Наследие негодяев

(все цитаты и совпадения с реальными лицами вымышлены и являются исключительно плодом воображения — быть может и нездорового — автора)

Из протокола совещания Совета Безопасности Российской Федерации.

«…

Президент: А кстати, чем там у нас коммунисты занимаются? Что-то их и не слышно, и не видно.

Директор ФСБ (перебирает бумаги): Основная партия, имеющая парламентскую фракцию, собирает подписи о референдуме за строительство памятника святому Иоанну Кронштадтскому в городе Москве. Восемь внепарламентских партий как обычно поливают друг друга говном. В общем, все в порядке. Там проблем не предвидится.


Президент: А ведь были времена, да… Ладно, перейдем к вопросу о Ходорковском.

«.

* * *

Молодой Кириллов зашел к Деду. Дедом он звал своего соседа, одинокого старика, который доживал последние свои годы совсем один и за которым Кириллов присматривал в меру своего времени и способностей. То есть покупал ему продукты — нехитрый набор из макарон и сосисок, потому что Дед больше ничего другого и не ел, раз в неделю бутылку дешевого вина, которую с Дедом и выпивал вдвоем, слушая не без любопытства рассказы старика о его воистину тревожной молодости. Потому что Дед начал работать в Органах еще при Сталине, и очень много в чем принял участие. Некоторые истории были совсем фантастические, хотя, пару раз проверив некоторые из них по Интернету, Кириллов не без удивления обнаружил, что Дед явно не сочинил их на пустом месте. А даже если и сочинил, то не на пустом.

Пара историй так и вообще была бы явно интересна для историков и расплодившихся в последнее время авторов книг об истории советских спецслужб, но Кириллову было крайне лениво как фиксировать их на бумаге, так и искать этих самых авторов, хотя он и предполагал, что некоторые исторические загадки вполне бы оказались в новом свете, если бы рассказы старика попали в руки человеку заинтересованному.

Дед, правда, иногда впадал в паранойю, врезал в дверь очередной замок или цепочку, уверяя, что ЦРУ и пакистанская военная разведка его ищет уже много лет — последняя за причастность Деда к таинственной гибели президента Зия Уль Хака, но Кириллов относился к этому иронически, хотя виду и не подавал.

В этот день — субботу, пришло время очередной бутылке дешевого молдавского вина и очередному рассказу Деда.

Сегодня Дед рассказывал о том, как он в первый и последний раз видел Сталина, когда тот тоже последний раз посетил Кремль, а Дед — тогда еще молоденький солдатик, как раз заступил на свое охранное ночное дежурство.

* * *

Из статьи Б.Ю.Кагарлицкого «На обломках идеологий», опубликованной на Интернет-ресурсе www.rabkor.ru.

«… современные левые напоминают одичавших индейцев полуострова Юкатан, которые смотрят со страхом, недоумением и восхищением на полуразрушенные храмы Чичен-Ицы и способны в лучшем случае вырезать сердца у своих соплеменников на их руинах. Но и это получается у них скорее глупо и гадко, чем торжественно и зловеще».

* * *

Хайрулла как раз приготовил плов и позвал Кириллова присоединиться к нему. Кириллов, который толком за весь день не поел — на заводе вместо обеда пришлось объяснять одному гандону, выслуживающемуся перед начальством, что он гандон, — присоединился. И даже ел по восточному обычаю руками.

А Хайрулла рассказывал ему последние новости.

— Прошел слух, что одному святому человеку и мудрецу в Ташкенте было видение. Что Аллах посылает на Землю нового пророка, и что на этот раз будет это женщина. И что продиктует ей Новый Коран, Коран Справедливости и Знания, по которому отныне обязаны будут жить мусульмане. И что в этом Новом Коране мало того, что по-другому будет сказано про женщин и про их роль в мире, в нем будет сказано еще и про то, что после Исы и Мухаммеда — да благословит их Аллах и приветствует, было еще два великих пророка — Маркс и Ленин, которые рассказали людям о праведном мире. И еще там будет сказано, что священны наука и поиск истины.

— Фигушки, — сказал Кириллов. — Долго эта пророчица не проживет — гадом буду. Голову отрежут на следующий день.

— Аллах не позволит, — серьезно сказал Хайрулла. — Потому что она поведет армию новых мусульман на Медину и Мекку, снесет по пути всех — от иранских аятолл и Асада до Хезболлы и Игила, и установит Новый, Красный Халифат.

— Не дадут ей это сделать. Бомбами закидают на крайняк. Ядерными. При этом все — и евреи, и русские, и американцы. Даже китайцы.

— Не веришь ты в силу Аллаха, Кириллов, — огорченно сказал Хайрулла.

— Не верю, — согласился Кириллов. — Только в классовую борьбу и диктатуру пролетариата.

— А зря. Кто-то в свое время не верил в слова пророка Мухаммеда, да благословит его Аллах и приветствует. Потом плакали кровавыми слезами.

* * *

Из дискуссии:

— Вы, коммунисты, объявляете временные крайности постоянными закономерностями и на этом фундаменте делаете затем крайне глобальные и столь же глобально неверные выводы.

— Это лучше, чем полагать рабство и людоедство, которыми является ваш капитализм, вечной и неизменной сущностью, а то и вовсе вершиной и концом развития цивилизации — что вообще позорно.

— Когда у вас кончаются аргументы, вы, коммунисты, всегда переходите к ругательствам и оскорблениям.

— Скажите спасибо, что не к стрельбе.

* * *

Этот колумбийский этнографический ансамбль в разное время можно видеть на улицах Санкт-Петербурга и Варшавы, Берлина и Хельсинки, Москвы и Вены. Живописные немолодые мужчины в пончо и шляпах играют народные песни и латиноподобные хиты прошлых лет типа «Эль Кондор Пасо», а заодно продают компакт-диски со своими песнями.

Именно к ним Кириллов и подошел, выбрав момент перерыва-перекура.

Бросив в футляр от гитары сто рублей, он сказал что-то по-испански, и все колумбийцы внимательно посмотрели на него. Затем один из них вынул из сумки позади себя компакт-диск и протянул его Кириллову. Тот поблагодарил — снова по-испански — и растворился вновь в толпе. А музыканты скоро снова заиграли колумбийскую народную песню «Prenda la vela».

Вечером того же дня Кириллов, несколько раз для верности выполнив минимум процедур отрыва от наружки, передавал компакт диск цыганского вида водиле огромной фуры, стоявшей на окраине. Она утром уезжала куда-то за Урал. На тягаче фуры был изображен Лев Троцкий в буденовке и написано «РВС Республики. I’ll be back». Встречались они не первый раз, поэтому цыганистого вида молодой парень молча взял компакт-диск, пожал Кириллову руку и полез обратно в свою кабину. А Кириллов потопал домой.

* * *

Кириллов шел по вечерней улице. По дороге надо было зайти в магазин, купить Деду колбасы, макарон и чего-нибудь вкусного. На улице людей и машин было немного, поэтому Кириллов снова мог слышать равномерный стук и гул под землей. Там снова начинал шевелиться Дракон. Пока его еще слышали немногие.

Загрузка...