Демоноборец

Глава 20

Особняк Светловых.

Попадание Громова старшего в «кому» меняло всё. На самом деле это была никакая не кома, это явление в моем прошлом мире называлось «вечным сном». Демоны вводили обычных людей в такое вот состояние, а дальше они служили для них своего рода батарейками. В любой момент они могли вытянуть энергию из спящего, при этом не оставляя никаких внешних проявлений. Просто в один момент сердце человека переставало биться, и на этом всё заканчивалось. В какой-то момент в моем родном мире таких вот батареек было сотни тысяч. Долго, очень долго мы бились над тем, как решить эту проблему, и нашли всё же выход. Как жаль, что это произошло уже под конец нашей войны.

Так что чисто технически я мог бы помочь градоначальнику, однако что-то мне подсказывает, что никто меня в дом не пустит.

— Ладно, тогда отменяем поездку в администрацию, — я усмехнулся. — Идти туда сейчас просто не имеет никакого смысла.

— Вы думаете, ему помогли, господин? — Миша уставился на меня удивленным взглядом. — Но ведь тогда всё быстро вскроется. Охранка всегда проверяет такого рода происшествия, — Саватеев покачал головой. — Вот веселье начнется-то.

— Не начнется, — я отрицательно покачал головой. — Вряд ли они что-либо найдут. Было бы там хоть что-то, слухи бы уже ходили, — пожав плечами, я налил себе чаю. — Так что, Миша, готовь особняк к обороне теперь уже по-взрослому. И да, людей Лома отправь в трактир.

— Может, хотя бы троих бойцов туда с ними? А то у них из оружия только дубинки.

— Давай так, — я кивнул. — У юриста охрана нормальная?

— Четыре бойца, рядом с ним постоянно находятся два из них, — Саватеев пожал плечами. — Не полезет никто в Тверь, господин. Там свои хозяева, по сравнению с которыми даже Громовы просто мелочь.

— Будем надеяться. Ладно, дай мне тогда позавтракать и привести себя в порядок, а дальше поедем к Базилевскому. Нужно посмотреть, не появилось ли у него ничего нового.

Саватеев кивнул и вышел из гостиной. Я же подтянул к себе тарелку с блинами и, макнув один в варенье, откусил первый кусок. Итак, Громов младший решил перейти на новый уровень игры. Создание батарейки всё меняет, демон явно нацелился решить вопрос со мной как можно быстрее. И самое поганое, что я никак не могу понять, зачем ему трактир. Что такого там может быть, что Громов так рвется получить его. Проехаться туда еще раз?

Мысли неспешно крутились в голове, пока челюсти перемалывали еду. Энергия тоже не стояла на месте, я гонял ее туда-сюда по каналам, постепенно наращивая мощь. Жаль, вместе с душой не вышло перенести сюда меч, хотя кто знает, быть может в будущем у меня выйдет достучаться до Жизни и попросить у нее свой клинок обратно.

Обитель Жизни.

Молодая женщина с улыбкой наблюдала за метаниями угрюмого старика, пришедшего к ней в гости. Тот же, словно не замечая хозяйку, ходил из стороны в сторону, что-то бормоча себе под нос. Невысокого роста, худой, с черными как ночь волосами, он чем-то походил на одного из тех, кем люди пугают своих детей.

— Ормос, быть может, ты все же сядешь? — Жизнь хмыкнула. — Чем вызвано твое возмущение, старый друг?

— Вы позволили себе вмешаться, госпожа, вот что меня беспокоит, — старик наконец-то остановился. — Столько лет держать нейтралитет и в один момент изменить этому правилу. Ради чего?

— Ради людей, — Жизнь пожала плечами. — Какой по счету мир подручная раса моего братца уничтожает? Не помнишь? А я тебе скажу, счет перевалил уже за тысячу, — девушка встала. — Мы потеряли сотни цивилизаций с потенциалом к развитию, и ради чего? Где обещанный всем результат?

