Черный Маг Императора 25

Глава 16

Выслушав меня и задав пару вопросов по делу, Ибрагим сразу понял, что именно ему нужно будет сделать. Как оказалось, у призрака была на удивление хорошая память, и он сразу сообразил, в какое помещение ему нужно будет попасть.

После разговора с Турком я облегченно вздохнул и спрятал телефон обратно в карман. Одной проблемой меньше. У меня не было никаких сомнений в том, что он справится с порученным ему делом. Ничего особо сложного там не было — прийти, проверить, дождаться агента Голицына и сообщить мне. На этом все. Даже ребенок справится, не то что мой бывший помощник.

Правда был один нюанс — весь отряд «Теней» в данный момент находился не в Белозерске, и в «Китеже» Ибрагим окажется лишь завтра утром, но не думаю, что это станет проблемой. Не столь важно, когда он проверит — вечером, ночью или утром. Несколько часов все равно ничего не решат.

— Жаль, что меня сейчас нет в «Китеже», — сказал Градовский после того, как я закончил разговор с Турком и вызвал такси, которое должно было меня срочно отвезти в магазин за новым костюмом.

Вообще-то, костюм, в котором я был у Романова, очень достойный. Но Дориан прав, ещё подумают, что у Темникова один костюм на все случаи жизни. Утром Анна со своим отцом меня уже видели в нем, так что надевать его к ним в гости было бы большой ошибкой. Я хоть к таким вещам относился довольно прохладно, но тут я даже без совета Дориана понимал, что нужно ехать за костюмом.

— Почему это жаль? — спросил я у Петра Карловича, между делом размышляя, что бы мне такого сейчас прикупить?

Я бы с удовольствием остановился на очередном черном варианте, но Мор считал, что это будет перебор. Все-таки в гости идем, а не на похороны.

— Временами он слишком туго соображает, — сказал на это Градовский. — Я бы сказал — не доигрывает свои обязанности помощника. Ты ведь именно поэтому остановил в свое время выбор на мне. Правильно, хозяин?

— Зато ты у нас частенько переигрываешь, — усмехнулся я, глядя на подъезжающее к нашему дому такси. — И перестань сравнивать себя с Турком, сто раз уже тебе говорил.

— Так я и не сравниваю, — ответил он. — Просто лишний раз напоминаю, насколько тебе повезло в жизни. Я ведь тоже тебе уже говорил — случайных встреч не бывает. Так что наша встреча в этом смысле — эпохальное событие, не забывай об этом, хозяин.

— С тобой забудешь…

В «Торговом Доме Савенко» мне радовались так, как будто я ежедневно скупаю у них по полмагазина. Хотя последний раз я заходил к ним давным-давно. Даже стало как-то неудобно, когда вокруг меня сразу три человека начали водить хоровод, предлагая самые модные новинки.

Сложно устоять перед соблазном что-то купить, когда к тебе такое повышенное внимание. Скорее даже неудобно. Вот и я хотел ограничиться одним лишь костюмом и максимум рубашкой, а в результате обзавелся тремя комплектами, да к тому же еще и двумя парами новых туфель. Хотя туфли ладно, все равно они мне регулярно становятся малы.

К тому моменту, когда я вновь оказался дома, родители уже вернулись и теперь были заняты подготовкой к ужину. Ланские нас ждали к половине седьмого вечера, так что, по словам матери, времени оставалось всего ничего — какая-то жалкая пара часов.

Отец как мог помогал маме, поэтому у меня было время спокойно посидеть в своей комнате, дожидаясь времени выезда, и подумать над сегодняшним разговором во дворце. По большей части я размышлял о договоре, который я заключил с Романовым.

По сути, я и раньше понимал на чем основано его ко мне хорошее расположение, но сегодня что-то изменилось. После нашего рукопожатия с Императором, у меня появилось такое ощущение, как будто я теперь принадлежу к какому-то закрытому кругу и посвящен в некую тайну, которая является большим секретом.

— Так оно и есть, мой мальчик, — подтвердил Дориан. — Сегодня ты дал обещание стать человеком Романова, а он в ответ фактически дал тебе гарантии своего покровительства. Даже с неожиданным бонусом, который должен быть для тебя особенно приятным.

