Академия Дальстад. Убойный спецкурс

Глава 22

Я всегда мечтала иметь способность становиться невидимой в нужный момент. Но особенно сильно это желание проявилось сегодня за завтраком, куда я пробралась, скрываясь от цепкого взора декана, за спинами Арча и Энни.

Хайт не захотел присоединиться к нашей компании, буркнув сквозь закрытую дверь, что у него внезапно возникли важные дела, болит голова и вообще: сегодня ответственное занятие под присмотром де Ареона.

По дороге в учительскую столовую, я, отчаянно зевая, рассказала друзьям о том, что произошло ночью на кладбище, но благоразумно умолчала о странном неудержимом словесном потоке в адрес Кристиана. Уверена, декан и сам не оставит этот факт без внимания, а о том, какое меня ждёт наказание, не могла и думать без содрогания.

Как ни странно, де Ареон, при виде пристыженной меня, даже бровью не повёл. C невозмутимым видом пожелал нам доброго утра и продолжил беседу с деканом кафедры ясновидения — седым стариком с длинной бородой, которая доставала ему аж до пояса.

— Дияника, судя по тому, какие взгляды ты бросаешь на Кристиана, между вами вчера явно что-то было, — ткнула меня локтем в бок Энни Гаубе.

Вот знала когда сказать! Кусок хлеба тут же попал не в то горло, и я зашлась в приступе кашля.

— Неправда, — прохрипела я, с благодарностью глядя на артефактора, который участливо хлопал меня по спине.

— Отчего тогда столь бурная реакция? Нет, между вами явно что-то было, — с хитрым прищуром сказала Энни.

— Да было, было, — откашлявшись, прошептала я, — только не между нами.

Поманив пальцем своих коллег, я рассказала им про встречу с бывшей Кристиана.

— …дама нереальной красоты! — забывшись, я восторженно описывала госпожу де Нарию. — А как держалась, с каким достоинством! Перед ней расшаркивался сам ректор де Форнам! «А ты всё так же холоден, Крис…», великая богиня, что за женщина!

Мне бы остановиться и спросить, отчего Саарон Арч внезапно поднёс палец к губам, а Энни весьма чувствительно ударила носком туфли мою лодыжку под столом. Нет же, я продолжила петь дифирамбы той холёной аристократке.

— На выход, де Савеллина, — послышался за моей спиной недовольный голос Кристиана. — Не стоит и сегодня испытывать моё терпение.

— Декан, позвольте мне допить хотя бы чай? — с мольбой в глазах взглянула я в рассерженное лицо де Ареона.

— С собой возьмёшь, — раздражённо ответил Кристиан. — Давай живее, умертвие и то шевелится быстрей тебя.

— Могли бы и предупредить, — прошипела я коллегам, глядя в спину идущему на выход из столовой де Ареону.

— А мы что делали, по твоему? — возмутилась Энни. — Решили с самого утра развлечь тебя бесплатной пантомимой?

— Ты там это, Дияника, давай держись, — тихо усмехнулся артефактор, поглядывая на меня сквозь осветлённые пряди волос, прикрывающие лицо.

— Де Савеллина! — рявкнул Кристиан, заглядывая в столовую из коридора.

— Вот бы ты охрип, — проворчала я. — Хотя бы пару дней покоя.

Догнав де Ареона в коридоре, я спросила, зачем понадобилась декану в столь ранее время.

— Будешь ассистировать Хайту на занятии с адептами, — не глядя на меня, ответил Кристиан. — Надо же тебе хоть как-то реабилитироваться за вчерашнее. Кстати, что-то я не вижу выражения раскаяния на лице за все твои слова в мой адрес. Не хочешь для начала извиниться?

Хотела, даже очень. Проснувшись утром в своей постели, меня как обухом по голове ударили воспоминания о ночном походе с де Ареоном. Сначала происшествие на кладбище со взорванным надгробием, затем услужливая память мне напомнила про всё, что я наговорила Кристиану. И в завершение, я вспомнила о том, как отключилась в комнате у Хайта. И в тот момент, когда я уже придумывала жалостливую речь для Кристиана с набором витиеватых извинений, меня внезапно озарило: я же выговорилась не специально, а под действием зелья, по действию похожего на сыворотку правды. Согласитесь, я не виновата, ну разве что чуть-чуть.

— Значит не хочешь, — принял моё молчание за отказ де Ареон. — Ступай в кабинет зельеварения и помоги Хайту подготовиться к занятию, я скоро к вам присоединюсь.

