Мой магический год: лето и чарующий сад

Глава 5

Зачем он пришёл? Я в растерянности замерла, а Элиот, напротив, оживился.

— Люк! — воскликнул он, — рад тебя видеть, проходи!

Люк явно был обескуражен фамильярностью моего брата, который совершенно забыл про этикет и нормы приличия. Но всё же переступил порог и зашёл в прихожую.

— Интересная у вас семья, — проговорил он.

Мне было ужасно стыдно за брата. Только позорит меня! Я решительно вышла вперёд, отпихнув Элиота в сторону.

— Простите моего брата, мистер Маккартур, — сказала я, — за время учёбы в Королевской Академии магии он совсем одичал.

Я бросила на Элиота злой взгляд. В ответ тот лишь усмехнулся. Старший брат, а ведёт себя как маленький!

— Дайте угадаю, — предложил Люк, — вы, наверное, учитесь на факультете боевой магии?

Элиот засмеялся.

— Это так очевидно? — спросил брат.

Люк кивнул.

— Более чем, — хмыкнул он.

Да уж, глядя на Элиота и его приятелей, у меня сложилось впечатление, что все боевики грубые и частенько плюют на приличия. Наверное, Люк тоже закончил Академию. Интересно, на каком факультете учился он? Мне очень хотелось это узнать, но в присутствии брата я боялась задавать вопросы, чтобы он потом не обвинил меня в симпатии к Люку.

— Мы скоро будем ужинать, не хотите присоединиться? — предложил Элиот. Возможно, он пытался реабилитироваться за свою фамильярность, а может быть, стремился в очередной раз столкнуть меня и Люка.

— Благодарю, — вежливо отозвался тот, — но я заскочил всего на пару минут. Хотел лично вручить мисс Дуглас приглашение на званый обед, который я собираюсь устроить в эти выходные.

Люк произнёс заклинание, и в воздухе появился красивый лиловый конверт. Я даже не успела протянуть к нему руки, как мой брат уже схватил приглашение.

— Замечательно! Давно в нашем городке никто не устраивал приёмов, — радостно воскликнул он, — я с удовольствием сопровожу свою сестру на ваш обед.

По правилам этикета незамужняя девушка могла появиться на приёме только в сопровождении родственника мужского пола или взрослой замужней компаньонки. Так что Элиот намеренно лишил меня самой очевидной причины для отказа. Я снова бросила на него недовольный взгляд. Похоже, Люк это заметил.

— Я бы предпочёл, чтобы мисс Дуглас сама приняла решение, — сказал он, — я устраиваю приём для отдыха и общения и не хочу, чтобы кого-то приводили туда силой.

Мне было приятно, что Люк за меня заступился. Поэтому я не сдержалась и улыбнулась.

— Спасибо за приглашение, — сказала я, — думаю, я вполне могла бы…

— Нет! — крик за моей спиной заставил меня подскочить на месте. Элиот тоже вздрогнул, а затем мы оба обернулись.

В прихожей стояла бабушка, на её бледном лице читался испуг. Она смотрела на Люка так, словно увидела призрака, а затем метнулась к Элиоту, выхватила у него из рук приглашение и с яростью порвала его в клочья.

— Моя внучка никуда с вами не пойдет! — воскликнула бабушка, — забирайте свой проклятый сад, и чтобы ноги вашей больше не было в нашем доме!

Люк был растерян и ошеломлён её реакцией. Я тоже была шокирована. Даже Элиот больше не улыбался, мгновенно став серьёзным.

Я никогда не видела, чтобы бабушка так себя вела. В неё словно демон вселился.

— Ба, — позвал Элиот, — ты чего? Мистер Маккартур просто пригласил Катрин на обед…

— Нет! — снова завопила бабушка, а затем схватила меня за руку и увела в сторону от Люка, — Катрин не будет общаться с Маккартурами! Я этого не позволю!

— Прошу прощения, — вмешался Люк, — кажется, произошло какое-то недоразумение…

— Знаю я вашу семейку! — прорычала бабушка, — говорю тебе, держись подальше от Катрин!

Я думала, Люк станет спорить или разозлится, но он лишь коротко кивнул.

— Думаю, мне лучше уйти, — спокойно сказал он и направился к выходу.

Мне было стыдно за эту сцену, и я хотела броситься за ним, чтобы извиниться, но бабушка буквально повисла на моей руке и никуда меня не пустила.

