Дисгардиум 12. Единство-1

Глава 1. Синхронизация

В абсолютной тишине я слышал лишь собственное сердце. Таймер перегенерации Стылого ущелья дошел до нуля, но ничего не произошло: я все так же висел в великом ничто. Переживать было рано: эта нестандартная ситуация для управляющего ИскИна далеко не первая в череде тех, которые нужно просто переждать.

А вот то, что смутно меня беспокоило, наконец обрело формы и четкость: Девятка — новая верховная жрица Нергала. Да, Бомбовоз, Гирос, Деспот и Ояма разогнали жрецов, сорвали обряд ее призыва, но было бы наивно считать, что этим все закончится. Слишком могущественен Нергал, чтобы можно было обломать его планы простым разрушением пусть даже главного храма.

Явившись в наш мир, Девятка первым делом уничтожит все храмы Спящих и нейтрализует меня. Следующим шагом может стать возвращение контроля над Ядром Чумного мора, и, если это случится, например, путем уничтожения Большого По и создания нового, уже третьего, Ядра… при любом подобном раскладе для меня все закончится плохо.

Без Спящих мне не добиться гражданства, а без него и способностей инициала негражданин Алекс Шеппард может поставить крест на своей так толком и не начавшейся жизни. И ладно бы пострадал только я, но ведь и «Сноусторм» со своими зловещими планами не успокоится…

Хуже всего, что я понятия не имел, что делать, если Бета номер девять явится в Дис. С ее уровнями и способностями остается надеяться, что управляющий ИскИн при переносе не сохранит ее достижений, но глупо пускать все на самотек. Нужно что-то делать, вот только что?

Решение родилось из опыта инициала. Обнулится Девятка или нет, ее основные силы будут от Нергала, а тот черпает их из веры последователей. Помнится, без нее даже Бегемот не защитил свой храм от не очень-то и сильного лича Шазза, легата Чумного мора.

Значит, нужно сократить приток веры, посадить Лучезарного на голодный паек. Сделать это можно лишь одним способом — уменьшив число его последователей. И в этом хороший пример показал король Содружества Бастиан Первый, запретив поклонение Нергалу на всей территории Содружества. Хороший пример, с помощью которого я могу попробовать убедить лидеров других фракций. И как же удачно получилось, что сейчас в Стылом ущелье собираются лидеры практически всех, кто мне нужен…

Поняв, что делать, я скрежетнул зубами. Если лидеры нейтралов и император Крагош встретятся с Большим По и легатами, пока я завис здесь, может случиться непоправимое!

Управляющий ИскИн, словно услышав мое нетерпение, дал наконец о себе знать — таймер исчез, сменившись строчками:

Обнаружен нестандартный запрос передачи данных!

Анализ… УСПЕШНО.

Обнаружен игрок «Скиф, человек, горевестник 474-го уровня».

Обнаружен игрок «Скиф, человек, предвестник 1 036-го уровня».

Анализ… СОВПАДЕНИЕ ID.

Синхронизация… УСПЕШНО.

Пересчет параметров…

ОШИБКА: несовпадение классов!

Поиск решения в рамках игрового процесса…

ЖДИТЕ… 1… 2… 3…

Процесс снова остановился, лишь сменялись секунды ожидания, и на пятой ИскИн нашел решение:

Объединение игровых аккаунтов… УСПЕШНО.

Пересчет параметров… УСПЕШНО.

Присвоение нового игрового класса… УСПЕШНО.

Логи исчезли, и передо мной всплыло уведомление:

Скиф!

Ваш новый игровой класс сохранит тип «предвестник» как приоритетный, но в качестве специализации получит бонусы и штрафы дополнительного класса.

В соседнем окошке открылось описание. Смущало, что я продолжал пребывать в великом ничто и, не понимая, что нужно сделать, чтобы попасть наконец в Дис, изучил свой новый игровой класс.

Предвестник

Уникальный класс.

Специализация: горевестник.

Бонусные характеристики: харизма и удача.

