Демоноборец

Глава 17

Десять минут спустя. Арена администрации.

Небольшой песчаный круг в окружении странных столбов, излучающих энергию. Именно это я увидел, когда мы с Саватеевым покинули раздевалку. Миша будет у меня в роли секунданта, по правилам так должно быть. В идеале секундант должен быть еще и благородным, но допускались и слуги рода.

— И вот это вот арена? — я усмехнулся, — судя по всему, тут редко кто дерется.

— Вы правы, господин, — ответил Миша, — арену построили пять лет назад, а до этого момента дуэли никак не регламентировались. Правда, в какой-то момент императору надоело, что в дуэлях погибает столько молодежи, и он ввел нынешние правила, — гвардеец улыбнулся, — и теперь без серьезного повода никто дуэль не разрешит.

— А если кто-то решит, что не нуждается в разрешении? Неужели такого не было?

— Было, как не быть, — гвардеец пожал плечами, — да только после этого к ним в гости обычно заглядывает охранка, и начинается настоящее веселье. Наш государь очень, очень сильно не любит, когда его держат за дурака.

Я мысленно усмехнулся. Ну да, всё правильно. Терять магов из-за какого-то пустяка не дело. Очень, очень своевременный указ, учитывая, что в скором будущем начнется такая война, что местным и не снилось.

Пока мы с Саватеевым обсуждали дуэль, на противоположной стороне наконец-то появился Сивушкин, как и я, в свободной рубашке и легких штанах. Да-да, тут всё было регламентировано вплоть до одежды. Единственное, что было неподвластно, — это оружие. Ведь оружие у дворянина всегда свое, иначе какой он, к демонам, дворянин. У меня в качестве оружия был тот самый меч, что я купил у Базилевского, а вот Костя удивил, в его руках была рапира. Не сабля, не меч, а самая настоящая боевая рапира. Не очень популярное оружие, насколько я мог судить по памяти, полученной от бывшего владельца этого тела. Точнее, не так, оружие популярное, но не тут. В такого рода клинок много энергии не впихнуть, да и предназначена рапира в основном для колющих ударов. Не самый хороший вариант, когда у твоего противника магический покров. Бой однозначно будет интересным, очень интересным.

Сивушкин смотрел на меня с превосходством в глазах, а за его спиной стоял Громов, всем своим видом излучающий сожаление. Хороший актер, ничего не скажешь. Только вот зритель ему попался неблагодарный.

Наконец-то на арене появился Громов старший, и мы шагнули на арену. Градоначальник выглядел откровенно плохо. Седой, с мешками под глазами, с кожей серого цвета. И причина была понятна, судя по взгляду, который он бросил на сына. Бедный мужик, а ведь он не знает, что в теле его сына теперь живет совсем другой.

— Господа, еще раз спрашиваю у вас, не хотите ли вы примириться? — официальным тоном спросил градоначальник, когда мы подошли к центру арены.

— Нет, — надменно ответил Сивушкин.

— Нет, — я пожал плечами.

— Что ж, тогда да будет дуэль, — уставшим голосом произнес он, — я бы попросил вас ограничиться первой кровью, но что-то мне подсказывает, что такого не будет.

Тут я промолчал, потому что решить вопрос таким образом не получится, Сивушкин пришел сюда убить меня, а значит, я убью его.

— У меня есть предложение, Сергей Витальевич, — вдруг произнес Костя, — если господин Светлов не против, я бы хотел сделать нашу дуэль еще интереснее. Готов поставить на кон все свое имущество! — урод злорадно улыбнулся, — если он в ответ сделает то же самое.

Скрип зубов демона в этот момент, кажется, услышали все.

— Согласен, — я усмехнулся, — так и правда будет интереснее. Господин градоначальник, вы услышали слова господина Сивушкина?

— Услышал, — Громов старший нахмурился, — да будет так, — после этого он покинул арену, как и секунданты, а потом нас накрыл энергетический купол. Хм, так вот что это были за столбы. Неплохо, совсем неплохо.

Покинув арену, демону захотелось что-нибудь сломать, а лучше кого-нибудь. Этот имбецил поставил на кон слишком многое, самоуверенный идиот. Светлов же согласился, да и вообще, не выглядел он как человек, идущий на смерть, совсем не выглядел. И теперь демон не был уверен, что перстень поможет.

— Только попробуй проиграть, утырок, — тихо прошептал себе под нос он, не сводя взгляда с арены, — только попробуй проиграть…

— Ну что, Светлов, начнем? — Сивушкин ощерился и прыгнул вперед.

