Бывает и хуже? Том 5

Глава 3

Нет, ну я уже ко многому в этой жизни привык, конечно. Заставал у себя в кабинете скелета Геннадия, конфеты с гайкой, красные надписи… Но щенок — это уже совсем перебор. Нечто противоестественное даже по меркам моей жизни.

Обычный маленький пёс, бело-рыжего цвета, со смешными висячими ушами. Он выглядел как маленькая толстая сарделька на ножках. И абсолютно точно он не должен был находиться в нашем кабинете.

Совершенно спокойно сидел у Лены на руках и смотрел на меня маленькими чёрными глазами.

— Лена, — медленно произнёс я. — Что это?

— Щенок, — ответила медсестра так, словно это было самой очевидной вещью на свете.

— Я вижу, что щенок, — кивнул я. — Вопрос в другом. Что он здесь делает? В нашем кабинете, в поликлинике. В медицинском учреждении, где санитарные нормы существуют не просто так?

Лена прижала щенка к груди, словно пытаясь защитить от этого ужасного мира. Он тут же лизнул её в щёку. Я тяжело вздохнул.

— Я его нашла, — призналась девушка. — Утром, возле подъезда. Он сидел совсем один, голодный, холодный, одинокий! Вокруг не было ни души, а у него ни ошейника, ни бирок. Один, совсем один…

Сейчас прям расплачусь, какая трогательная история!

— И ты решила притащить его в поликлинику? — приподнял я бровь. — Вот серьёзно?

— А что мне ещё было делать⁈ — воскликнула Лена. — Дома у меня Дымок, и я не могла притащить к нему собаку. И оставить на улице не могла. Его могли обидеть, или он мог замёрзнуть, или под машину попасть!

Щенок в этот момент тихонько гавкнул, словно подтверждая её слова. Посмотрел на меня глазами, полными надежды и доверия.

Так, не поддаваться. Это собачья манипуляция. Я взрослый человек, профессионал, мужчина. Я не из тех, кто ведётся на подобные вещи.

Щенок снова жалобно гавкнул.

Чёрт.

— Лена, ему не место в поликлинике, — строго сказал я девушке. — Это медицинское учреждение, здесь должна быть стерильность. Ты должна была изучать это в колледже. Санитарные нормы, гигиена. А не животные!

— Саша, — умоляюще начала она. — Ну пожалуйста! Один день, честно-честно! Очень-очень прошу тебя. Я сегодня же дам объявление в интернете, во всех группах про животных. И в пабликах города. Найду его хозяев, или в новые руки отдам. Пристрою его. Он же такой милый, я бы себе забрала, но у меня Дымок. Один день, прошу!

Я снова вздохнул. Женщины порой пользуются моей бесконечной любовью и добротой к ним. Эх…

— Один день? — скептически переспросил я. — Думаешь, за один день ты кого-то найдёшь?

— Найду! — настойчиво повторила она. — Он же просто прелесть! Его точно кто-то захочет забрать!

Щенок снова гавкнул и лизнул её в щёку. Я вот сомневался, что за один день Лена действительно найдёт хозяев. Однако… этот раунд остался за ними.

— Хорошо, — кивнул я. — Но только не в нашем кабинете. Санитарные нормы не просто так придумали. Так что здесь он находиться не может.

— А где тогда? — растерянно спросила медсестра.

Я задумался. Коридор отпадал сразу. Регистратура тоже, хотя лишний раз позлить Алиеву звучало соблазнительно, но времени на это не было. Столовая явно нет. Стационар — даже думать смешно.

И тут я вспомнил про подсобку в подвале напротив столовой. Там сидел ремонтник, который как раз закрашивал мне надпись на двери. А я ему в благодарность отдал пирожки от моей пациентки.

— Пойдём, в подсобку попросимся, — сказал я Лене.

Она просияла, будто миллион рублей только что выиграла.

— Саша, ты лучший! — воскликнула она. — Я так и знала, что лучше тебя нет никого! Обожаю тебя.

Щенок тоже гавкнул, словно подтверждая её слова. А я порадовался, что сейчас у нас ещё не начался приём и можно пронести щенка более-менее незаметно. Хотя Лена всё равно прикрыла его своей курткой, и мы пошли в подвал.

