Хозяин моего сердца

Глава 19

В квартале рабов царило оживление. Диана слишком мало пробыла здесь, а Тайрон, хоть и не проявлял никогда интереса, но понаслышке знал, что раз в неделю устраиваются показательные торги. Тема рабства была одной из самых популярных в неспешных беседах ликерийской аристократии. Чего только не услышишь за ужином у самого императора. А информацию саорг привык впитывать и тщательно анализировать. Вряд ли на подобных аукционах можно приобрести что-то стоящее. Здесь продавали провинившихся, возрастных или совсем неперспективных рабов, которыми не интересовались богатые и влиятельные покупатели. Их приобретали в основном для тяжелых работ.

Сейчас, подлетая к дому торговца Самшита, Тайрон радовался благоприятному совпадению. Имперский катер, благодаря его небольшим размерам, можно было посадить прямо у дома работорговца, не боясь придавить кого-нибудь из снующих повсюду людей. Летун со «Стремительного» наделал бы немало переполоха. Народ был повсюду. Чинно прохаживались владельцы живого товара, праздные зеваки с любопытством оглядывались вокруг, бегали торговцы воды и фруктов, предлагая публике подкрепиться, надсмотрщики (или как их здесь было принято величать — наставники) сопровождали своих подопечных.

Когда защитный купол исчез, саорг выпрыгнул на ухоженную дорожку, вымощенную желтым, впитывающим световую энергию светила, камнем. Такой материал стоил недешево, но его способность светиться в темноте окупала все затраты с лихвой, позволяя экономить на электричестве и фонарях. Тайрон огляделся и только потом развернулся, чтобы помочь Диане выбраться из катера. Девушка протянула к нему руки, но Тайрон ухватил ее за талию, поднял, словно пушинку, и бережно поставил на дорожку. Отпускать не спешил, саоргу нравилась близость Дианы, а ее чистые, освежающие эмоции затмевали удушливую ауру толпы. Он не смог отказать себе в удовольствии и погладил девушку по нежной щеке.

Прохожие со страхом и любопытством косились на Тайрона. Не каждый день увидишь живого саорга, а уж саорга, проявляющего знаки внимания к человеку и даже рабу, тем более. Диана, с ошейником и без сопровождения надсмотрщика, привлекала внимания больше, чем сам Тайрон, хмуро взирающий на собирающуюся вокруг них публику.

— Ты как? — тихо, чтобы его услышала лишь девушка, спросил он.

— Они так на меня смотрят, что хочется спрятаться, — призналась Диана и поежилась, словно сбрасывая с себя чужие липкие взгляды.

— Идем! — ее ладошка тут же оказалась зажата в большой руке саорга, и он направился к дому Самшита, увлекая Диану за собой.

Знакомая просторная прихожая, из которой начинались два длинных коридора, встретила их блаженной прохладой. Из глубины прихожей вышла госпожа Ракежа. Завидев ее, Диана напряглась и непроизвольно отпрянула. На надсмотрщице, не смотря на дневную жару, был надет неизменный костюм, а в руках она держала фирменную плеть. Даже присутствие Тайрона не помогла Диане побороть страх. Глядя на ликерийку, сразу вспомнилась тесная каморка, где пришлось провести несколько ночей, почти замерзая и прислушиваясь к каждому странному шороху.

Зато наставница, едва взглянув на саорга, вздрогнула и побледнела.

— Господина Самшита сейчас нет, но, возможно, я смогу вам чем-нибудь помочь, уважаемый господин? — она попыталась приветливо улыбнуться, но растянутые губы в комплекте с испуганными глазами, преобразили лицо в жалкую гримасу.

— Мне нужен хозяин, — ответил саорг, не удостоив Ракежу даже взглядом. Тайрона обеспокоила резкая смена эмоций у Дианы. Он чувствовал ее каждой клеточкой своего тела. Девушка дрожала и так сильно стиснула его руку, что у нее самой побелели костяшки пальцев.

— Не угодно ли вам будет пройти в гостиную и выпить прохладительных напитков, пока я свяжусь с господином Самшитом? — пролепетала ликерийка. От волнения в ее достаточно низком голосе появились неприятные визгливые нотки.

— Угодно! — Тайрон взглянул на надсмотрщицу. Ему хотелось быстрее куда-нибудь усадить Диану и сказать ей наедине что-то ободряющее.

