Академия Дальстад. Убойный спецкурс

Глава 42

Кристиан, по всей видимости, понял, что творится у меня на душе. Он тихо подошёл, обнял меня со спины и положил голову мне на плечо:

— Я никогда не поступлю с тобой также, как Рейман с Катариной, — примиряюще произнёс де Ареон. — Я понимаю тебя, понимаю твои мотивы, желание сражаться и отомстить убийце твоей мамы. Но ты и меня пойми, Дияника, мне страшно. Мне никогда не было так страшно, как сегодня, когда я увидел то, что случилось с вами на поле. Я никогда не испытывал ни к одной женщине таких же чувств и эмоций, как к тебе. И от этого мне тоже страшно. Я живой человек, де Савеллина. Я могу быть неправ, могу сгоряча сказать лишнего, но в одном я точно уверен — я не считаю что мы поторопились, я очень жалею о том, что сразу воспринял тебя в штыки, даже не дав тебе объясниться, и мы потеряли столь драгоценное время. Когда настанет тот самый момент, чтобы выступить против Ариаса, прошу, будь со мной рядом. Так у меня появится возможность прикрыть твою спину.

— Ценой своей? — жалобно спросила я, больше не в силах злиться на де Ареона.

— Если понадобится. Но мой корыстный интерес заключается в том, чтобы мы оба выжили и прикончили де Волмана, — тихо усмехнулся Кристиан, нежно целуя меня в шею, — у нас ещё столько впереди — первая ночь в одном доме, знакомство с моими родителями, предложение руки и сердца прекрасной де Савеллине, скандал с Рейманом, который вряд ли будет доволен, что его единственная дочурка больше ему не подвластна, свадьба, затем свадьба де Навы, рождение первенца, затем второго, третьего…

— Перестань, — не выдержав, рассмеялась я, повернувшись лицом к де Ареону и обхватив руками его за шею. — Долгоиграющие планы это хорошо, но ты даже не спросил моего мнения.

— Внесу любые твои коррективы, — с улыбкой ответил Кристиан, бережно целуя меня в лоб. — Больше не злишься на меня?

— Чуть-чуть.

— Мне полегчало, — заметно расслабился декан, — теперь я верю, что разгневанная де Савеллина способна напугать даже Ариаса де Волмана.

В приподнятом настроении мы направились на второй этаж, где располагались спальни, держась за руки, словно подростки. Остановившись около комнаты, куда меня положили после атаки Альсара, Кристиан извиняюще произнёс:

— Это гостевая комната, признаюсь, в ней до тебя практически никто не жил, кроме пары друзей, которые останавливались у меня будучи проездом в столице, поэтому в ней откровенно неуютно. В следующий раз ты переступишь порог моего дома самостоятельно и в качестве полноправной хозяйки. Если пожелаешь — ночуй в моей спальне, в ней и теплее и она выглядит более обжитой, несмотря на то, что за последний месяц я был в этом доме лишь один раз от силы. А я останусь здесь, не хочу, чтобы ты чувствовала себя неловко.

— Заманчивое предложение, — недолго раздумывая, кивнула я, — показывай свою спальню. Я заслужила комфорт, всё же изрядно сегодня настрадалась.

Де Ареон провёл меня до конца коридора, открыл дверь и движением руки зажёг магические лампы. Интерьер просторной спальни выбивался из общего стиля дома. Светло-серые стены, тёмная деревянная мебель, кровать с покрывалом чёрного цвета как и в комнате декана на территории Академии Дальстад. На комоде стояли несколько магических карточек, на которых были запечатлены по всей видимости родители Кристиана: молодая светловолосая женщина и мужчина с короткой стрижкой, чьи волосы были такого же светлого цвета. Я с удивлением подумала о том, что черноволосый Кристиан выбивается своей внешностью из общей картины, но промолчала. Кто знает, может у него бабушка или дедушка были жгучие брюнеты. Там же стояла карточка на которой была изображена Лива де Нава, ещё совсем ребёнок в нежно-розовом платье, и и несколько других изображений совсем незнакомых людей.

Кристиан с интересом наблюдал за тем, как я осматриваю помещение, стоя у входной двери. Оставшись довольной увиденным я подошла к нему и, хлопая ресницами, пожелала спокойной ночи.

