Изменить себя

7.

Когда принц вошёл в тренировочный зал, парни разом замолчали и сначала уставились на него, а потом стали старательно смотреть кто на пол, кто на стены – этикет же, нельзя же таращиться на принца. Принц в этот раз оделся чуток попроще, чем в тронный зал, и имел при себе шпагу.

Тренировку сегодня вёл не Ланс, но господин Хьюго, его самый опытный офицер. Его принимал на службу ещё покойный господин Антоний, и он с лёгкостью строил буйную гвардейскую вольницу. Мне прямо стало интересно – что, принца тоже будет строить? Я бы посмотрела.

Да, будет строить. С ходу велел снять расшитый дублет – мол, вашему высочеству пора и знать, что в таком неудобно. Правда, тот беспрекословно снял, не возразил, и даже косо не посмотрел, как он умеет. Дальше господин Хьюго оглядел Тристана, сообщил, что если его высочество желает присоединяться к тренировкам, то это благое дело следует только приветствовать. Только в следующий раз чтобы никаких перстней, никаких цепей, никаких колец в ушах и прочего быть не должно. И одежда чтоб была пригодна для того, чтобы в ней двигаться. И ещё уточнил, дошло ли до его высочества.

- Да, господин Хьюго, - принц на удивление кротко снёс все замечания по поводу собственного внешнего вида.

- Становитесь, - кивнул тот принцу, и принц молча пристроился сбоку от нашей шеренги.

Я очень порадовалась, что стою в середине.

А дальше началась обычная тренировка – бегать, прыгать, отжиматься, кувыркаться. Господин Хьюго обычным образом гонял нас в хвост и гриву, и приговаривал, что вскоре пойдём на улицу, там, в парке, будем преодолевать полосу препятствий. А пока – вдохновляемся мыслями о ней.

Что ж, Тристан всё делал наравне с нами, только вот под конец разминки начал сдыхать. Что, ваше высочество, это вам не за девушками бегать, да? Парни скользили по нему взглядом и не позволяли себе ни ухмылочки, но я внезапно поняла, что его высочество в этом зале не очень-то любят. Ну и хорошо. Значит, не всем он тут пуп земли.

Без оружия дрались в парах, и менялись по сигналу, и так вышло, что мне было принца никак не миновать. Я подумала, продержу его на дистанции, вдруг выйдет?

Не вышло. Завалились на пол, он меня приобнял, скотина, схватил за задницу, я вывернулась. Глянула хмуро. На его роже было написано – а я чо, я ничо. Ну, погоди. Он снова придвинулся, я подалась и как бы случайно заехала ему коленом между ног. И смотрю такая, я не я и лошадь не моя. Плечами пожимаю. Пустяки, дело житейское. Наверное, мы бы там убили друг друга, или хотя бы покалечили, если бы не смена партнёров.

А когда господин Хьюго скомандовал взять шпаги, Тристан прямо расцвел. На лице у него было написано – ну вот наконец-то я вам всем покажу, чего я стою, это не кругами по залу бегать, это я умею. Мне прямо стало интересно, что именно он умеет.

Господин Хьюго не стал предлагать принцу пройти мимо него – наверное, он это ему уже предлагал раньше, или ещё по какой там причине. Он поделил нас всех на группы по три человека, и дальше мы бились трое на трое. К счастью, Тристан не попал ни в союзники, ни в противники, и я не смотрела совсем, что и как он там делает – своих дел хватало. Знай только, отбивай чужие удары, уходи от чужих клинков да нападай сама.

Увы, господин Хьюго дождался конца схватки, дал нам чуть-чуть передохнуть и велел меняться. Тройки не разбил, но противников всем назначил новых. А потом ещё и ещё. Обычно это нисколько не напрягало, но сегодня…

Когда тройка, в которую входил Тристан, оказалась перед нами, все уже конкретно так устали. Но время обеда ещё не наступило, поэтому – улыбаемся и защищаемся. И нападаем тоже.

Салют, выпад, отбить, с шагом, уйти, отбить, атаковать, атаковать, ещё раз атаковать, прикрыть спину Жерару, подсечь Анатоля – он из вражеской тройки. А принца тут как бы и нет, пусть с ним парни разбираются.

Парни разобрались – тройка принца признала поражение. Я настолько вымоталась, что отползла к стене и села там, положив шпагу рядом. И тут же возле меня приземлился принц.

- Что это у вас на шее, драгоценная Лиза? Или это только мне сказали, что нельзя надевать ничего лишнего?

Я судорожно схватилась за амулет на шее – уфф, не вывалился наружу, только в распахнутом вороте рубахи виден шнурок. Я тут же застегнула верхнюю пуговицу, и глянула на него волком. Не ваше, мол, собачье дело. То есть принцевское, конечно.

- Поднимаемся, становимся, - командовал господин Хьюго.

Я попробовала подняться с пола, опираясь на него руками, но меня повело, и я завалилась обратно. Господин Хьюго махнул рукой – сиди, мол, пока, разрешаю. Но на Тристана глянул сурово и сказал:

- Поднимайся, твоё высочество. Или ты у нас тоже как девчонка?

После такого бедняге принцу ничего не оставалось, только подняться. Подобрать шпагу и встать. А дальше были спарринги, и ему доставались вовсе не самые слабые бойцы, о нет, не подумайте, специально никто ничего такого не делал, само выходило.

О нет, его не били специально. Но местами то подначивали, то посмеивались. Всё очень вежливо. Случайно коснуться кончиком шпаги принцевского носа – на секунду, не более. Дать по заду. Развязать бантик сбоку штанины. Не больно, но обидно.

Когда господин Хьюго возвестил конец тренировки и обед, принц на ногах стоял, но было ему тяжело. Тяжелее, чем любому из нас, как мне показалось. И когда его самым вежливым образом пригласили на обед, он так же вежливо отказался. И когда позвали приходить ещё, сказал, что подумает.

Кто б мог подумать, что его высочество Тристана так не любят обитатели нашего крыла?

И почему меня это порадовало, спрашивается?