Черный Маг Императора 25

Глава 8

— Темников, на всякий случай напоминаю, под водой могут водиться опасные некротвари, — предупредил меня Чертков и шагнул в воду вслед за мной. — Если тебе вдруг покажется, что надо спасать свою задницу, значит так и делай, ясно? Обо мне не думай.

Я промолчал, и наставник решил сказать мне об этом еще раз. Видимо для того, чтобы я что-то сказал в ответ.

— Слышишь меня? — спросил Александр Григорьевич. — Я сейчас тебе вполне серьезно об этом говорю. Бывают в жизни такие моменты, что нужно не думать и спасаться. Иначе и сам погибнешь, и меня не выручишь. Ясно тебе?

— Да понял я все еще с первого раза, — кивнул я и сделал еще один шаг вперед. — Не переживайте, Александр Григорьевич, тут расстояния-то всего… Метров десять от силы.

— Понял он… — пробурчал старик и посмотрел на воду. — И некрощит накинь на себя как войдешь, сколько раз повторять?

На этот вопрос я тоже решил не отвечать и не говорить Черткову, что он сказал мне об этом впервые. Наставник явно нервничает почему-то, а зачем его злить еще больше? Накинуть несколько слоев некрощита мне было не сложно.

Чтобы провести мне краткий инструктаж, Александр Григорьевич вышел из некрослоя, и я последовал вслед за ним. После встречи с кровососами нам требовалась небольшая передышка, чтобы немного восстановить свои силы.

В некрослое работало все по довольно хитрой системе: ты долго чувствовал себя в полном порядке, но когда начинал уставать, то терял силы довольно быстро и нужно было внимательно следить за этим. Иначе мог возникнуть момент, когда будет уже поздно.

Однако даже короткий отдых в нашем родном мире работал как исцеляющий бальзам. Если ты не перешагнул в некрослое опасную черту, за которой потребуется длительное восстановление, то силы возвращались довольно быстро.

Чтобы уж совсем наверняка привести себя в порядок, мы с Чертковым выпили по одному Эликсиру Бодрости. Легкая головная боль впоследствии — это ерунда по сравнению с отличным полезным эффектом, который нам сейчас требовался.

Александр Григорьевич открыл новый портал прямо над водой, всего в нескольких шагах от берега. Без лишних слов он вошел в портал первым, а я двинулся вслед за ним.

Первым некросимволом, который мы применили, было Слово-Вода. Он позволял ходить по водной поверхности, так что не было необходимости нырять раньше времени. Ну а уже перед самым островком мы применили Слово-Дыхание и опустились под воду.

Скажу честно, давалось мне это непросто. Самая большая сложность заключалась в том, что нужно было не обращать внимание на то, что ты находишься под водой, и просто дышать. Звучит легко, но на практике это довольно-таки непросто. Организм на подсознательном уровне сопротивляется желанию дышать и пытается все делать наоборот. В общем, непривычно.

Издавая странные булькающие звуки, я плыл следом за Александром Григорьевичем, который двигался под водой на удивление легко и быстро. Да, плотность воды в некрослое отличалась от земной и плыть в ней было в несколько раз легче, однако все равно он двигался слишком быстро.

К нашему счастью, опасения Черткова оказались напрасными. На нас никто не напал и не попытался сожрать. Хотя где-то там вдали я видел подозрительное движение на дне, но очищать озеро от некротварей в наши планы не входило.

Мы направились в темнеющий входной проем грота и вплыли в него, активировав перед этим Слово-Свет. Некросимвол, который будет освещать наш путь, а заодно отгонять некротварей, если они здесь будут. Против сильных врагов он не сработает, но разную мелочь, типа некрочервей, разгонит без проблем. Ну или кто здесь под водой вместо них, какие-нибудь некрокрабы или некрокреветки.

Поначалу проем был довольно широким. Настолько, что мы могли плыть рядом, абсолютно не мешая при этом друг другу. Однако понемногу он делался все уже, пока не превратился в трещину, метра полтора шириной. Плыть стало неудобно.

Приходилось чуть ли не пробираться внутрь, да еще при этом все время ощупывая стены. Они были неровными, с острыми торчавшими камнями, которые то и дело цеплялись за одежду. Счесав до крови руку об один из камней, я уже начал жалеть, что мы сюда забрались. Что здесь может быть интересного?