Он понимал, что дом работорговца вызывает у нее неприятные воспоминания, но идея прийти сюда принадлежала не ему. Сегодняшний визит был важен, прежде всего, для Дианы, и, именно поэтому, он терпел присутствие неприятной женщины с мерзкими эмоциями. Подобной гадости саорг не встречал даже при дворе императора. Похоже, надсмотрщица получала удовольствие от своей работы, ей просто нравилась власть над беззащитными, безответными людьми. Она упивалась этим.

Ракежа поежилась от его взгляда, коротко кивнула и развернулась на каблуках.

— Прошу вас следовать за мной, — быстро произнесла она и добавила: — раба можете оставить в прихожей.

Диана физически почувствовала, как напрягся саорг. Он выпустил ее руку и весь как-то окаменел. Глаза Тайрона полыхнули огнем, теряя свой привычный цвет, и девушка вдруг поняла, что сейчас произойдет что-то страшное, необратимое. Не задумываясь, она заступила дорогу саоргу, закрывая собой бывшую наставницу.

— Тайрон! Нет! Не надо! Прошу тебя! — закричала Диана, поднимаясь на носочки и обнимая мужчину за шею.

Ликерийка обернулась и увидела пламя, бушующее в глазах саорга. Издав приглушенный писк, она стала оседать на пол. Женщина с ужасом следила за каждым, даже самым малейшим движением Тайрона. В ее глазах застыл ужас. Она прикрывала рот ладонью, силясь не завизжать.

— Тайрон, пожалуйста! — Диана прижалась к саоргу и целовала его шею, подбородок, скулы… До чего могла дотянуться, стоя на цыпочках.

И мужчина дрогнул. Его руки обвили тонкую талию девушки. Решительным жестом он притянул ее к себе и впился в податливые губы злым, жадным поцелуем, гася в себе желание убивать, крушить, распылять все то, что могло навредить его Диане. Девушка жалась к нему, словно испуганный котенок, а каждый отчаянный стук ее сердечка саорг ощущал кожей, губами, всем своим существом.

— Диана… — выдохнул он, отстраняясь. Его глаза уже приобрели обычный вид, и Ди выдохнула с облегчением.

— Я здесь. Я с тобой, — прошептала она, продолжая обнимать саорга за мощную шею, словно могла удержать… Хотя… Только она и могла удержать этого огромного, опасного хищника.

Дыхание Тайрона выровнялось, но взгляд оставался злым. Саорг развернулся к все еще сидящей на полу, сжавшейся в комок, женщине.

— Если через пять минут здесь не будет Самшита, я распылю это проклятое богами место! — зло выплюнул он и, пропустив Диану вперед, шагнул мимо ликерийки в комнату, где увидел небольшой диванчик и пару уютных кресел.

Наставница подскочила и выбежала вон. Буквально сразу в помещение вошли рабы, одетые в такие же рубашки, в какой он впервые увидел Диану. Люди. Мужчина и женщина в ошейниках. Нет, это были не люди, это были тени людей. В их глазах не было жизни. Они двигались по инерции, выполняя приказ хозяина. Молча поставили на низкий столик поднос с напитками и так же тихо вышли. Саорг не ощутил от них ни единой эмоции, словно эти существа не думали, не мечтали, не существовали. Тайрон перевел взгляд на Диану.

Его женщина едва держалась на ногах, перенеся за бесконечно тяжелый день несколько стрессовых ситуаций, но виду не подавала, не жаловалась и не молила о передышке. Она просто шла рядом. Тихая. Несломленная. Желанная. Именно в этот момент саорг решил, что даже если Диана никогда его не полюбит, то его любви хватит на них двоих. Только бы она была рядом и хоть иногда ему улыбалась. Тайрон опустился в кресло, усадил Ди к себе на колени и прижал к груди, укачивая ее, будто ребенка.

— Спасибо, что остановила, — произнес он, упиваясь ароматом волос девушки.

— Спасибо, что остановился, — тихо ответила Диана. — Ракежа не самый приятный человек, но ее смерть ничего не изменит.

***

Не прошло и пяти минут, которые Тайрон почти любезно согласился предоставить ликерийцам, как в распахнутые двери вкатился хозяин дома. Разумеется, торговец вошел, но еще на пороге бухнулся на колени и, сделав скорбное, молящее лицо, пополз к дивану.