— Скажи, Крис, — спросила я, коснувшись его руки, — кому мне сказать спасибо за вылеченные травмы? Твоя работа или той пугающей великанши?

Рука де Ареона тут же переместилась на мою талию и потянула меня к себе. Я не сопротивлялась и послушно прильнула к декану, с интересом гадая, что же будет дальше. Продолжит и дальше мой возлюбленный изображать до неприличия приличного мужчину или чувства уверенно победят разум?

Я не была целомудренной барышней, хранившей свою девичью честь до первой и единственной свадьбы, и уже состояла в кратковременной связи с симпатичным парнишкой из Провичей, вот только чем дальше развивались наши отношения, тем быстрее интерес и влюблённость сменились скукой и раздражением. Всё, о чём он мечтал: завести побольше детишек и открыть в родном городишке кожевенную лавку. А ещё он до одури боялся Реймана де Савеллина. Кристиан же был взрослым и опытным мужчиной, рядом с которым я чувствовала себя любимой и желанной. Не говоря уже о том, что в объятиях де Ареоная плавилась, словно горячий воск, под его уверенными руками, а от поцелуев разливалось тепло по всему телу. И я определённо была не против проснуться утром в объятиях любимого декана.

Не знаю, догадывался ли Кристиан о том, какие мысли кружили в моей голове, но он с серьёзным выражением лица ответил:

— После того, как ты закричала, я со всех ног бросился к тебе и потребовал убрать её с поля подальше. Дальше всё сделал сам. Убедился, что кости срослись как надо, затем перенёс тебя в подготовленный экипаж.

— Вычтешь деньги за лечение из моей следующей зарплаты? — не удержалась я от колкости в адрес декана, вспомнив наши первые дни знакомства и то самое сломанное запястье. — Хотя, за такой объём работ я могу вообще её лишиться до конца года.

— К чему ты завела этот разговор? — с искренним удивлением спросил де Ареон, встретившись взглядом с моими глазами.

— Да так, вспомнила былое, — я пожала печами с лукавой улыбкой на губах и сделала вид, что пытаюсь выскользнуть из его объятий, но Кристиан лишь сцепил руки в замок за моей спиной и спросил, склонив голову на бок:

— Конкретнее, де Савеллина.

— Вспомнила, как ты сказал, что я не вписываюсь в твои стандарты, — притворно вздохнула я и предприняла ещё одну попытку расцепить его пальцы за моей спиной, но вместо этого прильнула ещё ближе к широкой груди де Ареона.

— Не провоцируй меня, Дияника, — Кристиан разгадал мою игру и, едва сдерживая улыбку, покачал головой.

— Я? А ещё ты говорил, что водишь девушек в спальню лишь с определённой…

Остаток фразы затерялся в обжигающем, уверенном поцелуе. Не отрываясь от моих губ, де Ареон уверенно развязал пояс моего халата, и он тут же соскользнул на пол. Оставшись в тонкой, полупрозрачной сорочке, которая, казалось, была создана лишь для того, чтобы подчеркнуть достоинства женской фигуры, я сильнее прижалась к любимому, желая слиться с ним воедино.

Губы Кристиана медленно, но настойчиво покрывали поцелуями шею, и я не смогла сдержать тихий стон, вырвавшийся из моей груди, не в силах выносить столь чувственную пытку. Скользнув ладонями под футболку, я провела ладонями по напряжённой спине де Ареона и инстинктивно впилась ногтями в разгорячённую кожу.

Всё, что происходило дальше, было похоже на волшебный сон, и я была готова отдать душу дьяволу, лишь бы остаться в нём как можно дольше и не просыпаться. Ласки становились всё более откровенными, мы сводили друг друга с ума смелыми и дразнящими прикосновениями, не в силах прерваться даже на мгновение. Я чувствовала себя невероятно желанной, ощущая любимого каждой клеточкой своего тела, и видела в его глазах невероятную заботу и счастье.

В момент единения, на самом пике эмоций я не смогла сдержать слёзы. Неужели это всё же не сон, а реальность? Я закрыла глаза и обняла Кристиана, желая больше никогда с ним не расставаться. Де Ареон нежно провел кончиками пальцев по моему лицу, стирая слёзы и, обняв меня ещё крепче, срывающимся шёпотом произнёс:

— Я люблю тебя, Дияника де Савеллина.

