терпеть.

— Наверное, мне везёт, — ответила шепотом.

А Вивьен вдруг придвинулась ближе и, стрельнув взглядом в отвлекшегося охранника, выдала почти скороговоркой:

— Лучший из худших Сабуров. Ты его видела — темноволосый и немного смуглый…

Тот вкусно-пахнущий оборотень?!

— …Найди его, заставь участвовать в торгах. У него нет наследника… Но будет трудно, ведь…

И омега отступила, заметив, что секьюрити направились в их сторону.

— Не пусти момент, детка, — подарила еще одну механическую улыбку и ушла, виляя бедрами.

А Аврора осталась стоять — оглушенная и дезориентированная.

Все случилось слишком быстро. И смахивало на какую-то ловушку… Но, если предположить, что Вивьен не врет, тогда как отыскать Сабурова и где? Охрана следит коршунами — слишком много желающих утащить омегу. Или избавить от нее конкурента.

А взгляд уже скользил по толпе гостей, выискивая темноволосого оборотня.

Но его нигде не было. Аврора нервно облизнула губы и все-таки рискнула выбраться из своего ненадёжного убежища. Чтобы тут же попасться на глаза двум братьям, с которыми уже успела познакомиться. И которые наверняка ее выслеживали.

— Маленькая омега боится шума? — оскалился один — тот, что выглядел младше.

— Ты так быстро исчезла, мы не успели толком побеседовать, — поддержал его старший.

Но за спиной Авроры мелькнула охрана. Это немного охладило пыл альф.

— Боюсь, я не могу ничем заинтересовать вас, господа, — ответила максимально спокойно и доброжелательно.

Но этим, кажется, только рассердила братьев.

— Это нам решать, омега.

— Будь послушной сучкой и развлеки нас.

Какие же они отвратительные! Аврора искоса глянула по сторонам, но на помощь ей никто не спешил.

— Приказывать мне может только вожак или покровитель, господа.

Братья моментально ощерились.

— Строптивая безвкусная тварь.

— Мы купим тебя, шлюха.

— И научим уважению.

Аврора чуть склонила голову:

— Как угодно.

И делала шаг, чтобы уйти. Но младший оказался быстрее. Перехватил ее за локоть и сжал так, что из глаз брызнули слезы.

— Мы не догов…

Но тут вмешалась охрана. Её буквально выдернули из лап альфы.

Снова завязалась потасовка, а рядом очутились ее старшие братья. Аврора чуть не застонала от досады — так не вовремя!

— Вечно из-за тебя неприятности, шалава белобрысая, — зашипел Арнольд.

Генрих поддержал брата ругательством и буквально отволок Аврору в сторону. И вот тут ее взгляд зацепился за Сабурова.

Альфа наблюдал за всей этой кутерьмой с видимым раздражением. А потом, подхватив бокал виски у пробегавшей мимо официантки, направился в сторону оранжереи. Видимо, решил переждать весь этот цирк там.

В груди тяжело ёкнуло. Сейчас или никогда. Аврора потерла нывший от боли локоть.

— Мне нужно в туалет, — тихонько сообщила Генриху. За что получила предсказуемое:

— Обделалась со страху?

— В ближайшую минуту могу.

Брат снова ругнулся и поволок ее к закутку, в котором находилась дамская комната.

Как раз около входа в оранжерею… Теперь осталось придумать, как пробраться мимо двух молодых альф. Ведь товару не пристало ходить за покупателем, а особенно — беседовать с ним наедине.

Каблуки тихонько цокнули по кафелю.

Немного подумав, Аврора сняла туфли — полы тут теплые, а если что — свалит на боль в ногах. Лодыжки и правда уже ныли. В этот раз Вольский выбрал для нее слишком большие каблуки, пытаясь превратить среднего роста омегу в модель.

«Ни роста, ни рожи», — рычал, осматривая ее с головы до ног.

Аврора, как обычно, промолчала. Спорить с вожаком — чревато. А водить за нос его отпрысков — на грани самоубийства. Но она должна попытаться найти Сабурова!

Прокравшись обратно к двери, Аврора застыла, усиленно прислушиваясь к ощущениям. Порой интуиция ее очень выручала. Может, сработает и сейчас? Только бы перестать трястись…

— Привет, мальчики, — донесся до нее смутно знакомый голос.

Вивьен!

— Мой покровитель куда-то пропал… Найти… Этаж… Уш…

Разговор становился все глуше, как будто Вивьен отходила в сторону, увлекая за собой Вольских.

Нельзя упускать шанс!

Аврора тихонько нажала на ручку и выскользнула в зал. Расфокусированный взгляд кусками выхватывал отдельные эпизоды, складывая их в размытую панораму. В голове пустота, тело двигалось на голых инстинктах. Прижаться к стенке, сделать несколько шагов, завернуть за угол, быстрее-быстрее по коридору, почти на цыпочках, прижимая к груди туфли на высоченном каблуке. И только когда за спиной стало тихо, Аврора позволила себе выдохнуть.

