Князь Искажений. Том 4

Глава 14

Сказать откровенно, ночного звонка я не ожидал. Тело ломило после вчерашнего сражения в Высшем Искажении, а полученные там раны заживали медленнее, чем обычно. Даже исцеляющие зелья Вероники Соколовской, и те действовали не так эффективно, как бы мне того хотелось.

Так что новые проблемы мне сейчас были нужны меньше всего.

Тем не менее, только услышав голос Громова, я тут же собрался и почувствовал, как в висках стучит боевой азарт.

Кто-то решил проверить барона Гордеева на прочность и бросил мне вызов.

Что ж, я его принимаю! Ещё посмотрим, кто кого…

— Доброй ночи, капитан. — Мой голос звучал неожиданно свежо. И не подумаешь, что ещё минуту назад я сладко спал. — В чём суть вопроса?

— Мой начальник, полковник Собакин, ищет способ испортить вам жизнь. — Капитан говорил по-военному чётко и прямо. — Мамонтовы дали ему указание любой ценой лишить вас аристократического статуса и посадить за решётку. Ничего против вас он не нашёл и поэтому решил ударить через ваших союзников…

Собакина я отлично помнил. Полковник появился в имении Границкого сразу после завершения Родовой войны. Старый служака, он всеми силами пытался обвинить меня в нарушении закона.

Тогда отбиться от всех его атак мне удалось относительно легко. Но в том, что полковник не успокоится, я не сомневался. От таких, как он, избавиться сложнее, чем от вцепившегося в зад зубохвата!

Так что его возвращение меня не удивило. Другого можно было и не ожидать.

Не стало сюрпризом и участие Мамонтовых.

Пусть князь и отрицал прямую связь со своим сыном, поражение Ильи сильно его задело. Искушённый в интригах Анатолий Мамонтов начал искать рычаги давления и быстро их нашёл.

Охранка — опасная и очень влиятельная организация. Если у тебя есть там свои люди, то они способны обеспечить проблемы кому угодно. Будь ты хоть трижды бароном, выкрутиться не получится…

Вопрос к Громову у меня был всего один.

— Кто?

Капитан понял меня верно.

— Лисицкие. Собакин и его люди установили, что вы обращались к ним за изготовлением одежды. Предположительно, с магическими свойствами. Делать это им запрещено законом…

Дальше он мог не продолжать.

Лисицкими в этом времени называли прекрасно знакомый мне Род Лисицыных. Прирождённые изготовители магической одежды, они утратили право использовать своё истинное имя вместе с аристократическим титулом.

Что именно нарыл Собакин, было очевидно.

Триста лет назад Лисицыны были одними из главных моих союзников. Многим это не нравилось, и, стоило мне исчезнуть в Сердце Искажений, как нашу дружбу тут же использовали против них.

Благодаря обвинению в убийстве брата Императора, Лисицыны потеряли всё. Даже их собственное имя, и то перестало им принадлежать.

Все эти годы Род боролся за жизнь, кое-как сводя концы с концами. Утратив возможность заниматься магией, они не смогли развивать свой Дар. Уникальная способность Рода слабела, пока практически не выродилась.

Всё, что ожидало их в будущем, — это нищета и забвение.

Вместе с моим появлением в их жизнях появилась надежда.

Я нашёл необходимые материалы, дал несколько советов и помог снова вернуться к делу, для которого они были рождены. В жизни Лисицыных наступили новые, более счастливые времена.

Проблема была только в том, что вся их деятельность оставалась незаконной.

Если охранка обнаружит на их складе хотя бы один магический предмет, Род будет обречён. Лишение свободы и полное изъятие всего оборудование — вот что их ожидало.

А вместе с ними ко дну пойду и я сам.

Однажды охранка уже пыталась провести обыск Лисицыных. Но сейчас ставки были выше во много раз. Да и Собакин наверняка подготовился намного лучше.