— Я вас провожу! — воскликнул Элиот и вышел вслед за Люком. Я надеялась, что брат попросит прощения и как-то сгладит эту ситуацию. Сама же я собиралась потребовать от бабушки объяснений.

— Что с тобой произошло⁈ — спросила я, — почему ты вдруг набросилась на Люка Маккартура? Он ведь не сделал ничего плохого.

Бабушка тяжело дышала и с гневом смотрела вслед Люку, словно он совершил что-то ужасное.

— Не вздумай связываться с Маккартурами! — повторила она, переведя взгляд на меня.

— Может быть, ты для начала расскажешь, в чём они провинились? — предложила я, — бабушка, я совсем тебя не узнаю. Объясни, что случилось!

В ответ на мои просьбы она покачала головой и, наконец, отпустила мою руку.

— Эта семья признаёт только людей своего круга, — сказала бабушка, — мы им неровня. И чем скорее ты это поймёшь, тем лучше.

Такой ответ меня совершенно не устроил. Это было не объяснение, а отговорка. Но я уже не маленькая девочка, и так просто от меня не отделаться.

— И только из-за этого ты выставила Люка за дверь⁈ — воскликнула я, — и вообще, если бы он считал общение со мной ниже своего достоинства, то не стал бы приглашать на званый обед.

Это было невероятно, но в данный момент я заступалась за Люка перед бабушкой. Конечно, он был немного высокомерным и обладал не самым приятным характером, но это не делало его монстром. Тем более, бабушка, в отличие от меня, видела Люка впервые в жизни.

— Я просто беспокоюсь за тебя, — сказала бабушка, — ты молода и наивна и многого в жизни не знаешь.

Если честно, её скрытность начинала меня раздражать. Вместо того чтобы всё объяснить, бабушка или уходила от ответа, или говорила загадками. Такое чувство, будто она хранила государственные тайны!

— Что тут у вас случилось? — спросила мама, пришедшая на крики.

— Люк Маккартур хотел пригласить меня на званый обед, а бабушка его прогнала, — сообщила я.

Мама удивлённо подняла брови.

— Ну, мистер Маккартур ведь отобрал наш сад, — Она попыталась оправдать бабушку.

Я же решила уцепиться за её фразу.

— К слову об этом. — Я снова посмотрела на бабушку. — Скажи, кому принадлежал сад раньше и каким образом ты получила этот участок?

Бабушка побледнела, её взгляд забегал по прихожей.

— Что-то я разволновалась, давление поднялось, — сказала она, — лучше я пойду к себе и прилягу.

Ну уж нет! Опять она собралась уйти от разговора!

Я схватила бабушку за руку.

— Конечно, приляг. Только сначала ответь на мои вопросы, — настаивала я.

— Катрин! — воскликнула мама, — разве ты не видишь, что бабушке плохо⁈

— Она скрывает от нас правду про сад, как ты не понимаешь! — крикнула я в ответ.

Теперь к нам присоединился и папа.

— Дорогие, давайте успокоимся и выпьем чаю, — примирительно сказал он.

— Хорошая идея! — поддержала мама, приобнимая меня за плечо.

Бабушка под шумок выскользнула из прихожей и почти побежала к себе в комнату. Теперь я не сомневалась, что она специально скрывала правду про сад и свои отношения с Маккартурами. И ещё была уверена, что бабушка ни за что на свете не раскроет мне правду. А это означало, что сад потерян для нас навсегда.

Входная дверь распахнулась, и в дом вошёл Элиот.

— Я всё уладил, — радостно объявил он и пошутил, — подавать на нас в суд Люк точно не будет.

Но мне было не до веселья. Я чувствовала себя одураченной. Бабушка знала правду про сад и документы, но скрыла это от меня. В итоге я поссорилась с Люком, выставила себя скандалисткой перед городским судьёй, да ещё и перерыла усадьбу в поисках свидетельства, которого там не было. Красота!

Заметив моё кислое выражение лица, Элиот подал мне знак.

— Пойду, прогуляюсь, — сказала я, — а то уже голова кружится от всех этих криков.

— Я с тобой! — вызвался Элиот.

— Только недолго, скоро будем ужинать, — предупредила мама.

— Ага, — отозвалась я и в сопровождении брата вышла на улицу.