— Нужно время, — попытался было старик, но тут же замолчал, увидев гнев в глазах своей госпожи.

— Не говори мне о времени, Ормос, — тихо процедила она сквозь зубы. — Я слишком долго стояла в стороне. Так что теперь мое время.

— Но что сделает обычный человек? — старик решил предпринять последнюю попытку. — Почему не один из нас? Ангелы показали себя с лучшей стороны в этой борьбе.

— И оставляли за спиной не меньше смертей, чем демоны, — Жизнь покачала головой. — Нет, Ормос, твоя раса слишком пренебрежительно относится к людям. Отчасти это и моя вина. Что же до твоего вопроса, ты просто плохо себе представляешь, что это за человек…

— Серёженька, — Елена Петровна заглянула в комнату. — Пойдём, милый. Я хочу тебе кое-что показать.

А Серёженька только того и ждал. Изображая из себя скорбящего сына и сидя рядом с постелью отца, он фантазировал о том, что же такое интересное скрывал под замком Громов-старший. И вот, получается, дождался.

Следом за Еленой Петровной он прошёл по длинному кабинету в то крыло дома, где ему обычно было нечего делать. Мать достала из кармана тяжёлую связку ключей и отперла дверь в отцовский кабинет. Сергей попал сюда впервые. Кабинет себе как кабинет, вот только насквозь прокуренный. И ещё из интересного — заброшенный аквариум. Подсветка есть, стекло чистое, фильтр пускает пузырики, а внутри никого.

— Отец тебе вообще ничего не рассказывал? — уточнила Елена Петровна, уже снимая со стены картину в тяжёлой раме с изображением тверского леса.

— Ничего.

За картиной, вполне ожидаемо, оказался замурованный в стену сейф. Дверца была маленькой, будто банковская ячейка, вот только в отличие от банковской ячейки она была сплошь покрыта едва заметными рунами. «Экранирование от магии», — подумал демон: «Причём в обе стороны».

И это было хорошо. Что-то, что нужно защищать от мира, не так сильно будоражит воображение, как что-то, от чего нужно защищать мир.

— Папа очень берёг то, что там лежит, — дрожащими пальцами Елена Петровна начала набирать числовой код на замке. — Боялся, что оно может попасть не в те руки. Но теперь… ой! — женщина спохватилась. — Сынок, это же теперь отчасти твой сейф.

Отошла в сторону и продиктовала заветные цифры Сергею. «221211110» — просто, но, как ни крути, длинно. Как только Сергей код ввёл, защитные руны на мгновение моргнули, а после дверца с тихим шипением распахнулась.

Демон ожидал увидеть что-то впечатляющее. В идеале оружие — древний клинок, заряженный пояс, латную рукавицу, а может быть даже револьвер. Однако внутри сейфа на бархатной подушечке лежал… моток бечёвки. Простая пеньковая верёвка, свитая в кольцо и пушистая от времени.

— Кхм, — Сергей Сергеевич поднял бровь и хотел было уже спросить, а не шутка ли всё это, но решил не спешить. Едва демон взял верёвку в руки, как понял — от безжизненного на вид волокна исходит такая плотная, такая концентрированная волна магии, что у него в прямом смысле слова перехватывает дыхание. — Ох…

— Это очень старая семейная реликвия, Серёжа, — начала рассказывать мать. — Её передавали из поколения в поколение по мужской линии больше четырёх сотен лет. Предок твой, пра-пра, служил стрелецким головой и участвовал в подавлении бунта против царя. И именно этой верёвкой пленил главу смутьянов, что оказался…

Тёмным магом, да-да-да. Сергей слушал не перебивая. История, конечно, красивая, но суть её он уловил сразу: эта самая верёвка так долго подвергалась магическому воздействию, что сама стала чистейшей магией. Пленённый ею колдун напитывал её своей силой в попытке выбраться, а предок Громовых в свою очередь напитывал её своей силой. Не верёвка, а поле битвы архимагов, что до сих пор фонит мощнейшими эманациями.

