Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 58

Кира

— Я всегда знал, что вы, мисс Кирьяна, необычная девушка, — ответил растроганный профессор Люпин. — Такие прогрессивные взгляды у юной, очаровательной мисс, внушают мне веру в светлое будущее, — и Люпин Луварье благодарно мне улыбнулся.

Обернувшись, профессор почтительно обратился к принцам и их свите.

— Лорды, займите удобные для вас места.

Профессор Люпин, как ни в чем не бывало двинулся к кафедре. Он даже не сделал попытки пересадить вниз на свободные места, сбившихся в кучу на галерке, адептов. Осознание этого заставило меня нахмуриться.

«Да что не так с этой магмеханикой? Что за дремучее невежество у этих магов?»

Поглощенная собственными мыслями, я не обратила внимание, что принцы подошли к нашей первой парте и, пока профессор раскладывал лекцию, расселись. Странным образом, но Альдо оказался сдвинутым в сторону от меня, а на его месте сидел серьёзный Кьен. Я оказалась сидящей по центру длинной парты-модуля между герцогом и принцем Дамирэш Кьеном. За Кьеном сидел Альда, потом Скай, а дальше его блондинистая свита. Я была благодарна ледяному принцу, что он не стал прогонять и сдвигать на край моего друга. Что же касается Натана, второго парня из свиты Кьена, то он сел сбоку от герцога.

Все это мы проделали под гробовое молчание адептов.

— Если все заняли удобные для себя места, — сделал еще одну попытку рассадить адептов профессор. — То мы приступим к лекции.

Передислокации не случилось, адепты продолжили сидеть на последних партах. Профессор печально вздохнул. Он посмотрел на меня, и в его глазах загорелось тепло признательности.

— Итак, господа адепты, сегодня у нас первая, вводная лекция курса по предмету «Практическая магмеханика». Думаю стоит немного вспомнить историю, и причины образования магмеханики. В конце пары мы познакомимся с планами по обучению, — произнес профессор, поправляя листы на кафедре.

Я открыла тетрадь и приготовилась конспектировать. В отличие от местных я сильно плаваю в истории этого мира.

— Покровителем магических механизмов является Бог Гильмес — Бог науки, развития и кузнечного дела. Гильмес — Высшее божество и он единственный из трех Высших богов не прервал своего общения со своими служителями. Механикусы всегда могут обратиться к своему божественному покровителю, и он им ответит.

Я видела, что профессор волнуется, желая привить симпатию у слушателей к «опасному» предмету. Спиной чувствовала напряжение и опаску со стороны адептов и искренне не понимала причину такой всеобщей реакции. Но, думаю, я просто всего не знаю, вот и не понимаю.

— Вы все знаете, что в аномалиях, где нет магии, без повреждений могут работать только механизмы. Серая пустошь на юго-востоке нашей Артании самая большая аномалия. Она расположена на территории трех стран. Кроме нашего государства пустошь расположилась на севере Филандары, и на западе Оркских равнин. Самая маленькая аномалия в королевстве эльфов на севере Эйнланда — это Темная чаща. Ну и самая опасная аномалия находится на востоке, в Федерации Оборотней — это Гиблые топи, — перечислял профессор Люпин Луварье. — Это важные аномалии, в которых обычные люди добывают необходимые для магов ингредиенты. Без помощи механизмов простые люди быстро погибнут в этих опасных местах, а государства не могут отказаться от добычи ценных и дорогих материалов. Именно потому с этого года «Практическая магмеханика» стала обязательным для изучения предметом с экзаменом в конце полугодия.

Стон страдания донесся с задних рядов. Я обескураженно оглянулась, отмечая всеобщую досаду и огорчение. Правда, на лицах некоторых адептов мелькало настоящее отчаяние.

Вместе со мной обернулся и хмурый Кьен. Под его мрачным взглядом адепты притихли и принялись старательно делать вид, что слушают.

