Любимая заноза ректора. Огненный турнир

Глава 19

Кира

Я прищурилась, уперла руки в бока и сурово заявила:

— Не выйдет, лорд Индарэш. Если я сейчас отступлю, то пояснений не услышу. А я имею право знать, что тут произошло.

— Имеешь?

— Имею.

Я взяла ближайший стул, развернула его к ректорскому столу, села, сложила руки на груди и требовательно посмотрела на Селестина. Лорд, подперев щеку, сидел и насмешливо смотрел на меня.

«Вот уверена, сейчас сделает пакость», — подумала я и напряглась.

— Вот скажи, заноза моя любимая, почему я, ректор академии, должен держать перед тобой отчет?

«Ну вот! Что и требовалось доказать», — мысленно вздохнула я.

— Может потому, лорд Индарэш, что меня все это тоже касается? Ну или хотя бы потому, что вы меня использовали как приманку, чтобы выманить неблагонадежных аристократов… — произнесла я и шокированная замолчала, осознавая сказанное.

Выходило, что лорд мастерски использовал меня как приманку. Он словно тореадор «махал» мной, как красной тряпкой перед аристократией. Умно… Продумать и осуществить такую многоходовку с подставой, так умело расставить ловушку, да Селестин прожженный интриган. Понимание этого прошлось неприятным холодом по спине. Скандалить резко расхотелось.

Сглотнув, я настороженно посмотрела на молчаливого Селестина внимательно наблюдавшего за мной. Он словно видел меня насквозь, словно читал мои мысли.

— Почему я? — тихо спросила, чувствуя расползающуюся внутри горечь.

— Ты идеальная мишень, Кирьяна. Ты чужестранка, простолюдинка, независима и невероятно талантлива, — пояснил лорд.

От его сухого тона в сердце закололо. Я откинулась на спинку стула, мой воинственный запал ушел, в душе поселилась пустота. Я не ожидала, что меня будут использовать таким образом.

Резко стало все безразлично.

— Не всех порадовала новая реформа образования, Кирьяна. — Селестин встал и, заложив руки за спину, прошелся по кабинету. — В отдел тайной службы уже давно поступали донесения, что часть аристократии желает сменить династию. Их не устраивает демократически настроенный король, желающий для простых людей привилегий. О том, что решение короля всяческим способом попытаются саботировать, стало известно на следующий день после выхода закона.

— Значит, ваш враг рядом с вами, — отстраненно произнесла, слушая лорда. — По скорости утечки информации можно судить о близости предателя.

— Меня восхищает твоя проницательность, Кирьяна, — улыбнулся мне лорд, а я лишь пожала плечами. — Именно поэтому мы с лордом Самиршель и стали разрабатывать этот план. И ты была идеальной приманкой для мятежных аристократов.

Ну теперь стало понятно, почему местные спецслужбы от меня отстали. Они решили просто использовать «объект» как приманку. Все была игра. Все было не по-настоящему. Стало противно и невероятно грустно, отчего захотелось спрятаться в уголочке и поплакать. Но я лишь больно впилась ногтями в ладонь, не позволяя себе сейчас расклеиться.

Наверное, Селестин что-то уловил в моем изменившемся поведении. Он резко повернулся ко мне и обеспокоенно стал вглядываться в мое лицо. Глаз я не поднимала, а по лицу, надеялась, ничего нельзя было понять.

— Кирьяна?..

— Знаете, лорд Индарэш, ваша мастерская игра впечатляет, — в моем голосе лишенном эмоций чувствовалась горечь разочарования.

— Ч-что? — опешил Селестин.

— Вот только я одного не могу понять, зачем было играть в чувства?

— Кирьяна, ты про что? Я не играл в чувства…

— Ой, да бросьте, лорд Индарэш, — отмахнулась я, вставая с кресла. — Кто вам теперь поверит? После того, как вы признались, что использовали меня в темную, верить вам, не уважать себя.

— Кирьяна, все не так. Ты все неправильно поняла. Я не использовал тебя… Вернее, использовал, но не специально. Шарх! Как все запутано, — Селестин запустил руки в волосы. — Все само собой случилось. Без меня. Я просто не мешал. Не имел право вмешиваться в ситуацию.

— А ваше кураторство тоже часть искусной игры? — спросила, направляясь к выходу. Хотелось как можно скорее убежать из этого помещения и от этого мужчины.

— Нет, все реально, Кирьяна.

— Ага. Реально. Как и ваши чувства, как и ваша игра со мной, — согласилась я, ощущая, что в груди нестерпимо печет.

— Кирьяна, все совсем не так! Да, так получилось и я использовал тебя, но я все контролировал. Я бы не позволил тебе навредить. Девочка моя, ты мне слишком дорога, чтобы я позволил хоть кому-то причинить тебе вред.

Стало больнее вдвойне. Я остановилась в дверях, потом повернулась и, глядя прямо в глаза Селестину, четко произнесла:

— Простите, лорд Индарэш, но я вам больше не верю. И… вряд ли уже когда-нибудь поверю.

Видела, что мои слова причиняют Селестину боль, но мне было все равно. Я развернулась и быстро вышла из кабинета.

В груди с каждой секундой жгло с нестерпимой силой. Браслеты на руках полыхали. Казалось, что камни раскалились и плавятся. Я плавилась от переизбытка чувств.

Вот зачем он так со мной? Зачем играл в благородство? Для чего была эта напускная бравада?

Я шла, не разбирая дороги. В душе бушевал шторм, в глазах стояли слезы.

— Кирьяна, что случилось? Кто тебя обидел?

Чьи-то руки обхватили мои плечи, удерживая на месте.

— Кира, да что с тобой? — легонько встряхнули меня.

Это помогло. Я моргнула и смогла сосредоточиться на удерживающем меня мужчине.

— Скай… — всхлипнула я и с рыданиями повисла на шее у блондина.