Безумная любовь для мага (СИ)

Глава 12

Просыпаться совершенно не хотелось, было так тепло и уютно в объятиях Зарецкого. Даже проскользнула мысль о совместном будущем, но я сразу отогнала ее. Зарецкий прав, мне было откровенно страшно поверить ему. Я попыталась снова уплыть в полудрему. Только настойчивый звук дверного звонка не дал мне это сделать. Я нехотя поднялась с кровати, прошла к шкафу, набросила на себя длинный махровый халат и пригладила волосы. Затем обернулась и ещё раз посмотрела на спящего Зарецкого, на его голую спину и прикрыла то, что ниже от собственного жадного взгляда, тонким одеялом. Закрыв за собой дверь, я пошла проверять личность нежданного гостя. Открыла и тут же замерла.

Разин собственной персоной подпирал плечом косяк двери моей квартиры. С тех пор, как он поселился здесь, то никогда не приходил ко мне. Возможно, угрозы Зарецкого на него подействовали, не знаю. Но мы встречались только тогда, когда приходило время нашего совместного выхода. Я сделала шаг назад, уступая ему. Привычка тела, чтоб ее! Разин подался ко мне, но я вовремя выставила руку и схватилась за дверной косяк, преграждая ему путь. Муж сделал вид, что не заметил моего нежелания видеть его.

— Доброе утро, нежность моя. Неужели не впустишь собственного супруга в квартиру? — едко спросил он.

В отличие от меня, Константин выглядел, как всегда, безупречно. Отглаженные тёмно-синие брюки с голубой рубашкой, расстёгнутой у горла на пару пуговиц, невероятно ему шли.

— А не слишком ли рано для визита к посторонней женщине? Пусть по документам мы и супруги, но нас уже давно ничего не связывает, — не менее дерзко ответила я.

— Это мы ещё посмотрим, — произнёс Разин и убрал мою руку, мешающую зайти ему в квартиру.

— Тебе лучше уйти, — сложив руки на груди, проговорила ему в спину я.

Разин по своему обыкновению даже не обратил на мои слова внимания и пошёл на кухню. Я последовала за ним, захлопнув входную дверь, а затем остановилась и мысленно застонала. Два бокала, которые я не стала ставить в посудомойку и помыла руками, стояли около раковины. Разин направился прямиком к мусорному ведру, открыл его крышку и тут же хлопнул ею. Думать о том, что он там увидел не стоило — пустую бутылку из-под вина. Константин повернулся и презрительно бросил:

— Я так и думал! Это Зарецкий? Да?

— Я не собираюсь отчитываться перед тобой о своей личной жизни, — но не успела я произнести эти слова до конца, как Разин схватил меня за шею и больно сжал ее.

Я не могла позволить этой сволочи снова надругаться над собой, поэтому схватила его за запястье, резко дернула на себя и коленом ударила прямо поддых. Разин зарычал и схватился за больное место. Но я знала, что его это не остановит, а, скорее, разозлит. Я побежала на выход из кухни, но тут же врезалась Зарецкого. Он стоял на пороге кухни в пижамных штанах и футболке с торчащими в разные стороны короткими волосами. Он настолько был привлекательным с утра, что мне захотелось его поцеловать. Только сложившиеся обстоятельства совершенно этому не благоволили.

— Что здесь происходит? — спокойно и вместе с тем опасно проговорил Зарецкий и обнял меня за талию, развернув перед собой и прижав мою спину к своей груди.

Сейчас этим жестом он показывал, что я его, что я принадлежу только ему. Разина ослепила ярость, и его верхняя губа пренебрежительно дернулась.

— То есть, пока я лечусь от зависимости и стараюсь контролировать себя, ты окучиваешь мою жену и трахаешься с ней? — прошипел тот.

— Не зарывайся, Разин, — строго бросил Зарецкий.

— Не зарывайся? — злобно процедил муж. — Ты запрещал мне встречаться с ней и контролировал каждый мой шаг! А все для того, чтобы забраться в койку к моей жене? После этого ты ещё зовешься моим другом?

— Разин, успокойся. Марина тебе ясно дала понять, что между вами ничего не будет, что вас на данный момент объединяет только это дело.

