Арон. Бывший для истинной

Глава 40

Рада

— Убери от неё свои руки. — звучит громогласно.

Впервые вижу, чтобы Арон настолько открыто проявлял эмоции.

Воздух в беседке становится странно густой, хотя, возможно, это только мне так тяжело дышится.

Мой муж взбешен и до меня не сразу доходит причина этого.

А когда замечаю его ледяной взгляд, направленный на руки Рафаила, которыми тот продолжает меня обнимать, цепенею. Но буквально спустя секунду прихожу в себя и быстро отодвигаюсь от парня.

Вскакиваю с места и смотрю на мужа.

Почему он прожигает меня гневным взглядом? Я ведь ничего плохого не делала.

Беру себя в руки и спрашиваю:

— А что не так? — стараюсь чтобы голос звучал нейтрально, но выходит плохо.

Арон игнорирует мой вопрос. Он не отводит взгляда от стоящего рядом со мной парня.

— Рафаил? — его голос звучит слишком зловеще.

— Прошу прощения. Я позволил себе лишнего. — заложив руки за спину отвечает парень.

— Да что с вами? — в полном шоке спрашиваю я. — Арон, Рафаил меня просто обнял. По-дружески! Что в этом такого?

— Рада, лучше закрой рот.

От его слов и тембра голоса, как раз-таки, хочется сделать наоборот.

— Завтра в обед жду тебя в своём кабинете. — обращается он к Рафаилу. — А сейчас свободен.

Парень бросает на меня полный сожаления взгляд и покидает беседку.

А до меня только сейчас начинает доходить чем это может быть для него чревато.

— Арон, ты в своём уме? Совсем что ли?

— Пламя, сейчас не самое лучшее время показывать свой норов. Не зли меня ещё больше.

— Может, прежде чем пытаться в чём-то обвинить меня, для начала объяснишь мне своё поведение?

Он настолько резко сокращает между нами расстояние, что я поддавшись внутренней панике неосознанно делаю шаг назад.

Арон прищуривается, наблюдая за мной, но никак не комментирует моё действие.

Прослеживаю за тем, как он снимает с себя куртку, протягивает ко мне руку и сдернув с моих плеч вещь Рафаила, кутает меня в свою одежду.

— Почему вместо озвученных двух дней ты отсутствовал пять, и при этом не потрудился связаться со мной чтобы предупредить о смене планов? Или, по-твоему, я должна смирно сидеть и ждать тебя?

— Именно. — он улыбается, глядя на меня, а у меня от возмущения всё внутри переворачивается.

— Что у тебя с Торин? — решаю больше не ходить вокруг да около.

— В каком смысле?

— Да хоть в каком. Тебе не кажется, что выбранная между вами дистанция слишком короткая для женатого мужчины? — повысив голос бросаю ему обвинения.

— Умерь свой пыл, девочка. — всё с той же улыбкой отвечает он, чем выбешивает меня ещё сильнее.

— Ты спишь с ней? — в другой ситуации я вряд ли бы решилась задать ему такой вопрос, но сейчас злость придаёт мне смелости.

Замираю в ожидании ответа.

— Не говори глупости. — он так уверенно отвечает, что я на секунду стыжусь своего вопроса.

Но потом накатывают недавние воспоминания.

— А со стороны это кажется именно так. — упрямо отвечаю я. — И Торин всем своим видом это демонстрирует.

— Рада, мне конечно, приятно осознавать, что ты ревнуешь, но у тебя для этого нет повода. — смотрит пронзительно, уверенно. — Задержался я по причине того, что в Академии действительно были серьёзные проблемы, на решение которых понадобилось больше времени чем я изначально думал. А связаться удалось не сразу по независящим от меня причинам, но если бы я хоть на секунду мог подумать, что ты способна настолько себя накрутить я бы однозначно действовал несколько иначе.

— Ты сейчас пытаешься сделать меня виноватой? — почти шепотом спрашиваю я, не справляясь с эмоциями.

— Пламя, к чему этот разговор? На твои вопросы я ответил, остальное сейчас просто приведёт нас к ссоре.