— … штука очень мощная, — продолжала мать. — Но очень хрупкая, как сам понимаешь. Верёвка же. Порвать или сжечь как нечего делать. Поэтому отец и берёг её на самый крайний случай. Предки наши по-разному её использовали. Кто как обмотку для рукояти меча, кто под одежду вплетал, а кто…

— Спасибо, матушка, — улыбнулся Сергей.

Ложь родилась сама собой, и демон опять врубил режим безутешного сына.

— Может, магия этого артефакта способна поставить на ноги отца? Знаешь, я читал, что некоторые сильные вещи способны на… многое. Если ты не против, я хотел бы забрать её из сейфа и попробовать разобраться.

— Конечно, милый, — кивнула мать. — Делай то, что считаешь нужным.

Сжимая в кулаке верёвку, Сергей Сергеевич вышел из кабинета и направился в свои личные покои. Запер дверь на ключ, упал в кресло и широко-широко улыбнулся. Закрыв глаза, он направил в артефакт тонкий ручеёк демонической энергии, и верёвка тут же отозвалась…

— Люди, — с презрением фыркнул он. — «Обмотка для рукояти». Они даже не представляли, с чем имеют дело…

Демон ловко перехватился и связал на конце верёвки самый простой скользящий узел — для виселиц и висельников. И как только петля чуть затянулась, артефакт начал преображаться. Верёвка принялась чернеть и наливаться тьмой. Тьма буквально сочилась из неё, капала с узла на пол, и капли эти, с шипением и дымом, прожигали в паркете обугленные язвы.

— «Обмотка для рукояти», — через смешок повторил демон и продолжил.

Другой конец верёвки он принялся наматывать на кулак. Кожа под ней мгновенно вздулась волдырями. Раздалось шкворчание жаренного мяса, но вместо боли демон чувствовал лишь прилив сил. В следующие мгновение его лицо исказилось, выпустив наружу истинную его суть. Растрескавшимся губами, за которыми обнаружился ряд острых щучьих зубов, Сергей Сергеевич прошептал что-то на гортанном демоническом языке, и верёвка… верёвка отозвалась. Она не просто впиталась в руку. Она резко втянулась в запястье демона, как змея в нору, оставив после себя лишь крохотную татуировку.

Сергей выдохнул. Сила. Мощная, смертоносная и готовая вырваться наружу по первому приказу.

— Отличная игрушка, — удовлетворённо хмыкнул демон, разглядывая собственное запястье. — И лишним уж точно не будет…

Тут он в красках представил себе, как чёрная петля смыкается вокруг глотки Светлова, и решил, что пора уже сделать контрольный звонок.

— Алексей Николаевич! Как же я рад вас слышать! — Паточный голос демона аж сочился фальшивым дружелюбием. — Надеюсь, у вас всё хорошо? А то я слышал, что после дуэли с Сивушкиным ваши дела пошли не очень.

— С чего вы взяли, Сергей Сергеевич? — Принимая игру, ответил Светлов. — Никаких проблем.

— Ой, да бросьте! — Засмеялся Громов. — Я же всё знаю. Я был слишком хорошо знаком с Костей и прекрасно знаю, что лучше всего на свете этот человек умел делать долги. И я вот что подумал… У вас ведь теперь и так головной боли хватает, так может вы прекратите цепляться за трактир? Ну к чему он вам? Отдайте его мне, я выплачу щедрую сумму мимо договора, что мы заключили с вашей сестрой, и все мы заживём долго и счастливо. Вы — без долгов, а я удовлетворяя свою внезапную страсть к ресторанному делу. Никогда бы не подумал, что могу чем-то настолько загореться. Итак?

— Нет.

— Алексей Николаевич, ну не будьте же вы так категоричны! — Громов хохотнул, а после его тон резко изменился. — Подумайте хорошенько. Жизнь долгая, ситуации разные, а деньги — дело наживное. Вы ведь прекрасно знаете, что долги Сивушкина могут стать меньшей из ваших проблем.