Кончик его рапиры почти достал моей шеи, но почти не считается. Уйдя с траектории удара, я активировал магический покров. Сил он жрал много, даже слишком, но теперь я могу сосредоточиться на магическом ударе. Косте же явно не понравилось, что я не захотел сразу сдохнуть, у него будто бы сорвало крышу. Кидаясь на меня без остановки, он вопил что-то нечленораздельное, тыкая в мою сторону своей рапирой. Баран, недостаточно взять в руки такое оружие, желательно им уметь еще и драться.

Меня же мышечная память не подвела. Пусть скорость тела еще была не очень высокой, зато реакции были правильные. Раз пять я увел удар Сивушкина в сторону, и с каждым разом он все больше и больше зверел, теряя контроль над собой. Странно, почему он не использует магию? Источник у него есть, пусть слабенький, но все же.

Стоило мне только подумать об этом, как ублюдок ударил воздушным кулаком. Толчок в грудь чуть не опрокинул меня на спину, а покров на мгновение мигнул. Но самое поганое это то, что в воздух поднялись мелкие частицы песка, которые тут же ухудшили обзор.

— Ну что, Светлов, понравилось? — только я подумал о том, что Сивушкина не видно, как этот «гений» подал голос сам.

Звук шел справа, так что я, не думая, выпустил простенькую световую молнию. Всё, на что хватило моих сил сейчас.

Удар получился хорошим, я бы даже сказал, очень. Ветвистый снаряд нашел свою цель, и арену накрыл вой. В отличие от меня Сивушкин не удосужился активировать свой покров, и тут же поплатился за это. Рухнув на колени, гад прижал руки к животу, не переставая при этом выть. Уже ни о какой атаке он не думал, да вообще ни о чем не думал, кроме себя.

— Закончим это, — подойдя к нему, я совершил всего один взмах. Этого хватило. Кровь хлынула из пореза на шее, и через пару секунд Сивушкин повалился на бок.

Повернувшись, я поймал немигающий взгляд Громова младшего и улыбнулся. А через секунду защитный барьер убрали, и к нам ринулись люди. Ко мне подошел Михаил, боец осмотрел меня со всех сторон и, не найдя ни одной царапины, облегченно выдохнул. А вот к Сивушкину подошло куда больше народу, среди которых был и лекарь. Молодой мужчина лет тридцати поднял взгляд на градоначальника и отрицательно покачал головой.

— Победитель Алексей Николаевич Светлов, — недовольным голосом произнес он, глядя на меня, — вы, Алексей Николаевич, могли бы пожалеть дурака.

— Не мог, Сергей Витальевич. Он ведь не пожалел моих людей, — я пожал плечами, — жду бумагу о переходе всех владений Сивушкина под мою руку. Мне известно, что Константин был последним из рода.

— Как и вы, — градоначальник покачал головой и, развернувшись, покинул арену.

— Поехали в лазарет, Миша, посмотрим, как там наш Федор. И заодно брату позвони, узнай, решился ли вопрос с полицией.

Саватеев кивнул, и мы направились к выходу. Громов младший проводил меня тяжелым взглядом, но ничего не решился сказать. Что ж, теперь стоит ожидать следующего шага с его стороны. Уверен, демон не заставит себя долго ждать…

Насыщенный сегодня день получается, я бы даже сказал, с перебором. Внезапное появление в моей жизни Сивушкина чуть было не сорвало все планы, однако дела всё равно нужно делать, и для отдыха сейчас совершенно нет времени.

Вернувшись домой, я как можно скорее привёл себя в порядок. Быстренько принял холодный душ, переоделся и уже по привычке направился в рабочий кабинет. Поездку к Феде мы решили перенести на чуть позже, всё же приходить в лазарет, когда от самого пахнет кровью, кощунство. Да и внешний вид у меня был не очень. После сегодняшнего дня конфликт с Громовым должен перерасти в какую-то совершенно иную фазу, вот только в какую?

Вариантов на самом деле масса, и что самое паскудное — прямой атаки ждать не стоит. Тварь будет продолжать действовать исподтишка. Подставы, компромат, натравливание структур, удары по моему окружению… Вон, Федя ведь уже в больнице. Короче говоря, нужно готовиться ко всему и сразу. Тем и займусь.

Но сперва нужно уладить приятные последствия дуэли. Никто Сивушкина за язык не тянул, и теперь его активы — это мои активы. Знать бы ещё, какие именно. И как же хорошо, что я уже успел найти грамотного юриста.

— Алло, Авраам Аронович, здравствуйте.

— Алексей Николаевич? — Шапкин немного удивился. — Рад слышать.