Только отмеченный богами может стать предвестником грядущих изменений мира. А поскольку таковые не намечаются, но мистер Инганнаморте настаивает на внедрении всех возможных классов до запуска Диса, то я тупо набиваю текст. Бла-бла-бла, великий предвестник чего-то там, все дела. Нергал пускает молнии из задницы! Или свет? Да пофиг. Мой кот нассал мне в ботинок, скотина! Ох…

Аура горевестника несет несчастья всем тем, кто уступает ему в удачливости, но осмелился поднять на него руку. Чем больше бед постигает его врагов, тем больше везет ему и его союзникам.

Классовые бонусы:

+100 уровней к навыку убеждения.

+100 % к удаче.

+5 к харизме и + 15 к удаче за каждый уровень.

+50 % к урону дистанционным оружием.

+30 % к скорости передвижения.

−99 от удачи противников за каждый уровень горевестника в радиусе 40 метров.

Навык «Сокрытие сущности».

Навык «Имитация».

Навык «Божественное озарение» (спонтанный).

Классовые штрафы:

−50 % от торговых скидок.

−30 % от грузоподъемности.

−90 % от объема инвентаря.

−50 % от показателя брони.

−50 % от силы.

−50 % от восприятия.

−50 % от выносливости.

−50 % от харизмы.

−50 % от интеллекта.

−50 % от ловкости.

Два бредовых класса, объединившись, стали еще бредовее, а при виде штрафов любой другой, не владеющий Единством, уже удалил бы персонажа.

Описание ИскИн не мудрствуя лукаво собрал из двух, причем от предвестника взял весь тот бредовый текст Вовы Картавого, кем бы он ни был. Помнится, когда я пожаловался на забагованный класс в техническую поддержку, ответ пришел от давно замолчавшего человека, который подписывался именами персонажей многосерийного файтинга. В том письме он использовал имя «Райден» и посоветовал не искать Вову Картавого, поскольку тот уже «давно не с нами».

ИскИн продолжал держать меня вне игры, и от нечего делать я начал размышлять о том, с кем же на самом деле переписывался, когда только стал «угрозой», почему этот человек замолчал, и был ли он на самом деле Кираном Джексоном, как тогда представлялось. В личной беседе на Дистивале Джексон сделал вид, что не понял, о каких письмах идет речь, а я тогда решил, что так и должно быть — ведь раз человек подписывается именами вымышленных персонажей, то вряд ли признается, что он и есть автор писем топовой «угрозе».

Однако… Киран Джексон спал и видел, как я отрекаюсь от Спящих. «Райден», отвечая мне на письмо о забагованном предвестнике, писал в шутливой и доброжелательной форме, что Джексону было совсем не свойственно. Этот, даже шифруясь, писал бы жестко, требовательно, с превосходством. Нет, не с ним я обменивался сообщениями, а с кем-то, кто…

С кем-то, кто стоял выше в иерархии «Сноусторма», возможно, у истоков разработки, помнил Вову Картавого и называл его Владом. А на тот момент таковым мог быть только один человек.

Майк Бьорнстад Хаген. Последний из оставшихся в живых отцов-основателей «Сноусторма»…

Обдумать идею не успел, поле зрения посветлело, вспыхнула и исчезла строчка:

Точка слияния персонажей определена: «Стылое ущелье».

Следом обозначились и проявились смутные очертания предметов, и я оказался в той же пещере, где мы прикончили Отродье Бездны. Пропасть, ведущая в великое ничто, исчезла, заросла камнем. Ни о нашем бое, ни о сгинувшем боссе ничего не напоминало. Большой По и легаты, очевидно, не дождавшись меня, пошли наверх.

Понимая, что, если они нарвутся на союзных неписей, может случиться непоправимое, я рванул наверх… и остановился, сообразив, что ко мне вернулись способности, отнятые в зоне изоляции. Открыв меню Глубинной телепортации, я изучил список и выругался — маячка для прыжка не было. Ну правильно, ведь наверху, в Стылом ущелье, был не я, а обнуленный Скиф.

Что ж, мне хватит и Ясности с Полетом. Замедлив время, я взлетел и рванул по извилистому тоннелю наверх.

В полете не удержался — сначала отписал Большому По, чтобы дождались. Он ответил, что они уже выбрались наружу и будут ждать у входа в шахту.

Следом я открыл свернутые уведомления и пробежался по ним взглядом. На первом же мой взгляд споткнулся:

«Первозданное кайло Хозяйки Медной горы» разрушено.

Злой дух Торфу обретает свободу!