— Ага, — ответил Светлов. — И эти проблемы устроите мне вы?

— Нет-нет, Алексей Николаевич, как вы могли подумать, что…

— Стоп, — перебил демона Алексей. — Надоело. Если есть что предъявить, наберись уже смелости и приходи, — а после сбросил звонок.

Громов медленно убрал телефон в карман. В комнате резко похолодело — окна покрылись инеем, а на обоях уродливыми узорами выступила чёрная плесень. Демона распирало от силы и злобы.

Он резко встал и направился к выходу. Ему буквально не терпелось опробовать артефакт в деле, и лучшие подопытные для этого — те самые придурки, которым люди Светлова переломали ноги. Балласт. Обуза. Они уже доказали свою бесполезность, так почему Громов должен и дальше с ними возиться?

Демон уже шагал по хрустящему снежку в направлении гостевого домика, где квартировалась его проредевшая свита, как вдруг в кармане снова зазвонил телефон. Вознесенский.

— Слушаю, Платон Иванович, — ответил демон вполне спокойным голосом. — Новости?

— Новости, — повторил Вознесенский, и уж вот он-то явно паниковал. — Плохи дела, очень плохи. Светлов подал в суд. На меня. На вас. На нас с вами!

— Не понял.

— Да что непонятного⁈ Нам вменяют махинации с имуществом покойного Сивушкина! Грозят предъявить какие-то доказательства. Сергей Сергеевич, голубчик, я на такое не подписывался. Мы и так по лезвию ножа ходим! — В голосе законника появились истерические нотки.

— Успокойтесь, Платон Иванович, я решу эту проблему, — на губах демона появилась самодовольная ухмылка, — уже сегодня вечером всё будет решено. Выдохните, капните себе пару капель коньяку и выпейте, а то так и заболеть можно.

Законник хотел было что-то еще добавить, но Сергей сбросил вызов и пошел дальше. План сам по себе сформировался у него в голове. Сегодняшняя ночь станет для Светлова последней…

Особняк Светловых.

Разговор с Громовым получился содержательным. Именно это слово больше всего подходит под то, что я услышал. Сидя в кабинете, я прокручивал в голове слова демона и мысленно улыбался. Кажется, мальчик созрел до прямого конфликта. По крайней мере, в его голосе не было больше дружелюбных ноток, наоборот, там была неприкрытая угроза. Страсть к ресторанному бизнесу, ага, как же. А то я не знаю, чем вы, твари, питаетесь.

Сунув телефон в карман, я вышел из кабинета и спустился на первый этаж.

— Господин, что готовить к обеду? — голос Степаниды заставил меня улыбнуться.

— А что хочешь, то и готовь, — подмигнув служанке, я взял меч и вышел на улицу.

Гвардейцы были заняты своим делом: кто тренировался, кто чистил оружие, а кто просто читал. Саватеев старший уже ждал меня возле автомобиля, и, закинув клинок на заднее сидение, я расположился на переднем рядом с ним.

— Едем к Базилевскому.

Миша кивнул, и внедорожник Лома рванул вперед, с легкостью вгрызаясь в снежный покров, спрессованный до состояния почти льда. Саватеев внимательно следил за дорогой, а я прикидывал, каков будет дальнейший шаг Громова. Учитывая власть его семьи, вариантов у него на самом деле предостаточно. У меня же был свой козырь, а именно знание того, кем он является на самом деле. Демон вряд ли ждет от меня такого, в его глазах я, скорее всего, просто удачливый пацан, который умудрился каким-то образом выпутаться из ловушки. И пока не стоит его в этом разубеждать.

— Господин, подъехали, — голос Миши вывел меня из размышлений, и я увидел, что мы уже стоим рядом с конторой Базилевского.