— Да ты полный мудак! Я пришел к тебе с повинной, а ты так поступил со мной!

— Разин последний раз говорю тебе успокоиться. И чтобы впредь не было недопонимания, я внесу ясность. Как только это дело закончится, я буду претендовать на Марину.

— Сволочь! — надменно бросил Разин и резко вышел из кухни.

С оглушительным стуком хлопнула входная дверь. А я только после этого начала дышать. Затем на ватных ногах пошла к столу, села за него и, поставив локти на стол, уткнулась лбом в ладони.

— Я боюсь, что он сорвётся. Или хуже того что-нибудь сделает, — тихо проговорила я.

— Разин находится под контролем уже очень давно, так что с его стороны точно не стоит опасаться, — Зарецкий подошел ко мне вплотную, облокотился бедром на стол рядом со мной, убрал мои руки и поднял за подбородок голову, а затем провел большим пальцем по нижней губе, слегка оттягивая её. — Ты ничего не хочешь мне сказать или спросить? — хрипло поинтересовался он.

— Ты серьезен в своих словах? — спросила я.

Зарецкий медленно начал наклоняться к моим губам, прошелся языком по одной губе, а потом во второй, втянул нижнюю в свой рот, слегка прикусил и оторвался.

— Я серьезен, как никогда. Ты — моя.

В ответ я лишь тяжело вздохнула:

— Зарецкий, ты же знаешь, что развод для таких, как мы с Разиным, не предусмотрен. Мне придётся снова сменить личность.

— Я уже начал готовить для тебя документы. Так что в этом проблем не будет.

— Но я не хочу терять свою работу.

— Заново сдашь экзамен и будешь работать в моем ведомстве.

— Приготовился, значит, — улыбнулась я.

— Люблю всё контролировать, — ответил Зарецкий, рывком поднял меня из-за стола, подхватил под бёдра и понёс на выход из кухни. — Ты слишком рано покинула постель, — тихо прошептал он мне в самое ухо и прикусил мочку. — У нас ещё есть время до обеда.

— Мы пойдем вдвоем к Преображенским?

— Да. Разин там будет лишним. Я и тебя не брал бы, чтобы не светить наше с тобой тесное общение. Но Амалия уже знает тебя и может рассказать то, что не расскажет мне.

— Хорошо, — прошептала я.

Зарецкий бросил меня на кровать и опустился сам. А я успела посмотреть на электронные часы. Было восемь часов утра. И правда, ещё было полно времени до встречи.

Мы все утро провели вместе, заказали снова еду из ресторана и пообедали. Зарецкий только оставил меня минут на тридцать для того, чтобы переодеться в чёрный костюм, который ему безумно шел. А я облачилась в просторный женственный бежевый костюм. Только на ноги, в отличие от Зарецкого, я надела кроссовки. Потом завязала высокий хвост и нанесла лёгкий дневной макияж, а губы тронула розовым блеском и открыла дверь. Зарецкий как раз выходил из собственной квартиры. А уже спустя сорок минут мы звонили в дверь квартиры семьи Преображенских.

В просторной трёхкомнатной квартире было уютно, повсюду были расставлены небольшие фигурки и фоторамки с молодоженами. Сразу чувствовалось, что квартиру обставляли с любовью. Амалия была в белом лёгком сарафане. Она сдержанно улыбнулась нам и провела гостиную, а потом принесла чай с красивым на вид печеньем. Роман сидел в кресле и пристально наблюдал за своей супругой, не обращая на нас внимания. А когда Амалия села к нему на колено, он обнял её за талию. Первым начал говорить мой босс:

— Меня зовут Алексей Зарецкий. Я из службы безопасности и контролю за магическими преступлениями.

— Вы же сказали, что отец Амалии хотел забрать ее от меня? И при чем здесь безопасники? — Преображенский был явно удивлен и посмотрел на меня.

— Я была не до конца откровенна с вами. Мы занимаемся не только делом Амалии, но и другим расследованием, — тут я замолчала, чтобы не выдать ничего лишнего.

— Вы о гибели моей сестры? — растерянно спросил Роман.

— Да, и не только ее гибели, — в разговор снова вступил Зарецкий. — Марина, мне сообщила, что ты ищешь убийцу.