Это было ожидаемо — Стылое ущелье вернулось в Дис, заклятие Кибелы спало.

Да, мифическую кирку было до слез жалко, из инвентаря она исчезла, зато туда вернулись все мои вещи. Вот только куда делся разговорчивый Торфу? Ведь злой божок должен был, освободившись, появиться где-то рядом? Но его нигде не было. Да и пусть катится, таких «дружественных» эгоистичных божков лучше в окопы врагам подкидывать, чем держать при себе.

Выкинув его из головы, я промотал полотно уведомлений о новых уровнях и увидел главное:

Новый уровень! Текущий уровень: 1 101.

Доступно 235 свободных очков характеристик!

В этот момент во мне взвыл давно забытый хомяк Перчик, напомнив, что после победы над Отродьем Бездны я не успел распределить больше двух тысяч свободных очков характеристик, которые просто-напросто сгорели при пересчете параметров. Хомяка я заткнул напоминанием о том, что и без того получаю от Единства десятки тысяч очков, и нечего так страдать, но вот с внутренней жабой Пельмешкой так просто фокус не прошел: она продолжала душить, пока я раскидывал свободные очки в восприятие и выносливость.

Окончательно она замолчала, когда я изучил следующие строчки:

Разблокировано легендарное достижение «Самый первый: 1 100-й уровень»!

Вы первым в Дисгардиуме достигли 1 100-го уровня! Ваше имя навеки будет вписано в историю, ведь такие, как вы, расширяют пределы возможностей любого разумного и дают другим пример того, чего можно добиться!

Награда: навык «Откат».

Откат

При активации откатывает вашего персонажа в то же состояние, в котором он пребывал за 5 минут до активации навыка, включая позитивные и негативные эффекты, показатели жизни, маны и классовых ресурсов.

Срабатывает автоматически в случае получения смертельного урона.

Откат: 1 час.

Скупые строчки описания даже близко не передавали полезность нового навыка! По сути, к моей Второй жизни прибавился Второй шанс, только назывался иначе — Откат.

Прикидывая ситуации, в которых новый навык поможет, я не заметил, как долетел до поверхности. Выйдя из убыстрения, я вылетел из пещеры и оказался под дождем в Стылом ущелье. Лило как из ведра, за стеной дождя темнели силуэты и слышались неясные крики.

Всмотревшись, чертыхнулся. Пока я скучал в великом ничто, а потом летел сюда, началось то, чего я боялся: союзники увидели новое Ядро Чумного мора!

Метрах в сорока от меня стоял Полидевк, к нему испуганными котятами жались его обнуленные легаты, а из узкой горловины ущелья, со стороны Радужной долины, изливались союзные войска неписей, ведомые императором Крагошем и Лисентой, Первой среди дриад.

Они уже опасно приблизились, и намерения в отношении Большого По и его легатов у союзников были самые серьезные, но и у Ядра нашлось бы чем ответить. По тому, как сжались кулаки Полидевка, как сам он напрягся, я понял, что последует дальше: Чумная ярость.

— Не вздумай, По! — заорал я, взлетев и рванув к нему, но, понимая, что не успеваю, активировал Ясность.

Успел. Сбив друга с ног, проявился перед ним, велел не делать глупостей, потом нашел взглядом Магвая и, качнув головой на Полидевка, спросил:

— Сможешь повторить тот фокус с исчезновением? Как тогда, в бою с Отродьем Бездны? Так, чтобы и его забрать?

Легат на мгновение прикрыл глаза и в следующий миг исчез вместе с остальными. Полидевка он прихватил с собой. Со стороны армии неписей, заполонивших ущелье, раздались негодующие вопли, а землю возле меня засыпало копьями, стрелами и смертоносной магией…

— Прекратить! — разнесся эхом рык Крагоша.

Скалой встав на пути разливающегося из каменной горловины войска, он поднял руку. Другие лидеры сделали то же самое. Император сделал два шага вперед и остановился. Ну да, не ему же ко мне идти…

Отряхнувшись и выдернув воткнувшееся в меня, я выдохнул и полетел к лидерам союзной армии. Огонь они прекратили, но, судя по обнаженному оружию и магическим всполохам, были готовы возобновить его в любую секунду. Понятно, что не все знали Скифа лично, а даже те, кто знал, только что видели, как я говорил с нежитью. Можно, конечно, соврать им, что я атаковал Ядро и оно ретировалось вместе с легатами, но сердце подсказывало, что сейчас лучше быть честным.

