Истинная на полставки (СИ)

ГЛАВА 36: Звезда империи

Месяц спустя, неподалёку от императорского дворца (Амира)

Колёса экипажа бодро стучали по мостовой, отмеряя минуты до встречи с Его Солнцеликим Величеством и начала поистине эпохальной церемонии награждения.

Я, совсем недавно считавшаяся презренной «мышью», готовилась к получению высочайшей награды — Ордена Янтарного Солнца, за вклад в раскрытие заговора и спасение императора! А после торжественной части Ирвин собирался объявить во всеуслышание, что старый закон об альеззах утратил силу.

Отныне аукционы контрактов под запретом, и больше никто не сможет выкупить выпускницу МШИ для личных целей! Многоликие, наконец, получат свободу и права, пусть и с небольшими оговорками.

Платить за обучение девушек будет империя, но после альеззы должны отработать десять лет на государственной или военной службе. Можно выбрать работу в дипломатическом корпусе, драконьей гвардии, разведке, городской страже, инквизиции или Белом ордене. Кроме этого, разрешалось брать небольшие подработки и простенькие заказы от гражданских лиц через Белую гильдию.

Вариантов немного, зато с достойной оплатой, а самое главное — без ошейника и клейма!

Теперь контракт альеззы был таким же, как и у обычных магов. Из минусов — строжайшая отчётность по каждому обороту. Многоликие должны будут сообщать жрецам Леонардо о цели использования туманной магии, а при необходимости и предоставлять номер заказа из Гильдии.

Не слишком удобно, зато не унизительно и вполне логично. Это позволяло избежать «серых» оборотов и использования Дара в дурных целях, а также защищало альезз от клеветы.

Любую жалобу можно с лёгкостью проверить, а за ложные обвинения полагались крупные штрафы. В перспективе это могло в корне изменить отношение к нам простых магов. Вопрос лишь в том, как эту новость воспримут сейчас?

— Сокровище моё, не переживай раньше времени, — сидящий напротив Рамон понимающе улыбнулся и наклонился вперёд, беря меня за руку и нежно поглаживая подрагивающие пальцы.

Во время переговоров с Солнцеликим и обсуждения закона Рамон и Леонардо сумели провернуть невозможное, терпеливо выбивая из августейших мозгов предрассудки по поводу альезз.

Огромную роль сыграло и заступничество королевы, с которой предварительно пообщалась Мишель.

— Я уже говорил, что мы хорошо подготовились, — продолжил дракон. — На нашей стороне императорская чета и новый Совет. Закон принят единогласно, а значит, изменить его не смогут и через тысячу лет.

Новый Совет… Слова прозвучали сладчайшей музыкой!

Когда Ирвин полностью отошёл от ментального яда и его сознание прояснилось, он пришёл в ужас от того, сколько успел натворить, находясь под воздействием, и как много боли причинил супруге.

Предателей, получивших должности благодаря Сорелю и Диего, он покарал показательно и жестоко. Согласно указу о тотальных чистках, в течение суток было арестовано больше сотни высокопоставленных магов, включая Великого инквизитора и его супругу Аманду ди Орвэй.

После сканирования памяти, подтвердившего, что леди сотрудничала с инкубом добровольно, её отправили на плаху. Сам инквизитор в заговоре не участвовал, его вина состояла в некомпетентности и чрезмерном доверии советнику. Он был разжалован, лишён права в дальнейшем занимать высокие должности и сослан на границу с Дайкаром.

В общем, голов во время чисток полетело немало. За долгие годы диверсионной деятельности Сорель умудрился полностью подмять под себя власть и пустить в столице глубокие корни. Но несмотря на количество разжалованных, долго их места не пустовали.

Достойные замены нашлись быстро и жизнь потихоньку входила в привычное русло. Единственное, чего я опасалась, так это провокаций и попыток сорвать сегодняшнюю церемонию.

— Амира, — Рамон тут же почувствовал мою тревогу. — Мы полностью сменили внутреннюю охрану во дворце, заменив проверенными жрецами и гвардейцами. Никто не сможет навредить.

— Надеюсь, — вздохнула. — А мы … не поторопились с официальным объявлением закона?

— Нет. Если объявлять, то именно сейчас, когда аристократы взбудоражены и напуганы внутренними чистками, а простой народ ликует и празднует уничтожение Серого квартала, — отрезал Рамон. — Поверь моему чутью, время выбрано идеально. Второго шанса может не быть.

— Но недовольные…

— Были и будут всегда, — усмехнулся дракон. — Но, если кто-то посмеет высказать своё недовольство вслух, будет иметь дело со мной.