Дошли до двери с надписью «хозяйственная служба». Я постучал в неё, и мы вошли в небольшую подсобку.

На диване за потрёпанным столом сидел ремонтник и пил чай из выцветшей кружки с надписью «любимый дедушка». Увидев нас, он поставил кружку на стол и недовольно сдвинул брови.

— Фто фэто? — сразу же спросил он.

Точно, я и забыл, как сильно он шепелявит. Порой разобрать, что он говорил, было очень трудно.

— Здравствуйте, — я закрыл за нами дверь, а Лена сняла свою куртку с щенка. — У нас к вам одна очень необычная просьба.

Брови ремонтника от удивления почти достигли лысины.

— Шобака? — вытаращил он глаза. — Фы принефли мне шобаку? Шовсем офанашели? Я тут шаботаю, а не пишомник шодержу!

Ох, ну приехали.

— Понимаете, — начал я. — Моя медсестра, вот она стоит, Лена, нашла собаку утром. И вокруг никого не было. Она не захотела оставлять её на улице, поэтому принесла сюда. Мы не можем оставить в кабинете, санитарные нормы. Но у вас тут можно. Это же щенок.

— И фто? — буркнул ремонтник. — Мне фо эфого какое шело?

В диалог включилась Лена, активировав свой самый милый и жалобный голос.

— Можно его у вас на один день оставить? — спросила она. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Я его сфотографировала, найду хозяев. Просто его девать некуда. Прошу вас, вы же такой добрый на вид!

На ремонтника это не произвело никакого впечатления.

— Нет, — отчеканил он. — Мне шобаки тут не фушны! Вообще. У меня шабота, кшаски, инфтрументы. Я не нянька для шавок.

— Ну пожалуйста! — взмолилась Лена.

Щенок жалобно гавкнул, словно понимал, что тут решается его судьба.

— Не пошогут ваши глафки, — отрезал тот. — Нет, и шочка.

Так, значит, надо менять тактику. Простые просьбы тут не помогают.

— А если я вам помогу? — спросил я. — Ответная услуга за эту услугу?

— Шем помошете? — настороженно спросил ремонтник.

— Со здоровьем, — использовал я безотказную тактику. — Я врач, вы же знаете. Уверен, у вас из-за работы нет времени, чтобы заняться своим здоровьем. Если есть жалобы, вопросы — я помогу. Проведу осмотр, назначу лечение. Без очереди и записей.

Тут он уже задумался. Почесал лысину рукой. Видно было, что предложение его заинтересовало.

— Ефть кое-што, — признал он. — Рука шевая. Болит и не прошодит. Ношью вообще шпать не могу. Дёргает, шволочь. Мазями машал — нифего.

— Покажите руку, — сразу же кивнул я.

Он протянул мне левую руку. Так, кисть немного припухшая, кожа обычного цвета, без покраснений. Я пощупал запястье, проверил на температуру и отёчность, подвигал пальцы вверх-вниз.

— Так больно? — осторожно надавив на область запястья в месте, где проходит срединный нерв, спросил я.

— Ай! — поморщился он. — Да. Больно, штреляет!

Классический случай. Тут даже прана не нужна, чтобы диагноз поставить. Конечно, она пригодилась бы для лечения, но можно обойтись и без неё.

— У вас синдром запястного канала, — сказал я. — Или туннельный синдром запястья, как его иногда называют.

— А фто фэто? — озадаченно спросил ремонтник.

— Сейчас объясню, — кивнул я. — В вашем запястью есть такой канал — узкий проход, образованный костями и связками. Называется он карпальный канал. Через него проходит срединный нерв, который отвечает за чувствительность и движения большого, указательного и среднего пальцев.

Строго говоря, там половина среднего пальца, но сильно в дебри углубляться не буду.

— Когда вы много работаете руками, делаете монотонные движения, этот канал отекает, — продолжил я. — И нерв, который там проходит, начинает сдавливаться. Защемляться. Отсюда и боль, онемение, покалывание.

— Шначит, это от шаботы? — уточнил ремонтник.

