Демоноборец. Том 2

Глава 18

Полчаса спустя.

Пока Лом ехал к нам, мы с Мишей успели по-нормальному обследовать лавку, а главное, нашли, где включается свет. И теперь, когда не нужно было ломать глаза, я осмотрелся чуть внимательней. Нашёл на полу неутешительные тёмные пятна. Кровь. Не так много, чтобы считать, что Базилевский ранен, конечно, но всё равно — его били. А потом поволокли отсюда и во-о-о-он туда, к выходу…

— Суки, — тихо выдохнул я, и почти тут же:

— Ох, ядрёныть! — в лавку вошёл Лом.

Огляделся, присвистнул, а потом взглянул на меня. Замер на секунду и выпалил:

— Это не я!

— Да знаю я, Василий Васильевич, — пусть ситуация была вообще несмешная, я не удержался, чтобы не хохотнуть с реакции Лома. — Слишком неаккуратно для тебя.

— Вашбродие, я же…

— Да всё-всё. Лучше скажи, какие у тебя мысли на этот счёт? — спросил я. — Кто мог?

Лом задумался. Прошёлся по лавке, присел на корточки над кровавым пятном, сделал какие-то ему одному понятные выводы, а затем сказал:

— Это точно не местные.

— Уверен?

— Абсолютно, — кивнул Василий, встал во весь рост и зачем-то отряхнул руки. — Все местные знали, что с Базилевским проще словами договориться, чем… плохое зло делать. Он же барыга понятливый, ваше благородие, с такими всегда можно общий язык найти. А это, — Лом обвёл руками разгром. — Это акция устрашения какая-то.

— Вряд ли устрашения. Никиту Андреевича, по всей видимости, похитили.

— Хм-м-м… дела, — Вася нахмурился и принялся думать повторно. На сей раз куда более вдумчиво. В конце концов щёлкнул пальцами и сказал: — Это тверские.

— Ага, — кивнул я. — И что за группировка?

— Группировка? — хохотнул Вася. — Алексей Николаевич, при всём к вам уважении, но мы… то есть они, — осёкся Лом. — Они же не школы ниндзей какие-то, чтобы как-то называться. Спящими драконами так или тому подобное. В нашем… то есть в ихнем деле наоборот конспирация в почёте…

— Василий Васильевич, — перебил я. — Пожалуйста, излагай покороче.

— Виноват, вашбродие. Думаю, что, скорее всего, это банда Володи Вавилова.

— Рассказывай.

— А чего рассказывать? Отморозки. Занимаются тем в основном, что людей пытают, — пояснил Лом и чуть поморщился. — Заставляют на подставных бомжей имущество переписывать. Бизнес, доли, недвижку. Потом у тех самых бомжей покупают всё, что добыли, и вроде как чистенькие.

— Какая тупая схема.

— А по закону, вишь, не подкопаться, — развёл руками Лом. — Мы лет десять назад примерно таким же занимались, вот только без кровищи. Брали бомжа, мыли, брили, а потом шли брать кредит и…

— Василий Васильевич, не отвлекайся!

— Простите, вашбродие. Так вот. Вавилов. Раньше-то они сюда не совались, знали, что я им быстро-то рога пообломаю. Но сейчас, после нашего с вами… слияния. Видать, осмелели, суки. Решили, что теперь тут земля ничейная и можно что хошь творить. Вот и полезли на разведку территории.

Звучало складно.

— Знаешь, где их логово? — спросил я.

— Знаю-знаю, — кивнул Лом. — Пригород Твери, частный сектор, я покажу, если надо.

— А сколько их?

— Насколько мне известно, человек двадцать. И ещё баба Вавиловская. То есть… я не к тому, что баба не человек, а… я, — Лом тяжко вздохнул. — Вашбродие, можно я готовиться лучше пойду? Мы же сейчас к ним поедем, верно?

— Угадал, — улыбнулся я.

Я не видел ни единой причины не верить Василию Васильевичу. Если у него всё сходилось, значит так оно и есть. Почерк неместный, наглость запредельная — надо наказать. Ну а главное — надо выручить Никиту Андреевича. Какой-никакой, а… даже не знаю, как его назвать. Не друг, не сотрудник, не компаньон. Просто человек, который когда-то отнёсся ко мне хорошо, и потому на добро я должен отплатить ему добром.

— Миш, собирай гвардию, — сказал я, выходя из лавки. — Возьми брата и ещё человек восемь. И своих, и Василия Васильевича. Разобьётесь на две звезды, и устроим проверку боем.

