Между голодом и страхом

Глава 22

В очередной раз я расправила несуществующие складки на ткани. Пришлось признать, что платье было роскошным и сидело на мне идеально. Бежевый шёлк подчёркивал бледность моей кожи, на которой идеально смотрелись винтажные украшения.

— Не слишком вычурно? — сомневалась я, рассматривая широкий браслет, закрывший тонкий, Марка.

— Это принадлежало тебе, — сообщил Кир, застёгивая длинную цепочку с овальным кулоном и мягко целуя в шею, — Мне хочется, чтобы ты носила это снова.

С любопытством взвесив тяжёлый кулон в ладони, я заметила, что он запаян в месте замка.

— Что в нём?

— Наши локоны, — ответил он, отводя глаза.

Не заостряя внимания на явной лжи Кира, я нанесла макияж и поправила волосы. Нацепив на лицо благостную улыбку, развернулась к мужчине. Он нервно хмыкнул и отступил, с восторгом оглядывая меня с головы до ног.

— Ты красивая.

— Спасибо.

— Прошу, не делай глупостей, родная. Никто не посмеет причинить тебе вред, и ты можешь обратиться ко мне в любой момент.

— Кто будет на этом приёме?

— На нас собрались посмотреть представители и главы стай. Их не стоит бояться. Никто не оспорит моё право на мою женщину и наших детей.

— Хорошо, — поёжившись от его надменного тона я, тем не менее, выдавила из себя улыбку.

— И ещё… — Кирилл бережно прижал к груди мою ладонь, — Ты самое дорогое, что было и есть в моей жизни. Для меня важно, чтобы ты приняла это.

На безымянном пальце правой руки оказалось отнюдь не изящное кольцо с внушительным прозрачным камнем, полыхнувшим гранями и не оставив сомнений в своём благородстве. Изобразив смущённое удовольствие, я поклялась себе потерять его в ближайшее же время. Никогда не любила излишне помпезные вещи, но Узоров был донельзя гордым и мне не хотелось его разочаровывать.

— Милая, я хочу чтобы ты восприняла все правильно, — я насторожилась. Мужчина держал меня крепко и смотрел прямо в глаза. — С сегодняшнего дня ты моя жена. Официальная, — я приоткрыла рот и шероховатые пальцы накрыли мои губы, — Это лучший способ сделать тебя моей приемницей, партнером. Не могу позволить рисковать твои благополучием и нашими детьми.

— Кирилл…

— Я не обязываю тебя исполнять… — он с тоской проследил как я сглотнула, — супружеский долг. Но надеюсь, что однажды ты впустишь меня в свой мир.

— Ты снова решил за меня… — слишком непослушные губы скользнули по подушечкам его пальцев. Мужчина медленно убрал ладонь. Я перехватила её и прижала к вспыхнувшей щеке, — Наверно я должна быть благодарной…

— Мне не это нужно, — негромко зарычал мой…муж и я ухватила его за волосы, ощутимо сжав.

— Знаю, — притянув его голову к себе я коротко прижалась губами к его сухим и горячим и толкнула прочь до того как он перехватил инициативу, — Хотя это уже поздновато, но я согласна, — я ухмыльнулась растерянному выражению его лица. Бесценный момент. Достойный того, чтобы его запомнить, — Пойдём.

Мы вышли из номера и в тесном лифте спустились в шумный зал ресторана. Крепко вцепившись в жёсткую руку и стараясь унять дрожь, я оказалась в центре пристального внимания полусотни внезапно застывших незнакомцев. Повисшая тишина осязаемо давила на уши. Буравящие меня взгляды заставляли внутренне ощериться. Задрав подбородок я, не сбиваясь с шага, направилась в круг, образованный двуликими. Узор по-хозяйски обнял меня за талию.

— Прошу ценить и жаловать- Илария Узорова, — я едва заметно дрогнула, но не решилась посмотреть на Кира, — моя жена и мать будущих детей.

— Твоих? — ехидно протянул стоящий рядом мужчина, бесцеремонно хватая меня за руку и дёргая на себя.

Я собралась мгновенно. Обхватив запястье, рванула наглеца на себя, ударяя его в колено и после того, как он согнулся, ребром ладони вмазала ему в кадык. Мужчина упал на колени, и я отпрыгнула к не успевшему среагировать Узору. Вжавшись в его содрогающееся от рычания тело, я зашипела:

— Не смейте меня трогать. Никогда.

К лежащему на полу, подскочили несколько крепких ребят и уволокли прочь. Повернувшись к Кириллу, я ужаснулась выражению его лица. Он с ненавистью осматривал присутствующих, сомкнув вокруг меня руки.

— Она неприкосновенна! — рявкнул он.

— Ты не можешь отрицать, — перед нами выступил высокий мужчина, — что она совершенно не похожа на ту Иларию, которую я, лично, помню. К тому же… — он многозначительно понизил голос, — от неё неправильно пахнет.