— Именно, — подтвердил я. — Это профессиональное заболевание людей, которые работают руками. Маляры, плотники, слесари, программисты, которые много печатают. Любая работа с монотонными движениями кисти. Вот и из-за вашей работы такое произошло. Рука перегрузилась, нерв воспалился.

— И фто шелать? — обеспокоенно спросил ремонтник. — Фэто вылешивается?

— Вылечивается, — заверил я. — Нужно меньше нагружать руку, хотя бы две-три недели. С вашей работой это трудно, но постарайтесь тяжёлые вещи таскать другой рукой. Далее, нужен будет специальный ортез — фиксатор на запястье. Он будет держать руку в правильном положении, не даст сгибаться слишком сильно. Носить его нужно постоянно, особенно ночью. Это очень важно. И третье, я выпишу вам противовоспалительные препараты и покажу специальные упражнения для кисти. Они помогут растянуть связки, улучшить кровообращение. Делать их нужно каждый день, по пять-десять минут.

Ремонтник внимательно слушал и кивал.

— И вы мена вылешите? — уточнил он.

— Да, — твёрдо кивнул я. — Только все рекомендации надо выполнять чётко, иначе толку не будет.

— Буду, — пообещал он. — Шлово даю.

— Тогда у нас сделка? — улыбнулся я. — Я лечу вашу руку, а вы приютите щенка на день?

Ремонтник посмотрел на меня, на Лену, на щенка, на руку.

— Ладно, — буркнул он. — Один шень! И штобы не мефал, не шадил, не шкулил!

— Конечно! Обрадовалась Лена. — Спасибо, вы такой добрый!

Она подошла и чмокнула ремонтника в щёку, от чего тот покраснел. И осторожно опустила щенка на пол. Тот тут же принялся с любопытством обнюхивать подсобку, виляя хвостом. Подошёл к ведру с краской, понюхал его, чихнул и отпрыгнул в сторону.

— Кстати, а как вас зовут? — спросил я. — Столько раз уже общались, но так и не познакомились.

— Пётр Ильишь, — представился он. — Мошно прошто Ильишь.

— Очень приятно, — кивнул я. — А я Александр Александрович.

— Знаю я вась, — хмыкнул Пётр Ильич. — Про вась вше говорят. Хороший врашь, говорят.

Это до него уже новые слухи дошли, старые обо мне так-то были совсем не очень.

— Так, я сейчас отойду, ждите меня тут, — распорядился я. — Вернусь и покажу упражнения.

— Спасибо ещё раз, — улыбнулась ему Лена.

Мы вышли из подсобки, и она кинулась мне на шею.

— Ты самый лучший! — восторженно заявила она. — Спасибо тебе!

Разумеется, именно в этот момент из столовой выплыла курносая Кристина.

— Фу, что вы тут устроили? — поморщила она свой курносый нос. — Снимите себе номер!

Лена покраснела и поспешно выпустила меня из объятий.

— Присоединишься? — хмыкнул я Кристине. — Или у тебя плотный график?

Та злобно зыркнула на меня и пошла дальше. Лена прыснула со смеху.

— Ну какая змея всё-таки! — хмыкнула она. — Никак она не успокоится.

— Да и ладно, — отмахнулся я. — Так, ты давай-ка сбегай до аптеки, купишь фиксатор Петру Ильичу. В качестве подарка. Заодно миски какие-нибудь для щенка найди и принеси ему. А я в столовой еды раздобуду.

— Принято, — козырнула мне Лена и умчалась выполнять распоряжения.

Я зашёл в столовую и сразу прошёл на кухню, к Ане Ковалёвой.

— Доброе утро, — бодро поздоровалась она. — Снова хотите устроить мастер-класс?

— Пока что нет, — улыбнулся я. — Мне нужна еда для щенка. Найдётся что-нибудь?

Ковалёва удивлённо подняла брови.

— Для щенка? — переспросила она.

— Даже не спрашивай, — вздохнул я. — Будет что-нибудь?

— Думаю, да, — протянула она.

Нашла пустой одноразовый контейнер, сложила туда гречневую кашу и несколько кусочков курицы. Царский обед, я сам так же питаюсь.

Отдала мне.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Увидимся!

Вернулся в подсобку к Петру Ильичу. Щенок там уже явно освоился, радостно бегал по кругу.