— Это с каким же? — не сразу понял я, о чем говорит мой друг.

— Перед каждой просьбой Романов пообещал рассказывать тебе причину, по которой ему это нужно, — объяснил Мор. — Знаешь, мне кажется, ты один из немногих, на кого распространяется это правило. Думаю, причину объяснять не надо.

— Мой уникальный Дар некротика? — предположил я.

— Именно так, но не потому, что он просто уникальный сам по себе, — ответил Дориан. — Просто… Твой Дар некротика слишком опасен и если ты захочешь, то достать тебя будет большой проблемой, даже если у кого-то будет очень сильное желание. В некрослое тебя может отыскать лишь один человек, а я не думаю, что он станет это делать. Во всяком случае, на меня он производит хорошее впечатление. Разве что ему предложат за это большую награду.

Я прекрасно понял, что Мор имел в виду Черткова, но я даже думать не хотел, что такая ситуация может возникнуть в принципе. Тем более мне было неприятно размышлять о том, что мой наставник может попытаться причинить мне вред за какую-то награду. Пусть даже очень большую.

— Согласен, мой мальчик, думать о таких вещах всегда неприятно, — усмехнулся Мор. — Вот только тоже нужно, поверь. В жизни нельзя исключать никаких вариантов, какими бы фантастическими они тебе при этом не казались.

На этом я данную тему для себя закрыл и переключился на турнир. Больше всего меня заинтересовала новость о том, что я могу там встретиться с Оболенским. Кто бы мог подумать. Я уже правда давно забыл об этом засранце и даже предположить не мог, что он еще когда-нибудь вновь появится на моем жизненном горизонте.

Разумеется, ни капли страха у меня на счет этого куска дерьма не было. При одном воспоминании о нем у меня глаз от злости начинал дергаться. Так что если этот урод решит свести со мной счеты, то это будет одна из самых глупых мыслей, которые приходили ему в его жизни.

Кстати, там же и Шуйский еще будет… По правде говоря, мне было даже интересно, что из этого всего выйдет. Единственное, в чем я был абсолютно уверен — первым я никого трогать не буду. В этом смысле Александр Николаевич был абсолютно прав, и очень бы не хотелось, чтобы вместо демонстрации способностей, мы там занялись выяснением своих отношений.

За раздумьями время пролетело быстро, так что я и сам не заметил, как прошел час. Пришло время ехать к Ланским. Пока водитель вез нас к их поместью на внедорожнике отца, родители обменивались мнениями насколько все это здорово и вообще полезно для нашего рода.

Между делом, мама снабжала меня инструкциями, как вести себя с Анной. На ее взгляд, у меня был слишком маленький опыт общения с девушками, поэтому я мог допустить множество ошибок. Разумеется я все это по большей части пропускал мимо ушей. Интересно, почему родители всегда думают, что я никак не разберусь без их советов как мне обходиться и о чем говорить с девчонками?

Пока мама говорила о том, как мне нужно себя вести с юными барышнями, я больше переживал о том, чтобы эта поездка не стала скучной потерей нескольких часов моего времени. В отличие от моих родителей, которые надеялись на увлекательный разговор с Ланскими за ужином, я как раз надеялся на абсолютно противоположное.

Меньше всего мне хотелось торчать в доме за накрытым столом. Все время следить за тем, как я держу вилку и где в данный момент моя салфетка — это самая скучная вещь в жизни, которая только может быть. Утром Анна обещала мне показать их парк, но я не слишком на это рассчитывал. Хотя сама идея мне очень понравилась.

Как оказалось, совершенно напрасно. Анна заранее все спланировала, поэтому наше с ней присутствие за столом даже не предполагалось. Девушка решила, что будет здорово, если мы с ней в парке устроим своего рода пикник. Для этих целей Ланская приготовила корзину, в которую сложила все, что на ее взгляд нам могло понадобиться.

Ну здорово же! Кто бы мог подумать, что мне так просто удастся избежать всех этих застольных разговоров, которые я терпеть не мог. Хотя, справедливости ради, нужно сказать, что кое-какие формальности все же были соблюдены. Теперь я знал, что отца Ланской звали Василий Дмитриевич, а княгиню Мария Юрьевна. Правда раньше я обходился без этой информации.