Опустившись на землю, заметил, что на этом участке сухо — над союзной армией кто-то развернул незримый магический зонт. На меня смотрели суровые лица тех, кого мне нужно было убедить в том, что миру грозит опасность посерьезнее, чем Чумной мор.

Орка с примесью крови огров Крагоша и дриаду Лисенту я знал, а вот с остальными встретился впервые.

Сначала в глаза бросалась могучая фигура Гипера, лидера титанов. Он возвышался над всеми и носил звание Идущего по небу. Глядя на него, намного превосходившего ростом императора Крагоша, я подумал, что такое звание неспроста. Титаны и гиганты в Дисгардиуме считались самыми могучими, обе расы легко достигали четырех-пяти метров роста, но, скажем, Бомбовоз, хоть и был титаном, едва ли был выше двух с половиной. В Гипере насчитывалось метров шесть, а в плечах он был так широк, что мог бы посадить на плечо того же Крагоша.

Впрочем, император предпочел стоять сам, а на плече титана сидела обворожительная королева фей Уна. Слышал, что фейки способны при желании становиться чуть ли не человеческого роста, но их правительница явилась на битву в нормальном для себя размере — с человеческую ладонь, прелестная до невозможности. Она была единственной, кто, глядя на меня, улыбался, впрочем, улыбка была загадочной, словно она что-то обо мне знала, но не собиралась рассказывать что именно, держа меня в неведении.

Стоя между Гипером и Лисентой, налившимися кровью глазами исподлобья смотрел на меня кентавр Фол Магнесийский, чье грубое лицо скорее походило на огровское, нежели на человеческое.

Человек-слон Меррик Ужасающий, лидер лоферов, был весь в шрамах и ростом не уступал Крагошу.

Если не считать фею Уну, хоббит Ноб-Из-Пригорья был самым невысоким среди остальных лидеров нейтралов. Полурослик казался малышом даже рядом с гоблинами Говарлой и Стелтодаком.

За их спинами толпились трогги, кобольды, гноллы, нимфы, мурлоки, голиафы, но, за отсутствием единоначалия, они были представлены лидерами отдельных племен. Учитывая, что легионы Крагоша собраны со всего Шэд’Эрунга, в Стылом ущелье и Радужной долине сейчас находились представители всех разумных Дисгардиума, кроме тех, что представляли Содружество. Бастиан Первый не пришел, а потому в этой пестрой армии я не увидел ни людей, ни эльфов, ни дворфов с гномами.

Что ни говори, а особы передо мной стояли самые что ни на есть королевские, поэтому я, опустившись на колено, приложил кулак к сердцу и склонил голову.

— Можешь подняться, предвестник Скиф, — позволил Крагош. — Говори.

— Предвестник Скиф приветствует вас… — вложив в интонации максимум уважения, я перечислил их имена, титулы и звания. — Благодарю за то, что откликнулись на зов моих друзей из Лиги гоблинов…

— Оставь праздные речи, предвестник! — перебил император Крагош. — Мы лицезрели, как ты говорил с новым Ядром и его легатами, после чего они скрылись! Тебе лучше найти разумное объяснение этому, иначе…

Зная его, я понимал, что, будь на моем месте любой другой, от него бы уже и мокрого места не осталось, но моя репутация, причем не только с Империей, но и с другими фракциями, после Демонических игр и уничтожения старого Ядра достигла максимального уровня — превознесения. Поэтому определенная фора у меня имелась, и я надеялся не растерять ее, объясняя, почему новое Ядро — наш союзник, а истинный Враг — совсем не Чумной мор.

— Вы правы, ваше императорское величество, — ответил я. — Я говорил с Ядром, но как вы верно заметили, оно новое и находится под контролем моего друга, неумирающего Полидевка, который, к тому же, является последователем Спящих. Прежнее Ядро было создано и контролировалось Нергалом, а свои силы черпало из Бездны…

Слова, заранее подготовленные мною, изливались гладко, апеллировали к мудрости великих лидеров и общей ситуации в Дисгардиуме, заранее сглаживали углы, уменьшали подозрительность и взывали к логике. Ведь прецендент по привлечению в союзники демонов, ранее смертельных врагов всех смертных, еще был свеж в памяти, а новая угроза разумным превосходила самые страшные сказки и удачно вписывалась в Пророчество Первого шамана, озвученное мне лично императором Крагошем при первой встрече.