— Это не обсуждается! Не здесь, не сейчас, не так!

— Милый, — позвала я, теряющего контроль…мужа, — в следующий раз позволь мне взять нож и мы заставим их носы чуять только кровь. Их собственную.

Он удивлённо моргнул и, наконец, обратил на меня внимание. Погладив его по щеке, я тихо продолжила:

— Дай им шанс. Это важно. Прошу.

— Ты испугалась? — прохрипел он.

— Только что этот идиот разозлил тебя, — улыбнувшись, я привстала на носочки и потёрлась лбом об упрямый подбородок.

Мне хотелось успокоить его, удержать на краю, не позволить сойти с ума и погубить нас, меня. Узор взял меня за талию, приподнимая над полом и, внимательно уставившись в мои глаза, приблизился, чтобы поцеловать. Отвечая ему, я не отвела взгляд и, обвив напряжённые плечи, прижалась ближе.

— Хочешь уйти? — зашептал он.

Я мотнула головой, и он осторожно поставил меня на ноги.

— Это действительно ты. Только ты могла успокоить его зверя, — задумчиво потирая виски, произнёс тот, кто выражал сомнение ранее, — Я, Костёр, признаю ваш союз.

Держась друг за друга, мы принимали заверения в верности и дружбе. Мужчины жадно втягивали в себя воздух, ловя мой запах и это внушало больше ужаса, чем их кривящиеся в оскалах рты. Брезгливо вытирая ладонь о подол платья, я поймала на себе внимательный взгляд Костра и прищурилась, окатывая его своим раздражением.

— Могу я украсть твою спутницу на несколько минут, — доброжелательно улыбаясь, обратился он к Узору.

— Нет!

— Конечно.

Ответили мы одновременно, и я поразилась согласию супруга. Он же, коротко коснувшись губами моей шеи, пробормотал:

— Будь осторожней.

Не опираясь на предложенную руку, я прошла в противоположный конец зала, стараясь не упускать из вида выходы и большинство присутствующих. Мои наблюдения не остались незамеченными.

— Ты делаешь это осознанно? — присев на диван у стены он забросил ногу на ногу.

— Пожалуй, нет, — решила не хитрить я, опускаясь на самый краешек стоящего рядом кресла, — Это сильнее меня, не могу позволить себе расслабиться здесь.

— Ты воспринимаешь всех присутствующих врагами, я прав?

Взглянув на него исподлобья, я отвернулась. Что я могла ответить? Да, он прав. Даже Узоров для меня, по сути, чужой. Конечно, я, наконец, решилась связать наши жизни, но в глубине души понимала, что никогда не смирюсь с этим и всегда буду хотеть… Тряхнув головой, я отогнала недопустимые мысли.

— Я получил ответ. Ты действительно внешне, не только фигурой, напоминаешь себя…

— Несколько удачных пластик. Но знаете, — я с вызовом вскинула подбородок, — я не только копия мёртвой, у меня свои желания и потребности…

— Откуда такая уверенность? Ты же не знаешь, чего хотела раньше.

— А Вы знаете?

— Полагаю, что да, — остудил меня мужчина тоскливой улыбкой.

Мне казалось, он хотел что-то добавить, но одёрнул себя и неспешно обвёл взглядом зал.

— Целая комната волков и одна…

— Кто? — сухим горлом выдавила я вопрос.

— Ты одиночка, с более быстрой реакцией, осторожная, гибкая. У тебя не такое острое обоняние, но слух и регенерация намного превосходят нашу. В твой геном удалось вплести несколько наших, но ты всё же остаёшься другим видом. Мальчики с похожими изменениями остаются в стае, но ты… — он с невыразимой нежностью обласкал меня сверкающим взглядом, — истинная кошка.

Сцепив ладони в замок, я сдержала порыв отскочить прочь. Подспутно, я всегда ощущала, что мне не место рядом с другими двуликими. Возможно кроме…

— Есть такие же как я, другие? — с нарастающей паникой я разорвала ногтями свою кожу.

— Женщины оказываются нежизнеспособными или… — он замялся и кашлянув продолжил, — с отсутствием мыслительных функций. Мы не знаем, как это исправить. Ты немного другая. Может из-за исходного материала, ведь твоя предшественница была естественно рождённая.

— А мужчины?

— С этим проще. У них уже есть собственный клан. Кстати, ты видела их представителей в том заведении, где встретилась с Узором. Хозяин клуба почти твоего вида.

— Это многое объясняет, — усмехнулась я, наконец понимая, почему Андрей не учуял меня и не понял, что я не человек, — А почему почти?

— Есть множество полукровок с разными особенностями наших видов, но твой геном уникален и повторить его не получилось.

— Почему же меня не сделали полной копией…той, зачем смешивали гены?

— Для того, чтобы ты могла жить с нами и… — он сглотнул, — была способна приносить потомство…

— Узору…,- продолжила я за него, — Он создал меня для себя.