Нежась в объятиях Кристиана, я думала о том, что прошедший день был невероятно насыщен на события, как на хорошие, так и плохие. Но я была и всегда буду благодарна за каждую прошедшую секунду этого незабываемого дня и без раздумий прожила бы его снова, ничего не меняя.

Сквозь мой крепкий сон прорвалось мерное гудение кристалла связи. Рука декана, покоившаяся на моём плече, скользнула в сторону, после чего я услышала щелчок активации связи и тихий голос Кристиана:

— Да, мама, что-то случилось?

Взволнованный приятный женский голос быстро объяснил, что на побережье всё ещё бушует шторм, а пользоваться в такую погоду телепортом крайне опасно. Пассажирские поезда всё ещё стоят на вокзале, готовые отправиться в любую минуту как только непогода утихнет, а значит сегодня утром их можно не ждать. «Но сразу, как только появится возможность вырваться отсюда, мы вернёмся в Дальстад и с удовольствием познакомимся с милой Дияникой», — завершила беседу госпожа Габриэлла и мягкий свет кристалла потух.

— Надеюсь, с ними всё будет хорошо, — пробормотала я, понемногу пробуждаясь и осторожно открыла глаза.

Кристиан всё ещё сжимал в ладони кристалл связи и с особой нежностью смотрел на меня.

— Ещё рано, отдохни, Дияника. Сегодня целый день в нашем распоряжении, — тихо произнёс Кристиан, положил на прикроватный столик ставший ненужным кристалл, а потом нежно привлек меня к груди. К нашему удивлению, кристалл снова засветился.

Де Ареон активировал его повторно, но не успел вымолвить и слова, как мы сразу же услышали взволнованный голос Энни:

— Господин декан, прошу прощения за ранний звонок, надеюсь я не оторвала вас от важных…

— Сейчас семь часов утра, Эннабелла, — в голосе Кристиана послышались недовольные нотки. — Как думаешь, какие важные дела у меня могут быть в столь раннее время?

— Совсем не изменился, — еле слышно проворчала подруга, но я расслышала её слова и едва сдержала смешок при виде нахмурившегося декана. — Сожалею, что пришлось помешать вашей идиллии с Дияникой, но вам обоим лучше вернуться в академию, желательно, как можно скорее.

Не сдержав любопытства, я подтянула к себе поближе руку де Ареона, в которой тот держал светящийся кристалл и спросила:

— Энни, конкретнее, что произошло?

— Неожиданно для всех… — начала подруга, но на заднем фоне послышались мужские голоса, разговаривающие на повышенных тонах, причём, один из них мне показался знакомым. Энни негромко выругалась и быстро добавила, — не могу говорить, приезжайте быстрее, иначе… ой!

Гаубе внезапно затихла, а затем потух и кристалл, означая конец связи. Сон и томную утреннюю негу как ветром сдуло. Взамен пришло чувство беспокойства и ощущение, что сегодня меня ждёт что-то очень плохое.

— Возвращаемся прямо сейчас? — взволнованно спросила я Кристиана. Тот обессиленно откинулся на подушки и закрыл лицо руками.

— Ни минуты покоя, — измученным голосом произнёс декан, затем стремительно встал с кровати и принялся одеваться. — Твоя форма пришла в негодность, подберём тебе что-нибудь из гардероба матери. Следуй за мной.

Накинув халат прямо на обнажённое тело, я прошла в дальнюю комнату следом за де Ареоном и оказалась в просторной гардеробной, которая была заполнена мужской и женской одеждой от силы на четверть.

— У вас с ней практически один размер, выбирай что угодно. Ничего из этого она не носила, — усмехнулся Кристиан. Я вопросительно посмотрела на него, а он пояснил, — моя мама — добрейший души человек, но иногда в ней просыпается страшная транжира. Всё, что не поместилось в её гардеробной, она перевезла сюда, да так и забыла.

Кивнув, я поспешно выбрала скромное платье светло-бежевого цвета и вернулась в комнату для гостей, где лежали оставшиеся вещи, чтобы умыться и привести себя в порядок. Наряд действительно сидел на мне превосходно, а блеск в глазах и счастливая улыбка на губах привнесли немного радости в это раннее утро. Я искренне надеялась на то, что мы сможем быстро управиться с внезапно возникшими делами и провести остаток дня наедине друг с другом. Если бы я только знала, как сильно ошибалась…

Наскоро позавтракав, декан вызвал экипаж и мы, не скрывая разочарования от подпорченного выходного, направились в главную магическую академию столицы.