Свой шанс он точно не у пустит!

— Капитан, в чём именно Собакин хочет меня обвинить?

— Участие в изготовлении незаконных магических субстанций. Продажа артефактов без официального разрешения. — Громов говорил так, будто зачитывал статьи по памяти. — Ну и самое главное — организация преступной группы!

Я присвистнул.

— Однако, сильное заявление!

— Барон… — Поставленный голос капитана едва ощутимо дрогнул. — Вы же понимаете, что это не шутки? Вас могут ждать серьёзные последствия!

— Не переживай, капитан. Я всё прекрасно понимаю!

Я не первый год участвовал в аристократических интригах. Формально, даже не первое столетие.

Все приёмчики Благородных я знал наперечёт!

Мне можно было не объяснять, какими опасными могут быть подобные обвинения.

Прямой связи между мной и Лисицыными не было. Я не заключал с ними договоры и не подписывал никаких соглашений.

Но Собакину это и не требовалось.

Ему достаточно расколоть любого члена Рода. Оформленные надлежащим образом показания против меня — и он сможет обвинить меня в соучастии.

Да даже оставленных мной в их цеху энергетических следов, и то будет достаточно! Хитрый полковник найдёт, как пустить их в дело…

Закон давал аристократам определённые преимущества. Но если на руках у Собакина окажутся нужные доказательства, мне будет не отбиться. Князь Мамонтов использует все свои связи, чтобы лишить мой Род статуса, а меня самого усадить в тёплую камеру.

И даже такой бывалый судебный волк, как Белозёрский, не сумеет мне помочь.

Так что выход был только один. Действовать на опережение!

— На какой стадии всё находится сейчас?

— Собакин организовывает рейд на Лисицких. Его бойцы уже ждут в машинах. Они будут на месте меньше, чем через час. — Голос Громова стал невероятно серьёзным. — Андрей Николаевич, я бы набрал раньше, но Собакин не говорил мне до последнего. Я сам узнал всего несколько минут назад…

— Капитан, даже не думай извиняться! Я благодарен тебе за помощь. С меня щедрое вознаграждение.

— Ну что вы, Ваше Благородие, не сто́ит…

— Я сам решу, что сто́ит, а что нет! И самое главное, капитан…

— Да, Андрей Николаевич?

— Не подставляйся! Никто не должен узнать о том, что ты мне помог. Если это об этом пронюхают, то тебе уже не выбраться!

— Разумеется, Андрей. Могли бы и не говорить!

В трубке зазвучали короткие гудки.

Я задумался.

Всё-таки, как ни крути, но Громов оказался отличным мужиком. Я спас ему жизнь, защитив от мозгохвата, но ответных услуг я от него не требовал. Всю помощь мне он оказывал по доброй воле.

Делая это, он сильно рисковал. Если Собакин узнает об этом звонке, мало Громову не покажется.

Нужно найти способ его прикрыть…

— Хозяин, что пррроизошло⁈ — Брысь посапывал под моим диваном. Звонок его разбудил, и сейчас питомец сонно таращился на меня. — Снова монстррры?

— Нет, глазастый, гораздо хуже. Люди!

План действий сложился в считанные секунды. На меня не первый раз пытаются напасть. И я знаю, что нужно делать…

В первую очередь я набрал номер главы Рода Лисицыных, Прохора Савельевича.

— Доброй ночи, Ваше Благородие! — Трубку он взял не сразу. Его голос звучал словно через подушку — чувствовалось, что мой звонок его разбудил. — Что-то случилось?

Он сладко зевнул.

— Случилось! К вам едет охранка.

— Что⁈ — Голос Прохор Савельевича задрожал. — Но у нас же тут оборудование, материалы, магические следы… Да мы же не успеем их убрать! Всё пропало! Мы обречены!!!

Я был далеко, но по голосу Лисицына всё и так было понятно. Глава Рода словил панику. С людьми, не привыкшими к постоянным испытаниям, такое случалось.