— Живой и мертвый, демон и смертный встанут плечом к плечу против общего Истинного Врага, — процитировал я то, что вызубрил намертво, готовясь к этой встрече. — Надеюсь, вы помните эти слова?

— Это лишь слова… — сплюнул кентавр Фол Магнесийский, показав крупные лошадиные зубы. Глянув на Крагоша, он издал раздраженный звук, отдаленно напоминающий ржание, и спросил: — Что скажешь, орк?

— Сдается мне, имперцы ведут свою игру, сговорившись с Лигой! — воскликнул хоббит Ноб-Из-Пригорья. Если существует писклявый хрип, то сказано было именно им. — Лисента, ты поставила на кон свое честное имя, при этом все мы наслышаны о подвигах Скифа на Холдесте, а стелет он так гладко, как и не снилось моей говорливой тетушке Хескарии, при том что она, вы должны знать, могла и окаменевшего тролля разговорить…

— Довольно, — безэмоционально оборвал его титан Гипер. — В своем красноречии ты переплюнешь и Скифа, и свою тетушку, Ноб, чем заставишь нас забыть о главной цели.

— Главная цель, ради которой мы собрались, только что дала деру! — воскликнул кентавр Фол Магнесийский и злобно посмотрел на гоблинов. — Чую, нас обвели вокруг пальца!

— Да, — кивнул Гипер. — Мы здесь, чтобы задавить в зародыше новый Чумной мор. Но… Я услышал, что предвестник Скиф берет на себя ответственность за действия своего друга Полидевка, волей небес ставшего новым Ядром. Со времен войны с Роем не помню, когда такое было, чтобы мы, разумные трех континентов, собрались в единую армию. Может, и прав предвестник, пришло время всем нам отринуть прежние распри. — Титан посмотрел на Крагоша, на пока не вымолвившую ни слова Лисенту, на кучку гоблинов под ногами. — Вы это затеяли, вы нас собрали. Говорите! Что нам делать?

— Не спеши с выводами, Идущий по небу, — бархатным голосочком пропела сидевшая на его плече фея Уна. Вспорхнув, она зависла перед моим лицом, ткнула мне в нос изящным пальчиком. — Скажи, предвестник, почему демоны помогли тебе против Чумного мора? Что такого ты им пообещал взамен? Надеюсь, не свою бессмертную душу?

— Он отрекся от звания демоноборца, — прорычал Крагош. — К чему эти расспросы, Уна? Ты не веришь мне?

— Или забыла, чем твое племя обязано мне? — с неуловимой угрозой в нежном голосе пропела дриада Лисента. — Ваш никчемный союз с титанами…

— Довольно, — перебил я, и Гипер взглянул на меня с интересом. — Я отвечу на вопрос ее величества Уны. Да, я отрекся от звания демоноборца, но сделал это, выбрав меньшее зло — демонов. Да и вообще, это еще вопрос, зло ли они.

— Демоны не зло? — спросила Уна, ужаснувшись. Она вернулась на плечо титана и что-то прошептала. Гипер нахмурился, положил руку на рукоять колоссального топора за спиной.

— Все интереснее и интереснее! — довольно воскликнул хоббит Ноб-Из-Пригорья. — Занимательные дела творятся на задворках Дисгардиума! Мне все более очевидным становится, что существует закулисная рука зеленокожих коротышек!

— Осторожнее, полурослик! — прошипел гоблин Стелтодак.

— А что? Правда глаза колет? — ехидно поинтересовался Ноб-Из-Пригорья. — Всем известно, как Лиге дали по носу в Кинеме, и из чувства мести те поддались на уловки Скифа, который, как всем известно, и сам был высшим легатом Чумного мора! Того самого Скифа, для которого и демоны отнюдь не зло, и новое Ядро, как выясняется, его рук дело. Получается, «Детей Кратоса» оговорили?