— Не погубите, господин саорг! Если я в чем перед вами виноват, но это по незнанию! — Самшит причитал, время от времени размахивая руками, и упорно приближался к Тайрону.

— Остановись, человек! — нахмурился саорг и встал, аккуратно пересадив Диану в кресло. — Я здесь не за тем, чтобы выслушивать твои визгливые оправдания.

Торговец затрясся, выпучил глаза, потом глубоко вздохнул и как-то обмяк, слово приготовился к самому худшему и смирился с этим. Его сердце сжималось от страха при одной лишь мысли, что грозный саорг мог с ним сотворить.

А во всем виновата девчонка! С первой минуты, как Самшит увидел Диану, он знал — грядут большие неприятности. Ах, если бы не ее брат, с такими милыми, невинными глазами, стройным телом… Ликериец гнал от себя мысли о юном седнианце. Глупо жалеть о том кого не имел, но все же он жалел… Жалел об упущенных возможностях. Новые мальчишки, купленные за последние дни, не шли ни в какое сравнение с Дении. И как досадно, что в нагрузку к столь редкому цветку шла сестра.

Безусловно, Диана красива и могла бы блистать в доме какого-нибудь богатого аристократа. Самшит планировал обучить девушку, а потом устроить закрытый частный аукцион. Девственность в Ликерии ценилась. Погрязшая в разврате империя дорого платила за невинность, ему ли об этом не знать? И все же… Все же интуиция не подвела торговца. Стоило саоргу увидеть рабыню, даже в непрезентабельном виде, и все!

Беда следовала за бедой. Сначала ему пришлось отдать за бесценок двух перспективных рабов, едва покрыв расходы на их приобретение и содержание. Потом, Самшит заметил слежку за домом. А два дня его постоянно кто-то допрашивает: тайная служба императора, комитеты по безопасности, доверенные императрицы и прочие, и прочие, и прочие. Все разговоры вертятся вокруг проклятой девчонки и ее брата! О, Денни! Ясноглазый птенчик!

Но и на этом несчастья ликерийца не закончились. Отдав седнианцев саоргу, он вернулся в дом и провел свое расследование, допросив с пристрастием всех от наставников до новеньких рабов. Лучше бы торговец пребывал в счастливом неведении. Когда Самшит узнал, что девчонка, обучение которой должно было вот-вот начаться, помогала новой рабыне, ярость затмила разум. Он приказал высечь Сайту, но помощники, как всегда перестарались. Пришлось тратиться на медицинскую помощь и самую дешевую капсулу регенерации. Терять третьего раба всего лишь за сутки не хотелось.

Едва плеть коснулась кожи Сайты, она завопила и выложила все, что знала о седнианцах и их побеге. Заодно, рабыня заложила своего любовника. Любовника! Подумать только! Ракежа, влюбленная, как кошка, в молодого мужчину, втайне от хозяина поставляла ему понравившихся рабынь. До поры до времени, пока это касалось опытных, обученных баядер, давно лишенных невинности, их проделки сходили им с рук, но ни в этот раз. Наставники, которым Самшит доверял, лишили его прибыли. А один из них выболтал лишнюю информацию и косвенно помог побегу двух рабов. Торговец планировал продать невинность девчонки, а теперь, после предательства Вашто, она значительно понизилась в цене. Кому он продаст ее? Разве что в бордель.

Для дома наслаждений Сайта решительно не подходила. Глаз у Самшита был хорошо наметан. Слишком скромна, слишком стыдлива и слишком порядочна. Если приступить к обучению девушки по развернутой программе, то она, скорее всего, сломается. А любая хозяйка богатого заведения ни за что не купит безвольную куклу. Клиенты предпочитают девиц умелых, но с норовом. Никому не интересно лежать с бревном. Особенно за то количество кредитов, которое берут в заведениях высокого класса. Значит, придется повременить. Прививать рабыне навыки постепенно, не шокируя, вот то единственное, что ему остается. Именно, такие планы были у торговца, тогда.

Жаль, очень жаль, что он никак не сможет наказать Ракежу. Слишком много знала сушеная стерва! Рисковать своим положением и достатком из-за какой-то рабыни Самшит не стал. Правда, наставника, так гнусно подставившего его, выгнал с позором. Единожды укравший — украдет снова, единожды предавший — предаст.