Получилось! Это… это… просто невероятно! О господи…

Аврора утерла взмокший лоб и быстро обулась. Так, теперь надо сосредоточиться на поиске Сабурова.

У нее только одна попытка, очень сильно ограниченная по времени. Минут пятнадцать, не больше.

Аврора почти бегом кинулась в оранжерею. Но искать долго не пришлось. Стоило ей завернуть за угол, накатила такая слабость, что пришлось опереться на стену. Сабуров здесь... Стоял спиной к ней, рассматривая голубую гладь бассейна, но Аврора знала — ее присутствие уже обнаружено.

По спине протянуло холодком, а во рту пересохло.

Но, сжав кулаки, Аврора заставила себя подойти и встать за левым плечом альфы. Насыщенно-грозовой запах самца мгновенно захватил обоняние и во рту скопилась слюна. Не сдержавшись, Аврора громко сглотнула. Но даже после этого мужчина никак не отреагировал. Просто продолжил медленно потягивать виски, а на породистом лице не дрогнул ни один мускул.

Что ж… Пока Вивьен права — просто не будет.

Аврора медленно сосчитала до десяти. Это как прыжок с обрыва. Главное — сделать первый шаг.

— Купите меня.

На последнем звуке голос сорвался. Аврора мысленно застонала. Вот черт... Сабуров пригубил виски и только потом развернулся к ней.

— Интересно… А как же соблюсти приличия? — осведомился вроде бы снисходительно.

Но в глазах ни намека на мягкость. Аврора нутром чуяла — еще немного, и альфа уйдет. Поэтому буквально заставила себя отлепить язык от нёба.

— Вас не интересуют приличия, господин Сабуров. Меня тоже… Мы оба... — запнулась, мучительно подбирая слова, — мы оба предпочли бы быть в другом месте. Не здесь, — кивнула в сторону блестящего огнями зала. — Поэтому… зачем мне тратить ваше время, развешивая словесные кружева? Все равно они для вас пыль.

И замолчала, с трудом переводя дыхание.

А по коже ледяные мурашки волнами. Согласится или нет? Ох, как мучительно слышать в ответ молчание! И не уметь прочесть ни единой эмоции на неподвижно-каменном лице.

Аврора тихонько отступила на шаг, готовая бежать, но путь к отступлению был отрезан холодным:

— Я тебя не отпускал.

Аврора замерла. А Сабуров снова сделал глоток.

— Твой отец не пожалел денег на виски… в отличие от средств на воспитание дочери.

Ложь. Вольский тратился прилично, не забывая попрекать ее каждым куском. Но Аврора молчала. Если бы хотел, Сабуров дал бы ей уйти. Но вместо этого еще говорит. Это хороший знак. Или Сабуров просто играет с ней, как кот с мышью.

— Что может предложить мне такая омега, как ты? Ни чувства такта, ни внешности, на и физических данных … Отвечай.

— Совпадение интересов, господин Сабуров. Вам нужен ребенок, а мне… просто тихая жизнь подальше от оборотней.

Аврора запнулась, чувствуя, как плотнеет воздух. Разозлить альфу — проще простого. И пусть Сабуров по-прежнему держал «скучающий вид», но глаза сменили цвет на желтый, наливаясь тихой яростью.

— Наши интересны не совпадают, омега. Ты зря тащилась сюда, рискуя собственной шкурой.

— Но я пришла, и… вы не прогадаете, если купите меня.

— Девку, которая не факт, что родит?

— Я фертильна!

Звериные глаза полыхнули ярче.

— Месячные в двадцать четыре, — поморщился, оглядывая ее с головы до ног, — процент выбраковки среди таких огромен… Убирайся! — рявкнул так, что она отступила, до боли стиснув пальцы.

У нее оставался последний козырь. Надо рискнуть.

— Как скажете, альфа, — покорно склонила голову. — Только следующие торги состоятся через полгода. И цены там будут еще выше. Омег осталось слишком мало, господин Сабуров. Перебирать их… чревато. Ах!

Подавилась выбитым и груди воздухом — Сабуров снес ее к стенке и теперь нависал сверху, придерживая за горло стальными пальцами.

— Вздумала учить меня, твар-р-рь? — прорычал, давая почувствовать остроту когтей.

— Всего лишь… факты, господин… ох…

Аврора пошатнулась, когда альфа так же внезапно отступил. И тут же оранжерея наполнилась шумом — вбежали охранники и Вольский собственной персоной.

— Ах ты, сука! — зарычал, наплевав на приличия и присутствующих. — Удумала сбежать?! В зал ее, живо!

Охранники мгновенно подхватили ее и повели на выход. А в спину неслось полное злости и страха:

— …Господин Сабуров, вы мой гость, но портить товар — это невежливо…

Что ответил альфа, Аврора не слышала. Да и не хотела. Ее жалкая попытка хоть немного повлиять на собственную судьбу окончилась неудачей.

Теперь впереди ее ждал самый настоящий кошмар. Уж Вольский этому поспособствует.