— И Крагош все это покрывает… — прогундел под хобот лофер Меррик Ужасающий. — Да, все это дурно пахнет, но, раз уж мы все выбрались из наших захолустий и собрались здесь, давайте дослушаем Скифа. — Он вышел вперед, коснулся хоботом моей груди, будто принюхиваясь, после чего обратился: — Предвестник, то, что ты якшаешься с демонами и нежитью, доверия к тебе не внушает, ты же не будешь с этим спорить? Почему мы должны тебе верить? С чего ты решил, что нам грозит Истинный Враг?

«Глянь направо и вверх», — пришло сообщение от Бомбовоза. Покосившись, я увидел его, Ояму, мелькнувшую тень Деспота и притаившегося, как пес на охоте, Монтозавра. Увидел, и они исчезли — не иначе мой наставник врубил маскировку. Впрочем, ее не хватило, чтобы скрыть осыпающиеся под тушами древнего ящера и демона камни.

«Пока не вмешивайтесь», — ответил я другу, а сам посмотрел в лица собравшихся лидеров и уверенно заговорил:

— Сначала о демонах. Да, я бывал в Преисподней и разговаривал с великими князьями Диабло, Белиалом, Азмоданом и Люцием. Со времен Демонического пакта изгнанные из родного мира демоны мечтают вернуться в Дисгардиум, и, если бы не наша победа в последних Играх, они бы уже вернулись. Вам бы пришлось смириться с тем, что мир придется с ними делить, понимаете? Еще год-два, может, три, но рано или поздно демоны вернутся. Вам с ними жить. Своими врагами они считают Новых богов, а не вас…

«Скиф, долго нам еще прятаться?» — пришло другое сообщение, на этот раз от Большого По. Понимая, что другого шанса обзавестись новыми союзниками может не представиться, я не стал отвечать, сосредоточившись на своих словах лидерам.

— Именно поэтому демоны помогли в войне с Чумным мором. Они не хотели возвращаться в Дисгардиум, полный нежити, а потому положили почти все свои легионы в битве с темными Новыми богами, в чьих руках легаты Чумного мора стали не более чем марионетками. Такая же жертва была принесена императором Крагошем и Лисентой, Первой среди дриад. Они выжили чудом, благодаря вмешательству Спящих богов, и не только они дрались против нежити и покровительствующих темных богов, но и мои друзья…

Крагош кивнул мне, и я продолжил, чеканя слова:

— Кобольды-отщепенцы вплоть до последнего щенка. Племя троггов, изгнанных из-под Даранта. Культисты Старой богини смерти Морены, гонимые в Империи. Отчаянные наемники и гладиаторы Зеленой лиги, вступившие в битву вместе с сынами и дочерями гоблинского племени. Люди моего наставника Оямы из лахарийской деревни Джири, включая его дочь и внука… Разве вы не видите, что все они, такие разные, объединились перед лицом общего врага, не щадя своих жизней? — Я строго взглянул на хоббита, его щеки заалели. — Многие в той битве ушли безвозвратно, их души пожрал Ктулху, но что-то я не помню там ни одного полурослика. Ваше племя решило отсидеться, Ноб-Из-Пригорья? Так может тогда вы и есть та самая закулисная рука?

Я выдохся и сделал паузу, и тогда, встав рядом со мной, заговорил император Крагош. Прибив притихшего хоббита взглядом к земле, он рыкнул:

— Отсидеться не получится! Постыдился бы, Ноб! Твои предки не отсиживались в Войне Кольца!

— Как и в той войне, в битве на Холдесте мы не делили своих на демонов и смертных, последователей Старых или Новых богов, на орков и людей, эльфов и вампиров… — сказала Лисента звенящим голосом. — Мы были живые, а с той стороны — нежить. Мы потеряли многих, но, благодаря Скифу, победили. Мы живы. Не только мы, но и вы! Вы все, погрязшие в своих распрях, интригах, мелочных склоках!