В глазах любимого вспыхнуло зловещее пламя. Сомневаюсь, что после блестящей операции по ликвидации Кровавого рассвета и сообщников Сореля кто-то рискнёт сказать генералу хоть слово против. Но на душе всё равно было тревожно.

Последний месяц прошёл как в тумане. Событий было слишком много, они неслись стремительно, сметая былые устои, и сейчас толком не могла вспомнить всего, что мы успели совершить.

После оборота в Сореля я долго восстанавливалась. Портал в логово Кровавого рассвета и переговоры с Диего выжали меня основательно. Едва маги Рамона перехватили управление над магическим переходом, меня тут же телепортировали в лазарет штаба.

Там дежурили Мишель и Сэван. Некромант сразу напоил меня нужными зельями и оплёл восстанавливающими заклинаниями, а эльфийка ухаживала за мной как за родной сестрой. Благодаря им всё прошло благополучно. Я отделалась сильной слабостью и на две недели потеряла способность к обороту. Но игра стоила свеч!

Кровавый рассвет разгромлен, Диего окончательно упокоен. После зачистки его логова драконы ещё неделю ловили уцелевших заговорщиков, выискивая их по образам из воспоминаний Сореля и документам, обнаруженным в штабе Кровавого рассвета.

Кроме жрецов и вампиров нам помогали преданные империи инкубы. Валентин лично связался с действующим владыкой сыновей Ночи и, убедившись, что тот абсолютно не причастен к злодеяниям Орвэля, составил новый Вечный договор.

Позже его скрепили в присутствии девяти высших жрецов Белого ордена, Алэйн, Валентина, Рамона и Солнцеликого императора.

Каждый из них поделился своей магией, усиливая печати на ауре инкубов и уничтожая возможные лазейки, в своё время позволившие Диего обойти древнюю клятву. Теперь, если кто-то из сыновей Ночи попытается нарушить её, печати тут же парализуют его и закинут в казематы инквизиции для дальнейших разбирательств.

Я переживала, что инкубы придут в ярость от подобного, но, на удивление, сыновья Ночи сами поддержали эту инициативу. Никто не хотел повторения войны Семи лун.

Вампиры пообещали не преследовать мирных инкубов и не вредить им, поэтому переговоры прошли успешно и результативно.

Однако после пережитого трудно поверить, что самое сложное осталось позади.

Карета остановилась. Мы приехали…

Снаружи послышался гомон толпы и щелчки фотокамер. Репортёры не дремали, окружив наш экипаж стаей голодных акул и пытаясь подобраться поближе.

К счастью, во дворе было полно гвардейцев. Драконы мигом оттеснили ретивых представителей прессы и напомнили, на каких условиях их вообще пустили во дворец.

— Душа моя, это просто нужно пережить, — Рамон понимающе улыбнулся. — Тевэльская знает своё дело и лично проследит, чтобы статьи вышли с правильными снимками и нужными заголовками.

Знаю… Глория всё сделает как надо, а сейчас и вправду нужно собраться и выстоять. К сожалению, без этого цирка не обойтись. Но видят Туманы, как же это надоело!

— Мы скоро уедем в свадебное путешествие, — вкрадчиво напомнил Рамон, нежно целуя мою руку и подбираясь всё ближе к искрящейся серебром печати на запястье.

Свою парность мы уже не скрывали, но Благословенные знаки Рода пока пришлось спрятать под помолвочным браслетом.

Леонардо сдержал слово и взял скандал с Мишель на себя. Брак моментально признали недействительным, все свидетельства уничтожили. Архижрец договорился и с венчавшими нас жрецами.

Чтобы сохранить мантии Крыс и Саранча заливались соловьями, наперебой рассказывая репортёрам, что изначально знали правду.

Кроме этого, Леонардо сделал громкое заявление, что брак Рамона с эльфийкой был лишь частью спецоперации по раскрытию и предупреждению государственного переворота. Я полагала, что на этом всё и закончится, но Тевэльская, которой Архижрец поручил подготовить общественность и распространить нужные слухи, посчитала иначе.

Брак Мишель и Рамона долго обсуждали всей империей, поэтому известие о его фиктивности должны перемывать ещё дольше и громче. Согласно авторитетному мнению Глории нужен шквал новостей. Ярких, острых, моментами провокационных и тесно переплетающихся с расследованием. Меня должны воспринимать не только как истинную генерала, а как героиню последних сражений и лицо нового закона о многоликих.