— Как думаешь, что за время нашего отсутствия могло случиться? — нервно перебирая подол юбки, я спросила де Ареона.

— Лучше если бы это что-то оказалось по-настоящему важным, иначе мне придётся серьёзно поговорить с ректором де Форнамом, — мрачно произнёс Кристиан, провожая мелькавшие в окне дома и деревья задумчивым взглядом.

— Надеюсь, с адептами всё в порядке, — озвучила я свою версию событий, которые могли привести к раннему звонку декану от Эннабеллы. — Что если наши вчерашние оппоненты снова спровоцировали адептов спецкурса?

— Значит, придётся стереть с лица земли Альсара и всю его шайку, — по мере приближения к академии, декан становился всё более нервным. — Не знаю, Дияника, у меня на душе очень странное чувство…

— … будто нас ожидает что-то очень плохое, — не выдержав, поделилась я своими переживаниями с Кристианом. — Меня тоже не покидает это чувство. Причём, оно вовсе не связано с Ариасом де Волманом. Да и Альсар, я уверена, не стал бы провоцировать наш спецкурс после вчерашних событий. Может плюнем на всё и развернём экипаж обратно, в сторону твоего дома? А кристалл связи спрячем куда подальше.

Кристиан вздохнул, но промолчал. Остаток дороги мы не разговаривали друг с другом, невольно поддавшись дурному предчувствию, лишь держались за руки так, словно нам скоро придётся надолго расстаться.

Экипаж остановился перед воротами Академии Дальстад. Стражи у ворот при виде нас заметно оживились и передали, чтобы мы срочно явились в кабинет ректора де Форнама.

С тревогой переглянувшись, мы быстрым шагом направились к главному зданию академии, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Поднимаясь по лестнице, ведущей на этаж, где располагались кабинеты ректора и декана спецкурса, мы встретили бегущего нам навстречу Аллена Альсара. Декан факультета боевиков прижимал к окровавленному носу рукав и, встретившись с нами взглядом, злобно прошипел: «Чёртова де Савеллина», а затем продолжил спускаться по лестнице, не обращая внимания на мгновенно вспыхнувшего де Ареона.

— Крис, что-то мне это совсем не нравится, — я с тревогой потянула любимого за рукав пальто и, ощущая как гулко колотится моё сердце, устремилась по коридору. Остановившись перед дверью кабинета Алистера, я сделала глубокий вдох, затем выдох и постучала в дверь:

— Сказал же, я занят! Никого не принимаю! — услышала я гневный рёв всегда спокойного и собранного де Форнама.

— Ректор, — я осторожно позвала Алистера, приоткрыв дверь в его кабинет, — вы нас звали.

— Наконец то, де Савеллина! — не скрывая радости и облегчения, закричал де Форнам, — заходите скорее, у нас важный гость!

Затаив дыхание, я проскользнула через щель в двери, беспомощно оглянувшись на Кристиана. Он, поджав губы, кивнул и прошептал: «Я рядом», после чего уверенно зашёл в кабинет вслед за мной.

Я не сразу заметила гостя, вальяжно сидевшего на диване. Неспеша он поднялся на ноги и медленно развернулся, наслаждаясь моим испугом и изумлением. А вот я, чувствуя, как тело перестаёт мне подчиняться, схватилась за руку де Ареона и дрожащим голосом спросила:

— Что… что ты здесь делаешь, папа?

Высокий мужчина в строгом чёрном костюме с короткими светло-русыми волосами и тонкими, бледными, словно обескровленными губами, долго изучал меня пронзительным взглядом светло-серых глаз, а затем, ни слова не говоря, повернулся к де Ареону.

Кристиан заметно напрягся, но с честью выдержал тяжёлый взгляд Реймана де Савеллина. Затянувшееся молчание прервал ректор де Форнам:

— Дияника, твой отец прибыл…

— Алистер, — бесцеремонно перебил его папа, — не мог бы ты оставить нас с Дияникой наедине?