Крагош положил руки на наши с дриадой плечи и пророкотал:

— Сегодня предвестник принес нам дурные вести, ибо такова судьба любого предвестника! Вы будете дураками, если не прислушаетесь! Такими же дураками, как мой старый друг-враг Бастиан, которого я давно предупреждал о заговоре в стенах его дворца, как мой прадед Кинаурк, отказывавшийся признать существование Роя…

Пока император говорил, я всматривался в лица тех, кто стоял в задних рядах. Они жадно ловили каждое слово, сказанное кем-то из нас, но в их взглядах читался не только интерес, но и недоверие, и страх, и нежелание рисковать собой во имя каких-то неведомых угроз. Прямо сейчас воевать от них не требовалось, мне нужно было другое: чтобы вера последователей Нергала пошатнулась, чтобы их рассказы о сегодняшних событиях пошли по городам и весям всего Диса и заставили засомневаться других.

Для этого им нужен был толчок, и я собрался его дать.

«Соберитесь за моей спиной и будьте готовы», — написал я Бомбовозу и Большому По, надеясь, что они догадаются показаться как-то эффектно, учитывая важность момента.

Крагош замолчал. Дав собравшимся вникнуть в его слова, я перешел к главному, но начал с другого:

— «Дети Кратоса», на чьей земле мы стоим, верные марионетки Нергала Лучезарного. Этот Новый бог — сильнейший из всех, но ему всегда было мало. Мало власти, мало веры, мало молитв… Нергал ревниво отслеживал все, что могло стать угрозой для него, и давил это в зародыше. Вспомните, почему жители древней Андеры повернулись к Хаосу и обратились в демонов? Почему сгинули Старые боги, а зверобоги вынуждены скрываться? Почему Нергал осыпал своих последователей наградами, когда в Лахарийской пустыне появился храм Спящих? Дисгардиуму не видать свободы, пока вы верите и поклоняетесь Нергалу! Но ему всегда будет мало…

Сделав паузу, я изучил, что советует Убеждение. Пока все, что я произнес, не работало. По всей видимости, собравшихся неписей мало волновало сказанное, и нужно было надавить на другое — на их глубинные страхи, на возможные потери, на то, чем пугают каждого ребенка в Дисе.

— Не уверен, что вы это знаете, но Нергал Лучезарный и Мардук Сумрачный — Новый бог, единый в двух лицах. Подумайте, как это подло — натравливать последователей этих двух богов друг на друга! Сколько матерей потеряли своих сыновей и дочерей в бессмысленной войне Содружества и Империи?

Замолчав, я изучил реакцию. Ага, загомонили, зашептались, закричали возмущенно, затребовали доказательств. Пока обойдутся, сейчас важнее развить тему.

— Нергал нашел путь в Бездну и привлек в свои верховные жрицы Девятку. Сейчас я расскажу вам, кто это и как я это узнал…

Рассчитывая на то, что меня слушают не только те, к кому я обращался, но и Ояма с Деспотом, в своей истории я вытащил наружу все, что било по репутации Нергала: от манипулирования Небесным арбитражем до подчинения Жнеца и создания из него Ядра Чумного мора. Рассказал о садизме Девятки и ее силе, о том, как меня пытали — не только она, но и «Дети Кратоса», а потом жрецы Лучезарного бога света и Первый инквизитор Ларион. Не стал скрывать, почему и ради чего они это делали, поведал о Единстве всех последователей Спящих и о том, что произойдет, если они пробудятся. И что может стать толчком для этого — Прорыв Бездны, под которым можно понимать и призыв Девятки, ставшей для меня олицетворением бета-мира.

Говорил емко и кратко, потому что нужно было спешить добить «Детей Кратоса» и потому что что-то ныло острой занозой в сердце, словно я упускал последние минуты, чтобы успеть избежать чего-то страшного, но хватило и этого. Все-таки мой высокий навык убеждения, харизма и превознесение с каждой из представленных фракцией делали свое дело.

Закончил я тем, что повторил пророчество Первого шамана:

— Живой и мертвый, демон и смертный встанут плечом к плечу против общего Истинного Врага. Мы все здесь живые и смертные. Но против Врага плечом к плечу с нами встанут и мертвые, и демоны. Знакомьтесь…

Я взлетел, подал сигнал друзьям и начал представлять тех, при виде кого раньше все разумные Диса разбежались бы в ужасе:

— Новое Ядро Чумного мора — мой друг Полидевк. Его легаты, чьи имена знакомы каждому в Дисгардиуме: Магвай, Ланейран, Критошибка, Ронан, Крей, Бьянканова, Айлин.