Чтобы изменить отношение к мышкам, нужен наглядный пример альеззы-героини. Я подходила идеально. Спасительница императора, победительница инкубов…

От кипучей энергии и планов Глории голова шла кругом, но я понимала — спорить бессмысленно, надо стиснуть зубы и блестяще отыграть свою роль.

— Амира, представь, что на тебе снова личина, — усмехнулся Рамон, словно прочитав мои мысли. — Осталось лишь пережить церемонию и торжественную часть свадьбы, а затем нас ждёт месяц на Коралловых островах.

Море…

Стоило подумать о его ласковых тёплых волнах и обжигающем песочке под ногами, и я невольно зажмурилась от удовольствия. Я никогда не видела этого вживую, только на иллюзиях и картинках, и очень хотела в свадебное путешествие. Но сама свадьба…

— Мы точно не можем тайно обвенчаться? — уточнила с надеждой.

— Снова? — Рамон удивлённо вскинул брови. — Амира, перед Духами и Богами мы уже женаты. Теперь нужна громкая церемония, чтобы народ забыл о фиктивном венчании в лазарете.

Я тяжело вздохнула. Для эльфийки это было не менее важно. Между ней и Сэваном только начал таять лёд, поэтому моей свадьбы с Рамоном она ждала как своей собственной.

— И нам пора, — добавил дракон.

— Пора, — прошептала, с тревогой покосившись на закрытое шторой окно.

— Кровинушка, не дрейфь! Репортёрам нельзя показывать страх, иначе загрызут, — в мысли тут же ворвался бодрый голос Валентина.

В последнее время он появлялся реже, занимаясь делами клана и постепенно подготавливая меня к предстоящей разлуке. Они с Алэйн закончили земные дела и собирались на время вернуться в Небесные чертоги.

Узнав об этом, я ужасно расстроилась, но духи пообещали проведывать меня каждое полнолуние во снах, а иногда и наведываться в виде призраков.

— И вообще, ты Сореля победила! Откуда страх? — фыркнул Валентин. — Выходи смело, держись гордо. Орден сам себя не получит.

— Выхожу, — усмехнулась, подавая знак Рамону.

Он тут же открыл двери, первым выходя к репортёрам.

Скользнув ладошками по мерцающему голубому шелку, разгладила складки на юбке. Наряд выбирала Алэйн, она же настояла, чтобы вместо купленных на ярмарке аквамаринов я надела фамильные драгоценности рода Ринальди.

Рамон подарил их мне, когда я приходила в себя после оборота. Красивые, элегантные и поражающие ослепительной роскошью… Восхитительные украшения, но я не хотела привлекать внимание и планировала прийти на церемонию в форме адьютанта.

Но Алэйн была непреклонной и, заручившись поддержкой Рамона, Дари, Валентина и Мишель всё же уговорила меня надеть платье и бриллианты.

— Душа моя, — дракон галантно подал мне руку, помогая выбраться из кареты.

Окружающий мир растворился во вспышках камер, и я мысленно поблагодарила неугомонную прабабушку.

Она была сто раз права, нарядив меня как королеву. Некоторые аристократы перешёптывались, что великому генералу досталась в истинные безродная мышь. Не стоит давать им повод для сплетен и насмешек. Пусть захлебнутся собственным ядом, увидев снимки в утренних газетах!

Впрочем, я знала на что шла, когда просила Леонардо никому не раскрывать тайну моего происхождения. Поначалу жрец пытался убедить меня изменить решение. Но на мою сторону встали Рамон и Валентин.

Сейчас новость о бастарде могла спровоцировать новую смуту и поставить меня под удар. Многие захотят использовать беззащитную мышку в своих целях, а у меня не было ни малейшего желания сражаться за престол.

Единственное, на что согласилась — не произносить клятву отречения на случай, если у Этелии и Ирвина так и не родится наследник и императорская династия окажется под угрозой исчезновения. Не хотелось повторять ошибок матери.

— Леди Раэли, пару слов для “Имперского вестника”! — к нам рванула бойкая рыжая девица с записывающим кристаллом, но её тут же оттеснили гвардейцы.

— Никаких вопросов! — рявкнул Мигель, окинув остальных журналистов испепеляющим взглядом. Те мигом отскочили на шаг и принялись усердно щёлкать камерами.

Дальше дело пошло быстрее. Сквозь толпу пробрались за минуту, лишь на миг остановились на ступенях и позволили прессе сделать красивые снимки. Я даже заставила себя улыбнуться и помахать им рукой, чтобы у Тевэльской была возможность выбрать кадры для завтрашних публикаций.