Роман согласно кивнул.

— Для начала расскажи, как ты попал в клуб? — начал задавать вопросы Зарецкий, а я внимательно следила за парой молодоженов.

Преображенский ещё крепче обнял Амалию и начал рассказывать. А она заключила его руку в свои и крепко сжала, прижавшись к нему всем телом. Было видно, что они любят друг друга, что эти чувства взаимны. Я никак не могла взять в толк, как Амалия могла добровольно выйти за менталиста и тому не пришлось применять свой дар. Хотя с другой стороны Зарецкий тоже менталист, и я к нему неравнодушна, а даже больше… Но ведь я, в отличие от Амалии, точно знаю, что он на меня не влияет. И всё, что я испытываю, это мои настоящие чувства, которые не созданы искусственно.

— До этого я жил в Лондоне. А с Амалией… — он тепло посмотрел на свою супругу. — …мы давно были в приятельских отношениях. Она частенько летала ко мне, а я приезжал в Россию. Наша тайное знакомство длилось около трёх лет. Опустим всю историю нашего общения. Но однажды я узнал, что мою троюродную сестру Ларису убили. Мы были с ней близки и росли вместе. Это было настоящим потрясением для наших семей. Я срочно прилетел в Россию. А когда пришел в полицию, чтобы узнать, как продвигается расследование, меня выставили и порекомендовали лучше соваться в это и подумать о тех, кто остались в живых. Я был поражен таким поворотом дела. И я не мог оставить это всё без объяснений… — мужчина сжал кулаки и тут же их разжал. Затем он метнул свой взгляд за наши спины и продолжил рассказывать: — …и тогда у меня созрел план. Я навёл справки и узнал, что в России есть некое сообщество, так сказать, тесный кружок магов-менталистов. Я сам один из них. Ирэна, мать сестры, когда приезжала на опознание тела дочери, успела заметить на ключице странные укусы-порезы и рассказала мне об этом. Я сразу понял, что к чему, кто может быть причастен к гибели сестры. Что если и искать менталиста, то среди таких же, как мы. А я также знал, что вряд ли получу приглашение в их сообщество будучи одиноким, поэтому предложил… — мужчина вернулся в реальность и посмотрел на свою супругу.

— Я сама предложила ему свою помощь, как только он мне все рассказал… — вместо супруга закончила Амалия. — Он даже сопротивлялся и хотел кого-то другого найти на эту роль, но я была непреклонной, — Амалия покраснела, а Преображенский дотронулся губами до её виска и продолжил:

— Мы поженились с Амалией и вернулись в Россию на постоянное место жительства.

— Родители Амалии, конечно, были против, — добавил Зарецкий.

Только я поняла, что девушка была давно влюблена в этого мужчину, что эти печальные обстоятельства послужили триггером для нового уровня их отношений. И, похоже, все было не зря. Я заметила, как начинают сиять теплотой и заботой глаза Романа стоит только ему посмотреть на свою молодую супругу. Теперь он смотрел на нее не как на друга, а как на возлюбленную. Жаль только, что смерть сестры помогла осознать ему это.

— Когда пришло приглашение? — продолжал спрашивать Зарецкий.

— На удивление не пришлось долго ждать. Мы всего лишь пару раз посетили выставку искусства и несколько раз сходили в ночной клуб. Разумеется, вышли заголовки в желтой прессе и интернет-ресурсах, освещающих жизнь известных людей, о скоропалительной женитьбе бизнесмена из Лондона на дочери министра. И вскоре после этого курьер принёс заказное письмо. Открыв его, мы увидели приглашение в загородное поместье. Сначала там был просто прием и знакомство, так сказать, с элитой магов-менталистов. Ни о какой охоте речи не было. Но я чувствовал, что мы близки к разгадке. Я хотел определить, кто из этих магов мог пойти на такое безумство.

— Каким же образом? — перебила его.

— Я не знаю, но придумал бы что-нибудь на ходу, — процедил мужчина.

Я не стала демонстрировать ему свой скептицизм и продолжила:

— Скажи, пил ли ты кровь?

Мужчина резко дёрнул головой и впился в меня серьезным взглядом. Он размышлял: сказать правду или нет.