Ректор заметно растерялся:

— Но это же мой кабинет… ай, ладно, говорите сколько влезет. Я отнесу письма в отдел корреспонденции. Кристиан, пойдём со мной, оставим отца с дочкой…

— Нет! — хором воскликнули я, декан и отец.

— С этим смельчаком я тоже поговорю, — губы Реймана тронула улыбка, не предвещающая ничего хорошего ни мне, ни де Ареону.

Алистер пожал плечами и быстро покинул свой кабинет, даже не забрав со стола несколько писем, лежащих в хаотичном беспорядке. Я продолжала сжимать руку Кристиана и бросила на него быстрый жалобный взгляд. Боюсь даже представить реакцию папы на объявление, что мы встречаемся с де Ареоном и у нас всё серьёзно.

— Как ваше имя, молодой человек? — с презрительным видом спросил отец декана.

Кристиан коротко поклонился, скорее даже кивнул головой, и ровным уверенным голосом произнёс:

— Кристиан де Ареон, декан факультета спецкурса, непосредственный руководитель Дияники, а также доверенное лицо короля по вопросам личного характера.

Реймана, казалось, достижения декана не впечатлили. Лицо моего отца скривилось, словно ему в рот залетела назойливая муха:

— Дияники? Позвольте спросить, давно ли в Академии Дальстад начальство стало называть прилюдно подчинённых по имени?

— Дияника, — Кристиан сделал ударение на моём имени, а затем произнёс громко и отчётливо каждое последующее слово, — моя невеста, господин де Савеллин. Рад, что могу лично сообщить вам это приятное известие.

Я с недоумением посмотрела на Кристиана. Новость хорошая, вот только не для моего отца — грозного и властного тирана. А главное — почему меня не известили о моём новом статусе в качестве невесты де Ареона? Интересно, эта идея только сейчас пришла в голову Кристиану? А я-то, наивная, всегда мечтала о возлюбленном, который в торжественной обстановке преклонит передо мной правое колено и протянет коробочку с симпатичным кольцом.

Или же он сказал это только для того, чтобы позлить моего отца? Признаться честно, в чём-то они похожи. Оба упрямые до жути, уверенные в своих силах — даже сейчас стоят друг напротив друга с решительным взглядом.

— Однако, смелое заявление, господин де Ареон, — первым не выдержал Рейман, — позвольте спросить, а с кем это мне предстоит породниться? Кто ваши родители?

— Николас и Габриэлла де Ареон, — в голосе Кристиана послышались нотки тепла и гордости за родителей, когда он представил их моему отцу, — наша фамилия широко известна в столице. Весьма удивлён что вы её забыли, господин де Савеллин. Моя мать когда-то была лучшей подругой Катарины.

Отец заметно дёрнулся: в его взгляде, помимо пренебрежения, я отчётливо разглядела нотки удивления и испуга. Рейман смог быстро совладать со своими эмоциями, но бледное лицо стало ещё более безжизненным, белее мела.

— Сын Габриэллы? — слегка подрагивающим голосом спросил папа. — Но вы совсем не…

— Не похож? — учтиво спросил Кристиан. — Да, вы правы, но я действительно её единственный сын.

Рейман де Савеллин молча кивнул. Без тени смущения он рассматривал в упор декана, буквально с ног до головы. Медленно его губы расплылись в коварной ухмылке, от которой у меня по спине пробежал мерзкий цепкий холодок. В отличие от меня Де Ареон даже не дрогнул под суровым взглядом моего папы.

— Сын Габриэллы и Николаса де Ареона, — не сразу заговорил де Савеллин. — Вот теперь соглашусь, внешне вы действительно похожи. Позвольте ещё один вопрос, молодой человек.

Декан молча кивнул, но от моего удивлённого и растерянного взгляда не ускользнуло, что уверенность де Ареона дала трещину — пальцы невольно сжались в кулак, а на виске запульсировала жилка, выдавая волнение Кристиана.

— Когда вы вернулись из-за Грани Жизни, изменения коснулись только внешности или затронули специфику вашего дара?

Я замерла на месте, как громом поражённая. О чём говорит мой отец? Кристиан вернулся из-за Грани Жизни? Но как? Когда? Почему я об этом не знаю?

— Вам прекрасно известно, господин де Савеллин, что возвращаясь обратно, человек словно рождается заново. Я приобрёл целительский дар, — де Ареон, не выдержав, отвёл взгляд в сторону.