Как он может вот так просто выстроить нужные ему границы, при которых ты чувствуешь себя глупой истеричкой?

Он подавляет меня своим взглядом и властной энергетикой.

Мне не нравится то, к чему пришёл наш разговор, поэтому я отхожу от него и направляюсь к выходу из беседки, не сказав больше ни слова.

Но это же Арон…

Странно было думать, что он меня отпустит просто так.

Почти не удивляюсь, когда на моём запястье смыкаются горячие пальцы.

— Рада, что за обиды? Ты правда считаешь у тебя есть повод вести себя вот так?

Пульс мгновенно ускоряется.

Я не отвечаю ему, потому что знаю, что мой ответ ему не понравится, а продолжать спор нет никакого желания.

— И ещё, больше никакого близкого общения с Рафаилом. Я запрещаю тебе. С ним тоже завтра поговорю.

Возмущение шаровой молнией взрывается во мне, сражая наповал остатки моего благоразумия.

— Я тоже запрещаю тебе близко общаться с Торин!

— Пламя!

— Что?

— Не сравнивай.

— Да, ты абсолютно прав. Сравнивать нельзя. Потому что наше общение с Рафаилом никогда не переходило рамки дозволенного, в отличие от твоего с этой поганкой. Так что я тебе трижды запрещаю!

Смотрю на него и взглядом пытаюсь передать всё что чувствую сейчас.

— И ещё, если Рафаил хоть как-то пострадает из-за твоего раздутого мужского эго я тебе никогда этого не прощу. Только благодаря ему я не впала в истерику на те пять дней пока ты проявлял активное участие в жизни Торин. — сейчас намеренно преувеличиваю, потому что страх за парня слишком велик. — При этом полностью наплевав на собственную жену.

С огромным удовольствием замечаю, как с его лица стекает беспечная маска.

— Это не так.

— А как, Арон? Что я должна была думать зная, что Торин спит и видит, как бы попасть в твою постель.

— Прекрати нести чушь.

Впервые в жизни мне хочется нанести кому-то физический вред.

Вырываю руку из его захвата и говорю:

— Я очень надеюсь, что ты меня услышал. Тронешь Рафаила, я трону Торин!

— Детский сад какой-то. — устало произносит Арон, будто я его утомила.

— Мне плевать что ты думаешь по этому поводу. Я всё сказала.

— Оставь в покое Торин.

— Отстань от Рафаила!

Глаза в глаза.

— А чего это тебя он так заботит? — с подозрением смотрит на меня муж.

Знаю, что перегнула палку в попытке защитить ни в чём неповинного парня, но вряд ли что-то могло меня остановить.

— Или ты с его помощью решила манипулировать мной?

Какой же он непробиваемый.

— Да пошёл ты. — бросаю ему и отвернувшись снова делаю попытку уйти и снова неудачно.

Арон перехватывает мою руку повыше локтя и притягивает к себе.

— Не испытывай меня на прочность, девочка. Я ведь не всегда могу быть терпеливым и понимающим.

— А иначе что? — с вызовом смотрю в его глаза. — Бросишь меня и уйдёшь к Торин? Так скатертью дорога.

Меня понесло с небывалой скоростью.

— Я всё равно уйду отсюда, когда придёт время. — снова я сначала говорю и лишь потом думаю.

Я вижу, как чернеет взгляд моего мужа, мгновенно наполняясь непроглядной тьмой и сразу же жалею о своих словах.

— Забудь об этом, Рада. Если нужно будет я тебя из-под земли достану, но тогда ты познакомишься с совершенно другим Ароном. И ты об этом очень сильно пожалеешь, потому что он тебе не понравится. — звучит слишком зловеще, будь я хоть чуть менее злая возможно и сделала бы правильные для себя выводы.

— Пусти, я замёрзла. — вру, потому что хочу как можно скорее уйти отсюда.

Он тут же отпускает мою руку, но обнимает за талию и идёт вместе со мной на выход из беседки.

И хоть мне до жути хочется попросить его не трогать меня, но я не делаю этого.

