Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 129

Кира

Вначале пришел запах: до боли знакомые нотки цитруса и бергамота. С недавних пор этот аромат стал для меня самым желанным запахом в мире. Следом пришли ощущения. Теплые объятия сильных рук. Умиротворяющий стук сердца в мускулистой груди под моей щекой. Последнее, на что я обратила внимание, это полная тишина и размеренное дыхание рядом.

Плотнее обняв широкую грудь, я открыла глаза.

Через незашторенные окна в комнату лился солнечный свет, в его лучах лениво парили пылинки. Сонное затишье.

Такое безмолвное спокойствие в академии было не привычно. Я уже свыклась, что академия постоянно звучала многоголосьем адептов и служащих. Но сейчас наступил праздник Излома года, и почти все обитатели ДАМ отправились домой. Кроме таких как я, кому некуда было идти. Ну или слишком долго добираться до дома даже за десять дней каникул — к пяти праздничным дням добавлялись еще пять дней каникул — можно было не успеть вернуться обратно к началу зимней сессии.

Праздник Излома года — особый божественный праздник — на Нурхадаре длился пять дней. Это те самые пять дней, что я потеряла в местном летоисчислении. Во всех календарях эти дни были выделены особым шрифтом и праздновались повсеместно.

Потому сейчас в академии стояла непривычная тишина. Все разъехались.

Дыхание Селестина сбилось, и он зашевелился. Я приподняла голову и посмотрела на лорда. Спросонья он был таким милым, по-мальчишески трогательным, что я непроизвольно заулыбалась, ощущая в груди щемящую нежность к этому мужчине.

— Светлого утра, Кирьяна, — улыбнулся Селестин и погладил меня по щеке. Его голос был хриплый. — С Новым временем, любимая.

— Доброе утро. И тебя с Новым годом, — не удержалась я и потянулась к губам Селестина.

Мгновенный порыв, в котором не стала себе отказывать. Все же сегодня такой волшебный день, и нужно воплощать желания в жизнь.

Коснулась мягких, сухих губ Селестина. Поцеловала. Провела по ним языком.

Селестин не спешил отвечать на мой поцелуй. Он смотрел внимательно и не моргал. Словно чего-то выжидал.

Я коварно сощурилась: «Значит так решил? Ну посмотрим…»

Прихватила нижнюю губу Селестина, ласково посасывая её, а сама положила ладошку на обнаженный торс лорда и медленно заскользила вниз по рельефному прессу к бедрам мужчины.

— Кирьяна, — прохрипел напряженный Селестин. — Если ты продолжишь, то я уже не смогу остановиться.

— И не надо, — прошептала ему в губы, легонько царапая бархатную кожу в самом низу живота и ощущая дрожь тела мужчины. — Может, я не хочу, чтобы ты останавливался.

Я впилась требовательным поцелуем в губы Селестина. И теперь он ответил. Моя рука скользнула дальше вниз и обхватила внушительное достоинство мужчины, вызывая его судорожный вздох.

В следующий момент мой мир сделал кульбит.

— Заноза моя несносная, — прохрипел Селестин.

Он подмял меня под себя. Накрыл собственным твердым телом и впился в мои губы жадным поцелуем.

Я чувствовала желание Селестина. И хотела того же. Ощущала его бешено колотящееся сердце. Мое билось в такт его. Слышала шумное дыхание Селестина, оно смешивалось с моим.

— Моя Кирьяна… Моя единственная любовь… Моя жизнь…

Лорд перемешивал поцелуи со словами, покрывая ими все мое тело. Этот шепот обжигал не меньше страстных поцелуев.

Прикосновения Селестина разжигали огонь в моих венах. Они заставляли меня пылать внутри. И я горела. Плавилась в страстных объятиях Селестина. Жаждала его. Тянулась к нему в нестерпимом желании близости.

Не выдержав, я обхватила ногами бедра Селестина, вжимая в себя. Плотнее прижимая к себе. Кожа к коже.

Нашей одежды давно уже не было, а мы даже не заметили этого, увлеченные поцелуями.

Селестин приподнялся на руках и заглянул мне в глаза. Он молчал, но его взгляд был красноречивей тысячи слов. Я читала его невысказанные вопросы и опасения, как открытую книгу.