— Давайте упражнения покажу, — сказал я ремонтнику. — Слушайте внимательно.

Следующие двадцать минут я подробно показывал Петру Ильичу упражнения для кисти и запястья. Объяснял, как правильно растягивать мышцы и связки, как улучшить кровообращение, как снять напряжение. Он внимательно слушал, повторял движения, морщась, когда было больно, но стараясь запомнить всё.

Затем я достал блокнот и написал подробный рецепт.

— Так, выписал вам Диклофенак в таблетках, — сказал я. — По одной таблетке два раза в день, утром и вечером. После еды. До еды за полчаса Омепразол, чтобы защищать желудок. И ортез…

Как раз пришла Лена и принесла купленный ортез.

— Вот, — протянула она. — Правильный?

— Да, — кивнул я. — Его носить постоянно, снимать только когда в душ ходите или упражнения делаете.

— Шпашибо вам большое, доктор, — искренне поблагодарил Пётр Ильич, бережно складывая рецепт. — Вы хороший шпециалифт. Вшё понятно объяшнили.

— Рад помочь, — кивнул я. — Лена, вот еды раздобыл, покорми своего питомца.

Лена достала где-то пару контейнеров, в один налила воды, в другой положила еду. Щенок радостно накинулся на угощенье.

— Спасибо вам ещё раз, — сказала она ремонтнику. — Я обязательно найду хозяев!

Тот кивнул, с умилением глядя на то, как щенок расправляется с курицей. Как-то уже позабыл о том, насколько сильно изначально был против.

Мы вернулись к себе в кабинет, и Лена принялась постить везде объявления. Что ж, посмотрим, найдётся ли хозяин.

До вызовов было ещё время, поэтому я решил дойти до отделения профилактики. И услышал там какой-то спор.

— Я вам ещё раз говорю, за этот проект отвечаю не я, — измученно повторила Ирина Петровна. — Ничего не могу сделать!

— Да ты просто не хочешь, — так, этот голос, кажется, принадлежит Татьяне Александровне. — По бумагам проведи, он и не заметит ничего. У Агапова и без того забот хватает.

Интересненько, что это они без меня обсуждают. Я решительно открыл дверь и вошёл внутрь.

Ирина Петровна сидела за столом, а над ней коршуном нависла Татьяна Александровна.

— Что это я не замечу? — поинтересовался я.

Татьяна Александровна резко развернулась ко мне.

— Александр Александрович… — протянула она, явно не ожидая меня здесь увидеть. — В общем-то…

— Татьяна Александровна хочет, чтобы я приняла на полставки в школу здоровья медсестру Кристину, — пояснила Ирина Петровна. — Мол, чтобы по бумагам она тоже у нас работала, в профилактике, над этим проектом. Проект растёт, и нужны новые кадры.

— Пока что медсестёр нам хватает, — хмыкнул я. — Или у Кристины есть какие-то предложения по поводу нашего проекта?

Татьяна Александровна покраснела.

— Нет, предложений нет, — протянула она. — Я просто…

— В таком случае вынужден отказать, — перебил я её. — И не думайте, что у меня настолько мало времени, чтобы не следить за бумагами своего проекта.

Она фыркнула и вышла из кабинета. Ирина Петровна выдохнула.

— Александр Александрович, вы же понимаете, что Татьяна Александровна хотела провести Кристину просто так, — сказала она. — Чтобы та получала зарплату и ничего не делала.

Разумеется, я это понимал. Но нет, такого в моей школе здоровья не будет.

— Почему она вообще так о ней печётся? — спросил я. — Именно о Кристине.

— Давняя история, — махнула рукой Ирина Петровна. — Эта маленькая вертихвостка Кристина приглянулась сыну Татьяны Александровны. И та всё думает, что сведёт их. А Кристина просто пользуется этим: и парнем тем вертит, и самой Татьяной Александровной.

Теперь многое становится понятно. Что ж, эту информацию можно будет использовать.

— Вы сдавали анализы по печени? — перешёл на другую тему я.

— Да, вот свежие, — Ирина Петровна протянула мне результаты. Так, печёночные ферменты уже почти пришли в норму. Отлично.

— Так, пока что всё лечение продолжим, но сами видите, результаты уже есть, — кивнул я.