Одного только не учел торговец — влюбленности глупой рабыни. Как только негодяй Вашто вышел за дверь, с девчонкой случилась истерика. Наказание она перенесла. Пусть выболтала больше чем нужно, но не сломалась и не отчаялась. А вот уход любовника ее подкосил. Бывший наставник ни словом не обмолвился о Сайте. Да и зачем? Торговец прекрасно понимал, что ни один уважающий себя ликериец не запятнает родовое имя постыдной связью с рабыней. И, разумеется, Самшит подозревал, что девица была далеко не первая, кем воспользовался его служащий.

Но Сайта думала иначе, на что-то надеялась, а с уходом возлюбленного, словно умерла. Сутки девушка проплакала. Он сам приказал не трогать рабыню, дал ей время прийти в себя и успокоиться. И все было бы хорошо, но неблагодарная тварь раздобыла где-то нож и перерезала себе вены. Идиотка! Стоит ли целая жизнь одного неблагодарного кретина? С ее внешностью, она могла бы блистать и вертеть десятками мужчин, подобных Вашто. Ну почему женщины такие дуры? Почему, боги? Да, имей сам Самшит хоть толику красоты, коей обладала Сайта, половина империи лежала бы у его ног.

Возможно, было бы правильным дать девчонке умереть, но перевесила жадность. Теперь, падшая, необученная и, вдобавок, нестабильная рабыня годилась лишь для грязной работы. Ее вернули к жизни, но не свели постыдных шрамов с запястий. И это обошлось торговцу слишком дорого! Слишком! Лишь продав Сайту на аукционе, он сможет покрыть расходы. А все началось с проклятой седнианки! Это она виновата во всем! С ее появления в жизни Самшита началась черная полоса!

Казалось, еще немного и все закончится. Перестанут досаждать имперские службы, в норму придет торговля, но нет же! Когда он находился лишь в шаге от того, чтобы навеки избавиться от ненадежной рабыни, которая теперь взирала на мир с безразличием, в его жизни вновь появилась ОНА! Да поглотит ее космос! Торговец почти забыл ее, почти смирился с потерями, оплакал неполученную прибыль и то несостоявшееся удовольствие, которое планировал получить от ее брата… Ненависть, злоба и отчаянье, от того, что никогда не сможет отомстить негодной рабыне, просто бушевали внутри, раздирая Самшита на части!

А тем временем, сама седнианка, похоже, наслаждалась жизнью, находясь под защитой саорга. Бездна бы подрала его душу! Первое, что увидел торговец, прибежав на тревожный зов наставницы, свою бывшую рабыню, уютно устроившуюся на коленях у великого господина. Ну почему Самшиту так не везет! Заинтересуйся девчонкой кто-нибудь из аристократов, и его связей хватило бы для мести, но не сейчас. Сейчас он был бессилен, словно младенец. Что там говорить, против саорга не выступил бы сам император, что уж говорить о простом торговце.

Интересно, зачем прибыла эта парочка? Мысль о том, что господин Тайрон хочет вернуть товар, он отмел сразу. Слишком жадные и собственнические взгляды мужчина бросал на девушку, слишком бережно обнимал и весьма красноречиво целовал за секунду до прихода Самшита. Так не ласкают того, с кем хотят расстаться. Так зачем же они явились к нему? Торговец не мог просчитать ситуацию, а неизвестность пугала, заставляя его потеть и буквально трястись от ужаса. Слух о том, что ради девчонки саорг распылил распорядителя императорского дворца, уже облетел половину империи. Возможно, ничего подобного никогда не случалось, и это была лишь кем-то умело запущенная сплетня, но сам Самшит в нее верил. Радовало, что сейчас он стоял перед саоргом на коленях. Дрожащие ноги все равно не смогли бы удержать его вес. Неужели это последний день в жизни Самшита?

— Господин… — растерянно проблеял ликериец, разом растеряв все слова.

В глазах проклятого саорга полыхнуло пламя, и все волосы на теле торговца вмиг встали дыбом. Боги! Что испытывает человек, когда его тело распадается на мириады молекул? Кричит ли он от боли? Корчится ли? Или просто перестает существовать, переходя из одного состояния в совершенно иное? Господин Тайрон был зол, и раздражать его еще больше Самшит просто не посмел. Он предпочел заткнуться и выслушать, чего же все-таки желала пришедшая в его дом парочка.