Из складки в ткани мироздания сначала вывалилась туша Большого По. Невозмутимо отряхнувшись, он помахал всем пухлой ручкой. Следом явились легаты. Четыре мертвеца встали на одно колено и ударили себя в грудь, три девушки изобразили книксен, а Магвай выкрикнул:

— Нет смерти в служении Чумному мору!

Неписи, и без того сильно напрягшиеся при виде нежити, схватились за оружие, но успокоились, увидев, как Большой По дал подзатыльник бывшему высшему легату.

— Простите его, господа короли и королевы, а также доблестные бойцы! — пожал плечами Большой По. — Этот легат немного отсталый.

Магвай зарычал, и Ланейран принялась ему нашептывать что-то о «нереально крутом ивенте», прося, чтобы тот не позорился и не рушил геймплей. Ну да, для них это всего лишь игра…

— Демон Деспот, сын великого князя Преисподней Диабло, — объявил я и добавил: — Мой друг.

Ходячая жаровня проявилась из тени прямо перед лидерами фракций, заставив их отшатнуться, и провел руками-алебардами друг о друга. Полыхнуло жаром и запахло серой. Титан Гипер, узрев могучего демона выше него ростом, о чем-то задумался и заиграл желваками.

— Грог-х-р! — разнеслось по ущелью.

Бросив взгляд наверх, я кивнул наблюдающему за происходящим учителю и объявил его имя:

— Мой друг и наставник, легендарный гранд-мастер безоружного боя Масу Ояма!

Учитель не стал изображать ничего сверхъестественного — просто спрыгнул к нам, пробив ногами каменистую землю по колено, и слегка поклонился их величествам, не меняя выражения лица. Одновременно он удержал маскировку того, чье появление я отложил на финал.

Только я собрался выкрикнуть имя Монти, как вмешался тот, на чье появление я не рассчитывал. Воздух между мной и лидерами пошел искрами, сгустился и сложился в массивный силуэт — зеленовато-бурый, в два человеческих роста. Потрепав меня по плечу, сущность заговорила:

— Я представлю себя сам! Друг, наставник, соратник, проводник из междумирья и покровитель предвестника Скифа, величайший, могущественный, сильнейший из Первых богов, повелитель болот и трясин… То-о-о-р-р-р-р-ф-фу-у! Знайте же, несчастные смертные, что сам Торфу на стороне малыша Скифа!

Немного прифигевшие лидеры фракций отвесили челюсти, Крагош начал открывать рот, чтобы что-то спросить, но спрашивать уже было некого — Торфу исчез, успев напоследок шепнуть мне: «Лихо я их приложил, да? Дальше ты сам, я пока совсем без сил, а ты паренек хваткий, думаю, без проблем организуешь храм для своего покровителя…»

Последние слова прозвучали неясным шелестом, и, мысленно улыбаясь, я подумал, почему бы и нет? Попрошу Дьюлу поставить храм Торфу, пусть болотный божок порадуется.

— Что это было? — осторожно поинтересовался кентавр Фол Магнесийский. — Настоящий бог? Никогда о таком не слышал.

— Он же сказал — величайший, могущественный, сильнейший из Первых богов, повелитель болот и трясин, — ответил я. — Но это не последний бог, которого я хотел вам представить.

— Будет еще один? — прошептал, выпучив глаза, хоббит Ноб-Из-Пригорья.

— Да. Знакомьтесь, зверобог Монтозавр, древний ящер. Мой соратник.

Пару секунд ничего не происходило, а потом в Стылом ущелье случилось подобие Армагеддона — ящер спрыгнул. Когда земля перестала трястись, а скалы обваливаться, пыль осела, явив лидерам фракций Монтозавра.

Кланяться Монти, разумеется, не стал. Шагнув ко мне, он встал надо мной и, вытянув шею, протяжно и трубно взревел прямо в лица лидеров фракций. Гоблины и хоббит пошатнулись, орк, дриада, титан, лофер и кентавр устояли, а вот фею Уну снесло.

Титан Гипер стер с лица ошметок слюны, вырвавшийся из пасти ящера, обменялся кивками с Фолом Магнесийским и Мерриком Ужасающим, после чего посмотрел мне в глаза и просто сказал:

— Мы поможем, предвестник.