Демоноборец

Глава 7

Особняк Светловых. Следующее утро.

— Алексей Николаевич, завтрак! — голос Степаниды, прозвучавший из-за двери, заставил меня открыть глаза.

Вставать не хотелось, но я заставил себя сначала сесть, а потом спустить ноги на пол. Прохлада, идущая от дерева, немного взбодрила, но до конца я еще не проснулся.

— Господин, вы проснулись? — стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

— Проснулся, Степанида, проснулся, — я усмехнулся. — Дай мне привести себя в порядок, и я обязательно спущусь, чтобы попробовать все, что ты приготовила.

— Хорошо, — с теплотой в голосе ответила служанка, а я пошел в душ.

Пока холодные струи воды смывали с меня ночной пот, я делал ревизию организма. Привычка из другого мира, достаточно полезная, хочу заметить. Прогнав энергию по каналам, я убедился, что они стали еще чуточку лучше, а вот источник все еще был в плохом состоянии. Пожалуй, после завтрака нужно сесть и разобраться с ним. Жить с источником, который не развивается, я как-то не горю желанием. А значит, будем решать проблему.

Десять минут спустя. Гостиная.

— Вот, Алексей Николаевич, берите блины, — Степанида заботливо придвинула ко мне тарелку, от которой шел изумительный запах. Уже второй день подряд служанка буквально закармливает меня, и не то чтобы я сильно этому против, хе.

— Благодарю, — налив себе еще свежего взвара, я сделал глоток и зажмурился.

Горячая, немного пряная жидкость рухнула в желудок, но никакой тяжести я не чувствовал, даже наоборот.

— Степанида, а где Федор?

— Так это, в гараже, — служанка пожала плечами. — Сказал, что до обеда будет занят, что-то ему там нужно сделать с новой машиной. Кстати, а откуда она у нас?

— Это награда, Степанида, награда судьбы, — я усмехнулся. — А от наград я не привык отказываться.

Служанка глянула на меня удивленным взглядом, однако ничего не стала комментировать. Я же закидывал в себя еду, сейчас мне нужно как можно быстрее привести себя в форму. А то вчера ночью, перетаскивая туши бандитов, я чуть не надорвался. А ведь это были всего лишь человеческие тела, не такие уж и тяжелые, между прочим.

— Благодарю, Степанида, — дожевав последний блин, я похлопал себя по животу. — Накормила по-царски, ничего не скажешь.

Женщина смущенно отмахнулась, но было видно, похвала ей приятна. Я же решил немного прогуляться по территории, подышать свежим морозным воздухом. Натянув на себя куртку, я вышел на улицу и, вдохнув, улыбнулся. Хорошо, очень даже. Ночью, видимо, шел снег, но кто-то его заботливо убрал, очистив дорожки ко всем строениям и к воротам. Видимо, Федя поработал. Надо будет положить ему оклад больше, ведь не побоялся вчера выбежать на мою защиту. А верность нужно вознаграждать всегда, так меня учили.

Дойдя до гаража, я услышал какое-то бормотание, и мне захотелось посмотреть, что же там делает Федор. Приоткрыв тяжелую створку, я увидел водителя, который ходил вокруг машины Лома и что-то тихо говорил себе под нос.

— Федор Михайлович, вижу, ты с самого утра весь в делах, — я хмыкнул, а водитель вздрогнул, чуть не уронив какой-то инструмент.

— Вашбродь, пугать-то зачем? — возмущенно спросил он. — А если б я ключ на ногу уронил?

— Да ладно тебе, против бандитов выйти не испугался, а тут прям страх. Лучше скажи, чем ты тут занимаешься.

— Да вот проверяю, насколько эта бандура в порядке, — Федор кивнул на машину Лома. — А то я не привык доверять чужим вещам.

— Это правильно, — я кивнул и мысленно улыбнулся, вспоминая лица бандитов, когда Лом сообщил им о том, что теперь они работают на меня. А потом главарь добил их тем, что обратно они отправились на такси. Смех, да и только. Но ничего, им полезно немного спуститься с небес на землю. А то возомнили себя великими бандитами.

— Господин, вы вчера вечером что-то говорили о гвардейцах, — Федор помялся. — Я с утра взял на себя смелость позвонить парочке бывших, они готовы прийти поговорить с вами.

— Отличная новость, — я улыбнулся. — Ты молодец, Федор. Но надо еще пригласить бывших работников трактира. Нужно рассчитаться с ними, не дело копить долги.

— Но, господин, как же сам трактир? — водитель уставился на меня удивленным взглядом. — Не лучше ли для начала выкупить его из залога?

