Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 135

Кира

Поездка на мобиле через запруженный горожанами Дальбруг прошла для меня скомкано. Мы опаздывали. Потому кортеж из четырех машин несся на предельной скорости, постоянно разгоняя прохожих гудком клаксонов. С одной стороны это радовало, что пришли нас проводить и поддержать, но с другой… Наша быстрая поездка сильно тормозилась.

Наверное, я никогда так не радовалась, что люди в Дальбруге боятся механизмов и техники, только это помогло нам не опоздать и приехать вовремя. При этом каретный кортеж с группой студентов-победителей выехавший на два часа раньше нас приехал аккурат за нами, но тоже успел.

Воздушный порт Дальбруга меня поразил своими масштабами. Когда я только прибыла в мир Нурхадар, то прогуливаясь по городу, видела вдалеке причальные башни дирижаблей. Но тогда я не подозревала насколько воздушный порт огромен и ошибочно полагала, что порт не далеко и он маленький. Отчего-то я считала, что только аэропорты Земли могут быть величественно-впечатляющими, поражающими воображение. Просто я тогда не видела Дальбругский воздушный порт Артании.

Впечатлил меня вокзал, оформленный в стиле барокко и классицизма. Роскошное трехэтажное здание в форме полумесяца. В нем находились не только кассы и регистрационные стойки, но таможенно-пропускной контроль. Ведь грузовые дирижабли с материка тоже прибывали в этот порт. Имелись в здании вокзала и кафе-трактиры — в отдалении на первом этаже. Кроме того, на третьем этаже были и комнаты для отдыха капитанов и команды транзитных дирижаблей.

Когда мы только подъезжали к порту, я увидела в отдалении строящиеся здания. Они находились почти на территории порта.

— Это новый комплекс гостевых домов для прибывающих на дирижаблях. Не всем из прилетевших можно выходить на земли Артании. Некоторые и сами не хотят в Дальбруг. Вот для тех, кому нельзя, или не желают, и стоят эти гостевые дома, — пояснил Кьен, увидев мой интерес. — Людям, порой, нужно почувствовать землю под боком и спокойно поспать.

— Очень продуманно, — с уважением покивала я.

Порт находился на окраине города, по бокам его окружали небольшие горные цепи, позволяющие дирижаблям укрываться от сильного ветра межсезонья. Потому всё небольшое ущелье было застроено ангарами для воздушного транспорта. Гостиницы, думаю, очень были нужны.

Внутри здания вокзала было шумно и многолюдно. Я бы даже сказала многорасно. Мне эта обстановка напоминала привычное время в час пик на Земле.

Рассмотреть порт изнутри мне не дали. Время поджимало, и Селестин громким, хорошо поставленным голосом руководил регистрацией. Хорошо, что дирижабль принца Скай относился к частному транспорту, и у нас была отдельная регистрационная стойка.

На личном транспорте принца Нортланда — «Песнь льдов», было решено лететь всей турнирной команде в полном составе на пару с орками-музыкантами. Плюс к нам присоединилась пятерка ребят из моей группы — самых лучших учеников и, разумеется, Альдо. Ему как заместителю старосты тоже полагалось быть лучшим в группе. К тому же нам добавили восемь адептов из второй группы первого курса. Старшим над нами был поставлен советник принца Скай — Аластар Кахир. Чем мужчина очень гордился.

Суммарно на первом дирижабле нас было сорок человек, если не считать команду и обслуживающий персонал. А вот на втором дирижабле, возглавляемом Селестином, летело шестьдесят адептов.

— Кирьяна, — окликнул лорд, когда мы прошли регистрацию и уже собирались идти на посадку.

Оглянулась и встретилась с сапфировыми глазами с вертикальным зрачком Селестина. Он направлялся ко мне, и на его лице читалась тоска.

Лорд подошел близко, и меня обдало ароматом цитруса и бергамота, давно ставшим для меня таким родным и желанным.