Профессор Люпин сделал вид, что не заметил сцены недовольства. А может и правда за столько лет неприязни к своему любимому предмету выработал профессиональную «глухоту» на такие вещи. Где-то я его понимала, как могла понять и реакцию обычных жителей этого мира. Мой родной мир тоже пережил непростой путь в техническом развитии. Да что говорить, он и сейчас переживает его.

Невольно вспомнилась история Земли, и то, как приживалось электричество. А ведь оно тоже опасно и может убить при неправильном использовании. Но разве жители Земли согласятся отказаться от электроэнергии и перейти на лучины и восковые свечи? Ну или компьютеры и мобильные телефоны. Про вред низкочастотных и радиочастотных излучений не говорит разве что ленивый, но человечество так привыкло к этим благам, что не согласится от них отказаться. Если так подумать, то вред и опасность может нести все что угодно, тут важно соблюдать меру и технику безопасности. Но к этим мыслям нужно прийти, осознав пользу и выгоду технического развития. А этого у большинства жителей этого мира пока не произошло.

Голос профессора вывел меня из задумчивости, и я сосредоточилась на лекции.

Благодаря Люпину Луварье я смогла понять, почему так боятся магмеханики. И дело не только в нестабильности механизмов не подчиненных мастерам механикусам, но и боязнь потерять остатки магии. Благодаря тому, что когда-то уже столкнулась с механизмами в истории с Беллис, я уже знала, что при контакте с не подчиненными мастеру механизмами у слабых магов происходит сбой магических каналов. А это уже влечет за собой временную потерю магии. Кроме того, на страх влияла и теория, что развитие магмеханики влечет за собой сокращение магии.

— Простите, профессор, — раздалось сзади, когда Люпин Луварье замолк, переводя дух. — Но разве это не так? Разве магии в нашем мире не становится меньше?

Профессор Люпин откашлялся. Переложил с места на место листы бумаги и, посмотрев на говорившего, произнес:

— Это не по причине развития магмеханики, адепт?.. — профессор умолк, вопросительно приподняв бровь.

— Ян Хоуп, профессор. Адепт второй группы первого курса, — представился парень, вставая со своего места.

Он сидел на самой нижней линии парт, ровно посередине аудитории. И на этом среднем ряду тоже было не многолюдно. Думаю, на эти места сели самые смелые.

— Мое мнение совпадает с последним исследованием ученых фэйри. Магия из Нурхадара уходит через «межпространственную портальную нору», вызванную изгнанием проигравших Богов, — серьезно ответил профессор.

Я ощутила, как напрягся и подобрался рядом Кьен, следом за ним герцог. Атмосфера во всей аудитории вмиг изменилась.

— Это слишком провокационные исследования, профессор Луварье, — ледяным тоном произнес кронпринц Дамирэш. Он смотрел жестко, давая понять, что дальнейшая тема этого вопроса неприемлема.

Это отчетливо поняла я, адепты и, конечно, профессор.

Люпин Луварье попытался извиняюще улыбнуться. Получилось не очень. Профессор глянул на большой циферблат наручных часов и быстро проговорил, меняя тему:

— Наша пара подходит к концу, мы продолжим в следующий раз. Как я и обещал, сейчас пройдемся по программе в обучении. Зимой и летом у нас состоится экзамен по предмету. Но… Можно взять по магмеханике курсовой проект. Желающие могут записаться в деканате, — профессор торопливо собирал листы с лекциями, но от его нервных жестов они разлетались в сторону, и Люпин Луварье сбивался. — Да. Еще. При новых построенных полигонах есть клуб «Любителей механизмов». Желающие могут вступить. Мы там постигаем новую технику и придумываем новую.

Конец речи профессор уже говорил на ходу, направляясь к выходу. Поэтому моя реплика застала Люпина Луварье в дверях аудитории.

— Профессор Луварье, а можно туда вписать меня?

Профессор сбился с шага и застыл изваянием. В этот момент раздался удар колокола, прозвучавшего слишком громко в оглушающей тишине.