— У меня к вам новое дело, — начал я без предисловий. — Буквально несколько часов назад я участвовал в дуэли. И, как вы можете догадаться хотя бы потому, что я сейчас с вами разговариваю, дуэль завершилась для меня удачно. Крайне удачно. Ставкой было всё имущество моего оппонента, и теперь мне нужно понять, что именно я выиграл и как юридически грамотно всё это дело оформить.

В трубке на какое-то время повисла тишина, а потом я услышал негромкий, но искренний смех законника.

— Алексей Николаевич, а вы полны сюрпризов, — сказал он, отсмеявшись.

— Стараюсь. Итак? Вы возьмётесь?

— Ну конечно же я возьмусь! Вы, Алексей Николаевич, рискуете стать моим самым любимым клиентом. Продолжайте богатеть, прошу вас, не останавливайтесь, — Авраам Аронович ещё раз хохотнул. — Но без формальностей всё же не обойтись, и вам нужно будет заехать ко мне. Подпишем генеральную доверенность, чтобы я мог представлять ваши интересы. Когда сможете?

— Сегодня, в течение нескольких часов.

— Прекрасно! Жду. А пока что, если вы не против, я хотел бы узнать имя бедолаги, который решил перейти вам дорогу. Не буду откладывать и сейчас же разузнаю, чем он владел и не сливают ли его имущество прямо сейчас…

Ну вот и отлично. Закончив с одним делом, я сразу же приступил к следующему — позвонил Резнову и подтвердил, что посещение артефактной мастерской в силе. После достал из сейфа последние камни рода Светловых и направился на выход.

В Тверь я поехал за рулём в компании Саватеева-старшего. Младший же лично вызвался разгребать последствия утренней аварии и прямо сейчас, насколько мне известно, был в сервисе. Узнавал, во сколько может встать восстановление машины и не будет ли проще и дешевле приобрести новую. Хотя на самом деле может статься так, что тратиться вообще не придётся, и пополнение моего автопарка спонсирует покойный Сивушкин.

Итак, в Тверь. Но с небольшой остановкой. Проверить, как разметили Федю, теперь было моим моральным долгом.

— Здравствуйте, — я поздоровался с медсестричкой по ту сторону стойки регистратуры. — Я по поводу недавно поступившего…

Тут я запнулся и понял, что, к собственному стыду, до сих пор не знаю ни отчество, ни фамилию Феди.

— Мужчину к вам привезли после автомобильной аварии.

— Белозёров? — уточнила сестричка. — Фёдор Игнатьевич?

— Он, — кивнул я. — Мне бы хотелось поговорить с его лечащим врачом.

— Ожидайте…

Девушка упорхнула из-за стойки и уже через минуту вернулась с очень усталым на вид мужчиной в очках.

— Вы родственник?

— Работодатель. Мне бы хотелось увидеть Фёдора и узнать, насколько всё серьёзно.

— Пойдёмте, — врач поманил меня за собой, а по пути начал рассказывать: — Если не считать ушибы, у Фёдора Игнатьевича довольно сильное сотрясение мозга и перелом лодыжки со смещением. Но состояние стабильное, и переживать не о чем. Если динамика будет положительной, то сможете забрать его через два-три дня.

По лестнице мы поднялись на третий этаж, а затем по длиннющему коридору прошли в самое, как мне показалось, дальнее крыло больницы.

— Прошу, — врач приоткрыл дверь, пропуская меня внутрь.

Палата оказалась небольшой, но чистой, светлой, а что самое главное — одиночной. Да и в целом здесь было всё, что нужно для жизни: больничная койка, тумба, шкаф, небольшой угловой диванчик со столом, маленький холодильник и дверь в собственную уборную. Не каждый гостиничный номер может таким похвастать.

Сам же Федя выглядел лихо. Голова аккуратно замотана бинтами, подбородок и левая скула в синяках, а закованная в гипс нога висит на специальной подставке.

— Только не будите, — попросил меня врач. — Не надо.

А я и не собирался, по правде говоря. Просто постоял с минуту, глядя на Федю, и подумал о том, что крепкий он всё-таки мужик. Даром что возрастной и неодарённый. Затем оставил в палате пакет с апельсинами — это была идея Саватеева — и направился на выход. Напоследок попросил врача передать Феде, как только очнётся, что к нему заезжал Светлов. И ещё:

— … без моего ведома никого к нему не пускайте. Вообще никого. Даже если кто-то будет просто спрашивать о нём, сразу же звоните.

— Хорошо, Алексей Николаевич, я предупрежу персонал.