— Посиди тут, Миша, незачем смущать «уважаемого» скупщика, — покинув салон, я поднял воротник и направился внутрь.

Приглушенный свет лавки создавал своеобразный уют, а вот тишина, наоборот, напрягала. Скупщика я нашел за столом, он с помощью увеличительного стекла изучал какой-то перстень. Увидев меня, старик расплылся в радостной улыбке.

— Ваше благородие, вы даже не представляете, как сильно я рад вас видеть! — Базилевский тут же выскочил из-за стола, — Думал, вы уже не заглянете ко мне в гости!

— Как не заглянуть к хорошему человеку, — я ответил ему такой же улыбкой, — Никита Андреевич, а не появилось ли у тебя новых интересных вещиц? Ну так, чисто случайно.

— Хм, ваше благородие, кое-что есть, но не знаю, заинтересует ли вас это, — лавочник развернулся и поманил меня за собой в ту самую потайную комнату.

Оказавшись внутри, я отметил, что местные столы изрядно опустели, хотя кое-что интересное тут все же появилось. На крайнем столе я увидел два револьвера серебряного цвета. Что-то в них привлекло мой взгляд, однако сразу же идти туда я не решился. Для начала прошелся по ближайшим столам, нашел еще парочку магических безделушек, но в конце концов подошел к револьверам. Взяв их в руки, я отметил их вес. Слишком мало, а еще оружие излучало магию. Не знаю почему, но я не устоял и направил в оружие каплю своей энергии. В ту же секунду на стволах зажглись цепочки рун, а потом револьверы просто испарились!

— Как это? — Базилевский уставился на меня округлившимися глазами, — Куда они делись, ваше благородие?

— Не знаю, — я пожал плечами, — В любом случае я готов тебе компенсировать потерю, Никита Андреевич. Сколько ты хотел за них?

— Гм, учитывая, что это оружие, не меньше тысячи, — тихо произнес он, — Но для вас я готов сделать скидку, так что пяти сотен хватит.

— Ну уж нет, держи тысячу, — отсчитав нужную сумму, я протянул Базилевскому купюры.

В конце концов я ведь тоже немного слукавил, ведь револьверы никуда не делись, просто спрятались в своего рода пространственный карман. Мелкий, как раз для них, но, если задуматься, задумка гениальная. Таким образом можно пронести оружие чуть ли не в любое место. На ауре такие карманы не отображаются, а значит, невидимы для магов.

Еще какое-то время я провел в лавке, разговаривая со скупщиком, но было видно, что ему не до меня, так что, попрощавшись, я направился к выходу. Холодный морозный воздух ударил в лицо, обжигая кожу, а в следующую секунду я заметил рядом с нашим внедорожником еще два автомобиля с надписью «Полиция». Рядом с ними стояли рослые ребята в форме, и, заметив меня, тут же шагнули вперед.

— Светлов Алексей Николаевич? — один из них, чем-то смахивающий на того капитана, что пришел тогда ко мне домой, протянул мне лист бумаги, — Приказ о вашем задержании.

— И по какому поводу, хочу спросить? — усмехнувшись, я аккуратно взял лист и прочитал содержимое.

И чем больше я читал, тем больше мне хотелось смеяться. Ну, Громов, молодец какой!

— Что ж, я согласен пойти с вами, — я кивнул на Саватеева, что стоял с угрюмым видом, держась за кобуру, — Только скажу своему человеку пару слов наедине.

Полицейский кивнул и отошел в сторону, а я подошел к Мише.

— Так, едь домой и будьте готовы ко всему, — тихо произнес я, косясь на полицейских, — А главное, смотрите за трактиром. Ну и юристу позвони, думаю, он не откажется прокатиться до Торжка.

— Мы всё сделаем, господин, — Миша кивнул, — А вы держитесь. Я сейчас же поеду в Тверь.

— Верю, Миша, верю, — улыбнувшись, я развернулся к полицейским, — Ну что, «уважаемые», поехали…