День начинался с запаха росы и пыльцы, с лёгкого перелива света в куполе, который мягко дышал над спальней Ла Рисы. Дом не просто ожил — он принял её как свою хозяйку, а с тем, как артефакт водопада всё глубже пускал корни в жилую систему, здание начало расти не вверх, а внутрь мира. Под полами зарождались новые модули, в стенах появлялись незримые галереи, наполненные магией и разумом.
С рассветом активировались службы техномагии: кухонный блок начал варить напитки, магические уборщики прошествовали по залам невидимыми потоками, в теплице уже цвели сплетённые светом плоды. Появились и первичные фамильяры, вылупившиеся из яиц: один — гибрид пумы и дракона с крыльями, другой — маленький огненный ящер, третий — крылатая сова с хвостом змея. Ла Риса чувствовала их мысли, их привязанность. Связь рождалась не столько магией, сколько сердцем.
В саду она остановилась на мосту, соединяющем две террасы, где под ним протекала сверкающая река с крошечными золотыми рыбками. Юля в это время заканчивала утреннюю тренировку — её наставником стал брат Ла Рисы, теперь официально один из её мужей, и он, с той же серьёзностью, что вёл когда-то битвы, теперь обучал Юлю тактике и магическому фехтованию. Девушка светилась счастьем и… всё больше становилась частью этой земли.
— Ты стала сильнее, — сказала Ла Риса, наблюдая за тем, как Юля, облачённая в тренировочную броню, в пируэте увернулась от энергетического удара.
— Ты дала мне шанс. Я не могу его потратить впустую, — ответила Юля, улыбаясь. — И кстати… я начинаю видеть сны о Земле. Мы должны искать других. Землянок. Может, они не все были сломлены…
* * *
Во второй половине дня прибыла свекровь — величественная женщина с волосами цвета стали и глазами, в которых отражался целый род. Она явилась с изысканной свитой, при полном параде, чтобы официально объявить о выходе Ла Рисы из их рода и требовать, чтобы та назвала свой собственный.
— Ты больше не просто дочь нашего рода, — сказала она. — Теперь ты — мать собственного. Настал час. Назови своё имя. Назови имя рода, который возродится под твоей рукой.
Ла Риса не колебалась.
— Моё имя теперь — Ла Риса Терреа.
А мой род будет зваться — Дом Альба Терра.
Белая Земля. Земля, что помнит корни. Земля, где восстанет новое.
Свекровь кивнула, молча оценивая уверенность в голосе. А затем, к удивлению, вручила ей приглашение на закрытый аукцион артефактов в одной из внешних вселенных.
— Ты будешь там не как покупатель, а как равная. Ты доказала, что заслуживаешь места за внутренним столом.
* * *
Позже в тот же вечер, когда дом уже напоминал оазис на границе миров, в её покои прилетела совиная почта. Пергамент был не подписан, но магическая защита развернулась только перед ней.
На нём — длинный, изломанный почерк, с дрожью в линиях, как будто писали в спешке или страхе:
'Если ты и вправду женщина с Земли… ты должна знать.
Есть планета, скрытая за пятью вратами в системе Ворена.
На ней содержатся мужские питомники.
Туда попадают те, кого считают «неликвидом» — слишком агрессивные, непослушные или просто лишние.
И там… воспитывают их так, чтобы они стали покорными и сладкими рабами в гаремы.
Некоторые из них — дети. Некоторых родные матери сами отправили туда, чтобы расплатиться долгами.
Эта планета называется Тар’Нейт.
Осторожно. Они не любят тех, кто задаёт вопросы.
Но если у тебя действительно род… ты можешь получить разрешение.
Найди нас. Мы ждём. Мы живы.'
Ла Риса читала письмо медленно. Она сжала его в кулаке, и артефакт в её браслете откликнулся. Её фамильяры напряглись. Дом вздохнул, ощущая тревогу своей хозяйки.
Юля вошла в комнату и, взглянув на лицо подруги, спросила:
— Что-то случилось?
— Мы отправимся в систему Ворена.
Скоро.
Очень скоро.
И в этот миг за стенами дома вспыхнули в небе первые искры начавшегося магического дождя — редкое и мощное явление, означающее одно: предки рода благословили новый путь.