Громов. Что ему стоит ударить по беззащитному Фёдору? Хотя бы просто затем, чтобы оценить, как я на это отреагирую.

И кстати! Посещение больницы натолкнуло меня на очень своевременную мысль — пару камней нужно потратить на создание лечебных артефактов. Штатных, так сказать, для гвардии. Ситуации ведь не просто «бывают разные», они непременно будут таковыми, причём в самое ближайшее время. Демоны вряд ли дадут мне заскучать.

Ну а дальше в Тверь. Внезапно, артефактная мастерская Резнова оказалась расположена на очень оживлённой улице, между рестораном и магазином одежды. Причём вход в неё был замаскирован под чайную лавку.

— Алексей Николаевич, — Резнов уже ждал внутри.

Долго расшаркиваться не стали. Пожав руку, он сразу же увлёк меня за собой в подсобку, а оттуда вниз по лестнице аж на два этажа и дальше-дальше-дальше по коридору. Настоящие катакомбы.

— Наслышан о ваших похождениях, — усмехнулся Антон Иванович. — И не я один, стоит отметить, весь город уже гудит. Дуэль на состояние — это, конечно, сильно.

— Быстро же слухи расходятся.

— В нашем мире всё происходит быстро, Алексей Николаевич.

— Вы были знакомы с Сивушкиным?

— Лично нет. Однако наслышан о том, что сволочью он был редкостной, и можно даже сказать, что вы сегодня общественно-полезное дело сделали. Почистили, так сказать, генофонд.

— Я старался.

Тут коридор наконец-то закончился массивной металлической дверью. Резнов приложил к считывателю пластиковую карточку, замок щёлкнул, и мы вошли внутрь. Сказать, что я был поражён — ничего не сказать.

То, что сперва показалось мне каким-то мрачным подземельем, внутри было ультрасовременным производственным цехом. Высокие потолки, прорезиненный пол, а все стены сплошь в панелях, которые, судя по всему, гасят любые магические и электрические помехи. Вдоль стен аккуратные стоят верстаки с инструментами и приборами, в углу оборудована небольшая зона отдыха, и всё вокруг аж сверкает чистотой.

Я от такого невольно хмыкнул и вспомнил свой старый мир. В нём артефакторика была уделом одиночек, что ютились в заваленных хламом лачугах. Здесь же — стерильная лаборатория и поток. Прогресс, мать его за ногу. Ну… либо же просто другое, чуть более осмысленное отношение к ремеслу.

Мимо, не обращая на нас никого внимания, прошли несколько человек в белых халатах, и Резнов повёл меня дальше. В отдельный, огороженный прозрачным стеклом кабинет.

— Знакомьтесь, Алексей Николаевич, это наш старший мастер, — представил мне Резнов мужчину лет сорока, лысого и с длинной седой бородой, заплетённой в косичку. — Захар Борисович Круглов.

Мастер пожал мне руку.

— Присаживайтесь, Алексей Николаевич. Шеф сказал, что у вас есть собственный материал и какая-то интересная задача.

Я кивнул, достал из кармана мешочек с камнями и высыпал их на стол прямо перед мастером. Тот сразу же оживился, достал лупу и принялся изучать.

— Хорошие камни, чистые, — пробормотал артефактор. — Где вы их только берёте… А впрочем, это не моё дело, да. Итак, Алексей Николаевич, что будем с ними делать?

— Ну слушайте, — улыбнулся я и начал рассказывать, сопровождая свои слова чертежами. И чем дольше я рассказывал, тем выше поднимались брови Круглова, и тем яростнее он теребил свою косичку. В конце концов он не выдержал.

— Алексей Николаевич, позвольте нескромный вопрос. Откуда вы всё это знаете?

— Разве это так важно? — я улыбнулся, — считайте это родовыми знаниями. И да, как вы понимаете, мне бы не хотелось, чтобы эти устройства получил еще кто-то кроме меня, — я повернулся к Резнову, — такое возможно?

— Возможно, — тот кивнул, — теперь слово за мастером.

— Я всё сделаю, — Круглов кивнул, одарив меня при этом странным взглядом, — мне нужна неделя. Уж слишком сложный заказ, даже для меня.

— Отлично. Неделя так неделя. Чертежи я вам оставлю.

Мастер молча сграбастал бумаги и быстрым шагом пошел прочь, словно боялся, что я их у него сейчас отниму. Н-да, кажется, я невольно показал местным что-то новое. Иначе с чего бы такая реакция.

— Алексей Николаевич, а пойдём-ка ко мне в кабинет, поговорим, — Резнов расплылся в хищной улыбке, — уверяю, разговор будет полезен нам обоим…