Оказавшись на крыльце, я полной грудью вдохнула нагретый солнцем летний воздух, в котором слышались ароматы скошенной травы и цветов шиповника из соседского палисадника.

— Ты извинился перед Люком? — строго спросила я у брата.

Тот усмехнулся.

— За кого ты меня принимаешь? — Элиот изобразил обиду. — Я же не какой-то дикарь!

— Ну, когда ты слишком много времени проводишь в компании парней со своего факультета, становишься очень на него похож, — заметила я и в шутку толкнула его плечом.

— Ой! — возмутился Элиот и пихнул меня в ответ.

Какое-то время мы, смеясь, толкали друг друга, стремясь вытеснить с тротуара на газон. Разумеется, Элиот поддавался. Он бы гораздо выше и крупнее, но даже в детстве никогда не использовал свою силу против меня. А я в ответ всегда отдавала должное его старшинству и помнила, что брата нужно слушаться.

— Сдаюсь! — сказал он, подняв руки.

Я улыбнулась. Несмотря на свои выходки, Элиот был самым лучшим братом на свете.

— Значит, ты ничего не выяснила у бабушки? — спросил он.

Я кивнула.

— Дела! — протянул Элиот, — может, в юности наша бабушка была шпионкой?

Мы оба понимали, что это была всего лишь шутка. Никаких государственных тайн бабушка не хранила. Все её секреты носили личный характер. Вопрос лишь в том, почему она не хотела открыть свои тайны даже нам?

— Что теперь делать? — спросила я.

— А какие есть варианты? — Элиот задал встречный вопрос. — Раз бабушка не хочет помочь нам вернуть сад, придётся смириться, что он теперь принадлежит Люку и его семье.

Эта мысль доставляла мне боль, но Элиот был прав. Не зная подробностей, мы ничего не могли сделать. Я не заметила, как из уголка глаза выскользнула слезинка.

— Эй, сестрёнка, не надо так убиваться! — воскликнул Элиот и обнял меня.

— Ты же сам сказал, что шансов у нас нет, — напомнила я, шмыгнув носом.

— Ну, ты можешь стать хозяйкой сада, если выйдешь замуж за Люка, — предложил брат.

Я выбралась из его объятий и бросила на Элиота недовольный взгляд.

— Не смешно, — пробубнила я, смахнув слезинки, — лучше скажи, ты не в курсе, что могло произойти между бабушкой и Маккартурами? Может, в детстве дедушка или мама упоминали об этом.

— Нет, ничего такого я не помню, — ответил Элиот, — если бы знал, сразу рассказал тебе.

Да, действительно. Сейчас я цеплялась за соломинку. Просто я так любила наш сад, вложила в него много труда и не хотела отдавать без боя.

— Есть и другой вариант, — сказал Элиот.

— О чём ты? — насторожилась я.

— Не надо быть студентом Королевской Академии магии, чтобы знать: в конфликте всегда участвуют две стороны, верно? — уточнил он, — если бабушка не хочет рассказывать нам, что произошло, почему бы не спросить об этом у Маккартуров?

Идея была разумной, но я засомневалась.

— Думаешь, Люк захочет раскрывать мне семейные тайны? — спросила я и добавила, — к тому же как я поняла из нашей беседы за чаем, он сам ничего не знает.

Элиот пожал плечами.

— Ну, это единственный выход. Если одна сторона молчит, нужно обратиться к другой, — сказал он, — возможно, Люк слышал какие-то семейные истории, но не думал, что они связаны с нами. Я бы на твоём месте его расспросил.

— На моём месте? А почему бы тебе самому с ним не поговорить? — настаивала я.

Элиот хитро улыбнулся.

— Думаю, красивой девушке будет проще выведать у Люка нужную информацию, — усмехнулся он.

Я закатила глаза. Какой же Элиот всё-таки азартный!

— Ладно, допустим. — Я решила с ним не спорить. — Но бабушка разорвала моё приглашение на званый обед. И не думаю, что после той некрасивой сцены, Люк решит прислать мне новое.

Элиот подмигнул мне.

— Я всё устрою, так что не переживай! — заявил он.

Его слова не придали мне уверенности, скорее наоборот: я слишком хорошо знала Элиота.