— Да, ваше благородие.

Собирались быстро. Во-первых, долгие сборы убивают решимость. А во-вторых, гвардейцы должны быть готовы сорваться в бой в любую минуту, ведь демоны вряд ли станут ждать, когда мы подготовимся должным образом.

В итоге в Тверь мы выехали уже через сорок минут.

У каждого из гвардейцев был при себе защитный амулет. Медная безделушка с кнопкой, которая при активации ставила слабенький барьер. Пулю такая штука не выдержит, но от ножа или шального осколка спасёт. И вот… надо бы у Резнова при случае своих ребят модернизировать в этом плане. Но всё это потом!

Оружие: автоматы, пистолеты, холодка. Сам же я налегке, с потайными револьверами и конструктами, что уже успел использовать на бедолаге-камушке.

— Работаем на уничтожение, — перед самым выездом я обвёл всех десятерых взглядом. — Нам с ними делить, по сути, нечего. Кроме Базилевского, само собой. Никиту Андреевича забираем, всех остальных в расход. Вопросы?

Вопросов не было.

На трёх машинах мы выдвинулись в сторону Твери, тут спасибо Сивушкину, в гараже у гада помимо внедорожника обнаружился еще и неплохой фургон. Ехали молча. Сидя рядом с младшим Саватеевым, я игрался, призывая и отпуская револьверы. Ванька остался под впечатлением, но вопросов лишних не задавал.

Шоссе, съезд на грунтовку, затем мрачный и раздолбанный частный сектор, где даже джипы чуть было не сели на снегу, и наконец — вот оно. То место, которое обозначил Лом.

Неплохой такой домишко из красного кирпича, такая же ограда с колючей проволокой наверху, и камеры по углам, но… такие. Недостоверные. Муляжи, скорее всего. Ни у ворот, ни снаружи не было ни души. Зато внутри дома магическим зрением я насчитал аж одиннадцать источников. Три более-менее сильных, остальные — мелюзга.

— Значит, так. Я иду в лоб. Миша своей звездой через задний двор, встречаемся внутри. А ты, Василий Васильевич, держишь периметр и не даёшь никому уйти.

— Понятно, — хором отозвались мужики, ну а дальше револьверы наизготовку и…

— Понеслась.

Сюскаться и скрываться было ни к чему, а потому ворота я вынес световым тараном. Конструкт — спрессованный шар Света размером с футбольный мячик — с мясом вырвал из железа замок, и мы ворвались на территорию.

Первый охранник выскочил из будки слева — молодой, в спортивном костюме, с пистолетом в руке и неодарённый, судя по тому, что я не почувствовал его заранее. Парнишка не до конца понял, что происходит. Я выстрелил из обоих стволов одновременно, и, как ни странно, оба световых сгустка нашли цель. Первый вошёл в руку чуть ниже плеча, превращая мышцы в пережаренное мясо. Второй же попал в живот. Ни крови, ничего такого, только одна большая почерневшая дыра. Н-да, неплохо получилось. Минус один, а мы ещё даже не начали.

Саватеевы, как и было велено, рванули по расчищенной дорожке в обход дома, а мне навстречу с крыльца выскочил товарищ с обрезом. Здоровенный, лысый, с татуировкой на шее. Причём вот он по жизни явно следовал правилу: «Лучше выстрелить, перезарядить и ещё раз выстрелить, чем»…

Ну понятно, короче говоря. Вот только стрелял мужик слишком уж спешно и наотшибись. Дробь прошла в лучшем случае в метре от меня. Я же, не сбавляя шага, первым выстрелом просто разобрал ему голову. Тело ещё секунду простояло, а потом рухнуло с крыльца. Что ж, револьверы определённо стали сильнее, а значит, всё-таки уровень мага имеет значение.

— Двоих сняли, Алексей Николаевич, — зашипела рация у меня на плече.

— Понял, — ответил я, зажав кнопку, а потом чуть подумал и добавил: — Давай во время боя без имён и титулов.

— Принял, — коротко ответил Саватеев. — Заходим?

— Да.

Парадная дверь и без того уже была открыта после головореза с дробовиком, так что даже вышибать не пришлось. Внутри дома ожидаемо воняло перегаром и было нарочито темно. Кажется, кто-то уже выбил все пробки, а вот кто? Наши, не наши?