На прогулку по парку с нами князь снарядил слугу, который должен был нести следом за нами корзинку с продуктами, однако мы от такой компании отказались. Кому охота, чтобы за спиной брел слуга, который будет внимательно слушать наши разговоры. Так что корзинку я нес сам. Точнее тащил. Она оказалась довольно тяжелой и мне было очень непросто делать вид, что это не составляет мне никакого труда.

Парк в поместье Ланских был именно таким, каким и должен был быть парк древнего богатого дворянского рода. С огромными деревьями, которые посадили здесь неизвестно сколько лет назад, уходящими вглубь тропинками и статуями, которые то и дело попадались нам по пути. Естественно все это было ухожено и содержалось в образцовом порядке. Я бы очень удивился, если было бы иначе.

— Максим, ты тащишь корзину с таким видом, как настоящий рыцарь свою добычу, — усмехнулась Ланская, когда я в очередной раз поставил корзину на траву чтобы передохнуть и сделал вид, что любуюсь парком.

— В каком смысле? — не понял я.

— Такой серьезный все время, — рассмеялась она. — Можешь не стараться. Нарышкин рассказывал мне про ваши выходки, так что я знаю — на самом деле ты не такой.

— Я бываю разным, — ответил я и посмотрел на стоявшую рядом с нами каменную тумбу, на которой сидел грифон с отбитым ухом. — Забавный. Он у вас сторожит что-нибудь?

— Ничего не сторожит, — пожала плечами девушка. — Просто стоит. Отец говорит, что он достался нам от моего прадеда, который притащил его из каких-то руин. Говорит, что это какая-то ценная вещь, но как по мне — просто камень с крыльями.

— Понятно, — кивнул я. — А кто ему ухо отбил?

— Это мы с Танькой, моей средней сестрой. Уже давно, мне тогда семь лет было, — сказала Ланская. — Решили на нем покататься, а он как грохнется с тумбы. У него ухо отлетело, я шишку заработала, а Татьяне от отца влетело. В общем, с тех пор я грифонов не люблю.

— Логично, — улыбнулся я, затем взял корзинку и мы пошли дальше. — У тебя сколько сестер, две?

— Угу, две. Екатерина и Татьяна, — Анна начала загибать пальцы. — Кате девятнадцать, она в «Тирличе» на последнем курсе учится, Тане шестнадцать, она там же на втором курсе, а мне скоро четырнадцать исполнится.

— Как им «Тирлич»? — спросил я. — Я там был однажды. Правда очень давно.

— Зачем? Хотел туда поступать? — удивилась Ланская.

— Не-а, — покачал я головой. — Скорее с ознакомительной экскурсией. Делать на каникулах нечего было, вот я и съездил между делом.

— Молодец, я тоже люблю по всяким новым местам ездить, — ответила она. — Я там была несколько раз. На родительский день к сестрам ездили. А однажды на Новогодней вечеринке у них была, когда Катя на первом курсе была.

— Да ладно? У нас с этим строго, — сказал я. — Родственникам только на родительский день можно, ну и так… Навещать, если что. Но на вечеринках только ученики «Китежа».

— Нет, с этим там проще. Зато у них учителя все какие-то слишком строгие, а особенно директор, — поделилась со мной Анна. — Он на меня когда посмотрел, я сразу подумала о том, что до сих пор таблицу умножения толком не выучила.

— Прямо монстр какой-то, — рассмеялся я, подумав в этот момент о том, что Орлов у нас тоже не подарок. Из-за очков его глаз не видно, но бывает одного выражения лица достаточно, чтобы не то что таблицу умножения забыть, но и имя свое с трудом вспомнить.

— Да ладно, не ври, — сказал Дориан. — Когда директора так боятся, то не совершают поступков, из-за которых к нему в кабинет раз в неделю попадают.

— Так я и не говорю, что я его боюсь, — возразил я. — Просто иногда опасаюсь.

Тем временем мы свернули с основной дороги на узкую дорожку и вскоре вышли к довольно большому пруду. Неподалеку от нас, прямо рядом с берегом, по воде скользили два черных лебедя. Глядя на их высокомерный вид, можно было подумать, что этот пруд и вообще весь парк были созданы специально для их удобства.