— Пил, — сухо признался Роман, а Амалия задрожала и ещё крепче прижалась к супругу.

Зарецкий покачал головой.

— Ты теперь меня арестуешь? — спросил Преображенский.

— Пока что нет. Но я хочу понять причины. Для чего было это делать? Почему нельзя было просто подыграть?

Роман нахмурился, закрыл глаза и сразу же их открыл, словно смирялся с чем-то.

— Ты ведь тоже маг-менталист. Мы же своих чувствуем. Я не знаю, как правильно сказать об этом. Но я как будто просто захотел это сделать. Захотел почувствовать вкус крови. Звучит бредово, но другого объяснения просто нет. У меня никогда не было такого желания. Вдруг оно появилось, и противиться было невозможно.

— Ты хочешь сказать, что на тебя воздействовал другой маг? — Зарецкий был явно удивлён.

Ведь в их среде это считалось практически невозможным.

— Да. Другого объяснения у меня просто нет. Сейчас я испытываю к себе только презрение, что поддался неизвестному зову. Меня выворачивает от вида крови, — Преображенский со злостью ударил по подлокотнику мягкого кресла.

— Тише, дорогой, — проговорила Амалия, прижала голову супруга к себе и зарылась рукой в его волосы.

— Дело принимает неожиданный поворот, — задумчиво произнес Зарецкий.

А я кое-что заметила:

— Роман, скажи, ты — чистокровный маг? Или в тебе есть и другие гены?

Роман недовольно нахмурился:

— Я не понимаю к чему этот вопрос? Какое отношение он имеет к делу?

— Ответь на вопрос. В нашем деле всё может иметь значение, — поддержал меня Зарецкий.

— Мой дед был оборотнем, точнее, волком. Но мне мало досталось от его ипостаси. Я могу лишь выпускать когти и клыки.

Зарецкий посмотрел на меня, а я на него и высказала наши общие мысли вслух:

— Его не зря позвали в клуб, да еще и так быстро.

— Вы думаете, что из-за этого я оказался в клубе? — в отличие от нас, Преображенский ничего не понимал.

— Мы будем с этим разбираться, — быстро пресек расспросы Зарецкий. — Для вас лучше больше не принимать приглашения ни на какие охоты. Иначе все это может очень плохо закончиться. Напиши мне имя того, кто угрожал тебе в участке. Я проверю этого человека.

Роман кивнул и высадил с колен супругу, чтобы найти бумагу и написать нужное нам имя. Зарецкий посмотрел на Амалию:

— Я рад, что брак с магом для тебя был добровольным. Ты приняла взвешенное решение. Ты — смелая женщина. Я желаю вам семейного благополучия. А с твоим отцом я ещё раз поговорю. Но я посоветовал бы всё-таки наладить с ним отношения, чтобы он больше не переживал.

— Хорошо, спасибо, — тихо ответила Амалия.

Взяв в руки листок, мы пошли на выход, так и не притронувшись к чаю. И уже в дверях Роман нас спросил:

— Могу ли я рассчитывать на то, что узнаю детали дела?

— Когда мы найдём виновного, я скажу тебе об этом. Сейчас пока лучше вам прислушаться к моим словам.

Мужчина согласно кивнул. Мы сели в машину. Зарецкий нажал на педаль газа и, мы поехали в сторону наших квартир.

— Я думаю, что Преображенского хотят подставить, — задумчиво произнесла я.

— И на каком основании?

— Предчувствие. А еще мне не дает покоя его нечистокровное происхождение. А что, если нам стоит обратить на это внимание? — Зарецкий наградил меня внимательным взглядом, и я не смогла удержаться от еще одного вопроса: — Ты думаешь, возможно ли, влиять на мага-менталиста?

— Не слышал об этом раньше, — Зарецкий постучал пальцами по рулю.

— А что думаешь ты?

— Я соглашусь, что поспешное приглашение четы Преображенских в местный клуб магов-менталистов сделано не просто так. Организатор явно преследовал какие-то определенные цели. Я тебе не говорил, но до вас была еще одна пара подставных магов. Но тем не менее им так и не прислали приглашение несмотря на все наши старания. А это говорит лишь о том, что у организатора есть определенные критерии, и членство в клубе выдается не просто так. Вопрос, что такого особенного есть в Преображенском? Почему именно он удостоился чести вступить в клуб?