В следующие дни бабушка намеренно меня избегала. Завтракала раньше всех, а затем убегала по каким-то важным делам или, ссылаясь на плохое самочувствие, запиралась у себя в комнате. Я сделала ещё пару попыток поговорить с ней, но потом плюнула на это. Видимо, мне действительно будет проще расспросить Люка.

Я очень хотела вернуть наш сад, но теперь меня ещё и мучило любопытство. Какие тайны хранила бабушка? Возможно, история моей семьи выглядела совсем не так, как я представляла.

Когда наступила суббота, а значит, и день званого обеда у Маккартуров, я и Элиот встали пораньше, надели свои лучшие наряды и незаметно выскользнули из дома, пока мама и папа не проснулись и не завалили нас вопросами. После сцены в прихожей мне совершенно не хотелось рассказывать родителям, что мы собрались в гости к Маккартурам.

— Чудесно выглядишь, — похвалил меня Элиот, помогая сесть в экипаж.

— Спасибо, — сказала я.

Мне очень нравилось это бледно-розовое шелковое платье, достаточно простое и закрытое. Но за счёт красивой струящейся ткани наряд выглядел дорого и элегантно. Я надела мамины серёжки с кораллом, волосы собрала в высокую причёску, которую украсила живыми розами, в цвет своего платья. Мне казалось, что я выглядела вполне достойно. Правда, вряд ли богатые гости Люка оценят мой образ.

Элиот за свой внешний вид не переживал. Его уверенности в себе можно было только позавидовать. Хотя, что греха таить, мой брат был статным, высоким и очень красивым, поэтому любой костюм смотрелся на нём идеально.

Я ещё раз стряхнула несуществующие пылинки с подола платья и уставилась в окно. Захочет ли Люк откровенничать со мной? Возможно, Маккартуры охраняли свои секреты не менее ревностно, чем моя бабушка, и Люк тоже мог ничего не знать. И что тогда? Где мне искать ответы?

Из-за того, что я была погружена в раздумья, дорога пролетела незаметно, и вскоре впереди показалось величественное поместье семьи Маккартур. Вполне возможно, это был самый большой и роскошный дом в округе. Почти королевский дворец.

Когда извозчик остановил экипаж на площади перед поместьем, я вслед за Элиотом выбралась наружу и огляделась. До моего уха донеслась красивая мелодия, должно быть, Люк пригласил музыкантов. Парадный вход в здание был украшен живыми цветами, двое швейцаров встречали гостей, разодетых в пух и прах. Мне стало не по себе. Я вспомнила бабушкины слова о том, что мы неровня Маккартурам. Теперь я действительно в этом убедилась. Может, зря мы сюда пришли?

Элиот явно не разделял моих сомнений. Он огляделся с довольным видом.

— А здесь симпатично, — заключил брат, — и вечерника наверняка будет отменной. Идём?

Я кивнула.

— Может, поделишься своей гениальной идеей, — предложила я, пока мы шли к парадному входу.

— Ты что, не доверяешь мне⁈ — наигранно возмутился он.

Я нахмурилась. Опять Элиот переводил всё в шутку.

— Я серьёзно, что ты придумал? — Мне хотелось знать, к чему готовиться, ведь мы приехали сюда без приглашения.

Брат хитро улыбнулся.

— Прорвёмся! — уверенно заявил он.

И тут до меня дошло, что никакого плана у Элиота не было. Он решил просто заявиться к Маккартурам и придумать что-нибудь на ходу. Я резко остановилась и бросила на него злой взгляд.

— Раз так, то иди один! — воскликнула я и хотела уйти, но брат схватил меня за руку.

— Эй, ты чего? — с невинным выражением лица спросил он, — без тебя мне не обойтись.

— Неужели⁈ — воскликнула я, — только вот я не намерена становиться посмешищем на глазах у Люка и этих богатеев. Что ты собирался им сказать⁈ Здрасте, мы ваши соседи и, кажется, вы нас заливаете⁈

Элиот расхохотался.

— Ну, как вариант, и это сойдёт, — беспечно заявил брат.

Мне хотелось ударить его чем-нибудь тяжёлым. Жаль, в руках у меня была только расшитая бисером сумочка на цепочке.

— Ты говорил, что придумаешь план! — в отчаянии напомнила я, — прийти к Люку и прикинуться дурачками — это не план.

Мы спорили слишком громко, и другие гости стали обращать на нас внимание.

— Тише, — попросил Элиот, — сказал же, не волнуйся, я всё решу.