На церемонию репортёров пустили с условием, что перед выпуском статей Глория тщательно всё проверит, поэтому в качестве материала даже не сомневалась.

— Господин генерал, леди Раэли, — как только оказались во дворце, навстречу нам вышел высокий статный мужчина с короткими пшеничными волосами и изумрудными глазами.

Лекс Тельвинский — брат Солнцеликой императрицы.

После казни советника Ирвин принёс официальные извинения и восстановил его в должности командира Стальной гвардии. Я полагала, что, вернув полномочия, Лекс сразу же отправится на Северную границу, но тот принял предложение Леонардо и временно взял на себя командование внутренней охраной дворца.

Это решение для всех стало неожиданностью, в особенности, для врагов.

Теперь о безопасности Солнцеликой четы можно не переживать. Лекс пообещал задержаться на посту до тех пор, пока Рамон с Архижрецом не подберут ему достойного преемника или не уговорят Мигеля.

Бессменный помощник генерала идеально подходил на эту должность, но всё же предпочел остаться на прежнем месте работы. И видят Туманы, я его отлично понимала! Каждому своё.

— Командир Тельвинский, — Рамон коротко кивнул, — к началу церемонии всё готово?

— Почётные гости уже собрались, — сообщил Лекс, — ждут только вас.

А я до последнего надеялась, что репортёров не пустят внутрь, позволив щёлкать камерами только на входе. Но Глория заявила, что народу нужны снимки с церемонии. Завтра наши портреты появятся во всех газетах, вытесняя порядком надоевшие новости о смерти Сореля.

Известие о предательстве старшего советника шокировало всю империю. Из-за магической заморозки мы не могли провести показательный суд. Рисковать, выпуская Сореля из ледяного гроба, никто не хотел. И когда менталисты закончили тотальное сканирование памяти, инкуба казнили не размораживая. Для уверенности ещё и оплели жреческой магией, чтобы случайно не воскрес.

Разумеется, тайная казнь породила волну слухов и домыслов. Но с ними быстро разобралась Глория, и сейчас газетчики вяло пинали протухшие новости в ожидании новой сенсации. Королевская чета решила, что ею должны стать церемония награждения и новый закон об альеззах.

— Следуйте за мной, я провожу вас в Янтарный зал, — добавил Лекс, направившись к лестнице.

Дорогу мы знали и без него, но протокол никто не отменял.

Пока шли к бальному залу я невольно вспомнила недавний разговор с Ирвином. Император хотел лично поблагодарить альеззу, участвовавшую в его спасении и раскрытии заговора. Поначалу не ждала от этой встречи ничего хорошего, но отказывать не рискнула, а после ещё долго приходила в себя.

Нет, император не сделал мне ничего плохого и вёл себя очень уважительно и тактично. Просто, увидев его, я вдруг вспомнила, что и сама едва не попала в ментальные сети Сореля.

Если бы не отец Мишель, мне бы не хватило денег выкупить контракт и тогда — здравствуй рабский ошейник и полное послушание. Как и император, я бы не смогла противиться приказам инкуба и, ведомая его жестокой волей, невольно бы совершала преступление за преступлением во славу Кровавого рассвета.

От одной этой мысли пробирала оторопь, и былая злость на Ирвина вмиг сменилась искренним сочувствием. Даже страшно представить масштабы катастрофы, если бы грязные планы Сореля осуществились.

Инкуб гениально всё спланировал, но совершил фатальную ошибку, когда решил воспользоваться ранением генерала и подставить одновременно его, меня и семью Валэнте. Для советника это стало началом конца.

— Рамон Ринальди, генерал империи Лэгрес, владыка серебряных драконов, герцог Рэйский, Гиорский, Эрэльский и Каронский! — торжественно провозгласил церемониймейстер. — И его будущая супруга, мисс Амира Раэли!

Двери распахнулись, и мы с Рамоном шагнули в залитый светом бальный зал. Я уже бывала здесь под личиной другой аристократки, заменяя её во время дебюта, и как адъютант генерала. Теперь же ступала на искрящийся золотом паркет, как его невеста.

Главное, чтобы в следующий раз я вошла сюда как жена Рамона, а не Солнцеликая правительница…

— Тьфу на тебя, кровинушка! — в мыслях раздался заливистый смех Валентина. — Не бойся, Ирвин решительно настроен окончательно помириться с Этелией и обзавестись наследниками, так что на престол и без тебя будет кого усадить.

Хвала туманам!