— Мне нужна рабыня! — произнес саорг, и ликериец тихо, облегченно выдохнул.

Рабыня? Всего-то? Да пусть забирает любую, а в придачу к ней еще и пусть стерву Рагежу прихватит! Сейчас торговец готов был отдать все, что угодно, лишь бы остаться живым. Он, в отличие от глупой Сайты, понимал, насколько прекрасна жизнь, и не спешил с ней расставаться. Деньги можно заработать, новый товар можно купить, благо колоний у Ликерийской империи хватает, а вскоре появятся новые. Лишь жизнь не купишь ни за какие сокровища мира.

— Рабыня? — выдохнул он и попытался подняться на ноги. Запутался в полах роскошного халата, грохнулся, снова попытался встать, на этот раз опираясь об стену.

Тайрон смотрел на суетливые движения торговца и все больше и больше раздражался. Липкий страх ликерийца словно приставал к коже, и саорг ощущал себя грязным, испачканным. Он брезгливо передернулся и сложил руки на груди.

— Ты заставляешь меня ждать, человек!

Самшит выскочил наружу, и из коридора донеслось:

— Ракежа! Всех рабынь, какие есть в доме к господину саоргу! Быстро!

Даже на таком расстоянии Тайрон ощущал, как цепкие лапки страха отпускают черную душонку ликерийца. Он не знал, о чем думал торговец, но эмоции, вызванные теми мыслями, оказались тошнотворными. Саорг быстро обошел кресло и встал за спинкой кресла, на котором сидела Диана. Большие руки мужчины опустились на плечи девушке. Их тут же накрыли нежные ладошки. Его Ди предугадывала желания и сама того не ведая значительно облегчала ему жизнь. Тонкий аромат свежести заглушил все неприятные ощущения, и Тайрон, наконец, смог вздохнуть полной грудью.

— Я так волнуюсь, — прошептала Диана и чуть сжала его пальцы.

— Все будет хорошо, — тихо ответил он. — Мы обязательно найдем твою подругу.

Их внимание привлекли голоса и какая-то странная возня в коридоре. Не смотря на то, что двери гостиной были распахнуты, им ничего не удалось рассмотреть. Но вскоре вошла наставница Ракежа и повелительным жестом приказала рабыням входить.

Девушки, числом немногим больше двадцати, по приказу ликерийки, выстраивались в линию перед саоргом и сидящей в кресле Дианой. Одни красовались в изысканных нарядах и бросали на Тайрона кокетливые взгляды, другие, одетые в рубища, испуганно озирались и тут же опускали глаза в пол.

Тайрон обвел взглядом рабынь. Определенно, жительницы иных планет подходили саоргам намного больше ликериек. Ни одна из девушек не вызвала у Тайрона отторжения, но и с Дианой не могла сравниться ни одна из них.

Самшит замыкал процессию. Испуганно покосившись на гостя, торговец не решился войти в гостиную, а остался стоять в дверях. Он переступал с ноги на ногу и нервно кусал губы, пока Тайрон рассматривал его товар. Похоже, увивать ликерийца сегодня никто не собирался. Значит, он мог поторговаться с саоргом… Или нет? Или все же да? Как же хочется денег, но жить хочется еще больше!

— Перед вами все женщины, великий господин! — сладким голосом пропел Самшит.

— Ее здесь нет, — прошептала Диана тихо-тихо, но саорг услышал ее. Не ушами — сердцем.

— Среди этих рабынь нет той, что нужна мне! — рассерженно прогрохотал Тайрон. — Не вздумай играть со мной, человек!

Играть? Боги, уберегите его от таких игр! Что же ему нужно? Самшит пребывал в растерянности. В его доме больше нет ни единой рабыни… Да! В доме нет, но есть Сайта, которая помогла мерзкой седнианке бежать. Ее торговец оставил под присмотром администратора аукциона. Вот она возможность отомстить! И пусть подобная месть ничтожна, но сам факт погреет душу ликерийца.

— Клянусь, это все женщины, что есть в моем доме, господин! — Самшит низко склонил голову и постарался успокоиться, чтобы ничем не выдать свою ложь.

Тайрон оглядел заметно побледневших девушек, трясущуюся, как лист на ветру, наставницу и велел:

— Вон!