— С этим вопросом я разберусь отдельно, можешь не переживать, — я отмахнулся.

Отдавать каким-то наглым ублюдкам огромные деньги просто потому, что демон в облике сводной сестры так решила, я не собираюсь. И плевать мне, что за этим всем стоит сынок местного градоначальника. Ведь даже если он не будет демоном, то сам факт того, что он занимается такими делами, показывает его как полную мразь.

— Хорошо, я все сделаю, господин, — Федор кивнул и улыбнулся. — Не думал, что скажу такое, но я честно рад, что Екатерина Всеславовна исчезла. Может, она и неплохая женщина, но как глава рода, — Федор многозначительно промолчал, но я прекрасно понял, что он хотел мне сказать.

Эхх, Федя, ты даже не догадываешься, насколько ты прав. Вот только женщиной Катерина перестала быть хрен знает когда. А с той сущностью, что жила в теле сводной сестры, Федору вряд ли захотелось бы встретиться.

Оставив Федора работать, я пошел дальше и, обойдя полностью территорию особняка, направился обратно в дом. Степанида что-то делала на кухне, видимо, уже готовилась к обеду, так что я спокойно добрался до кабинета. Закрыв дверь изнутри, я сел на пол в позу для медитации и скользнул в транс. Первым делом я начал прогонять энергию по каналам, постепенно разогревая их. Минут через пять циркуляции силы достигла нужного мне уровня, и я приступил к работе с источником. В магическом взоре он выглядел как сфера, покрытая трещинами черного цвета, и я начал потихоньку эти самые трещины сращивать, убирая черноту. Это оказалось неожиданно сложно, на одну трещину у меня ушло почти десять минут, и чувствовал я себя так, словно бегал полдня. Вывалившись из медитации, я вытер выступивший на лбу пот и, сделав глоток воды, нырнул обратно. Сегодня я точно исправлю дефект источника, хватит мне ходить магическим калекой!

Полтора часа спустя.

— Твою ж! — вывалившись из транса, я рухнул на спину и улыбнулся. Сердце в груди отбивало бешеный ритм, однако у меня все получилось, получилось!

Лежа на спине, я чувствовал, как источник внутри пульсировал в такт моему сердцу, и с каждым новым ударом он генерировал все больше и больше силы. Прекрасно, просто роскошно! И пусть я в очередной раз прошелся по грани и чуть не сжег его, но результат того стоит, однозначно.

— Господин, вы тут? — робкий стук в дверь заставил меня вынырнуть из своих размышлений.

— Что-то случилось? — поднявшись на ноги, я вытер пот и, поправив одежду, открыл дверь. В коридоре стояла смущенная Степанида.

— Алексей Николаевич, там опять инспектор приехал, вас просят, — служанка вздохнула. — Видимо, не нашлась Екатерина Всеславовна. Милостивые боги, что же дальше будет-то?

— Разберемся, Степанида, выдыхай, — я подмигнул служанке. — Скажи Степану Геннадьевичу, что мне нужно привести себя в порядок, спущусь через десять минут.

Служанка кивнула и пошла вниз, а я направился к себе, напевая простенькую мелодию. После того, что произошло, мое настроение не испортить никому, пусть даже не пытаются!

Спустившись в холл, я застал господина инспектора за чаепитием. Степанида молодец — не стала заставлять его ждать просто так. Приветила, проводила, поухаживала, всё как надо.

— Степан Геннадьевич! — мне не пришлось изображать радушие, потому как отношения с инспектором у нас заладились с самого начала. — Рад видеть!

А вот инспектор почему-то улыбался натянуто.

— Здравствуйте, Алексей Николаевич, — мужчина встал с кресла и протянул мне руку. — Простите великодушно, что я без предупреждения. Дай, думаю, зайду, проведаю ваше самочувствие.

— Не поверите, — я присел напротив. — С каждым днём всё лучше и лучше становится.

Сижу, значит, улыбаюсь. Жду, когда начнётся конструктивный диалог, потому что ну не верится мне, чтобы целый инспектор по делам благородных действительно зашёл в гости просто так.

— А… а Екатерина Всеславовна? — Степан Геннадьевич обернулся по сторонам. — Так и не появилась?

— Нет, — я покачал головой, изобразив на лице тень беспокойства. — Признаться, я и сам уже начинаю переживать.

Инспектор заметно оживился.

— О! Ну раз так, то дело и впрямь серьёзное! Давайте-ка я сам сообщу в полицию. У меня есть знакомые, можем организовать поиски в самое ближайшее время…

Внутренне я усмехнулся. Надо же, как загорелся человек — служебное рвение аж из ушей прёт.