Когда заходим в замок и пройдя по лестнице Арон сворачивает в сторону своей комнаты я тут же останавливаюсь.

— Я… — не знаю, как сказать ему то, что я хочу. — Я хочу ночевать в своей комнате.

— Почему?

— Мне там комфортнее.

— С каких это пор тебе стало некомфортно спать со мной? — он всё сильнее раздражается.

— Это из-за беременности. Просто сейчас такой период. — бессовестно пользуюсь своим положением. — Это временно.

Вижу, как Арон мгновенно смягчается.

— Ладно, пойдём проведу тебя.

Он доводит меня до моей комнаты и тянется чтобы поцеловать, но я уворачиваюсь, открываю дверь и быстро захожу внутрь, плотно прикрыв её за собой.

Знаю, что поступаю неправильно так нелепо дистанцируясь от мужа, но я сейчас на адекватное поведение просто неспособна.

На следующий день я испытала странные эмоции когда, после разговора с Ароном, ко мне подошёл Рафаил.

На мой вопрос всё ли в порядке он ответил, что очень даже.

Я, наверное, слишком внимательно его разглядывала пытаясь по выражению лица понять, насколько правдивы его слова. Но ничего не выдавало в нём обман.

Получается Арон прислушался ко мне?

Только что им двигало?

Попытка пойти на уступку или нежелание чтобы я каким-то образом акцентировала своё внимание на Торин?

Которая, как ни странно, всю следующую неделю активно делала вид что меня нет. В том плане что не только не предпринимала попыток меня хоть как-то задеть, но и вовсе игнорировала меня, если рядом не было Арона. При нём она была сама учтивость. А меня от её лицемерия уже откровенно мутит.

Но моя радость от отсутствия нападок со стороны Торин длилась не долго. Через неделю она снова стала цеплять меня по любому поводу.

Но самый пик случился чуть позже.

Я вечером шла в комнату к мужу. Первый раз после того, как сама же отказалась ночевать в его спальне. Решила, что нет смысла и дальше затягивать конфликт, тем более я всё чаще стала ловить на себе его задумчивый взгляд. Даже немного совестно становится. Он относится с пониманием к моим желаниям и просьбам, в то время как я показываю ему свой характер.

Свернув по коридору в нужную мне сторону, я на секунду замираю, когда вижу, как Торин открывает дверь в спальню моего мужа и проходит внутрь.

Задыхаюсь от мгновенно вспыхнувших во мне противоречивых эмоций.

Мне одинаково сильно хочется и пойти дальше, и немедленно развернуться чтобы сбежать.

Но всё же желание взглянуть в глаза этим двоим побеждает.

Продолжаю идти с трудом передвигая ноги.

Я чувствую, как от бешеного волнения у меня сковало всё тело. Не медлю ни секунды, открываю дверь и захожу внутрь.

— Что ты здесь забыла? — спрашиваю у Торин, но при этом окидываю взглядом их двоих стоящих слишком близко друг к другу.

— Ой, Рада, ты меня напугала. Я вот зашла показать Арону свою любимую шкатулку. — поганка приподнимает руки, привлекая к ним моё внимание, в которых держит тёмный коробок. — Тут крышка не закрывается, а шкатулочка мне очень дорога. Мне её папа дарил.

Во всём её виде страдание от потери отца и смирение. Того и гляди вот-вот нимб загорится над головой.

— А другого места и времени для этого не нашлось? — зло интересуюсь я.

— Я так расстроилась поломкой любимой вещи что совершенно не подумала о том, что время уже позднее.

— Торин, я завтра решу эту проблему, не волнуйся. А сейчас, пожалуйста, оставь меня с Радой наедине. — Арон обращается к поганке, но при этом не отводит от меня взгляда.

— Да-да, конечно. Извините меня. — она покорно склоняет голову и тут же выходит за дверь.

Сучка!

Перевожу взгляд на мужа и мне не нравится то, что я вижу в его глазах.

— Рада, тебе не кажется, что в своих подозрениях ты переходишь все границы? М?

— Не кажется.