— Да! — ответила после минуты молчания. — Я хочу этого, Селестин! Хочу начать все заново в Новом времени! Хочу написать нашу историю с чистого листа, — говорила запальчиво, всматриваясь через глаза в душу Селестина, ища там отклик моим словам.

— Любимая моя, — облегченно прохрипел Селестин.

Он впился в мои губы требовательным, необузданным поцелуем. А я сильнее сжала ноги на бедрах Селестина, вжимаясь в мужчину. Он понял намек.

Придавив мощным телом, Селестин медленно подался вперед. Он плавно вошел, проникая глубоко до упора и замер, давая мне ощутить его в себе.

Мы разорвали поцелуй и, шумно дыша, посмотрели в глаза друг другу.

Не знаю что видел в моих глазах Селестин, но в его я видела восторг на пару с радостью, перемешанные с желанием и безграничной нежностью. И от этого у меня сносило крышу.

Я слегка качнула бедрами. Селестин улыбнулся и очень медленно начал двигаться. Плавно. Сладко-неспешно. Он выходил и снова погружался. От его мучительно-приятных действий по моему телу пробегали волны удовольствия.

Мне хотелось быстрее. Сильнее. Дыхание сбилось. Губы пересохли, и я их облизала.

Взгляд Селестина потемнел и лорд сделал резкий толчок, вызывая мой первый стон удовольствия.

Следующий мой стон Селестин выпил жадным поцелуем. Он больше не сдерживался, энергично двигался, заставляя меня стонать еще громче. Словно его заводили мои крики страсти.

Мне казалось, что я превратилась в оголенный нерв. Стала как натянутая струна у руках Селестина. Я чувствовала лишь его движения во мне и ощущала распирающее изнутри острое наслаждение. Наши тела льнули друг к другу. У меня было такое впечатление, что Селестин залез мне под кожу, проник в каждую мою клеточку, заставляя дрожать от желания. Мне казалось, что мы уже не физически сплетались телами, было такое чувство, что мы соединялись душами, срастаясь, становясь одним целым.

— Кирьяна! Моя Кирьяна, — опалил моё ухо хриплый шепот.

И у меня окончательно сорвало предохранители. Я обхватила лицо Селестина и сама принялась жадно его целовать. От быстрых, резких толчков в теле волнами накатывало усиливающееся желание. Одно на двоих. Острое. Яркое. Оно подпитывалось неистовой одержимостью. И я уже не понимала, где я, а где Селестин. Была лишь безумная страсть и готовая разорвать на части приближающаяся разрядка.

Обхватила плечи Селестина, впиваясь ногтями в его спину, и начала сама двигаться ему навстречу. Мне казалось, что я сейчас взорвусь. Время для меня перестало существовать, и осталось лишь острое удовольствие.

Мощный толчок и мой мир утонул в ощущении взрыва сверхновой. Меня больше не было здесь и сейчас. Я летела к небесам, растворившись в нирване.

Тяжело дыша, я в позе морской звезды лежала на Селестине и не могла пошевелиться. Мне казалось, что я прыгнула с крутого утеса в бушующее море, и меня раскрутило, а потом швырнуло в бездну.

— Это было крышесносно, — прохрипела, когда немного отдышалась и смогла говорить.

— У меня с тобой всегда так, Кирьяна, — поцеловал меня улыбающийся Селестин.

— Знаешь, хорошо, что в общаге нет адептов, — заявила я спустя время, когда окончательно пришла в себя. — Иначе бы ваша репутация, лорд ректор, была окончательно загублена.

— Ну… Уверен, я бы смог оправдаться, — с наигранной серьезностью заявил Селестин, поглаживая меня по спине.

— Это каким образом? — подперла я рукой голову, с любопытством смотря на Селестина.

— Я бы сказал, что уговаривал одну строптивую адептку выйти за меня замуж. Приводил неопровержимые аргументы, чтобы принять мое предложение руки и сердца.

Селестин свободной рукой потянулся к тумбочке, на которой я только сейчас смогла рассмотреть маленькую бархатную коробочку.

— Кирьяна, ты выйдешь за меня замуж? — протянул мне коробочку Селестин.