— Хочу, но… — пробормотала я, но Кристиан меня уже не слышал. Ускорив шаг, он направился к лестнице, ведущей на этаж, где располагался его кабинет, а я осталась в коридоре, смущённо улыбаясь спешащим мне навстречу преподавателям и рассеянно здороваясь со снующими туда-сюда адептами.

В кабинете зельеварения, несмотря на ранний час, уже вовсю пахло горевшими дровами и смесью сушёных пряных трав. Максвелл Хайт деловито сновал вдоль длинных стеллажей, уставленных бесчисленными рядами склянок разного размера со всевозможным содержимым, и что-то бормотал себе под нос.

— Доброго утра, Максвелл, — вежливо поздоровалась я с зельеваром.

Тот, не отвлекаясь от своего занятия, молча помахал рукой с зажатой в ней бутылью.

— Сегодня я твой ассистент по просьбе нашего декана, — добавила я, лавируя между столов с закреплёнными на них чугунными котлами среднего размера.

— По просьбе? — хмыкнул Хайт, поворачиваясь ко мне, — скорее, по принуждению. Прости меня за зелье релаксации, Дияника. Я не знал, что это для тебя.

— Что ж, — улыбнулась я, не в силах злиться на зельевара, — зато я выпустила пар. Открыто высказала всё, что думаю о Кристиане ему в лицо. Не всё ж ему ворчать «де Савеллина, ты такая-растакая». Но я не злопамятная, Хайт, лучше извиниться перед ним после занятий, если надо, то отработаю любое наказание. Всё же, я не просто нагрубила какому-то надменному зазнайке, а наговорила гадостей своему руководителю. Удивляюсь, как у него не лопнуло терпение. Ладно, скажи, чем тебе помочь?

Держа в руках большую плетёную корзину, я аккуратно ставила в неё флакончики и пробирки, которые снимал с полок Максвелл Хайт, а затем бережно выставила их в ряд на столе зельевара. Во время нашей подготовки, кабинет постепенно заполнялся адептами, а затем прозвенел колокол, возвещавший о начале утреннего занятия.

— Доброго утра! — бодро воскликнул Максвелл Хайт, оглядывая десятерых учащихся. Скользнув вглядом по адептке де Морине, его верхняя губа непроизвольно дёрнулась, но всё же он сдержался.

— Доброе утро, господин Максвелл Хайт! — радостно загудели учащиеся спецкурса.

В кабинет тенью проскользнул де Ареон в неизменном чёрном костюме и мантии с эмблемой Академии Дальстад на груди. Жестом показав, чтобы на него не отвлекались, он встал у дальней стены, словно безмолвный наблюдатель.

— Сегодня у нас крайне важный урок. Мы будем варить универсальное противоядие. Госпожа Дияника де Савеллина любезно предложила свою помощь в роли ассистента, — возвестил Хайт, стрельнув глазами в декана. Кристиан тихо хмыкнул, но промолчал.

— На столе у каждого есть набор трав, также, госпожа де Савеллина раздаст вам дополнительные ингредиенты. Обратите внимание, количество каждого компонента будете отмерять сами. В ответственный момент, меня может не быть рядом с вами, а вот флакончик такого противоядия в арсенале любого мага — вещь необходимая.

Пока Максвелл писал на доске мелом перечень нужных ингредиентов для противоядия, адепты торопливо скрипели в тетрадях карандашами, а я расставляла на столах по тройке разномастных пузырьков. Де Ареон внимательно следил за работой Хайта и время от времени делал в своём блокноте какие-то пометки.

— И запомните, последовательность приготовления в высшей степени важна. Перепутаете местами компоненты — получите совсем другое зелье: в лучшем случае — пустышку, в худшем — неизвестную отраву.

— Не беспокойтесь, господин Хайт! — воскликнула адептка де Нава, делившая один стол с молчаливой де Мориной. — Мы все понимаем и осознаём возможные последствия. Будьте уверены, мы вас не подведём!

— Умница, де Нава! — похвалил зардевшуюся выскочку Максвелл Хайт.

Не удержавшись, я скосила глаза на Кристиана и с недовольством для себя отметила, как по-особенному он смотрел на Ливу, а затем что-то быстро записал в блокнот.