Рядом с водой стояла небольшая беседка, которая чем-то была похожа на нашу школьную. Правда она была поменьше, но вот всяких узоров на ней было вырезано больше в несколько раз.

Мы вошли в беседку, я поставил корзину на стол, а Анна довольно шустро занялась сервировкой стола. Вскоре на нем появилась белоснежная скатерть, хлеб, несколько видов мяса, овощи, фрукты и даже бутылка с апельсиновым соком. Глядя на все это, было удивительно, как такое количество еды поместилось в сравнительно небольшую корзину, зато понятно почему она оказалась такой тяжелой.

Как только девушка накрыла на стол, она быстро соорудила пару внушительных бутербродов с мясом и протянула один из них мне. Надо ли говорить, что вновь начали разговор мы лишь после того, как слопали по паре бутербродов и запили все это соком. Что может быть лучше ужина на свежем воздухе возле озера? Разве с этим может сравниться домашняя столовая?

— Так ты пойдешь в «Китеж»? — спросил я у нее, когда мы уже наелись и занялись пирожными.

— Угу, в следующем году, — кивнула она, глядя на лебедей, которые подплыли к берегу еще ближе и теперь нарезали плавные круги перед нами. — Правда сестры говорят, что «Тирлич» лучше. Особенно Екатерина. Она вообще считает, что «Китеж» — это, для…

В этот момент Ланская смутилась и посмотрела на меня.

— Для кого? — удивленно поднял я бровь.

— Для лентяев, — ответила она. — Но я так не считаю. Отец, кстати, тоже. Он говорит, что «Китеж» — это почти такая же древняя школа, как «Тирлич», и существует она еще со времен первых родовых войн.

— Почему тогда твоих сестер отдали туда, а тебя хотят в «Китеж»? — спросил я.

— У меня вроде Дар какой-то сложный. С ним лучше будут работать учителя в вашей школе, — сказала девушка. — Во всяком случае, мне так родители объяснили. Да я и не жалею, у меня там много знакомых учится. Вот ты с Нарышкиным, например. Лучше расскажи мне про школу побольше, а то я про «Тирлич» много чего знаю, а про вашу только слухи в основном. Ты ведь там уже целых три года учишься.

— Сама же говорила, что тебе Нарышкин много всего рассказывал, — улыбнулся я и откусил кусок пирожного, которое оказалось удивительно вкусным. — Он еще дольше меня там, так что побольше знает.

— Я Лешке не верю, — махнула рукой Ланская. — Он половину всего придумывает, если не больше. Я когда младше была, он мне вообще говорил, что вас там каждое утро кормят особым мороженным с охлаждающим заклинанием, которое никогда не тает и всегда такого вкуса, как тебе хочется. Брехло…

— Хм… Было бы неплохо, — согласился я. — Хотя каждое утро — это, конечно, перебор. Нужно чередовать мороженое и яичницу с беконом, вот тогда будет полный порядок.

— Я же говорю все врет, — пожала плечами Анна. — Так что лучше ты расскажи.

— Ну… С чего начать? — спросил я и задумчиво почесал затылок. — Вообще-то, твой отец прав — старая школа и все такое. Там училась куча всяких известных дворян, но, по-моему, это все скучно.

— Вот! — воскликнула девушка и ткнула в мою сторону пальцем. — А ты расскажи нескучно! С самого начала! Что было в твой первый день? Там водятся привидения или нет? Какую задают домашку? Правда, что за вашей Рябининой ходит по пятам говорящая земляника?

— Стоп, погоди! — рассмеялся я. — Давай-ка по одному вопросу, а то я сейчас начну отвечать на все сразу и сам запутаюсь. Итак, поехали, что тебя интересует больше всего?

— Хорошо, первый вопрос, — согласилась Ланская. — Нарышкин говорит, что там у вас очень страшно, это правда?

Я задумался ненадолго, затем откусил еще кусок пирожного и посмотрел на Анну:

— Да, очень страшно. Особенно по ночам, — сказал я. — Некоторые ученики от страха так воют, что заснуть невозможно. Сердце кровью обливается от жалости. Жуть просто. Какой следующий вопрос?