— Тогда… — прошептала я, чувствуя, как все обрывочные воспоминания складываются в одну целостную картину. Что бы ни ответил сейчас декан, я уже знала ответ, — тогда какой дар ты потерял?

— Наравне с Ариасом де Волманом, Кристиан де Ареон был одним из лучших учеников твоей мамы, — наслаждаясь моим потрясённым видом, произнёс Рейман. — Неужели вы не сказали вашей… хм, невесте, что вы были подающим большие надежды практикующим некромантом? Более того, вас связывали дружеские отношения с убийцей её мамы?

Земля ушла у меня из-под ног. Покачнувшись, я обессиленно упала на колени, пребольно ударившись ими о каменный пол, но даже не поморщилась от саднящей боли. Перед глазами расплывались чёрные и красные круги, горло сдавило, а голоса отца и де Ареона, казалось, звучали не рядом со мной, а где-то за толстой каменной стеной.

Я почувствовала, как чьи-то руки обхватили мои плечи и аккуратно потянули вверх, желая помочь мне встать на ноги. Кто-то что-то говорил, но я не могла разобрать ни одного слова. Тёплые пальцы прикоснулись к моим вискам, вливая немного энергии и моё сознание медленно вернулось в кабинет де Форнама.

— Не пугай меня так, — тихо прошептал мне на ухо де Ареон, помогая подняться, но я, даже не глядя на него, дёрнула плечами, не желая чувствовать в данный момент его прикосновений.

— Что? — хриплым голосом спросила я отца и декана, — что ещё скрывали от меня? Почему я помню Ариаса, но совсем не помню лица Кристиана?

— Я не… — начал де Ареон, но Рейман не дал ему вставить даже слова.

— Господин де Ареон прав, — громко произнёс мой отец, наслаждаясь происходящим кошмаром и даже не спросил, всё ли со мной в порядке, — вернувшись из-за Грани Жизни, маг приобретает новые черты внешности, а также начисто лишается прежнего дара. Дальше уже всё зависит от внутреннего резерва. Либо он становится обычным человеком, либо приобретает новые силы. Сын Габриэллы стал целителем, — хмыкнул Рейман, глядя на растерянного де Ареона и упиваясь своей уверенной победой, — какая ирония.

— Господин де Савеллин, — от уверенности Кристиана не осталось и следа, — то, что мы некоторое время были друзьями с Ариасом де Волманом, совсем не значит, что я причастен к гибели вашей жены! К чему вы нагнетаете обстановку? Моя цель не только как декана спецкурса, но и мужчины — защитить от него Диянику и стереть с лица земли этого гнусного мерзавца. За последний месяц он дважды пытался её убить и если бы не я…

— Если бы не ты, — внезапно закричал Рейман, чьё лицо в один момент объяла безудержная ярость. — Ариас не убил бы Катарину де Савеллину!

— Да вы издеваетесь! — воскликнула я, схватившись за голову двумя руками. Слёзы крупными каплями скользнули вниз по щекам против моей воли. — Умоляю, скажите оба, что мне это снится! При чём тут Кристиан?

— Господин де Ареон — тот самый молодой человек, ради которого Катарина в разгар битвы бросила свою дочь и отправилась за Грань Жизни! А когда вернулась оттуда, лишившись своего знаменитого дара, совсем беззащитная, стала жертвой Ариаса де Волмана.

В моей голове пронеслись обрывки воспоминаний: вот мы с мамой бежим к воротам дворца — они приоткрыты, но за спиной слышится чей-то перепуганный голос, который зовёт по имени Катарину де Савеллину. Обернувшись, я вижу как симпатичный парень с длинными волосами, похожий на эльфа, бежит за нами, размахивая руками и в этот момент становится жертвой подельника де Ареона. Мама, даже не глядя, убивает мерзавца с помощью «Ладони де Савеллины», затем в отчаянии смотрит на бездыханного блондина, срывает с шеи подвеску и надевает на меня со словами: «Никогда не снимай её, Ника». Прошептав заклинание, она падает без признаков жизни рядом с мертвым «эльфом», а я стою в растерянности, изо всех сил сжимая в ладони подвеску.