— Да, спасибо вам большое, — закивала та. — И чувствую себя гораздо лучше.

Дверь в кабинет профилактики открылась, и из-за неё показался букет хризантем. А вслед за букетом появился Игорь Станиславович.

— Ира… — он осёкся, увидев в кабинете ещё и меня.

«Ира» резко покраснела, Игорь Станиславович замер. Да уж, неловкая ситуация.

Пауза затягивалась.

— Я, пожалуй, пойду, — сказал я. — Ирина Петровна, тут уж дальше без меня справитесь.

— Ага, — растерянно кивнула она.

Ох, чувствую, потом буду выслушивать очередную женскую историю. Ну, судьба у Сани Агапова такая.

В коридоре я перехватил Вику, которая спешила в их кабинет.

— Туда пока не надо, — сказал я.

— Почему? — удивилась девушка.

— Ну… Там разговор личный, — хмыкнул я. — Попозже зайдёшь.

— Ладно, — пожала она плечами. — Слушай, анонс новой лекции надо делать, какую тему писать?

Я задумался. Обычно проблемой было то, что хотелось прочитать слишком уж много тем одновременно. Приходилось выбирать, какая лучше.

— Давай инсульт, как распознать и что делать, — решил я. — Будет интересно. Чтобы люди знали, как вообще можно определить его, по каким признакам.

— Хорошо, — Вика торопливо записала себе тему. — Слушай, в пятницу будешь?

— Думаю, да, — кивнул я. — А что?

— В пятницу будет вторая лекция от мэрии, — пояснила Вика. — Там что-то про основы здорового образа жизни, я не помню тему. Как думаешь, это не проблема?

Учитывая то, какой была предыдущая лекция, вообще ни разу. Интересно, чем заманит мэрия к себе на этот раз?

— Не проблема, — улыбнулся я. — Делай анонс.

После отделения профилактики решил сходить в стационар. Во-первых, выбрать новый день дежурства у Агишевой. Во-вторых, проведать Чердака.

Начать решил с Чердака. Поднялся в неврологическое отделение, уточнил у медсестры, в какой палате Чесноков, и зашёл к нему. Чердак лежал в кровати, с перебинтованной головой. И с телефоном в руках.

— Вряд ли тебе уже можно сидеть в телефоне, — хмыкнул я. — Покой нужен.

— Саня, брат! — голос у него был слабым, но своим привычкам Чердак не изменил. — Слушай, спасибо тебе! Говорят, ты спас меня, да?

— Оказал первую помощь, — улыбнулся я. — Ты зачем к этим болельщикам полез?

Чердак нахмурился и тут же поморщился от боли.

— Нечего на Аткарск гнать, суки! — заявил он. С соседних кроватей на него тут же начали коситься пациенты. — А чем меня так по голове?

— Бутылкой, — ответил я. — Стеклянной.

— Красиво, блин, — вздохнул тот. — Жаль, не видел. Тошнит, зараза, и голова болит.

— Это нормально, у тебя сотрясение, — пояснил я. — Главное, соблюдай постельный режим и лечись. Всё пройдёт.

А я даже не могу облегчить его состояние праной. Иронично, как сильно стал ощущать её нехватку после всего. Уже почти сутки прошли, а магия так и не вернулась. И магический центр молчит, будто и нет его вовсе.

— Саня, брат, спасибо, что матушку успокоил, — серьёзно сказал Чердак. — Она мне всё рассказала. Ты настоящий друг, мои кореша даже не подумали ей сказать!

— Мне несложно, — кивнул я. — Ты, главное, поправляйся.

— Замётано, брат, — отозвался Чердак.

Мы ещё немного поговорили, и я вышел, чтобы больше не волновать пациентов. Всё-таки в неврологии им нужен покой.

Отправился в терапию, чтобы поговорить с Агишевой. И на лестнице встретил реаниматолога, Максима Игоревича Горшкова.

— Здравствуйте, — кивнул ему я, намереваясь пройти мимо.

Однако тот остановил меня за плечо.

— Вот ты и попался, Агапов, — гнусно усмехнулся он. — Теперь у тебя начнутся большие проблемы.

Да ладно, а до этого то есть они были маленькие⁈