— Мы не увидимся целых три дня, — с печалью в голосе проговорил Селестин. — И моё сердце плачет от тоски, Кирьяна.

— Мое тоже, — не отводя взгляда, я сделала шажок к лорду.

Мы поняли друг друга без слов. Селестин наклонился и нежно поцеловал, вкладывая в это прикосновение все свои чувства: привязанность, заботу, тоску по вынужденному расставанию и любовь. А я ответила не менее пылко и страстно, обняв лорда за шею. И мне было все равно, что во внезапной тишине на нас смотрит куча народа.

— До скорой встречи, моя любовь, — с неохотой Селестин отпустил меня.

Лорд развернулся и решительным шагом направился в сторону обалдевших от увиденной сцены адептов.

Я проводила статную фигуру лорда взглядом и, украдкой смахнув слезу, направилась к турнирной команде.

Вытянутые лица были и среди наших.

— Астон, я так и знал, что с твоей «популярностью», как и назначением в команду, не все так просто, — съязвил Сеймур.

— Тебе еще не надоело? — закатила я глаза. — Такое чувство, будто ты ревнуешь.

Обычно я игнорировала все подколки и подначки Сеймура, но сегодня из-за расшатанных нервов не выдержала, сорвалась.

Еще в первый день знакомства с Сеймуром я спросила о нем Альдо и друг, кривясь, сообщил, что этот парень признанный бастард герцога Кристофера Хартфорда, лорда, входящего в Палату Правления Артании. Родился Сеймур на полгода раньше законного наследника. Но вся соль заключалась в том, что Кристофер Хартфорд так и не назначил преемника рода. Лорд Хартфорд считал, что неопределенность в преемственности создает здоровую, — по его убеждению, — конкуренцию среди сыновей и толкает их стать лучше. Потому следующим главой рода и герцогом Хартфордом мог стать любой из сыновей лорда, кто сможет поразить отца своими выдающимися способностями и тот сочтет их достойными.

Когда я только узнала о таком жутком психологическом абьюзерстве отца к собственным детям, то, под изумленным взглядом Альдо долго материлась на могучем русском.

— Знаешь, Кирьяна, не знаю, что это был за язык. Но… Звучало это мощно, — сказал мне тогда друг.

С того времени я старалась не обращать внимания на злые нападки парня, понимая, что «кусается» он лишь «от жизни собачьей», как пелось в одной земной песне. И, кажется, этим еще больше бесила Сеймура.

— Ревную⁈ — резко развернулся ко мне адепт. — Кого?..

— Тебе виднее на кого именно ты глаз положил, — пожала я плечами.

— Да как ты смеешь на такое намекать! — взбеленился адепт, надвигаясь на меня с кулаками. — Ты! Ректорская шлю…

Удар под дых с правой стороны от Альдо заставил Сеймура замолкнуть. Хорошо, что мы уже зашли в коридор-рукав, и безобразную сцену никто не видел. Но все равно свидетелей было предостаточно.

— Спасибо, дружище, — пожал руку Альдо герцог. — Я бы не сдержался и разбил бы эту рожу. А ему на турнире еще выступать.

— Баронет Хартфорд, о вашем недостойном мужчины поведении я извещу короля, — ледяным голосом сообщил принц Дамирэш. — Также я извещу герцога Хартфорда. Он плохо воспитывает наследника.

От ненависти в глазах Сеймура даже мне стало не по себе. Сокомандники стояли рядом мрачные, а остальные ребята вовсе испуганно жались к стенке.

Кьен быстро оценил обстановку и, улыбнувшись, доброжелательно произнес:

— Господа, это всего лишь недоразумение. Порой бывает в турнирном коллективе — Кьен взглянул на часы и буднично сообщил: — Мы, кстати, опаздываем. У нас вылет через пятнадцать минут, а мы еще не дошли до причальной башни.

Секунда на осознание, и мы все сорвались в бешеный забег по коридору.