И это был едва ли не худший вариант. От действий самих Лисицыных зависело очень многое. Если они не смогут принять нужные меры, то мой план просто не сработает.

К счастью, Прохор Савельевич был не единственным членом Рода.

— Дайте трубку Анне. Немедленно!

В моём голосе появилась сталь. Прохор Савельевич перестал всхлипывать. Я услышал в трубке какие-то шорохи, а через мгновение из динамиков раздался уставший, но относительно бодрый голос Анны.

— Доброй ночи! Ваше Благородие, это вы?

— Да, я. К вам едет охранка. Ничего наверняка они не знают, но у них есть подозрения. Сумеете потянуть время до моего прибытия?

— Да, Ваше Благородие! — В отличие от главы Рода, девушка не сомневалась. Она говорила спокойно и решительно. — Думаю, что скрыть остатки монстров и магические ткани мы сумеем. У нас как раз есть один новый способ. Вот только…

— В чём дело?

— Могут возникнуть проблемы с магическими следами. — Анна не ходила вокруг да около, а излагала по существу. — Весь цех пропитан энергией. Да и ваших следов здесь немало. Устранить их за несколько минут невозможно!

На моём лице сама собой расцветала улыбка. Девушка реагировала точно так, как я и рассчитывал. Отвечала строго, мысли излагала ясно.

Даже скорое прибытие охранки не сумело выбить её из равновесия!

А ведь из неё вышел бы отличный Охотник… С такой и в гнездо химер идти не страшно!

К тому же кое в чём девушка ошибалась…

— У вас осталась кровь мантикор, чешуя василиска и толчёные когти игольчатого монстрообраза?

Для обычного человека все эти названия звучали как бред. Рядовые граждане Империи могли прожить всю жизнь и никогда не встретить ни одного из этих ингредиентов.

Но для производителей магической одежды эти вещества были привычными и даже обыденными. Более того, они работали с ними каждый день.

— Да, Ваше Благородие. Немного ещё осталось.

— А Искажённые травы?

— Один пакет. Как раз тот, что нам принесли вы…

— Тогда у вас есть всё необходимое! Слушай меня внимательно.

Я по памяти продиктовал девушке нужный рецепт. Она внимательно выслушала и повторила всё в точности, не совершив ни одной ошибки.

— Вот и отлично! Скоро буду.

Разговаривая с Анной, я не терял времени понапрасну. На ходу облачился в последний целый костюм, повесил на пояс меч и пополнил запас артефактов.

Сомневаюсь, что меня в ближайшее время ждёт драка. Но такова уж моя привычка. Стараюсь никуда не выходить без оружия!

Закончив разговор с Лисицыными, я тут же набрал номер Белозёрского. Как и всегда, даже в ночное время, адвокат ответил почти сразу.

— Слушаю, Андрей! — Голос у него был бодрый. В трубке фоном раздавались приглушённые голоса и шум копировальной машины.

В такой поздний (или уже ранний?) час адвокат по-прежнему был на работе.

— Охранка узнала про Лисицыных. Скоро будут на месте. — Я скороговоркой сообщил ему основные сведения. — Какие у вас есть идеи?

По делу Лисицыных мы с адвокатом разговаривали уже несколько раз. Белозёрский отлично знал об их проблемах, но конкретного решения он пока так и не придумал.

Слишком уж замороченной была ситуация с лишением их Рода лицензии.

Но сегодня по его голосу я понял, что адвокат улыбается.

Добрый знак!

— Андрей, буквально вчера получили кое-какие материалы. Мои ребята перерыли всё, что можно. Только, знаете ли, вариант нестандартный…

— Это неважно. Я вас слушаю!

Белозёрский за несколько минут изложил мне свой план.

Что ж, бывало и хуже!

— Все необходимые материалы я пришлю вам вместе с курьером. Ожидайте!