— Он верил, что в новой жизни сможет получить тебя.

Костёр мог не объяснять, ведь я уже поняла, что не могла быть с Кириллом ни в одной из своих воплощений. Взглянув на него, стоящего в компании своих сородичей и неспешно глотающего янтарную жидкость из широкого стакана, я признала, что мы действительно слишком разные. Сама бы я никогда не решилась заводить отношения с ним или ему подобным. Вспыхнув от воспоминаний о Марке, я закусила губу. Он был другим. Каким-то внутренним чутьём я понимала это.

— Никогда не верил, что ему это удастся, — скучающе произнёс Костёр, — и, как мне кажется, я оказался прав.

— Не понимаю о чём Вы, — я откинулась на спинку кресла.

— Знаешь кто я? — мне удалось равнодушно пожать плечами, — Я заведую выведением…так сказать, пород. Моя особенность в том, что я помню ароматы каждой…

— Это должно меня как-то беспокоить?

— У тебя потрясающий аромат, но он не твой.

— Запах изменился из-за беременности, — пробурчала я.

— Конечно, вот только я точно знаю, что…

— Всё хорошо, Ария? — Кир материализовался рядом, что заставило меня судорожно выдохнуть и, подскочив, схватить его за локоть.

— Спасибо за интересную беседу, — фальшиво улыбаясь защебетала я, — Мне слегка нездоровится. К сожалению, придётся Вас покинуть.

— Мы ещё сможем поговорить, — Костёр снисходительно улыбнулся, — Береги её, Узор. Мне бы не хотелось, чтобы она страдала… снова.

Чуть крепче, чем следовало, обхватив меня, Кирилл коротко попрощался, и мы направились к выходу. Стараясь не отставать, я пыталась подстроиться под его широкие шаги, и ему практически пришлось тащить меня к лифту.

— Полегче, милый, — задыхаясь выпалила я, оказавшись в кабинке, — Ах…

Мужчина впечатал меня в стену, выбивая из лёгких воздух и навис надо мной, скрипя зубами. В его глазах отражалось безумие. Любое движение могло бы спровоцировать его агрессию и, стараясь не показать паники, я растянула губы в улыбке.

— Кир, покорми меня, я так есть хочу.

Он моргнул и, резко шагнув назад, отвернулся. Отлепившись от стены, я помассировала занемевшее предплечье где растекался свежий кровоподтёк. Глухое раздражение растекалось во мне, заставляя опустить голову, чтобы не совершить глупость.

— Тебе больно? — Узор неловко потянулся ко мне.

Лифт остановился, звякнув, и створки разошлись в стороны. Я выскользнула наружу и пошла по коридору, не оглядываясь. Остановившись у нашей комнаты, я пропустила мужчину с ключом и, дождавшись, когда он распахнёт дверь, вошла внутрь.

— Ария…мне жаль…

— Скажи мне честно, ты убил мою предшественницу или она сделала это сама? — я скинула туфли и ступая по мягкому ворсу подошла к французскому окну.

Город переливался огнями. Небо в мутных облаках баюкало ущербную луну. Прижавшись лбом к стеклу, я закрыла глаза и застонала от бессилия и злости. Только спустя несколько минут я поняла, что Кир не ответил. Развернувшись к нему, я замерла под тяжёлым взглядом.

— Он рассказал тебе?

— Нет, — помертвевшими губами шепнула я.

— Тогда как ты узнала?

— Ты…сам только что…Ты…

— Ария, — он ослабил галстук, решительно шагнув ко мне, — Всё не так…

— Не подходи! — взвизгнув, я отскочила за диван и, забежав в спальню, закрылась изнутри.

— Не глупи, нам нужно поговорить, — он попытался открыть дверь, подёргав за ручку.

— Мне нужно остаться целой и я не хочу опять получать синяки. Может тебя это удивит, но я не получаю удовольствие от боли.

— Я не причиню тебе вред, — я фыркнула и он угрожающе зарычал, — Я могу выбить эту долбанную дверь.

— А я могу попытаться убить тебя и при этом сдохнуть! — зашипела я в ответ, — Не загоняй меня в угол, Узор.

Прогнув ударом дерево и заставив этим меня вскрикнуть, он ушёл, громко ругаясь и опрокидывая мебель. Скинув платье и приняв душ, я улеглась в кровать. Чутко прислушиваясь к звукам из соседней комнаты, зябко закуталась в одеяло. Сквозь неплотно зашторенные занавески на полу растекался лунный свет. Что-то внутри меня взывало к нему. Хотелось, запрокинув голову, скулить. Из-за стены слышалось недовольное ворчание ничем не напоминающее человеческое. Всхлипнув, я уткнулась лицом в подушку и закусила губу, чтобы не расплакаться или закричать.

Хотелось перемотать время назад и впустить его, чтобы выслушать или сломать нос. Сделать хоть что-то, а не ждать утра с чувством невыполненного долга. Жизнь обещала быть…мучительной.