— Ты запугала девочку. Она с лица меняется и трясётся вся, когда ты появляешься рядом.

— Тогда облегчи нам обеим жизнь — убери её отсюда подальше и не будет никаких подозрений, ни страхов со стороны бедной-несчастной девочки.

— Прекращай вести себя так.

— Как?

— Ты следила за ней только бы в чём-то уличить.

И это не вопрос.

Свожу вместе брови глядя на него с недоверием.

— Ты реально думаешь, что я буду так делать?

— Тогда выходит так что ты заблудилась? — теперь я точно понимаю, что он пытается меня задеть. — Ты игнорируешь меня уже больше двух недель. И я сейчас не только секс имею ввиду.

— Прекращай вести себя как маленький обиженный мальчик. — возвращаю ему его же шпильку.

Возникшее ранее желание возвращаться в его комнату рассыпается в пыль.

— Рада!

— Извини что помешала. Больше не буду.

Разворачиваюсь и быстро покидаю его комнату громко захлопнув за собой дверь.

Делаю всего пару шагов по коридору, как дёргаюсь, потому что сзади раздаётся жутких грохот.

Очень похоже на то, что об дверь спальни Арона что-то разбилось.

Вдребезги.

На секунду замедляюсь, но тут же продолжаю идти.

Захожу в свою комнату и так же с силой громыхаю дверьми.

Сажусь на кровать и буквально пыхчу от злости. Как ни противно признавать, но Торин удалось вбить между мной и Ароном клин из непонимания и обид.

С этого дня мы с ним очень заметно отдалились друг от друга.

Если раньше вести себя внешне холодно была исключительно лишь моя прерогатива, то теперь так же ведёт себя и Арон.

Нет, он не игнорирует меня. Он просто слишком явно отстранился. Что меня ужасно задевает, хоть я и стараюсь не показывать этого.

Стыдно признаться, но наша холодная война длится уже почти месяц. И я ужасно от этого страдаю.

Мне хочется всё исправить, но я не знаю, как это сделать.

Арон постоянно интересуется моим состоянием. Потакает всем моим прихотям.

Стоит мне только чего-то захотеть и в кратчайшие сроки я это получаю. Но вот все мои попытки завести с ним разговор, на какие-то нейтральные темы, каждый раз с треском проваливаются.

Он холодно вежлив со мной. И меня это жутко раздражает.

А самое противное что мне кажется будто с Торин он другой.

Не знаю, как это объяснить. Он не демонстрирует явного расположения к ней, но я всё равно улавливаю что-то.

Но вполне возможно из-за моей подозрительности я вижу то, чего нет.

В какой-то момент я, настроившись что пришла пора закончить нашу битву характеров, решаю сделать первый шаг на пути к перемирию.

Ставлю на поднос небольшой чайник со свежезаваренным чаем, кружку и маленькую вазочку с печеньем.

Да, я хочу поговорить с мужем.

Знаю, что он сейчас в своём кабинете, а чай прекрасный повод зайти к нему.

Берусь за ручки подноса, но меня останавливает раздавшийся сзади голос.

— Ты куда это собралась.

Оставляю поднос и поворачиваюсь к входящей в кухню Торин.

Она неспеша подходит к столу, отодвигает стул и садится.

— Если к Арону, то лучше не надо. — с ухмылкой говорит она, бросая взгляд за мою спину.

Я молчу.

По-хорошему мне лучше вообще её проигнорировать. Не слушать и делать то, что я планировала, но что-то меня останавливает, заставляя стоять на месте.

— Не унижайся, Рада, мой тебе совет. Ты ему больше не нужна.

В меня как будто ударяет молния.

Полным разрядом. Таким, который не оставляет шансов и сжигает всё внутри.

— Закрой свой поганый рот. Ты уже переходишь все границы. — рычу я.

Она смеется от моих слов.

— Границы уже давно пройдены. И не только мной.

Во мне просыпается безумие.

Я в шаге от того, чтобы набросится на неё.

— Арон больше не принадлежит тебе. Разве ты ещё не поняла этого?

Мне становится плохо.