Разговор закончился. К этому моменту я как раз успел вызвать такси и нырнул в салон, с комфортом устроившись на заднем сиденье. Спустя двадцать минут я уже был на месте.

На уединённом пустыре меня ждал старый знакомый. При виде меня Сидоров, молодой юрист из фирмы Белозёрского, задрожал, словно осиновый лист на ветру.

Готов поставить собственный меч — бедолага вспомнил, как по моему имению улепётывал от манглории!

— В-Ваше Б-Благородие… — Его голос слегка дрогнул. — Все документы подготовлены. Здесь всё необходимое. Станислав Яковлевич велел передать вам лично в руки!

— Благодарю.

Я принял папку с документами и быстро её пролистал. Белозёрский не подвёл. Подборочка и в самом деле была выдающаяся…

Кивнув Сидорову, я пошагал к цеху Лисицыных.

— Ваше Благородие! — Парень крикнул мне в спину. — Станислав Яковлевич велел мне пойти с вами! Вам же понадобится юридическая помощь…

— Не понадобится. — Я помотал головой. — Белозёрский мне всё объяснил. Дальше я сам!

Не обращая внимания на слабые попытки Сидорова возражать, я направился к цеху. Приземистое здание было окружено множеством машин. В ярком свете фар прохаживались агенты охранки. Воздух дрожал от энергии сканирующих артефактов.

Кажется, Собакин привёл с собой всю тяжёлую артиллерию, что у него есть. Техника в руках бойцов выглядела угрожающе, но она не произвела на меня впечатления.

Справлялся и не с такой!

И, кажется, пришло время объяснить полковнику, что бывают дела, в которые лучше не влезать…

— Мы обречены! Мы точно обречены! Мы попали в болото, из которого уже не выберемся!

Прохора Савельевича Лисицына лихорадило. Звонок барона Гордеева выбил его из колеи. Глава Рода и раньше знал, что они занимаются опасным делом и фактически ходят по лезвию ножа. Но одно дело знать, а другое — встречать у дверей агентов охранки, готовых вцепиться в твоё горло.

Его слабые нервы просто не выдержали напряжения. Уже несколько минут Прохор Савельевич сидел на месте, раскачиваясь из стороны в сторону…

— Отец, всё будет хорошо! — Анна ободряюще положила руку ему на плечо.

— А если нет? — Прохор Савельевич поднял полные слёз глаза. — Я не хочу в тюрьму!

— Я тоже. Но можешь не переживать. — Анна говорила, не сомневаясь ни в едином слове. — Андрей Николаевич пообещал, что позаботится о нас. Значит, так и будет!

Отец попытался что-то ей возразить, но Анна пропустила его слова мимо ушей и вернулась к работе.

На небольшой плитке как раз закипало странное варево, приготовленное по рецепту барона. На его изготовление понадобилось всего несколько минут, и сейчас от него исходил такой жуткий запах, что закладывало нос.

— Так и должно быть? — Одна из старших сестёр скривилась и зажала нос пальцами.

— Андрей не уточнил. — Анна пожала плечами. — Будем надеяться, что да!

Запах ей тоже не нравился, но других вариантов у неё не было. Анна, в строгом соответствии с рецептом, всыпала в отвар последнюю порцию Искажённых цветов и выключила огонь.

Осталось только налить зелье в распылители и разбрызгать его по углам.

Издалека донёсся вой сирен. Руки Анны задвигались быстрее. Но как бы девушка ни спешила, она точно знала — даже если она ошибётся, барон Гордеев им обязательно поможет.

Андрей пообещал. А он всегда держит своё слово…

Судя по свежим следам и царящему среди агентов хаосу, они прибыли всего пару минут назад. Передовой отряд только готовился зайти внутрь цеха.

Оцепить территорию ещё не успели, и поэтому я беспрепятственно вошёл в самую толпу.