Ну это я так… Просто со злости… Интуиция подсказывала мне, что-то любопытное обязательно должно быть. Да и не стал бы Карл-Людвиг ничего говорить об этом гроте, если бы не хотел, чтобы мы обратили на него внимание. Явно не просто так сказал.

Вообще, в этом смысле некрослой как-то очень любопытно работает. Если стена не слишком широкая, то через нее можно было пройти беспрепятственно. Да что там, даже школьные стены основного корпуса проходились без проблем. Но вот если камень был слишком широким, типа вот этой скалы, то пройти сквозь него не получалось. Ты просто упирался в преграду и все.

Вскоре узкий тоннель, через который мы неспеша пробирались, начал расширяться и постепенно превратился в широкий подводный коридор. В какой-то момент каменный потолок вдруг резко пошел вверх, и мы с Чертковым оказались в большом каменном зале. Судя по тому, что я видел, здесь начиналась сухопутная часть этого места.

Мы выбрались из воды и осмотрелись. Ничего подозрительного ни в некрослое, ни снаружи. Слышно лишь только как капает вода в некоторых местах, и все на этом. Зато на дальней от нас стене темнел еще один проход, который скорее всего вел в соседний зал.

После подводного плавания идти по твердому каменному полу было приятно. Хотя тут тоже хватало всяких камней и приходилось все время смотреть под ноги, но это мелочи. Когда чувствуешь под ногами опору, это как-то успокаивает. Вот бы еще и вещи каким-то чудом на нас высохли, было бы вообще хорошо. И в ботинках чтобы не хлюпало…

Из прохода в соседний зал тянуло неприятным холодом, который ощущался даже в некрослое. Сквозняк. Если так, то значит где-то там в глубине есть доступ воздуха в это место, иначе с чего бы он здесь был. Кстати говоря, и в этом зале, видимо, тоже.

Однако ничего похожего на трещину я на потолке не обнаружил. Судя по всему, она была скрыта где-то среди торчавших сверху камней. Рассмотреть что-то среди них было весьма проблематично.

Примерно через несколько шагов после того, как мы с наставником вошли в каменный проем, мы увидели паутину, которой кто-то опутал весь проход. Причем в несколько слоев, которых здесь были десятки и сотни. Белые тонкие нити колыхались на сквозняке и было понятно, что это не преграда.

— Похоже, там внутри паук, — сказал я, осматривая паутину. — Может быть, о нем говорил Гофман, когда просил никого здесь не трогать?

— Скоро узнаем, — ответил старик. — Во всяком случае, очень на это похоже.

Мы осторожно вошли в следующий зал и остановились, чтобы осмотреться. По размерам он был чуть больше предыдущего, в правой части все было затоплено водой, откуда-то сверху сюда проникал тонкий лучик света, а возле дальней стены я заметил какое-то движение и еще один темнеющий проход.

Вот только пока не удавалось разобрать кто там, даже с моим ночным зрением. Чтобы это узнать, нужно было подойти поближе. Единственное, в чем я был уверен, это не некротварь. Обычно они намного светлее, белые или серебряные. Разве только это какой-то новый вид, который я пока еще не видел.

— Александр Григорьевич, там кто-то есть, — сказал я и показал наставнику рукой в ту сторону, где заметил движение. — Возможно это как раз паук, который наплел паутины возле входа.

— Не суетись, Темников, иди спокойно, — сделал мне замечание Чертков, когда я сделал шаг в ту сторону, где заметил движение. — Минута тебе точно ничего не решит.

Мы прошли немного вперед и в этот момент движение около дальней стены прекратилось. Мы тут же остановились. Ничего толком по-прежнему рассмотреть было нельзя, а потому подождав немного, мы вновь двинулись вперед. Прошли несколько шагов и вдруг там снова что-то начало двигаться, заставив нас остановиться.

Теперь до стены было шагов пятнадцать, и если бы там был паук, то мы уже должны были его увидеть. Однако ничего подобного. Лишь какие-то большие круглые валуны. Ну или паук был настолько маленьким, что отсюда его было не видно. Если так, то сколько это времени ему потребовалось, чтобы столько паутины наплести?

— КВААА!!! — услышали мы с наставником и от неожиданности оба подпрыгнули на месте.

Звук громким эхом прокатился вокруг нас и улетел вверх под каменные своды.

— Твою мать… — выругался старик и с досадой плюнул на камни. — Лягушка здесь, что ли?

— КВААА!!! — вновь услышали мы, затем один из валунов вдруг повернулся к нам и оказалось, что это действительно лягушка.

