Чары Амбремера

28

Гриффон свернул с дороги на Мёдон и углубился в лес, в котором прятался замок Ля-Тур. Над волшебником вилась полоска ночного неба, окаймленная ветвями.

Несмотря на темноту и неровности дороги, маг мчал быстро. «Непоседа» был одним из лучших мотоциклов того времени — двухтактный двухцилиндровый двигатель Scott, способный развивать скорость на трассе до 100 километров в час. Правда, пусть странный мотор, работающий на свете, почти не снизил мощности машины, зато Гриффон забыл установить фару, которой изначально не предусматривалось. Впрочем, он прикрепил к передней вилке кожаный чехол со своей тростью, и кристалл на навершии отбрасывал вперед конус синего света; светил он не очень далеко, но все же это было лучше, чем ничего.

Решив, что он приближается к месту назначения, Гриффон уже подумывал притормозить и оглядеться, как вдруг увидел крылатую фигуру, пикирующую на него сверху. Он резко дал по газам, склонившись над рулем. Каменные когти скользнули по нему, едва не оторвав голову. Не сбавляя скорости, он рискнул оглянуться через плечо.

За ним неслась Стила, оставшаяся горгулья Темной Королевы.

— Вы действительно считаете, что Гриффон кидается в западню? — спросил Азенкур, прерывая слишком затянувшееся молчание.

Изабель де Сен-Жиль обнаружила, что все еще вглядывается в дверь, за которой исчез в ночи волшебник. Долго ли она уже так сидит в задумчивости и тревожится? Она не сумела бы ответить.

— Вы действительно так считаете? — настаивал крылатый кот.

— Я в этом совершенно уверена.

— А он?

— Он тоже это знает.

— Почему вы не пошли с ним?

— Вот этого точно делать не стоило бы.

— А он тогда зачем туда идет?

— Потому что таковы мужчины. Они обожают совершать подвиги, и нужно им это позволять.

Объяснение это — применительно к Гриффону — не удовлетворило Азенкура.

— Должно быть, дело еще в чем-то, — сказал он.

— Ты, конечно, прав. Луи не из тех, кто готов пойти на смерть из пустой бравады. Он слишком умен для этого.

— Тогда что?

— Западня там или нет — вполне возможно, что Сесиль де Бресье в опасности. Одна эта мысль не дает ему сидеть сложа руки, невзирая на риск… В его глазах шанс, даже крошечный, помочь кому-то другому значит больше, чем почти наверняка проститься со своей шкурой. Мне думается, это довольно точное определение настоящего мужества.

Гриффон рванулся вперед, тогда как Стила, вовсю работая крыльями, догоняла его сквозь облако пыли, поднятой мотоциклом. Деревья по обе стороны дороги проносились мимо с сумасшедшей скоростью. Горгулья немного набрала высоту, а затем спикировала. Гриффон в последнюю секунду вильнул, но не сбился с курса. Заднее колесо «Непоседы» занесло. Существо ухватило лишь пустоту и проскочило дальше, издав разочарованный вой.

Гриффон резко затормозил и в конце контролируемого заноса застопорил мотоцикл. Он увидел, как горгулья промчалась мимо, а после описала широкую петлю, намереваясь возвратиться. Из внутреннего кармана куртки он выудил револьвер Эрелана. Стила уже летела к нему вдоль самой оси дороги. Гриффон вскинул оружие обеими руками, вытянув их перед собою.

Горгулья находилась в сорока метрах.

По словам эльфа, целиться нужно было в сердце. Легко сказать… Тридцать метров.

Все еще восседая на мотоцикле с ревущим двигателем, Гриффон спокойно взял существо на прицел.

Двадцать пять метров.

Ждать. Не паниковать.

Двадцать метров.

Ждать, целиться, ударить точно.

Пятнадцать метров.

Гриффон открыл огонь. Три выстрела.

Существо взвыло, выгнувшись дугой. Увлекаемое инерцией, оно перевернулось в воздухе и едва не столкнулось с Гриффоном лоб в лоб. Тот весь скорчился и обернулся назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как горгулья падает поодаль. Полное лавы гранитное тело при ударе взорвалось; на его месте разлилась магма в сопровождении облака пара, горячего пепла и размолотой в пудру земли.

И ночь снова погрузилась в тишину.

Затаивший дыхание Гриффон с облегчением улыбнулся. Но когда он убрал револьвер в карман и про себя поблагодарил сьера Эрелана, из все еще дымящегося кратера, вырытого Стилой, появились три гротескные фигуры — крылатые и устрашающие.

Три маленьких горгульи, рожденные из раскаленной материи Стилы, уже спешили, набирали скорость и с рыком летели в сторону Гриффона.

Не веря своим глазам, он во весь опор помчался прочь.

Изабель де Сен-Жиль встала из кресла в гостиной, где царили сумрак и спокойствие, и позвала Огюста и Люсьена, которые тотчас же явились. Гному она сказала:

— Иди и подготовь машину.

— Хорошо, госпожа.

— Ты, Огюст, прихвати свое ружье.

— Мы уходим, госпожа? — спросил колосс.

— Нет. Мы ждем.