— Ты до сих пор тут только потому, что носишь его ребёнка.

Удар.

Больно…

— Торин, если ты сейчас же не заткнешься я помогу тебе это сделать. — пру на чистом упрямстве в то время, как внутри образуется чёрная дыра.

— Ты выглядишь жалко, правда. Влюблённая дурочка, незамечающая ничего вокруг. Или ты просто глупая.

Второй удар…

Я кожей ощущаю её насмешку.

— Вон пошла. — хриплю не своим голосом.

Она одаривает меня брезгливым взглядом.

— Я-то пойду, но это не изменит того, что пойду я в его комнату. Я уже давно ночую в спальне Арона и как ты понимаешь мы не только спим там.

Третий удар, который бьёт на поражение…

Я стою и не знаю, что ей ответить. А главное — стоит ли вообще что-то на это отвечать?

Её слова достигли цели. Меня потряхивает, что не укрывается от взгляда Торин.

Пытаюсь взять себя в руки, но это сейчас что-то за гранью реального.

— Ты в праве меня ненавидеть, но я тебя предупреждала с самого начала, Рада. По отношению к тебе я была честной. — а ведь, по сути, она права и это признавать тоже больно. — Арон великолепный любовник, но между нами не только секс.

Каждое её слово режет меня на лоскуты.

Кромсает в фарш.

Отвожу ладони назад и цепляюсь за столешницу. Потому что мне кажется, что я просто не выдержу этого груза и просто свалюсь на пол.

— Если тебе мало моих слов, то приходи сегодня в его спальню. Часов в десять. Сама убедишься, что я не вру. Хоть мне и неловко, всё-таки тебе предстоит увидеть слишком откровенную сцену того, как горячо этот красавчик может любить, но что не сделаешь для прозрения «незрячих».

Не глядя веду ладонью по столешнице пока не нащупываю что-то. Сжимаю пальцами, если не подводят ощущения, сахарницу.

Не осознавая того, что я делаю, размахиваюсь и запускаю её в стену прямо над головой Торин.

Она взвизгивает и тут же вскакивает с места пятясь к двери.

— Совсем ненормальная? А если бы в меня попала? Чокнутая!

Да, она права.

Я чокнутая. Только такая могла делать вид что ничего не происходит.

Как он мог?

Это не тот вопрос, который сейчас следует себе задавать, но я повторяю его про себя снова и снова.

Я ведь так сильно его люблю…

Как он мог…

Люблю…

А он?

В груди маленьким росточком пробивается надежда на то, что это всё очередная уловка Торин. Попытка вывести меня из себя, чтобы снова поссорить нас с мужем.

Но разум настойчиво твердит что она была слишком убедительна.

Слёзы собираются в глазах, когда воображение подбрасывает мне картинки того, что я не хочу видеть.

Но я вижу…

И я решаюсь, возможно, на глупый поступок. Но я должна знать наверняка.

Потому что если…

То это конец.

Оставшееся до озвученного Торин время я провожу в пытках. И мой мучитель — моя память…

Сижу на своей кровати и смотрю на дверь, вспоминая все те наши общие моменты, в которых я была безмерно счастлива.

Неужели всё было ложью?

Но для чего?

Зачем он женился на мне?

Просто потому, что я его истинная пара?

Это вполне логично и от этих мыслей становится лишь больнее.

Спустя бесконечность я бросаю взгляд на часы.

Осталась ровно минута до того, как я сделаю шаг туда откуда вполне возможно не будет дороги назад.

Прикрываю глаза.

Это невыносимо…

Прикусываю губу, открываю глаза и встаю с постели. Подхожу к двери и трясущимися руками берусь за ручку.

Выхожу.

Иду, глядя прямо перед собой.

Внутри умоляю себя не думать о том, что могу сейчас увидеть, но это сильнее меня…

Преодолевая внутреннее сопротивление, иду по длинному коридору.

В сторону его покоев…

Сердце отбойным молотком барабанит в груди.

Я знаю, что каждый шаг сейчас приближает меня к бездне…

Но я хочу знать. Хочу увидеть всё собственными глазами. Мне это нужно для последнего рывка.