— Хм, — я задумалась.

— Уровень его магии весьма посредственный. Даже у нашего агента был более высокий уровень. Деньги и положение в обществе? Так легенда и наших агентов была на высоте. И только разве что наличие оборотнических генов заставляет меня задуматься… И странные слова Преображенского о его состоянии на охоте тоже напрягают. Разин ничего такого не говорил. Он добровольно пришел в клуб, как и его «друзья».

— Преображенский выбивается из ряда магов, удостоенных чести вступить в клуб.

— Да, — Зарецкий отвлекся от дороги и посмотрел на меня.

А я продолжила:

— Смотри, Преображенский раньше жил в Лондоне. Получается, его специально выманили в Россию, убив сестру? Конечно, найти информацию о том, что они были довольно дружны, можно без проблем. Сейчас вся личная жизнь напоказ, и социальные сети пестрят совместными фото. Выходит, убийца спрогнозировал и создал условия его приезда сюда. А значит, и вправду был нужен только он.

— Убийства как раз начались тогда, когда Роман вернулся в Россию, — добавил замечание Зарецкий.

— Все упирается в Преображенского. Только вот это может быть ложной нитью, и мы просто притягиваем факты за уши, — вздохнула я и отвернулась к окну.

— Мы обязательно во всем разберемся. Но, думаю, что наши предположения по поводу Преображенского скорее верны, чем нет.

Тут мы стали проезжать около торгового центра.

— Можешь меня высадить здесь? Я хочу пройтись по магазинам.

Зарецкий согласился и сказал, что может меня подождать на парковке, как раз ему нужно сделать пару важных звонков и обсудить с руководством наши догадки. Мы припарковались на подземной стоянке, я поцеловала своего мужчину и вышла. Только не думала, чем для меня закончится спонтанное решение пройтись по магазинам.

Я успела зайти в лифт и подняться на первый этаж торгового центра. Затем ознакомилась с картой магазина и сразу направилась в интересующий меня отдел. Пока я рассматривала вешалки, то не обратила внимание на то, что не одна стою вдоль длинного ряда одежды. А когда повернулась, то успела только широко раскрыть глаза прежде, чем почувствовала укол в шею и упала без чувств.

***

Зарецкий

Я проводил Марину взглядом до тех пор, пока она не скрылась за металлическими створками лифта. Не мог сказать себе, когда конкретно понял, что уже не отпущу её. Когда второй раз столкнулся с ней в клубе? Или когда понял кто она? В некотором роде я даже понимал Разина с его сумасшедшей любовью, ведь Эмма заставляла испытывать меня то же самое. Женщина-магнит, женщина-загадка. Такая слабая и такая сильная духом. Её хотелось защищать и никуда не отпускать.

Утренняя встреча с Разиным наконец-то расставила все по местам. Надеюсь, он внемлет моим предупреждениям и смирится с тем, что она уже никогда с ним не будет, а иначе… Иначе ему придётся несладко.

Я ещё какое-то время посидел в машине и набрал второй номер телефона Разина, сим-карта которого была вставлены в наручные часы. Это был ещё один пункт договора, чтобы Разина выпустили на свободу. Теперь я в любой момент мог позвонить и услышать, где он и что говорит. Разин был слишком взволнован сегодня и, определенно, мог натворить глупостей. Меня соединили с подопечным, и я как раз попал на очень даже интересный разговор.

— …ты представляешь?! Этот подлец крутит шашни с моей женой! С моей женщиной! Пока я здесь лечу свою голову, он с ней там… развлекается! — орал Разин.

— Константин, успокойтесь. Я уже много раз вам говорила, что в вашем случае лучше закончить эти отношения и начать жить дальше. Надо отпустить свою супругу. Так вам будет лучше обоим.

— Лучше?! Для кого лучше?! Ты все мне это говоришь, потому что Зарецкий твой босс! А ведь ты должна защищать мои интересы! Интересы своего пациента! Я потратил на тебя три года своей жизни, а ты не можешь ничего дельного посоветовать! Лучше скажи, что мне делать, чтобы вернуть её?! — продолжал орать Разин.