Первым моё приближение заметил Громов. Капитан взглянул на меня, взглядом спрашивая разрешения.

Я кивнул.

— Барон, что вы здесь делаете⁈ — Громов шагнул ко мне, и все бойцы разом посмотрели на нас. — Это — место работы Императорской охранки. Вы не имеете права здесь находиться!

Я едва подавил улыбку. А ведь он отличный актёр! Ненависть ко мне Громов изображал вполне достоверно…

— Капитан, ограждения не поставлены. Других сообщений об ограничении я тоже не заметил. Так что моё право посетить друзей никто не ограничивал!

Громов приготовился сказать что-то ещё, но вперёд выступил Геннадий Иванович Собакин. За то время, что мы не виделись, и без того грузный полковник успел прибавить в весе. Сейчас он напоминал не бравого военного, а скорее бочку с усами. Пуговицы на его форменном кителе с трудом удерживали объёмный живот.

— Капитан, оставь его! — Его взгляд остановился на моём лице. Полковник ухмылялся, будто готовящийся к броску шакал. — Барон Гордеев… А ведь я ожидал, что вы появитесь! Преступник всегда возвращается на место преступления… Что вы здесь делаете⁈

— Пришёл поддержать товарищей. Лисицыны, то есть Лисицкие, мои старые друзья.

— Товарищей, значит… — Полковник наклонился ко мне и зашептал так тихо, что его мог слышать только я. — Барон, мне известно, что вы с Лисицкими вступили в сговор. Вы незаконно поставляли им материалы для магической одежды! И сегодня вы не выкрутитесь…

— Голословные обвинения, господин полковник! — На моём лице не дрогнул даже мускул. — Вы всё уже слышали. Я здесь ради друзей! А если будете и дальше голословно меня обвинять, то мне придётся решить вопрос радикально.

Моя рука как бы невзначай легла на рукоять меча. Это была не угроза, но тонкий намёк на возможную дуэль. Обвинения Собакина вполне давали мне право вызвать его на поединок.

Полковник оценивающе на меня взглянул и предусмотрительно отступил. В старой одежде, с плохо слушающейся левой рукой и хромой на одну ногу, я выглядел не очень впечатляюще. Но старый вояка не случайно сидел на своей должности.

Исходящую от меня опасность он ощущал шестым чувством…

— Кстати, Гордеев… — Он подозрительно прищурился. — А как вы узнали о нашей операции?

— Мне позвонил Прохор Лисицкий. Просил подъехать и удостовериться, что обыск будет проведён по всем правилам.

Я понимал, что этот вопрос имеет большое значение. Малейшая ошибка — и на Волкова могло пасть подозрение.

Собакин взглянул на надетый на палец перстень. Это было не просто украшение, а артефакт Истины. Камень кольца мигнул зелёным светом, подтверждаю, что я говорю правду.

А ведь я не растерял старые навыки…

Полковник удовлетворённо кивнул. Моя версия показалась ему убедительной.

— Что ж, барон, раз вы здесь, то я готов дать вам шанс. Вы можете присутствовать на обыске вместе с нами. У вас будет уникальный шанс увидеть, как ваших друзей упекут за решётку! — Его голос опустился до шёпота. — И вас вместе с ними…

— Полковник, вы снова торопитесь. Ещё посмотрим, как всё повернётся!

Собакин махнул рукой, и меня тут же окружил конвой из пяти бойцов. Их артефакты не были активированы, но руки бойцов предупреждающе лежали на рукоятях.

Намёк я понял, но волноваться и не подумал.

Первые бойцы охранки как раз вошли внутрь. Собакин, Громов и я в сопровождении конвоя двинулись следом.

— Глазастый, как там дела? — Я связался с питомцем по мысленной связи.

— Хозяин, нехорррошие новости. Брррысь не может туда пррроникнуть!