Вздыхаю.

Возможно, я поступаю глупо. Она посвятила меня во все подробности, и хоть она и сука, но у меня нет повода ей не верить.

А вот он врёт…

Два месяца…

Ровно столько времени длится моя агония…

Но сегодня таймер вышел.

Пора с этим заканчивать.

Подхожу к резной деревянной двери и замираю. Прижимаюсь лбом к холодному полотну и закрываю глаза.

Два месяца он насиловал мою душу…

Слезы рвутся наружу. Горло сводит болезненным спазмом. Хочется разрыдаться, закатить скандал, орать во всю глотку…

Только зачем?

Проглатываю подкатывающую истерику, задвигая внутренний апокалипсис подальше…

Это всё потом. У меня для этого будет время.

Опускаю руку на ещё пока незаметный живот и мысленно прошу у него прощение за предстоящую сцену…

Я должна знать правду…

Глубоко вдыхаю и толкаю трясущимися руками тяжелую дверь от себя. Она издает противный звук, приоткрываясь совсем немного.

Замираю.

Из глубины комнаты раздаются не просто стоны… это крики… крики удовольствия…

Я помню, как это… с ним по-другому не бывает…

Адская боль в груди растекается ядом.

Я ещё ничего не вижу, но уже умираю.

Распадаюсь на миллион частей…

— Да, Арон, да….

Её голос кислотой выжигает в моей душе сумасшедшую любовь к нему...

Я горько усмехаюсь…

Правда… всё правда…

Глупая-глупая Рада…

Судя по тому, что Торин издает громкий протяжный стон, оргазмом её накрыло нехило так.

Ненавижу их…

Обоих…

Снова толкаю дверь открывая вид на отвратительную картину, от которой внутри всё огнём горит…

Арон невероятно красивый мужчина.

Мой муж…

Тот, кого я ещё совсем недавно так отчаянно любила… сидит на диване, а эта сучка Торин, голая извивается на нём. Они оба голые.

Фу, как пошло…

И грязно…

И не Торин сейчас тут лишняя, а я…

И мне бы уйти. Бежать отсюда, но я стою продолжая смотреть. Намертво выжигая в себе эту картину…

Чтобы в моменты душевной слабости помнить…

Погруженная в собственную трагедию я не сразу понимаю, что они больше не двигаются.

— Рада? — вздрагиваю от его голоса.

Арон смотрит на меня так, как только он умеет. Твердо, уверенно…

Будто ничего не произошло. Будто это не по его вине я задыхаюсь сейчас от боли…

— Что ты здесь делаешь?

Глупый вопрос.

Хочется крикнуть это ему, но я продолжаю молчать.

Не без удовольствия наблюдаю как он отпихивает от себя Торин и тянется к брюкам.

Делаю шаг назад видя, как он одевается. Я знаю, что сейчас будет.

И я не хочу этого…

Ещё один шаг.

И ещё…

Разворачиваюсь и бегу.

Так быстро будто за мной черти гонятся…

Добегаю до своей комнаты и закрываюсь изнутри. Я знаю, что замок не преграда для моего мужа, но это точно даст мне время…

Достаю из-под кровати небольшую шкатулку. Снимаю с запястья неприглядный шнурок, на котором висит маленький ключ.

Резкий грохот в дверь заставляет меня в испуге подскочить на месте.

— Рада, открой. — громогласный голос мужа заставляет ускориться.

С трудом справившись с дрожью, открываю шкатулку. Достаю оттуда причудливый браслет с яркими камнями и делаю всё как она сказала.

Встаю, застегиваю его на руке и прикрыв глаза про себя произношу въевшиеся в память слова.

Секунда, и Арон точным ударом ноги сносит дверь.

Поздно, любимый… слишком поздно…

Открываю глаза и смотрю на него…

Хочется крикнуть, почему? Зачем?

Но это слишком драматично. Да и в принципе уже не важно…

— Пламя, не смей!

Его голос растворяется в призрачной дымке, которая поглощает меня, унося далеко за пределы этого безумия…