Внезапный хлопок ладони по столешнице заставил и меня вернуться из раздумий над словами, похоже, бывшего друга.

— Костя! Сядь и успокойся! В конце концов, это я потратила на тебя три года своей жизни! И заметь, я занималась с тобой намного чаще, чем того действительно требовала терапия! Я уже молчу о том, что целую неделю только и вижу тебя рядом с собой! А ведь часа в день уж точно достаточно для визита ко мне, но нет! Ты как придёшь ко мне в обед, так только вечером и уходишь! Все время я только и слышу стенания о твоей супруге! Ты должен дать возможность ей жить! Ты должен дать возможность жить себе! Вместе у вас ничего не получится!

— Ты точно психотерапевт? — холод и надменность даже я услышал в голосе мага.

— Определённо. Мои дипломы это подтверждают, — раздраженно бросила Молотова.

— А мне кажется, что ты преследуешь свои личные цели?

— Костя, давай так. Обдумай ещё раз мои слова и вспомни все то, что мы с тобой проходили. Все то, о чем мы с тобой говорили. И очень тебя прошу, ещё раз подумай. Не делай несчастными двух людей… — более спокойно начала говорить Молотова.

А я понял, что услышь такой голос, разозлился бы на месте Разина еще больше, потому что сейчас она говорила с ним, как с душевнобольным. Действительно, дальше в кабинете что-то разбилось, а потом наступила тишина. Только спустя пару секунд Разин со злостью проорал последние слова:

— А знаешь! Я в твоих услугах больше не нуждаюсь! И Зарецкому я не отдам Марину! Он ещё пожалеет о том, что связался с ней! — и, по всей видимости, громко хлопнул дверью.

А дальше… Дальше почему-то связь оборвалась. И это могло говорить лишь о том, что Разин разбил свои часы и избавился от сим-карты. Я выругался. Не хватало ещё обезумевшего от ревности менталиста. Нужно было доставить его в отделение и продержать там пару суток. Пусть бы остыл в камере.

Я быстро набрал парням, которые наблюдали за Разиным. Но и они молчали. А это было очень хреновым знаком. Я набрал напарнику и попросил проверить, что происходит. Все это время я сидел и нервно стучал по баранке руля. Спустя двадцать минут я выяснил, что следящих оперативников вырубили, а Разин испарился. Я быстро поднял группу на то, чтобы найти его и предотвратить глупость, которую он может выкинуть на эмоциях. Правда, тот факт, что кто-то вырубил его «хвост» говорил не в пользу Разина. Все-таки он не обладал специальной подготовкой. Но об этом я подумаю позже. А сейчас стоит подождать.

Спустя два часа я уже начал посматривать на часы. Я понимал, конечно, что женщины любят ходить по магазинам, но все равно был не готов к этому. Затем я сделал ещё пару звонков, а потом заказал доставку еды на дом. Время шло, прошел еще час, а ребята так и не отзвонились. Лучше позвоню Марине и уточню, когда она будет. Набрал номер телефона, но он был недоступен. Очень странно. Набрал снова и тишина. Что-то задёргалось внутри. Интуиция говорила о том, что это всё неспроста. Или я слишком преувеличиваю?

Я закрыл машину и пошёл в ТРЦ, совершенно не зная, где её искать. В каком из сотен магазинов, находящимся здесь. Но это было мелочи, я почему-то был уверен, что попав в торговый зал точно смогу найти её. Словно нас что-то связывало. Только вот насколько было сильным моё разочарование, когда я понял, что ничего не выходит. Я снова и снова набирал номер, а он все молчал. Я в сотый раз мысленно ругал себя, потому что даже не поинтересовался, что именно она решила купить. Затем я задумался, что же делать, и направился в сторону охраны. Посмотрю камеры видеонаблюдения. Спустя полчаса я уже добрался до нужного отдела. Заглянул за стойку, где заметил связанную с кляпом во рту женщину. Видимо, это продавец-консультант. Я присел возле неё и освободил рот.

— Что произошло?