— Степан Геннадьевич, — мягко сказал я. — Вам не кажется, что прошло слишком мало времени, чтобы что-то подобное предпринимать? Вы только не подумайте, я очень переживаю за сестру. Но пока что предпочёл бы не выносить сор из избы. Возможно, Катя просто… загуляла. Молодость, знаете ли.

— Нет-нет, Алексей Николаевич, не думаю! Дело серьёзное. Екатерина Всеславовна девушка ответственная, и не могла исчезнуть просто так…

Так. Ладно. Достаточно играть в недосказанность. По первому впечатлению Степан показался мне хорошим мужиком, а своей интуиции я привык доверять. Значит, не надо юлить.

— Степан Геннадьевич, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Давайте начистоту? Я же вижу, что у вас есть какой-то особый интерес к моей сестре.

Инспектор немножечко стушевался. А затем, к моему глубокому разочарованию, продолжил свою игру:

— Ну что вы, Алексей Николаевич⁈ Какой ещё интерес? Работа! Сугубо работа! Я же все родословные веду и прочими делами аристократов занимаюсь. И тут вдруг на вверенном мне участке пропадает благородная барышня. Так или иначе, а мне хоть какая-то отчётность нужна.

— При всём уважении, Степан Геннадьевич, — сказал я твёрдо, но максимально вежливо. — До поры до времени я попрошу вас оставить дела моей семьи мне. Если понадобится помощь полиции, я первым к вам приду.

— Но…

— Без «но», — перебил я и вздохнул. — Степан Геннадьевич. Давайте просто представим на минуточку, что у Кати… ну просто для примера проблемы с алкоголем. Или того хуже: может, она пустилась во все тяжкие на трезвую голову? Или, как в сказке, бежала прочь с простолюдином, потому что влюбилась по уши, но понимает, что вместе им не быть и общество осудит? А вы прямо сейчас предлагаете придать дело огласке и на упреждение растоптать её репутацию. Мне, как главе рода, к чему это всё?

Степан Геннадьевич не нашёлся что ответить. Взял чашку с чаем, внимательно изучил её содержимое и сделал небольшой глоток. Я же продолжил:

— Давайте не будем омрачать наше, смею надеяться, приятное знакомство? Мне думается, что вы хороший человек, Степан Геннадьевич. И мне бы очень не хотелось, чтобы наш разговор перешёл из дружеского в официальное русло.

Инспектор шумно выдохнул. Видно было, как его прямо сейчас раздирает в клочья внутренний конфликт. Секунд тридцать в гостиной висела полная тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов.

— Ладно, Алексей Николаевич, — наконец сказал он. — Понимаю вас. И согласен с тем, что был не прав.

— Кстати! — тут я улыбнулся и хлопнул в ладоши. Отличный момент, чтобы сменить тему. — Степан Геннадьевич, раз уж вы здесь, мне нужна ваша помощь. Не совсем по вашей части, но всё-таки. Степанида!

Служанка появилась мгновенно.

— Алексей Николаевич?

— Будь добра, принеси из моего кабинета папку. На столе лежит, зелёненькая такая, прямо на виду. Сразу же поймёшь, о чём речь…

В той папке лежала часть долговых расписок, которые я «добыл» у моего нового подчинённого. Я отсортировал в неё бумаги с самыми маленькими суммами. Логика проста: если человек не в силах погасить такой вот смешной долг, значит, его дела и без того идут плохо. Долг давит на него, практически убивает. И в моих силах убить сразу же двух зайцев. Во-первых, просто по-человечески сделать добро — для этого причина не нужна. А во-вторых, я могу свести на минимум искушение такого вот человека откликнуться на предложение таинственного шепчущего голоса в голове, который обещает решить все его проблемы. Раз уж город уже заражён, то новые демоны могут появиться откуда угодно. В зоне риска все неодарённые.

Степанида вернулась быстро. Я поблагодарил её кивком, и служанка, поняв намёк, удалилась. Я же передал папку Степану Геннадьевичу.

— Вот, посмотрите.

Инспектор открыл папку и пробежался глазами по первой странице. Затем по второй. По третьей, четвёртой, пятой. Чем дальше Степан Геннадьевич листал, тем выше ползли вверх его брови.

— Алексей Николаевич, — он поднял на меня недоумённый взгляд. — Откуда у вас это?

— Не суть важно, — отмахнулся я. — Важно другое. Я хотел бы попросить вас об одолжении. Раз уж вы с такой сердечной заботой взялись опекать мою семью, помогите и этим людям. Если вас не затруднит, раздайте эти расписки должникам. Скажите им, что долг прощён. Я понимаю! Понимаю, что это даже близко не ваша работа, но очень прошу вас об услуге.

