Изменить себя

13.

О, какая это была тренировка! Наши взгляды то и дело скрещивались – то поверх столкнувшихся клинков, то через весь тренировочный зал. А когда мы случайно касались друг друга, мне казалось, что прямо стоит звон, и искры летят, ничуть не меньше, чем когда сталкиваются клинки. Я даже один раз подумала – неужели никто не видит? Или все видят, но делают вид, что ничего не происходит?

А то вот ещё я завалилась на пол, он пришёл помочь мне подняться, и одарил такой улыбкой… куда там Тристану! Вообще не будь тот Тристан принцем, он бы растерял половину своей харизмы, вот честное слово. Обычный блондин, драться умеет, но не герой, воевать не ходил, в политике предпочитает наушничество и сплетни как метод борьбы, о других знает мало, с девушками вовсе говнюк. Это последнее ещё раз подтвердилось, когда рыжая придворная дама королевы, её звали Агнессой, пропала совсем, и Мира сказала – отбыла из дворца, отправлена в замок к отцу. Подробностей никто не рассказывает. Я, конечно, предположила сразу худшее – что бедняга не убереглась, и теперь будет вынашивать, а потом и рожать тристанова бастарда. Правда, потом дошли слухи, будто отец спешно выдал её за кого-то замуж, наверное – пока ещё срок не очень большой, и можно прикинуться, будто это не ребёнок принца, а как-нибудь так.

В общем, после рыжей была блондинка, потом шатенка и брюнетка, потом снова блондинка. И не только незамужние, жёны придворных и сановников – тоже. О прислуге, как я понимаю, даже и разговора нет, там просто никто никого не спрашивал, а только приказывал, да и всё.

И вот, извольте, сэр Ланселот, по-простому Ланс. На той тренировке, и потом на всех последующих, на каких он был, он сам лично становился со мной в пару, или смотрел, как я нападаю и защищаюсь, и правил, и подсказывал, и напоминал о гибкости кисти, и о подвижности тела, и о том, что нужно стоять на своих ногах, и владеть своим телом. Всё верно, ВасильБорисыч дома то же самое повторял.

А после тренировки, уже ближе к ужину, спросил – не хочу ли я сходить в город погулять после ужина. Я, конечно же, хотела, но подумала – надо дождаться одежды, в которой меня никто не признает. И сказала – а давай завтра.

Назавтра после обеда я со всех ног понеслась в свою бывшую комнату – а там уже ждала Мира, и она принесла одежду.

- Мира, ты просто чудо! – хотелось заорать громко, но я справилась шёпотом. – Когда устроим экскурсию по служебным коридорам?

Договорились на завтрашний вечер – когда король, королева и все прочие отужинают и разбредутся по своим покоям, а у гвардии закончатся обязательные тренировки, и мы обе освободимся. Нужно будет изучить территорию, а там уже и подумать, что вообще можно устроить.

Пока же… вторая большая тренировка, а потом ужин, а потом – свидание, да? так это называется? Лизка, тебя позвали на свидание? Ну что, сходи. Хоть будешь знать, как это вообще бывает. И что вообще лучше – быть принцессой, носить платьишки и танцевать на балах, быть гвардейцем и стоять на страже, или быть девушкой, которую зовут на свидания? Песни, которые я и сама была не прочь петь, говорили – что главное любовь, и с любовью всё проще, и даже самые гадкие гадости такими уже не кажутся, когда вместе, и когда вдвоём, и когда поддерживать друг друга и помогать, и что там ещё только может быть. Ну вот и проверим.

О нет, я слишком рациональна. Мне невозможно снести голову – она слишком крепко прибита. Я не могу растерять слова, глядя в чьи-то глаза, я не трепещу от прикосновений, я даже сама ещё поржу, что обнимашки – это ни о чём, просто так .по дружбе, чтобы теплее и человечнее. Поэтому… вперёд.

Ланс изумился, увидев меня в наряде служанки. Но согласился, что хорошая задумка, потому что обычная служанка из дворца не имеет ни лица, ни имени, они на первый взгляд одинаковые, будто их так специально подобрали, а это не специально, это просто магия униформы.

- А ты можешь пойти гулять со служанкой, не роняя своего достоинства? – усмехнулась я.

- Я могу всё, - пожал он плечами. – Если мне нравится девушка, я не буду спрашивать, служанка ли она.

- Лукавишь. Обо мне ты точно знаешь, кто я.

- Ты – Лиза, - вывернулся он. – Которая была самой прекрасной принцессой, а теперь это самый очаровательный гвардеец во всём королевстве.

Он взял меня за руку, просто взял и повёл, и этот простой жест оказался таким… ну не знаю. Милым, что ли. Ещё и ладонь немного поглаживал – так, чуть-чуть, на грани между «сделал» и «показалось». И говорил тихо, проникновенно, с улыбкой. Мы весь вечер просто так бродили по улицам, держались за руки, смеялись над всем, что было и случалось вокруг, и казалось, что нам по силам всё, и мы всемогущи, и так хорошо будет всегда, и нет в мире ничего такого, что нам не поддастся и не покорится. Казалось, что сама ночь острее звучит и пахнет, как никогда до того момента. Дома не случалось ничего подобного. С парнем, просто так, не по делу, и не настолько озабоченным, чтобы сразу тащить в постель – здорово же, да? Так не бывает, скажете вы. А вот бывает, скажу я. Конечно, это уже не дружба, потому что с друзьями не выходит так здорово. Это… что-то совсем другое, ничуть не похожее. Нечто большее.

Большее и здоровское.