Питомец прислал мне картинку. Оказалось, что охранка времени не теряла. Весь цех был буквально оплетён блокирующими чарами. Ни войти, ни выйти без разрешения Собакина было невозможно.

Пространственные коридоры тоже были перекрыты. Сколько лохматый ни пытался, прорваться внутрь он не сумел.

В прошлый раз помощь питомца была неоценимой. Он просто спрятал все запрещённые предметы в пространственные коридоры. Сегодня повторить старый трюк было невозможно.

И химера с ним!

— Глазастый, не переживай. Справимся и без тебя!

Питомец остался ждать у склада, а я наконец-то оказался внутри.

Первое, что я почувствовал, — это сильный запах. Вдохнул его полной грудью и довольно кивнул.

То, что нужно!

А вот остальным аромат не понравился.

— Что это гадость⁈ — Собакин закашлялся и зажал нос платком.

— Должно быть, что-то сгнило… — Волков неопределённо покачал головой.

Пока они искали источник запаха, я оглядывался по сторонам.

Цех выглядел как склад старой одежды. Стоящие вдоль стен станки были самыми обычными, без капли магии. Да и вообще, ничего подозрительного я не ощущал…

Все члены Рода Лисицыных стояли в окружении агентов охранки. Прохора Савельевича колотила дрожь, зато Анна была по-прежнему спокойна.

Поймав мой взгляд, она едва заметно подмигнула.

Значит, мои рекомендации она выполнила в полном объёме…

— Господин полковник! — К Собакину подскочил один из подчинённых. — Мы провели первичный осмотр…

— И сколько запрещённых предметов нашли? — Полковник хищник усмехнулся.

— Ни одного.

— ЧТО⁈

Лицо Собакина побагровело. Будь он мне хоть немного небезразличен, я бы даже начал волноваться о его здоровье!

— Увы… — Сотрудник сделал шаг назад. Стоять рядом с бешеным полковником он не хотел. — Но, кажется, это обычное производство одежды…

Собакин махнул рукой, не дав ему договорить.

— Вы всё внимательно обыскали⁈

— Очень внимательно…

— А новые сканеры использовали⁈

— Пока нет…

— Так чего вы ждёте⁈

— Есть использовать новые сканеры!

Когда боец вернулся пару минут спустя, в руках у него были знакомые мне устройства. Артефакты напоминали палки с зеркальной поверхностью на конце, но я знал, что это — крайне продвинутая сканирующая аппаратура. Точно таким же артефактом мою сумку проверял инспектор Смородинский. И ему практически удалось пробиться через защитную магию моего рюкзака!

Я нахмурился. Ситуация сильно мне не нравилась…

Боец раздал устройства коллегам. Все вместе они начали обыскивать цех, заглядывая в каждый уголок.

Спустя десять минут бойцы выстроились перед Собакиным. Лица у них были разочарованные.

— Господин полковник, снова ничего…

— ДА КАК ТАК⁈

Полковник метал громы и молнии, а я смотрел на Анну. Девушка едва заметно улыбалась. Почувствовав мой взгляд, она провела пальцем от глаза и вниз по щеке.

Насколько я помню, так обычно изображают слезу…

Химера меня раздери. Так вот в чём дело!

Губы растянулись в улыбке. Анна и остальные Лисицыны не теряли времени понапрасну. Они успели использовать принесённые мной слёзы василиска!

Именно слёзы были самым надёжным средством защиты от сканирующих чар. Понятия не имею, как конкретно они их применили, но результат был отличным.

Полковник со своими людьми могли перевернуть всё вверх дном, но всё равно бы ничего не нашли!

— Барон, что вы себе позволяете⁈ — Полковник посмотрел на меня и заорал так, что затряслись стёкла.

— А что такое? Стою, наблюдаю, никого не трогаю…

— Вы… Вы УЛЫБАЕТЕСЬ!

Это был провал. Все включая его бойцов, поняли, что Собакин потерял контроль над ситуацией. Уверенного человека невозможно вывести из себя простой улыбкой…

Улыбаться я не перестал, но полковник больше на меня не смотрел.