А впрочем, какая разница? Источник подсказывал: один в коридоре слева, трое справа, двое на втором этаже, а все остальные под уровнем дома, то бишь в подвале. Подвёл ли он меня? Ну конечно же нет.

— А-А-А-А!!! — выскочил на меня здоровяк с двумя мудрёными когтистыми кастетами.

Само собой, постарался тут же сократить расстояние, и, стоит отдать ему должное, преуспел. Двигался товарищ быстро, профессионально, вовсе не как уличная шпана. Первый же его удар в челюсть я пропустил мимо, так что лезвие кастета прошло в сантиметре от шеи, а затем перехватил его руку.

— Нет-нет-нет! — мужик сделал круглые глаза, уже догадываясь, что я буду делать дальше.

Используя собственное плечо как рычаг, я вывернул его локоть в обратную сторону, будто колено у кузнечика. Хруст костей был слышен даже сквозь его крик. А дабы лишний раз не тратить энергию на револьверы, добил я мужика простейшей иглой света — просто тыкнул ему в глотку, да и всё.

И тут по мне открыли серьёзный огонь. Те трое, что были справа, разом высунулись в коридор и начали стрелять из всех стволов, так что пришлось шагнуть в первую попавшуюся комнату, чтобы переждать. А как только очередь прекратилась, я на секунду высунулся и метнул ещё одну иглу одному из бандитов прямо в глаз. Опять стрельба, опять уклонение, и опять ожидание.

Вот только… магическое зрение подсказало мне, что мужики потухли без моего непосредственного участия. Видимо, Саватеев со своей звездой обошёл их с тыла.

— А-а-а-а!!! — мимо меня в дверном проёме проскочил очередной бармалей. Волосы — в его случае борода — назад, руки вверх, глаза перепуганные. И никакого оружия при себе. Через пару секунд я услышал звон битого стекла, с которым он выбросил свою тушку на улицу, и нажал на кнопку рации:

— Лом, встречайте.

— Понял.

Секунд не соврать пять, и на улице послышалась трескотня.

— Готов, — отрапортовал Василий Васильевич.

— Прекрасно.

Высунувшись из своего убежища, я взглядом встретился с Саватеевым и взглядом же отправил его и его ребят вниз.

Сам же побежал к лестнице, где меня уже встречали. На сей раз не свинцом, а фиолетовым сгустком энергии. Сгусток будто плевок размазался по полу, дешёвый линолеум тут же вспучило, прорвало, и прямо оттуда в мою сторону резко потянулись чёрные щупальца с шипами. А я аж выдохнул:

— Ну наконец-то!

Наконец-то достойный противник. Ведь половину одарённых мы уложили до того, как они хотя бы попытались кастовать.

Но к щупальцам! Пяток я успел перестрелять револьверами, а вот шестое успело до меня дотянуться. Обвилось вокруг ноги и как давай дёргать — настырно так, с каждым рывком стараясь пересилить защитный барьер. Но это лишь полбеды, ведь вместо отстреленных щупалец появились новые.

Хрен знает, что это такое, да и разбираться в целом не хочу. Надо действовать радикально. А потому я отозвал револьверы, скоренько собрал конструкт молота Света и со всей дури шарахнул по самому источнику щупалец.

И вот…

Кто ж знал, что в таком основательном с виду доме такие хлипкие перекрытия? Кусок пола провалился вниз, а когда пыль осела, я увидел младшего Саватеева. Парень смотрел на меня ошалевшим взглядом и явно что хотел покрутить пальцем у виска, но сдержался.

— Привет, — сказал я.

— Здравствуйте, ваше благородие.

— Дальше-дальше, — жестом подбодрил я Ваньку, да и сам бросился на лестницу.

Тут же узнал, что это за «баба Вавиловская», о которой сообщал Лом. Молодая барышня, которая могла бы быть симпатичной, если бы не испортила себе лицо татуировками, встретила меня очередным «плевком». Но магия, как мы знаем, жива лишь пока жив маг, а потому никаким щупальцам на сей раз оформиться было не дано.

Что девка, что её друг с двумя пистолетами были шустро устранены. Используя Свет как опору, я взмыл под потолок будто прыгун с шестом и опустился на ребят, не мудрствуя лукаво раздавив их к чёртовой матери щитами.

И остался на этаже один-единственный мужичок. По всей видимости, сам Володя Вавилов. Сжимая в руке длинный энергетический хлыст, он пятился и пока что медлил, явно подгадывая атаку.

