Без «Авроры»

Мне очень захотелось пива и я не смог побороть искушение. Поэтому взял банку «Балтики» и пошел к Петровской набережной, где раньше стояла «Аврора». В прошлый раз, когда я пил пиво на улице — при этом на скамеечке в собственном дворе моего дома, что особенно обидно, мне это обошлось в 500 рублей, который взяли у меня полицейские. Взяли они, конечно, себе в карман и без квитанции, а с квитанцией вышло бы еще дороже.

Вот почему я и пошел к набережной. Сейчас, когда крейсер на ремонте, тут тихо, народу почти нет, никаких продавцов сувениров и туристов. Можно сидеть спокойно, смотреть на матушку Неву и размышлять о жизни. А жизнь сейчас никого не радует.

Сказано — сделано. И вот я сел на какой-то ящик, открыл пиво, пью его понемногу, смотрю на серые воды реки, медитирую.


На набережную выруливает небольшой автобус с тонированными стеклами, из него вываливает с дюжину мелкоты во главе с какой-то молодой девушкой училкинского вида — и она громко и изумленно говорит:

— А где «Аврора»?

И растерянно смотрит по сторонам, словно корабль, быть может, просто спрятался куда-то или отошел по делам и вот-вот вернется.

— Так на ремонте «Аврора», — сказал я. — Если не врут, то только летом вернется. Не раньше.

Девушка посмотрела с сомнением на банку пива в моей руку, еще раз на всякий случай оглянулась, а потом обратилась к своей мелкоте.

— Ребята, нам очень не повезло. Но я все равно вам расскажу. На этом месте в городе Санкт-Петербург находится на вечной стоянке крейсер, который стал символом Великой Октябрьской Социалистической Революции, навсегда изменившей мировую историю…

Говорила она увлеченно — о большевиках, о революционных матросах, о Временном правительстве — и чем больше она говорила, тем больше я впадал в недоумение.

Не, ну я понимаю, если бы это была какая-нибудь немолодая тетка, советский реликт — да, в общем, и они сейчас, кажется, все впали в православие и с тем же энтузиазмом, с которым нам рассказывали про Ильича и броневик у Финляндского вокзала, теперь рассказывают про Ксению Петербуржскую или Иоанна Кронштадтского. Это же юная педагог несла такой незамутненный советский исторический нарратив, что я немного обалдел — даже не думал, что когда-нибудь такое еще услышу вживую.

Закончив, девушка разрешила детям купить мороженое — недалеко стоял ларек, который не закрыли даже после ухода «Авроры».

Я тоже как раз допил свое пиво и, чтобы выкинуть пустую банку, подошел к ларьку, где стоял мусорный бак. Дети с увлечением ели мороженое, а я мог разглядеть их вблизи — и мне сразу бросилось в глаза, что какие-то они не такие. Мне даже трудно объяснить, что в них было не так. Бантики у девочек, растрепанные волосы у мальчишек. Одеты аккуратно. Но что-то все равно не так.

— Слушай, — сказал я мальчишке, вгрызавшегося в свое мороженое. — А вы вообще откуда?

— Школа 144, — сказал мальчик.

— Я понимаю. А из какого города?

— Из Ленинграда.

— Из Петербурга, — автоматически поправил я, но мальчишка с набитым мороженым ртом помотал головой. Потом, проглотив, весело сказал:

— Петербург у вас. А у нас Ленинград.

Я в легком недоумении спросил:

— А у вас что, в этом вашем Ленинграде, «Авроры» нет?

— Нет, — сказал мальчишка. — У нас «Авроры» больше нет. Во время войны американцы сбросили атомную бомбу на центр Ленинграда. И наша «Аврора» погибла.

Тут девушка-учитель строго крикнула:

— Сережа, сколько раз тебе можно говорить, никогда не разговаривай с незнакомыми дяденьками!

А потом всем:

— Ребята, все в автобус, едем к Смольному, потом обедаем и в музей.

Ребятня стала залезать в автобус, а я, все еще не очень понимая, что услышал, подошел к автобусу — девушка стояла у дверей, проверяя, чтобы все заняли свои места.

— Это… — неловко обратился я. — Простите, я не совсем не понял, а кто там у вас победил. В атомной войне?

Девушка посмотрела на меня. В ее глазах вдруг мелькнуло что-то. Что-то очень чужое.

— СССР. У нас победил СССР.

Она залезла в салон, захлопнула за собой дверь и автобус уехал.

А я остался стоять, пытаясь понять, что же это было…

«Аврора» еще на ремонте, поэтому на набережной, куда я прихожу время от времени, народу очень мало. Когда она вернется на свою вечную стоянку, здесь снова будете сутолока, продавцы сувениров, туристы, школьники. Не знаю, смогу ли я различить среди них тех, кто приехал сюда посмотреть на «Аврору» из того Ленинграда, на который американцы сбросили во время войны атомную бомбу. Но в которой СССР все-таки победил.

Загрузка...