— Доставайте оборудование для изучения энергетических следов!

Бойцы дружно нацепили артефактные очки. От них исходила магическая энергия, но я не переживал. Благодаря особым стёклам они могут видеть несколько энергетических спектров одновременно. Но если Анна всё сделала верно, то нам ничего не грозит…

Так и оказалось. Бойцы потратили кучу времени на обыск. И с каждой минутой их лица вытягивались всё больше и больше.

Анна бросила на меня вопросительный взгляд. Я пожал плечами и прошептал одними губами:

— Старый фокус!

Зелье, рецепт которого я продиктовал ей по энергофону, было старым и забывшимся за триста лет приёмом Хранителей. Смешанные в определённой пропорции части чудовищ давали неожиданный эффект. Исходящие от зелья испарения были способны уничтожать энергетические следы.

Эффект не длился долго. К тому же работало это только в закрытых помещениях.

Но в нашем случае большего и не требовалось! Потолки в цеху были низкие, да и площадь оставляла желать лучшего.

Просто идеальные условия…

Собакин дрожал от злости. Энергия вокруг него кипела.

— Всё, хватит игр… Приступайте к допросам!

Я понял, что время ожидания закончилось. Нужно действовать!

— Полковник, вы не имеет на это права. Кто бы ни был вашим источником, он ввёл вас в заблуждение. Вы ничего не нашли. И основания для допросов у вас нет!

Ещё недавно я об этом правиле даже не подозревал. Но, тщательно опросив Белозёрского, я серьёзно улучшил свои знания законов.

В своей правоте я не сомневался.

Лицо полковника пошло красными пятнами.

— Барон, да как ты смеешь мне указывать…

— Не «ты», а «вы». И не я, а изданные Его Величеством законы! Или вы имеете что-то против Императора?

Это был удар не в бровь, а в глаз. Собакин понимал, что хоть одно слово против Императора — и его карьере придёт конец.

Полковник замолчал. А затем, сопя, словно дракон, повернулся к выходу.

— Ничего, барон, это ещё не конец! Уж поверьте мне, я найду на вас управу!

Я понял — он не отстанет. Собакин воспринимал меня не просто как барона. Нет, во мне он видел угрозу как для себя, так и для понятной ему картины мира.

И если с Громовым, оказавшимся неплохим человеком, я без проблем нашёл общий язык, то вот с полковником были проблемы…

Если и решать с ним вопрос, то раз и навсегда!

— Полковник, я хочу с вами поговорить. С глазу на глаз.

Мой голос гулко прокатился по цеху. Собакин приготовился высказать всё, что думает, но наткнулся на мой «княжеский» взгляд.

Что-то в нём дрогнуло…

— Так и быть! Интересно будет вас послушать…

Вдвоём мы вышли из цеха. Меня по-прежнему сопровождал конвой. Собакин кивнул, веля бойцам разойтись.

— Если барон дёрнется или попробует использовать магию — стреляйте на поражение!

Бойцы кивнули и вскинули артефакты. Я только усмехнулся.

— Не переживайте, полковник. Это лишнее! Мы просто поговорим…

Я активировал Сферу безмолвия. Нас с Собакиным накрыл блокирующий звуки купол. Теперь подслушать нас было практически невозможно.

Не давая Собакину ничего сказать, я протянул ему папку, которую мне передал сотрудник Белозёрского.

— Что это? — Полковник посмотрел на неё с опаской.

— Прочтите и всё поймёте.

Собакин осторожно взял папку у меня из рук. Его глаза забегали по строкам.

Пунцовое лицо резко стало смертельно бледным.

— Это… Это… — Он подавился собственными словами.

— Всё верно, Геннадий Иванович. Это именно то, о чём вы подумали. И с этой минуты вы будете делать то, что я скажу!