Признаться, я уже хотел было спросить его — где Базилевский? Однако:

— Базилевский у нас, — прошипела рация.

И потому вместо совершенно ненужного знакомства, я пожал плечами, призвал револьверы и выстрелил. Первый сгусток света бандит принял на слабенький щит, а вот на второй его сил уже не хватило, и на этом наше так и не начавшееся противостояние закончилось. Н-да, а ведь как маги они могли работать, жить нормально. Но отчего-то они выбрали именно этот путь. Что ж, это был их выбор.

Выйдя на улицу, я увидел, что бойцы уже вытащили Базилевского, причем он был не один, а в компании двух пожилых дам. И если Никита Андреевич держался молодцом, то вот его спутницы явно изрядно струхнули.

— Все закончилось, — я улыбнулся, — Никита Андреевич, передай дамам рядом с тобой, что все окончательно закончилось. Сейчас мы быстренько разберемся со следами и покинем это место.

— Благодарю, Алексей Николаевич, — Базилевский глубоко поклонился, — если бы не вы, я не знаю, что было бы со мной.

— Сочтемся, — отмахнувшись, я повернулся к Саватееву.

Помня его слова про то, что убивать налево и направо не стоит, я решил, что этот дом должен исчезнуть вместе со всеми теми, кто находится внутри, пусть и в мертвом состоянии. Эту мысль мне удалось довести до него очень быстро, а дальше ребята за пятнадцать минут все подготовили. Тела собрали в кучу, и, всадив добрую треть своего источника, я превратил их в пепел. А вот дом мы подожгли с помощью самого обычного бензина. Брать что-либо тут я не захотел, в моем понимании это было слишком мерзко. Такая добыча не сделает мне чести.

— А вот теперь можем покинуть это злачное место, — подмигнув Базилевскому и старухам, которые вроде как пришли в себя, я покинул участок.

Несмотря на шум, никто не вышел посмотреть, что происходит, видимо у них тут такое в порядке вещей. Загрузившись, мы направились в сторону Торжка.

— Что скажешь про операцию, Миша? — я глянул на сосредоточенного Саватеева, — как по мне, все прошло неплохо.

— Сложно судить о нашей эффективности по таким столкновениям, господин, — честно ответил он, — это не чужая гвардия, это бандиты, по сути отбросы. Да, парочка одаренных попалась, но учитывая низкий уровень и отсутствие нормальной выучки, впрочем, вы и сами видели.

— Видел, — я кивнул, — и все равно, как по мне, все получилось очень даже неплохо. А главное, Базилевский цел. Я почти уверен, за нами наверняка наблюдали, а значит, все заинтересованные лица уже сегодня узнают о том, что трогать людей, что находятся под моим покровительством, не стоит.

— Думаю, вы правы, господин, — Саватеев хмыкнул, — мне даже интересно, как быстро распространятся слухи?

— А это уже не важно, — я отмахнулся, — главное, что мы поступили по-людски. Поверь, Миша, в скором времени именно это станет одним из главных критериев жизни.

Саватеев ничего не ответил, видимо, не до конца понял мою реплику. Ничего, придет время, и он обязательно поймет…

Торжок. Полицейское управление.

Павел Андреевич дослушал доклад одного из тех, кого он поставил следить за Светловым, и нахмурился.

— Миша, мне кажется, или в твоем голосе слышится восхищение? — Добрынин встал, — разве ты не забыл, что мы обязаны стоять на страже закона?

— Павел Андреевич, но вы ведь сами говорили, что у нас недостаточно полицейских в империи, и что слишком многие из них работают в связке с криминалом, — нисколько не смутившись, ответил оперативник, — а этот Светлов просто приехал и выжег логово этой банды дотла. Не спрашивая разрешения, не собирая никаких бумажек. А самое смешное, что нам даже нечего ему предъявить, при всем желании. Он не оставил следов, а еще по бумагам тот дом никому не принадлежит, да и вообще, там должен быть пустырь. Такие вот дела.

Добрынин чертыхнулся. От этой всей неразберихи у него начала болеть голова. И он прекрасно понимал оперативника, понимал его радость, ведь опричников было не так уж и много, и они не успевали везде. Хм, неужели стоит на время забыть о правилах и начать действовать как Светлов? Эта мысль почему-то никак не хотела уходить, несмотря на то что Добрынин гнал его прочь. Вдруг он остановился посередине кабинета и широко улыбнулся. Кажется, он понял, кажется, он все понял…