— Не знаю… Зашла клиентка в примерочную, попросила меня принести ей другой размер… Я прошла на склад, а дальше… Дальше меня просто вырубили…

Я освободил женщину и прошел в сторону, где в последний раз видел Марину и неизвестную фигуру рядом. Там между рядами валялась сумка Марины и разбитый телефон. Я снова выругался и зашёл в подсобку, а там была металлическая дверь, открыл её. Как удобно! Она выходила в закуток, куда свободно могла подъехать машина и забрать Марину. Это, определенно, похищение. Я крепко сжал в руке телефон, тут же опомнился и начал набирать номера телефонов своих парней'

— Разина приведите ко мне.

Пока было время, я вернулся к охранникам и посмотрел на камеры наружного наблюдения. Подъехал серебристый седан, абсолютно ничем не примечательный. Таких машин на дороге тысячи. Бессознательную Марину затолкали на заднее сидение. Водитель дал по газам и умчался. Да, я хорошо видел номер машины, но был совершенно точно уверен в том, что это поддельные номера и они совершенно ничего нам не дадут. Кто этот человек и зачем он её забрал? А ещё было непонятно, кому она успела перейти дорогу? Хотя… Был только один человек, громко кричавший о мести. В любом случае я знал, когда найду неизвестного, от него не останется и живого места. Как и от Разина, если он всё-таки замешан в её похищении.

Я ворвался в свою квартиру, Разин уже был там. Подчиненные связали ему руки за спиной и посадили на диван, а сами встали по обе стороны.

— Ты что задумал, Разин? — без предисловия начал я.

— Да пошёл ты, Зарецкий! Мне надоело находиться под вашим контролем! Да я даже в туалет не могу сходить без вашего долбаного GPS-приемника! Отпусти меня, гнида!

Я подлетел к нему и врезал по морде. Голова мага откинулась, а из губы потекла кровь. А я с трудом боролся с тем, чтобы не врезать ему еще раз.

Тем временем парни протянули мне полиэтиленовый пакет, в котором лежали кошелёк и какие-то вещи. Я небрежно высыпал все на журнальный столик, но моё внимание привлекли две золотые серёжки. Я перевел на Константина разгневанный взгляд, потому что узнал их.

— Что у тебя делают серёжки Марины? Это твой очередной фетиш? — со злостью процедил я.

— О чем ты говоришь? Какие серёжки и зачем они мне? — его удивление взбесило меня ещё больше.

— Ты задумал хреновую игру? Имей в виду, одно моё слово, и ты окажешься за решеткой, несмотря на то, что содействовал делу и сам пришел к нам с повинной! Я забуду о том, что помогал тебе выбраться из той задницы, в которую ты сам себя загнал. В моей власти устроить тебе такую адскую жизнь и даже больше! — прорычал ему я и с трудом сдерживал себя от того, чтобы не влезть в его мозги и не вскипятить их.

— Но я действительно не знаю откуда они!

— Развяжите ему руки, — проговорил я, а затем схватил их и стал рассматривать.

Марина просто так не далась бы, и как раз на его руке алели четыре глубокие царапины от когтей. Я поднял его руку за запястье и сильно сжал. Урод скривился от боли, но промолчал, стиснув зубы, а я презрительно процедил:

— А это у тебя откуда? Скажешь, не Марина тебе их нанесла? Что ты с ней сделал? Куда ты её дел?

— Какая Марина? Я не видел её! Да я вообще вас двоих видеть не хочу! Я не знаю откуда у меня её серёжки! А эти царапины… Эти царапины мне нанесла какая-то сумасшедшая, которая налетела на меня, когда я уходил от Молотовой! Чёртовы психопатки кидаются на прохожих!

— Ну ты и гад, — и я снова врезал ему.

Разин не выдержал и вырубился. Я снова выругался, потом посмотрел на парней и проговорил по памяти номер машины, которую следует отследить. Пусть я знал, что наводка будет пустой, но мало ли. Парни быстро покинули мою квартиру. А я не собирался ждать, когда этот чокнутый сам проснётся. Время утекало сквозь пальцы, и я это чувствовал. Я волоком оттащил Разина в ванную, нагнул его через борт и врубил ледяную воду. Сейчас я устрою ему райскую жизнь!