Дважды приказывать не пришлось. Рабыни, толкая друг друга, ринулись к дверям так быстро, что создали в проходе давку.

— А ты, — обратился саорг к торговцу, когда помещение опустело, — подойди ко мне!

— Господин! Клянусь, я сказал вам чистую правду! — завизжал Самшит, но ослушаться не посмел и шагнул в направлении Тайрона.

Саорг и сам чувствовал, что ликериец не лжет, но явно что-то скрывает.

— Ближе подойди, человек! — произнес он. — И я посмотрю, насколько чиста твоя правда.

— Мы ищем Сайту! — воскликнула Диана.

Она изо всех сил пыталась не вмешиваться, но эмоции все же взяли верх. Девушка испуганно взглянула на Тайрона (наверняка саорг не одобрит ее спонтанную реплику), но в ответ получила теплую улыбку мужчины. Однако, на торговца он посмотрел уже взглядом, пробирающим до мурашек, способным превратить горячую, живую кровь в лед.

— Ты слышал, человек? — спросил саорг, не сводя полыхающих глаз с дрожащего ликерийца.

— Слышал, господин! — Самшит упал на колени и проклял свое сиюминутное решение о мести. Он все отдаст, не нужно никаких денег, пусть заберут все, но исчезнут из его жизни навсегда и вселяющий ужас саорг, и проклятая седнианка. — Сайты здесь нет!

Последний крик Самшита походил на писк грызунов, попавших в лапы лисицы. Торговец в мольбе протянул к Тайрону руки и тут же заорал от нестерпимой, нечеловеческой боли. Прямо у него на глазах, кисти рук подернулись дымкой и стали распадаться на мельчайшие кусочки.

— Пощадите! Пощадите! — визжал он.

Ликериец не видел, как тонкие пальчики девушки погладили грубую мужскую ладонь.

— Тайрон, пожалуйста! — прошептала Диана. Она зажмурилась, потому что не могла видеть происходящего. И слышать она тоже не могла.

— Извини, — тихо ответил ей саорг. — Уже можешь открыть глаза.

Вопль торговца прекратился сразу, как отступила боль. Только что он корчился в муках, и вдруг наступило блаженное облегчение. Молекулы его рассыпающегося тела вновь собрались воедино. Самшит смотрел на свои целые руки, и глаза застилали слезы. Все еще не веря, он пошевелил пальцами и всхлипнул.

— Ты не внял моему предупреждению и солгал мне! — Тайрон говорил спокойно, поглаживая подушечкой большого пальца девичью ладонь. — Ты утаил нужную мне информацию. И если разочаруешь меня еще раз…

— Нет! Нет, господин! Дайте мне пять минут, и Сайта будет здесь! Клянусь вам! Клянусь своей жизнью! — затараторил Самшит, что-то спешно набирая в ксонике.

— Твоя жизнь ничего не стоит, человек! Помни об этом!

Услышав последние слова, торговец чуть не грохнулся в обморок, но быстро закивал и стал шепотом отдавать распоряжения. Пять минут тянулись бесконечно. Диана сходила с ума от беспокойства, но присутствие Тайрона, его молчаливое спокойствие немного отвлекали ее от грустных мыслей, даря надежду на лучшее. Ликериец продолжал трястись, так и не поднявшись с колен.

Когда в гостиную ввели Сайту, Диана ахнула. Она не узнавала в этой ссутулившейся женщине с пустыми глазами и поблекшими волосами, ту задорную, пышущую энергией девушку, что помогла им с братом выбраться.

— Сайта! — позвала она подругу.

Рабыня вздрогнула, медленно подняла опущенную голову и прошептала:

— Ди…

— Да, это я! Я! — Диана бросилась к ней и обняла.

Девушка сначала, словно не понимала, что ей делать, а потом прижалась к подруге и горько-горько разрыдалась, выплескивая из себя напряжение последних дней. Она голосила, подвывала и всхлипывала, но Диана лишь крепче прижимала ее к себе и повторяла, как молитву:

— Поплачь, поплачь! Пусть это будет самое страшное, что приключилось с нами!

— Ди… — всхлипнула девушка, когда сил на слезы не осталось.

— Я рядом, Сайта. И всегда буду рядом, когда тебе понадобится моя помощь.

Все это всемя и саорг, и ликериец молчали. Один не хотел мешать, а второй… Второй прощался с жизнью, проклиная свою глупость.