Хотя, может быть, жаба. Честно говоря, я в них не очень хорошо разбирался, а тем более с перепуга. Признаться, своим внезапным кваканьем она нагнала на меня страха. Судя по всему, на наставника тоже. Любопытно… Сердце у нее бледного розового цвета, практически белое.

В этот момент лягушка издала какой-то чавкающий звук и прыгнула в нашу сторону. Видеть нас она не могла, это точно. Может быть, как-то почувствовала, как Чернопятов? Я помнил о просьбе Гофмана, что не нужно здесь никого убивать, но саблю на всякий случай сжал покрепче.

ШМЯК!

— КВААА!!!

Охренеть… Да это не просто лягушка! Это целая лягушище! Размером с мою тумбочку в общаге! Вот это да… Толстая как колобок. Короткие передние лапы с толстыми пальцами, на конце которых были присоски размером с блюдце. Мощно…

Больше всего меня впечатлила ее голова. Треугольная, с огромными выпуклыми глазами, которые светились тусклым светом. Такое ощущение, что кто-то вкрутил ей в голову лампочку и теперь она все время горела, а глаза с горизонтальными зрачками были фарами, как в машине.

— Александр Григорьевич, вы когда-нибудь видели таких огромных жаб? — спросил я, не спуская глаз с нашей новой знакомой.

— Что за глупые вопросы, Темников? — ответил он. — Разумеется нет. Это же не жаба, а какой-то мутант размером с корову.

— Не очень-то похожа она на корову, — сказал я. — Хотя… Если она еще и паутину плетет, то может быть и мутант. Интересно, что она здесь жрет, как вы думаете?

— Думаю, что…

Однако соображения наставника по этому поводу я так и не узнал. Жаба надула горло, превратив его в огромный пузырь, затем снова громко квакнула и попрыгала в сторону воды, к правой стене зала. Спустя еще несколько секунд громко булькнуло, и лягушка исчезла под водой.

— Ну вот, а ты спрашивал, что она здесь жрет, — сказал старик, глядя на расходящиеся круги по воде. — Судя по всему, отсюда есть подводный выход наружу, и чтобы поесть она выплывает из грота, а здесь просто живет. Мощная штука…

— Наверное еще со времен динозавров здесь живет, — предположил я. — Видели какая уродина?

— Все может быть, — усмехнулся наставник. — Но мне кажется, что это именно о ней предупреждал нас Карл-Людвиг. Что же, можно расслабиться. Зверь оказался неопасным.

— Только непонятно кто оставил паутину на входе в этот зал, — сказал я. — Явно ведь не лягушка.

— Да, не жабье это дело паутину плести, — кивнул старик и посмотрел на виднеющийся на стене еще один проход. Он был расположен как раз за тем местом, где сидела лягушка.

На этот раз тоннель к очередному залу оказался чуть длиннее и здесь тоже было много паутины. По правде говоря, глядя на все это я уже настроился вскоре увидеть паука. Это было бы логично. Тем временем тоннель сделал несколько поворотов и сделался уже, превратившись в тонкую трещину.

Нам пришлось протискиваться через нее, и хорошо, что на этот раз края были не острыми. Скорее наоборот, они были плавными и гладкими, как будто кто-то специально поработал над тем, чтобы они не доставляли неудобств.

За трещиной начинался очередной зал. Он был намного меньше двух предыдущих. Да и выглядел совсем не так. Его было более уместно назвать комнатой, а не залом, и дело было не только в размерах, но и в том, что мы здесь увидели.

Первое, что сильно удивляло — это неожиданное ощущение порядка, который никак не ожидаешь увидеть после двух предыдущих залов, да и в подводном гроте вообще. После неровных каменных полов, острых камней и торчавших кое-где сталагмитов, здесь все выглядело так, как будто полы специально немного подровняли. Это было единственное место в гроте, где можно было ходить не спотыкаясь.

Кстати говоря, потолков это тоже касалось. В некоторых местах свисали с потолка сосульки сталактитов, однако по большей части они были срезаны. Кому-то они явно мешали.

Когда некросимволы осветили комнату чуть ярче, стало понятно и еще кое-что — эта комната явно когда-то была жилищем. В этом не могло быть абсолютно никаких сомнений. Достаточно было просто посмотреть по сторонам.

В дальнем правом углу виднелась невысокая каменная лежанка, которая была сложена из нескольких каменных плит, поставленных друг на друга. На них валялся грязный полосатый матрац, на котором лежали сложенное одеяло и пара подушек.