Император, оправившись от ментального воздействия, первым делом попытался загладить невольную вину перед супругой. Но Солнцеликая хоть и повторяла, что не винит его в случившемся, поначалу держалась холодно и отстраненно. Её можно понять. Сорель сделал всё, чтобы эльфийка возненавидела мужа.

К счастью, во время ссор Ирвин никогда не заходил дальше слов. Отдав приказ запереть Этелию в личных апартаментах, он не причинял жене физического вреда. Конечно, такое за день не забывается, но шансы на примирение у пары были неплохие, как и на рождение наследника.

Целители выяснили, что причиной временного бесплодия Ирвина был именно ментальный яд, так что после курса восстанавливающих зелий всё должно наладиться. Тем более, лечением владыки занимались Сэван и Мишель.

Пока эльфийка помогала мне восстановиться после отката, к ней полностью вернулась целительская магия, а позже и солнечный флёр. Последний особенно сильно фонил в присутствии некроманта. К слову, на самого Догру он не действовал, зато цеплял окружающих. Поэтому на церемонию Валэнте пришла в традиционной золотой маске и форме помощницы Сэвана.

Её она носила с гордостью, а некромант с каждым днём всё сильнее привязывался к эльфийке.

Я надеялась вскоре погулять и на их свадьбе.

Мы с Рамоном подошли ближе и почтительно поклонились Солнцеликой чете. Я невольно залюбовалась красотой императрицы.

Этелия больше не напоминала жертву, а сверкала подобно бриллиантам, украшающих её точёную шею. Уж не знаю, как именно Ирвин вымаливает прощение, но явно движется в правильном направлении. Прогресс налицо!

— Генерал Ринальди, мисс Раэли, — император неожиданно поднялся, нарушив протокол церемонии, и по залу пронеслась волна удивлённых вздохов. — Полагаю, ни для кого не секрет, какую роль вы сыграли в раскрытии заговора и для чего мы здесь собрались, — добавил он, подходя ближе и жестом подзывая мальчика-пажа.

Я невольно напряглась. После пережитого везде мерещился подвох, но Ирвин держался расслабленно и открыто, а в его голосе сквозила искренняя признательность.

— Прежде, чем начнётся церемония, мне хотелось бы ещё раз лично поблагодарить вас за самоотверженность и смелость, проявленные в бою с мятежниками, — продолжил император, открывая шкатулку и доставая украшенную бриллиантами и сапфирами Звезду империи.

Древнее ритуальное украшение и символ особого расположения правителя. К нему прилагался титул, земли и немалая сумма золотом.

Обычно Звезду дарили военным и боевым магам, отличившимся в важном сражении. Но её никогда не получали альеззы!

— Вы проявили истинный героизм, леди Амира, — добавил Ирвин, шагнув ко мне. — Для меня честь лично наградить вас за верную службу. Но я хочу, чтобы свой Янтарный Орден вы получали уже не как обычный маг, а как графиня Эрольская.

— Ого… вот это щедрость! — восхищённо присвистнул Валентин. А я застыла, потеряв дар речи.

Эрольское графство…

Богатейшие земли, расположенные на юге империи. Её гордость и жемчужина. Изумрудная сказка, сотканная из кружева бесконечных виноградников, пронизанная солнечным светом и солёным морским ветром. Ещё недавно могла только мечтать об отдыхе там, а теперь меня нарекали полновластной хозяйкой этих земель!

— Благодарю, Ваше Величество! — я поклонилась, принимая подарок. — Ваша щедрость не знает границ…

— Вы заслужили это, спасая меня, мою любимую супругу и всю империю, — ответил Ирвин, вручая награду.

Бальный зал взорвался шквалом аплодисментов. Громких, хоть и не слишком искренних. На Эрольское графство многие аристократы точили зубки.

Император подал знак оркестру и музыканты заиграли гимн Солнца.

Церемония пошла своим чередом.

Кроме меня сегодня получали награды Рамон, Леонардо, Тэвельская, Мигель, а также отличившиеся гвардейцы и жрецы. Список был огромным, и торжественная часть грозила затянуться. Но я готова терпеть сколько угодно, ведь император только что прилюдно подтвердил — отношение к альезам изменилось. Окончательно и бесповоротно! И магам это придётся признать и принять!

— Мышки ходят первыми и побеждают, — рассмеялся Валентин, услышав отголоски моих мыслей. — Но не задирай хвост слишком высоко, кровинушка, и не расслабляйся раньше времени. Хлопот предстоит ещё немало…

— Это уже приятные хлопоты, — улыбнулась, на миг переведя взгляд на свою главную награду — любимого дракона.