Кое-кто из фей — далеко не все — могут заглядывать в будущее. Изабель, или, скорее, Аурелия, когда-то была одной из них. За десятилетия, проведенные вне Иного мира, она утратила этот дар, и теперь у нее оставались лишь смутные, но берущие за самую душу предчувствия, которые слишком редко лгали, чтобы она прекратила им доверять.

Одно из таких предчувствий и начинало овладевать чародейкой. Скоро у нее появится возможность его проверить.

— Этьен! — окликнула она проходившего мимо слугу.

— Мадам?

— Вы можете кое-что для меня сделать.

Гриффон гнал так быстро, как только мог. Маленькие горгульи, преследовавшие его, были не так сильны, как Стила, и он мог удерживаться от них на расстоянии, если мчал изо всех сил, однако их размер и ловкость позволяли им продираться сквозь деревья. С каждым виражом маг терял в дистанции.

Одна из них уже было догнала его, когда он свернул на боковую тропинку. Листва нижних ветвей хлестала его по лицу. На неровной почве «Непоседе» приходилось туго и маг поневоле крепко сжимал руль: на каждой ямке, на каждом камне переднее колесо мотоцикла так и норовило встать поперек. Позади себя Гриффон разглядел монстров, ошеломленных на миг его внезапной сменой направления, но бросившихся за ним по пятам.

Голова у него шла кругом, он пытался понять, что их породило. Наверняка он плохо прицелился. Наверняка зачарованные пули, пролетевшие мимо сердца, сразили Стилу, но не уничтожили ее до конца. Или, возможно, Темная Королева извлекла урок из смерти первой горгульи и наделила вторую чарами, эффективными против оружия, которое отныне имелось в распоряжении врага. Так или иначе, у Гриффона в барабане оставалось всего три патрона.

По одному на каждую воскрешенную горгулью.

Ослепленный пологом ветвей, сквозь которые он прорывался, маг слишком поздно обнаружил небольшой бревенчатый мостик, перекинутый через ручей. С ревом мотора он влетел на него, и мотоцикл взмыл в воздух. Посадка была жесткой. Гриффона от удара подбросило и он на долгое мгновение завис в воздухе, цепляясь за руль. Он тяжело упал обратно в седло, и тут тропа вышла на грунтовую дорогу. Он инстинктивно повернул налево и снова дал полный газ. Ближайшая горгулья продолжала движение вперед и промахнулась. Остальные двое направились вслед за ним, заходя с флангов.

Дорога была ровной. Гриффон наконец смог выжать всю мощь из своего двигателя и немного оторваться, но это давало, вне сомнения, лишь передышку. Убийцы не сдадутся, и рано или поздно им придется давать отпор. Когда и как? Роскоши выбора магу не предоставили.

За крутым виражом Гриффон увидел ворота, перекрывающие дорогу метрах в пятидесяти впереди. Скорость, темнота, толстые стекла очков до последнего момента не позволяли ему различить черную закрытую решетку. Он затормозил и завернул мотоцикл вбок. Почти ложась набок, машина заскользила, вздымая клубы пыли. Двигатель учащенно взревел, а затем заглох. Шины мягко прижались к кованым железным воротам, широкие створки которых, обвитые цепью, едва открывались.

Гриффон соскочил и повернул к дороге. Горгульи налетали. Прочно уперши ноги в землю, он прицелился в них, сжимая рукоятку револьвера в правом кулаке, который он обхватил снизу левой ладонью. У него было три пули, и ни единой больше. Иными словами, у него не осталось права на ошибку.

Он выждал до последней секунды и открыл огонь. Три создания превосходно выделялись на фоне полной луны.

Бах!

Горгулья разлетелась в дымящиеся обломки.

Бах!

Взорвалась в воздухе вторая.

Бах!

Последняя превратилась в пепел и угли, чуть-чуть не долетев до Гриффона. Его лица коснулось горячее дуновение, слегка припудрив его.

Прошло несколько долгих секунд…

Наконец маг опустил оружие и направился к светящимся останкам. Следовало убедиться, что от злобных созданий не осталось ничего.

Не успел он сделать и трех шагов, как ворота за его спиной со скрипом отворились. Он развернулся и понял, что случай или провидение вывели его к заброшенному поместью Ля-Тур. Из врат за ним наблюдала Темная Королева в черном шелково-бархатном платье. Рядом с нею стоял Шарль Мопюи, позади них — несколько фигур в капюшонах, молчаливых и неподвижных.

Темная Королева улыбнулась:

— Мои поздравления, месье Аквамаринец.

Гриффон отчаянно вскинул глаза к своей трости, которая оставалась в чехле на «Непоседе», но с первым его движением Темная Королева подняла руку в его сторону; словно таран ударил его в грудь. Толчок оторвал Гриффона от земли и отбросил на несколько метров. Маг с болезненным стоном покатился по пыльной земле. Он попытался встать, прежде чем сдаться и потерять сознание.

— Замечательно, — сказала Темная Королева. — Теперь твоя очередь, Мопюи. Ты знаешь, что тебе следует делать.

— Да, моя королева.

Колдун поклонился и исчез со звуком хлопающей на ветру ткани.