К моему удивлению, на нас никто не обращает внимания и даже не смотрит в сторону тринадцатилетней девчушки, оплакивающей бездыханное тело. Через несколько минут мама открывает глаза, медленно поднимается и с удивлением смотрит на мёртвого блондина.

— Как так? Я же вела его за руку! — отчаянно шепчет Катарина, затем смотрит мне за спину и с с надрывом в голосе восклицает: — Ариас, прошу тебя, помоги! Я потеряла его у самой Грани Жизни. Мне нужна буквально капля твоего дара!

Я оборачиваюсь и вижу прежнего де Волмана — яркого молодого мужчину необыкновенной красоты. С улыбкой кивнув, он задерживает взгляд на подвеске, что висит теперь на моей шее и становится за спину моей мамы. Но вместо того, чтобы приложить ладони к её вискам и передать немного своей силы, он достаёт нож и перерезает горло Катарине прямо на моих глазах. От ужаса и шока я тут же теряю сознание…

Открываю глаза и вижу, что лежу на диване в кабинете Алистера де Форнама. Рядом со мной сидит отец и, что для него вообще не свойственно, гладит меня по руке, как ребёнка.

— Что случилось? — слабым голосом спрашиваю я, втайне лелея надежду, что всё, что случилось здесь несколько минут назад, мне лишь приснилось.

— Вот причина, по которой я не хотел отпускать тебя в Дальстад, Дияника, — неожиданно мягким голосом произнёс папа и покачал головой. — Как бы я не старался тебя уберечь, прошлое всё же настигло тебя в столице. Мне очень жаль, что твой жених…

— Где Кристиан? — я с трудом приподнялась на локтях и бросила взгляд по сторонам. Де Ареона в кабинете не наблюдалось.

— Я попросил его уйти. Твой жених…

— Да не жених от мне! — не выдержав, я разревелась во весь голос. — Я вообще не знаю, зачем он назвал меня своей невестой. Ненавижу!

Отец прижал меня к своей груди, поглаживая по спине твёрдой ладонью. Смиренно слушая мои надрывные рыдания, он прислонился подбородком к моему лбу, поцеловал в макушку и зашептал:

— Всё позади, милая. Я поговорю с Алистером де Форнамом, чтобы он не подпускал к тебе этого де Ареона. Ты переселишься из академии ко мне, я снял дом всего в пяти минутах ходьбы отсюда. Академия Дальстад сильно изменилась за прошедшие годы. Если бы в моё время какой-то зарвавшийся выскочка, которого поставили на должность декана боевого факультета посмел бы напасть на коллегу, его бы в следующую секунду выгнали взашей за ворота, после чего внесли имя в чёрный список.

Так вот почему Альсар пробежал мимо нас с окровавленным лицом! Откуда отец узнал о выходке Аллена? И вообще, зачем он приехал?

— Дошли до меня некоторые известия, — уклончиво ответил отец, а я поняла, что озвучила свои мысли вслух. — А ещё меня пригласили принять участие в поимке де Волмана.

— Кто? — удивилась я, вытирая слёзы рукавами светло-бежевого платья.

— Эта информация находится в строжайшем секрете, но он вот-вот вернётся в столицу, — заговорщицки прошептал мне Рейман. — Для всех остальных я вернулся в Дальстад, чтобы уговорить вернуться в Провичи сбежавшую дочурку. Милая, хватит лить слёзы понапрасну, пойдём в твою комнату, соберём вещи и поедем в наш временный дом. Сегодня у тебя заслуженный выходной, а вечером я лично переговорю с де Форнамом и поставлю перед фактом, что ты будешь жить со мной, а не на одном этаже с де Ареоном.

Подумав, я кивнула головой.

— Да, папа, так действительно будет лучше для нас обоих.

С каменным лицом я проследовала на жилой этаж учительского крыла и взяла самые необходимые вещи. Фая при виде Реймана забилась под потолок и отказалась покидать пределы комнаты. Жаль, видимо придётся просить Энни, чтобы она за ней присмотрела. Кстати, Гаубе, Хайт и Арч поджидали нас в коридоре, но одного взгляда отца было достаточно, чтобы они тут же исчезли за дверями своих комнат. Кристиана не было видно, но я была этому даже рада. Никогда не прощу де Ареона за то, что использовал меня и скрыл правду о смерти моей мамы.