Рядом с необычной каменной кроватью стоял деревянный стол и стул, а рядом с ними небольшой открытый шкаф. На столе стоял подсвечник с огарком свечи, еще штук десять новых свечей лежали в шкафу на полке. Там же было несколько глиняных тарелок, кружка и приборы. Все это было покрыто темной плесенью и явно давно не использовалось.

Ну и самым впечатляющим нашим открытием был большущий гобелен, который занимал всю дальнюю стену комнаты. Он был в точности таким же, как и его братья-близнецы, развешенные во всех зданиях, которые стояли на территории «Берестянки».

Глядя на него, я даже рот раскрыл от удивления и почувствовал, как по моей спине пробежал легкий холодок. Вот это да… Как он здесь оказался?

— Наверное, так же как и все остальное, мой мальчик, — сказал Дориан. — Явно же не образовался на стене сам по себе. Кто-то его принес сюда, как мебель и посуду. Я думаю, кто-то из этой паучьей семейки Гофманов.

Я был согласен со своим другом. Звучало вполне логично. С учетом того, что кроме гигантской лягушки больше никакой живности в этом гроте мы не обнаружили, то было понятно, кто оставил здесь паутину. Если не паук, то кто-то, кто мог в них превращаться…

Судя по внимательному взгляду Черткова, которым он осматривал комнату, наставник тоже приходил к такому же выводу. Мои догадки подтвердились после первого же его вопроса ко мне.

— О чем думаешь, Темников? — спросил он. — Как Гофманы попадали сюда и что здесь делали? Я прав?

— Ну не совсем… — честно признался я. — Что они здесь делали, я примерно понимаю. Скорее всего, это что-то типа укрытия, где они спасались от каких-нибудь проблем. Думаю, недостатка в них у их семейки не было. Попадали они сюда скорее всего как и мы, только использовали Эликсиры Подводного Дыхания.

— Тогда над чем же ты размышляешь с таким умным видом? — удивленно поинтересовался Чертков.

— Над тем, как сюда попал гобелен, — ответил я. — Даже скорее не так, главное — зачем он здесь? Должен же быть в них какой-то смысл, если даже в этот грот они его притащили? Явно же не для красоты, Александр Григорьевич…

После моих слов мы с наставником подошли к необычному полотну поближе и начали его рассматривать. На первый взгляд он был в точности таким, как и все гобелены, которые мы видели до этого. Замысловатый рисунок из десятков и сотен пауков, которые переплели между собой тонкие лапы.

Даже эффект был схожий, если долго смотреть на него. Пауки будто начинали двигаться. Теперь я уже видел, что это мне не привиделось, как в прошлый раз. Пауки шевелили своими лапами, причем делали это довольно-таки интенсивно.

— Может быть, в этом рисунке есть какой-то смысл? — спросил я у наставника. — Я имею в виду в расположении пауков на гобелене. Или в том, что они шевелятся.

— Тебе кажется, парень, они не шевелятся, — уверенно сказал Чертков. — Это иллюзия. Просто мы слишком пристально смотрим на них и возникает такой эффект.

— Нет, — покачал я головой. — Поначалу я тоже так думал, но сейчас… Вон смотрите, они же ползают друг по другу.

— Да ну? — удивленно воскликнул Александр Григорьевич и постучал по гобелену посохом. — Похоже кто-то из нас явно переутомился сегодня. Хватит на сегодня, Темников, пора отправляться обратно. Думаю, это просто тайное убежище семейства Гофманов, где они прятались от врагов. Уверен, что в следующий раз пауки на гобелене покажутся тебе чуть более спокойными. У тебя слишком разыгралась фантазия.

— Возможно… — сказал я, задумчиво рассматривая гобелен.

— Лучше бы ты подумал, кто здесь может быть еще, кроме той огромной жабы, — посоветовал мне Чертков, нервно осматриваясь по сторонам.

— Почему вы думаете, что здесь еще кто-то должен быть? — не понял я.

— Ты сам слышал, как Гофман сказал: «не трогайте их», — напомнил он мне. — Значит здесь должна быть не только лягушка. Вот только что-то я никого не вижу.

Я тоже никого не видел и, честно говоря, мое внимание в данный момент было сосредоточено на гобелене. Что-то с ним было явно не так, и я намеревался разгадать эту загадку прямо сейчас.