С этими словами он взял меня за руку и потащил к главному входу. Мне хотелось зажмуриться перед надвигающейся катастрофой. Ну, почему я в который раз решила довериться Элиоту, вместо того, чтобы самой всё продумать⁈ Теперь меня ждала расплата.

Мой брат уверенно поднялся по ступеням и подошёл к одному из швейцаров.

— Доброе утро! — поздоровался Элиот, лучезарно улыбнувшись. Я же заранее сгорала от стыда. Сейчас нас с позором выгонят отсюда, да ещё и на глазах у влиятельных жителей нашего города. Если бы у меня был выбор, я бы предпочла стать невидимкой или провалиться сквозь землю.

— Здравствуйте, — ответил швейцар, — можно взглянуть на ваше приглашение?

Вот и начало конца. Я незаметно схватила Элиота за рукав, намекая, что ещё непоздно смыться, но брат меня проигнорировал.

— Приглашение? — наигранно удивился он, а затем засмеялся, — не думал, что оно понадобится, поэтому оставил дома.

Швейцар усмехнулся, но совсем невесело.

— Видите ли, вход на званый обед возможен только по личному приглашению мистера Маккарутура, — спокойно объяснил он.

Элиот снова изобразил на лице удивление, словно бы впервые о таком слышал. Когда нужно, мой брат мог быть очень убедительным. Думаю, из него получился бы неплохой актёр.

— Как же быть? — растерянно произнёс он и взглянул на меня якобы в поисках ответа. В отличие от брата, я не обладала ни уверенностью в себе, ни лицедейским талантом и уже давно начала паниковать. Мне стоило больших усилий скрывать эмоции. Поэтому, когда Элиот попытался включить меня в своё представление, я могла лишь пожать плечами.

— Забавная ситуация, однако! — продолжил Элиот, — понимаете, мы соседи мистера Маккартура. Наша фамилия Дуглас, и мы живём вон в той усадьбе. — Брат махнул рукой в сторону бабушкиного дома, которого отсюда не было видно. — Поэтому я и решил, что ни к чему брать с собой лишние бумажки.

Швейцар растерянно смотрел на Элиота. Было видно, что он колебался. Мой брат тоже это почувствовал и решил усилить натиск.

— К тому же мистер Маккартур давно ухаживает за моей сестрой. Мы ведь соседи, так что знаем друг друга с самого детства. Вы же в курсе, как это бывает. Родители дружат, видят, как хорошо общаются их дети, и задумываются о будущем. Можно сказать, что Катрин и Люк обручены чуть ли не с младенчества. И этот званый обед — на самом деле репетиция помолвки. — От такого наглого вранья я просто потеряла дар речи. Элиот совсем сошёл с ума, что ли⁈ Если раньше я чувствовала сильный стыд, то теперь была просто в ужасе. А мой брат и не думал замолкать. — Но раз вам нужно письменное подтверждение, то позовите сюда мистера Маккартура, он с лёгкостью разрешит это недоразумение. Хотя и расстроится, что его невесте пришлось столько времени ждать на жаре.

Если бы в Королевской Академии магии сдавали экзамен по вранью, мой брат точно получил бы высший балл. Это же надо, так бессовестно и в то же время убедительно врать. Я со страхом посмотрела на швейцара. Вдруг он в самом деле решит позвать сюда Люка? Тогда мне точно лучше исчезнуть. Мало того, что мы заявились в поместье без приглашения, так Элиот ещё и наврал про мою помолвку! Мне даже представлять не хотелось, что будет, если Люк об этом узнает.

К счастью, на швейцара слова моего брата тоже произвели впечатление.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать, — сказал он, обращаясь ко мне, — скорее проходите внутрь.

С этими словами швейцар открыл перед нами двери. Элиот довольно улыбнулся, взял меня за руку, и мы вместе вошли в поместье.

— Ты страшный человек, — шепнула я.

— Я знаю, — спокойно ответил Элиот, — Ну, что, поищем твоего жениха? — Брат подмигнул мне и огляделся. — А она что тут делает?

Я проследила за его взглядом и увидела Лилиан. Это очень меня удивило. Она ведь жила не в Колдсленде и вроде бы раньше не была знакома с семьёй Люка. Так как же Лилиан получила приглашение на званый обед? И что она скажет, когда увидит меня здесь?