Изменить себя

3.

Ланселот привёл меня в небольшую столовую, где за длинными столами сидели парни и молодые мужчины в такой же одежде, как была на мне. Увидели нас, оживились.

- Гвардия, слушать меня, - негромко сказал Ланселот, и все разом отложили ложки-вилки и замолкли, хотя до того ели и болтали. – Это Лиза, наша новенькая. Она дочь господина Антония, и кое-что умеет, как сама говорит, и как я полагаю. Она будет служить с нами. Относиться с уважением.

Ответом были вытаращенные глаза и нестройные кивки и возгласы, обозначающие согласие. Дальше он показал мне место за столом, где стояла тарелка, и лежали приборы, и чашка тоже стояла. По столу были расставлены керамические горшки с кашей с мясом, откуда нужно было накладывать себе, и блюда со свежим хлебом, и сливочное масло, и какой-то ягодный морс, и чай с кофе. И знаете, всё это показалось мне вкуснее, чем самый распрекрасный обед за королевским столом.

Конечно, со мной начали знакомиться. По дороге в столовую мы в двух словах обговорили с Лансом мою легенду – жила дома, обучалась дома, распространяться о том не хочу. Учил отец, да. После его смерти решила попытать счастья в королевской гвардии. Да, буду делать всё наравне со всеми. Ничего страшного, что девушка, не развалюсь.

Как сказал Ланс, моего предполагаемого отца помнят, кроме него, десять человек, кто начинал службу ещё при нём. Остальные – молодёжь, пришли позже. Вообще в дворцовую гвардию брали как раз молодых, а после трёх лет службы можно было либо уйти в отставку, либо перейти в хорошем чине в армию. Так сказать, рассадник молодых и рьяных. И напитавшись здесь какими-нибудь идеями, они шли дальше, и несли эти идеи дальше, надо полагать.

Всё это казалось очень интересным… и перспективным. Поглядим, в общем. Так-то мне в мальчишеских компаниях тусить – не привыкать, и дома во дворе всю школу с пацанами играла и болталась по району, и в политехе специальность не девчоночья ни разу, и в клубе тоже как-то с парнями всё время. Так что – прорвёмся.

После завтрака пошли в тренировочный зал, и там в специальных приспособлениях стояли тренировочные рапиры с прикрытым кончиком, всё правильно, дома так же. А сначала объявили разминку – тоже всё правильно, потому что без разминки ты можешь и прыгнуть неправильно, и защемить себе что-нибудь, и вообще тело должно быть подготовлено к нагрузке. Поэтому бегать и не пищать.

Разминку вёл один из старших, а Ланс бегал, прыгал, отжимался и кувыркался вместе со всеми. Я, на удивление, нагрузку тянула. Тело радостно пело – о, наконец-то что-то крутое, потому что в жизни принцессы встречались разве что танцы. Тоже нагрузка, и приличная, если посчитать, сколько километров за бал наматывается, но – однообразная. Руки толком не поднимешь. Корпус зафиксирован, ноги прокачаны, конечно, да и всё. А тут – то самое, что я люблю. И что полезно, что бы там не говорили. Уж конечно, нежная и трепетная принцесса Элиза не должна кувыркаться в зале в компании парней! А потом ещё основы рукопашки, о, я это тоже люблю. Потому что уметь защитить себя надо всем, вот. А иногда ещё и не только себя, но и тех, кто рядом с тобой.

- Ты как? – спросил Ланс в перерыве.

- Нормально, - пожала я плечами.

Устала, конечно, запыхалась. Всё ж месяц, или сколько, только ела, спала, когда давали, и на балах танцевала, и только. И не выходит у меня так же красиво и отточено, как у парней. Но парни-то, считай, больше ничем и не занимаются.

В перерыве десяток парней отправился мыться, переодеваться в парадное и идти куда-то на дежурство, зато пришли другие. Тоже таращились на меня – что это такое тут завелось, но помалкивали. Наверное, потом ещё выскажутся.

А после перерыва наконец-то вышел Ланс и скомандовал взять оружие.

- Ну что, гвардеец Лиза, готова показать, что умеешь?

- Да, - пробормотала я.

Конечно, я вроде что-то немного умею. Но вдруг – мало, не то, не так, или здесь вообще всё по-другому? Я натянула перчатки, рукоять, обмотанная полоской кожи, легла в руку, как надо, я ещё глянула – вроде, всё, как положено. Отсалютовала Лансу, встала напротив него.

- Задача: пройти мимо меня.

О, норм. Отлично. Я, по крайней мере, такое делала, все мы это делали. И тут нужно без красивостей, главное – эффективность и результат. Три-два-один, поехали.

Я шагнула с выпадом, он отбил легко, потом я отбила, и оно пошло. Вперёд, в сторону, отпрыгнуть, перекувыркнуться, целиться точнее – в плечо, в руку, в бок, а кисть тут же заныла, потому что сто лет её не так не нагружали, но ничего, я ж это делала, делала, делала, вот сейчас, подпрыгнуть, ускользнуть и атаковать, и вот, и сейчас, и я…

Так, а чего это я сижу на полу и Ланс приставил кончик рапиры к моей шее?

- Кто смотрел, сколько продержалась? – спросил он, убрав шпагу.

- Да очень хорошо она продержалась, - сказал кто-то из парней.

- Четверть часа, не меньше. Я столько не выдержал в своё время, - рассмеялся парень с льняными волосами, сидевший на полу неподалёку.

- И я тоже.

- А это девчонка.

- Она дочь господина Антония, ей можно.

- Её с детства учили, наверное.

- Да что тут, берём! Нам нужна такая девчонка!

Ланс рассмеялся, подал мне руку, я взялась и прыжком поднялась на ноги.

- Видишь? Они говорят, нам нужна такая девчонка.

Я расплылась в улыбке. Вот, с парнями всё просто. Дружить с парнями я умею. Пусть и здесь получится, хорошо? Лучше, чем в покоях принцессы?

Меня окружили, хлопали по плечам – правда, осторожно, не в полную силу, я это понимала. Кажется, есть шанс, что здесь я приживусь.