Инспектор ещё раз пролистал бумаги, а затем убрал их в папку. Во взгляде, который он кинул на меня после, теперь читалось не просто уважение, а что-то вроде благоговейного шока.

— Алексей Николаевич, — голос инспектора дрогнул. — А вы… Вы, оказывается, очень интересный человек. Грешным делом, я думал, что болезнь вас совсем доконала, а она, выходит, только на пользу пошла. Произошла переоценка ценностей, насколько я понимаю? Просто этот поступок… Скажем так: не каждый дворянин будет тратить время на такое.

— Считайте, что после болезни у меня появился особый вкус к жизни, — хохотнул я. — Что ж, Степан Геннадьевич. Это всё, о чём вы хотели со мной поговорить?

Инспектор заёрзал на стуле, и внутренняя борьба развернулась с новой силой.

— Ладно! — наконец выдохнул он. — Буду честен с вами до конца. Я форсирую события и настаиваю на поисках Екатерины Всеславовны не просто так. Меня действительно попросили. Вашу сестру ищут не только… Вернее, не столько официальные лица, сколько другие люди.

— И кто же такие эти «другие люди»? — спросил я, хотя уже начал догадываться. — А хотя стоп! Секунду! Не отвечайте…

В целом, всё лежало на поверхности. Трактир, закладная. Мелкий засранец уже смекнул, что происходят какие-то подвижки, и засуетился.

— Дайте-ка угадаю, — сказал я. — Это, часом, не сын нашего уважаемого градоначальника так печётся о судьбе моей сестры?

Степан Геннадьевич в ответ молча кивнул. Чуть помедлил и уже было дело открыл рот, чтобы сказать что-то, но в этот момент входная дверь распахнулась, и в холл вместе со снегопадом влетел краснощёкий Фёдор.

— Вашбродие! — выпалил он с порога. — Там это… люди какие-то приехали! Но только не так, как в прошлый раз, ага. Молодой господин какой-то, весёлый, вежливый, первый раз его вижу. Просит пройти в дом и говорит, что по срочному делу.

Я перевёл взгляд на инспектора. А тот, уже не скрывая, снова кивнул.

— Что ж, — я поднялся с кресла. — Проводи гостя в дом, Фёдор, будь другом.

— Да, вашбродие!

И уже через минуту на пороге образовался молодой мужчина в длинном чёрном пальто и кожаных перчатках. На чёрных, длинных, зализанных назад волосах таяли хлопья снега.

— Степан Геннадьевич, дорогой! — сияя улыбкой крикнул он. — И ты здесь! Какая встреча!

Не дав инспектору и слова вставить, он развернулся ко мне, стянул перчатку и с каким-то неуёмным энтузиазмом принялся трясти мою руку.

— А вы, надо полагать, и есть хозяин дома! Наслышан о вас, Алексей Николаевич, наслышан! Но позвольте представиться, — парень сделал шаг назад, одёрнул пальто и явно что в шутку раздулся от важности. — Сергей Сергеевич Громов, к вашим услугам! Простите, что без приглашения, но дело не терпит. Разрешите пройти?

— Прошу вас.

Громов был шумным, вот только шум этот, как по мне, был напускным. По пути в гостиную он не затыкался ни на секунду — бросил ещё несколько комментариев в адрес снегопада, рассказал про пробки в городе, пожаловался на то, что коммунальные службы опять оказались ни к чему не готовы, похвалил обои, потом меня, потом чайный сервиз, чай и Степаниду. Весь из себя весельчак, короче говоря, которому вот ни капли не хочется верить.

— Я чего к вам заехал-то, Алексей Николаевич? Мы с вашей сестрой в последнее время очень тесно общались… Ничего такого только не подумайте! Сугубо по-дружески. Так вот, созванивались каждый день, списывались, а тут вдруг пропала она. Обещала ещё вчера заскочить на огонёк, обсудить одно общее дельце, и тут вдруг пропала. А я, может, так и не скажешь, человек тревожный. Дай, думаю, сам заеду к вам, проведаю. Может, помощь какая нужна? Я ведь человек не бедный, и связи имеются…

Громов всё продолжал и продолжал тараторить, но я его уже не слушал. Потому что стоило ему лишь переступить порог гостиной, как я понял его истинную суть. Я смотрел на его сияющие лицо, на живые и искрящие весельем глаза, на чертовски обаятельную открытую улыбку, и видел за всем этим нечто другое.

Не ту мелочь, что сидела в Кате, о нет! Это была тварь совершенно иного калибра. Сильная и уверенная в себе тварь…