«Странный у него вкус на женщин», — думала я, прохаживаясь, словно привидение, между столами, — «сначала идеальная, сдержанная красавица де Нария, теперь положил свой глаз на шумную и энергичную де Наву. Да она ему в племянницы годится! И он ещё посмел ткнуть Максвелла в его связи со студентками, но Максвеллу на тот момент было чуть больше двадцати, там разница невелика. Он — вчерашний выпускник, выдающийся талант, конечно, его будет тянуть к девушкам слегка помладше, это естественно! Нет, я не поощряю связи с ученицами, но и обвинять его не собираюсь, тем более, Хайт говорил, что они сами стремились угодить в его объятия. Пока ему не повстречалась де Морина. Но этому надменному пингвину чуть больше тридцати. Найди себе ровесницу, может у де Нарии есть не столь разборчивые подруги, ну или кого помладше, но не студентку. Вот что он на неё так смотрит? Пожирает глазами, чтоб его… а правда, почему Кристиан не отводит взгляд от де Навы?»

Очнувшись от раздумий, я увидела, как стремительно бледнеющая де Нава тяжело дышит, облокотившись на стол. На кукольном лице хорошенькой адептки выступили крупные бисерины пота, а из груди с каждым вздохом вырываются странные хрипы.

— Лива! — хором воскликнули Хайт и Кристиан. Не сговариваясь, они одновременно бросились из разных концов кабинета к задыхающейся светловолосой адептке.

— Она, должно быть, по ошибке вылила двойную порцию серебряного остролиста, — заикаясь, пробормотала де Морина.

— По ошибке? — яростно воскликнул Хайт. Не выдержав, он схватил испуганную девушку за плечи, и пару раз, как следует, встряхнул.

— Уймитесь, Хайт! — прикрикнул на разгневанного зельевара Кристиан, аккуратно уложивший хрипящую де Наву на пол.

— Наши пузырьки стояли рядом! — в слезах воскликнула де Морина и разразилась бурными рыданиями.

— Успокойте её и ради всех богов, прошу вас, не толпитесь, — загородив от Максвелла несчастную адептку, я передала её в руки сокурсников, после чего вернулась к белому, как снег, Хайту и склонившемуся над бьющейся в судорогах Ливе Кристиану.

— Максвелл, не стойте над душой, найдите экстракт мяты, порошок из скорлупы тёртого ореха, мёд и стакан тёплой воды. Смешайте всё и принесите мне, как можно быстрее.

Зельевар тут же ринулся выполнять распоряжение декана, а Кристиан быстро потёр ладони друг о друга и приложил к мокрому от слёз и пота лицу де Навы.

— Тише, всё будет хорошо, — бормотал де Ареон, — я помогу тебе. Дыши ровно и глубоко вместе со мной. Не бойся, сделай глубокий вдох, а затем выдох.

Лива, вцепившись пальцами в костюм декана с опаской сделала один короткий вдох и выдохнула с облегчением, затем ещё один вдох, уже поглубже. Вскоре, она уже могла дышать в одном ритме с Кристианом, чьи пальцы аккуратно поглаживали её лицо.

— Готово, — подоспевший Максвелл протянул де Ареону стакан с мутной жидкостью грязно-коричневого цвета, и тот, придерживая голову де Навы, поднёс стакан к дрожащим губам адептки.

Мою грудь пронзил болезненный укол, отчего внутри всё противно заныло. Не выдержав, я отвернулась, пытаясь внушить себе, что Кристиан лишь помогает пострадавшей на занятии студентке. И вообще, что это я так разволновалась? Можно подумать, я имею право злиться на декана из-за де Навы и… ревновать? Бред какой-то, во мне ничто не шелохнулось когда о нём, как о своём бывшем любовнике, говорила госпожа де Нария, поэтому я точно, совершенно верно, ни капельки не ревновала. И всё же, почему я не могу заставить себя даже взглянуть на них сейчас? Держи себя в руках, де Савеллина.

От беспокойных мыслей меня отвлёк звон колокола, возвестивший об окончании занятия.

— Наконец-то, — устало смахивая пот со лба сказал де Ареон и медленно встал на ноги, затем помог подняться дрожащей, как осиновый лист, де Наве. — Максвелл, отведите Ливу в больничное крыло, мне надо немного прийти в себя. Занятия по целительной магии сегодня не будет, вместо этого скажите Гаубе, чтобы провела сдвоенный урок. Де Савеллина, вы помогаете Энни, затем проводите девятерых адептов на учебные захоронения.

Слегка пошатываясь, Кристиан покинул кабинет, за ним ушёл Хайт, поддерживающий за талию де Наву. Я же осталась стоять между столов, окружённая галдящими адептами, собирающими в сумки свои тетради. Да уж, день явно не задался, боюсь представить, что будет дальше.