Звездная Кровь. Экзарх VIII

Глава 23

Мятежные Восходящие из взбунтовавшихся Караванов неслись к городу. Их не останавливали ни ядовитый туман, ни расплавленный песок, ни глыбы льда. Они теряли людей, но приближались. Впрочем, их было ещё много.

Сотня деревянных Восходящих, примерно столько же бронзовых и несколько десятков серебряных. С такими силами можно рассчитывать на успех в противостоянии, особенно если заготовить козыри. И в их наличии я не сомневался.

На стену прибывали воины и Восходящие землян и пустынников. Не так много, как хотелось бы. В городе всё ещё шли бои с мятежниками, слышалась ожесточённая стрельба и взрывы, и только Незримый знал, сколько времени займёт зачистка, а ведь основная опасность уже практически добралась до ворот.

— На что они рассчитывают? — бросил Фэйт. С его пальцев сорвалась очередная стрела. Она практически моментально пропала из виду, чтобы вынырнуть за миллиметр до энергетического купола-щита над ордой и бесполезно разбиться об него.

— Сейчас узнаем, — сказал Костя. Скрижаль перед ним светилась, каждые пару секунд он использовал Руны-Заклинания. Впрочем, это не сильно помогало. Купол не смогли пробить даже золотые Восходящие и Зевс. Куда уж портальной команде.

— ЭЛЛЕСАР!!! — грохот голоса обрушился на нас ментальным ударом невероятной силы. Казалось, говорило само небо и, резонируя с Единством, усиливалось и напрямую влетало в наши головы, чтобы разбить сознание на тысячу осколков. С такой ментальной мощью мне встречаться не доводилось. Она подавляла и казалась недостижимой. А ведь у меня было с чем сравнивать.

Практически все земляне и пустынники без стигматов рухнули без сознания. Многие свалились со стены. Из их глаз, ушей, ноздрей струилась кровь. Тела сотрясали конвульсии. Изо рта шла пена.

Восходящим невысоких рангов пришлось немногим лучше. Они попадали и с криками катались, будто их тела изжаривали на огне.

Портальная команда, как и команда Лешего, что стояла справа от нас, выдержала удар. Из носа практически каждого бойца брызнула кровь, зрение затуманилось, но мы выстояли. Виски раскалывало от боли, но я понимал — мне ещё повезло, часть удара прошла мимо благодаря объединённому с Нирой сознанию.

Пока орда рвалась к городу, от неё отделился небольшой отряд, остановился и спешился. Среди них не было ни одного ниже бронзы. Имелся и один золотой Восходящий. С удивлением я понял, что уже видел его раньше, им оказался Калеб. Серебро, что встретило нас с Эллесаром у входа в город, когда мы впервые подошли к нему.

Теперь его фрейм светился золотом, как я понимал, светлым, но это не имело особого значения. Любые золотые атрибуты давали невиданную по меркам Восходящих силу. И как я понимал, это именно он устроил ментальный удар. Также стало понятно, что к мятежу они готовились давно. Собрать достаточное количество золотых рун за один большой цикл не под силу даже совместным усилиям нескольких Караванов. Скорее всего на подготовку ушли многие циклы, возможно, с того момента, как место кинга занял Эллесар.

Но всё равно, картина в моей голове не складывалась. Заговорщики не могли не видеть Эллесара, который стоял на зубцах стены и обрушивал на их головы Руны-Заклинания невероятной силы. Не могли они не заметить и Анору с Маркусом.

Золотые Восходящие Новы были хорошо известны на весь Круг, как известна и их сила. Огромную фигуру Зевса, что высилась на надвратном бастионе и продавливала кладку своим весом, не заметил бы только слепой.

Но мятежники всё ещё рассчитывали победить, хотя я не понимал, каким образом. А каким образом, я осознал несколькими секундами позже, когда рядом с Калебом на колени упал Шёрох. Тха Эллесара избили так, что лицо превратилось в кровавое месиво, виднелись кости, один глаз выбит, кисти рук срублены, но стигмат на месте. На шее виднелся блокиратор Звёздной Крови. Восходящий выглядел настолько плохо, что я не понимал, каким образом в нём всё ещё теплилась жизнь. Не человек — окровавленный обрубок.

Пусть Шёрох и не был моим человеком, но даже меня охватила ярость от того, что сделали с правильным, в целом, Восходящим. Я не выдержал и ударил кулаком по стене, выбив немалых размеров каверну. Заскрипели зубы. Но вот кому пришлось действительно непросто, так это Эллесару.

Кинг Народа Пустыни застыл на месте, его глаза расширились от ужаса, смешанного с яростью. Словно в замедленной сьёмке, я увидел, как его колени слегка подогнулись, пятки на миллиметр приподнялись, чтобы бросить Восходящего вперёд.

В этот же момент Калеб в одно движение сорвал с Шёроха блокиратор Звёздной Крови, поднял его на ноги и практически упёрся в его глаза своими.

Эллесар на миг застыл, глаза засветились Звёздной Кровью, а затем в его руке блеснул Дым. И он не был направлен на врагов. Взмах и несколько Восходящих рядом с кингом оказались перерублены надвое.

Тело Эллесара дёрнулось в конвульсии, будто не желая участвовать в том, что он делал. Анора ускользнула от клинка в последний миг, лишь доля секунды отделила её от отсечения головы. Маркусу тоже пришлось отвлечься, так как кинг бросился на него. И что ещё хуже, вместо того, чтобы уничтожать противников, кинг направил свои силы на союзников.

Песок под стеной пошёл волнами и начал плавиться, превращаясь в раскалённое добела озеро. Воины пустыни брызнули в разные стороны, но не всем повезло.

Что произошло, стало понятно. Калеб с помощью своих ментальных способностей не просто подчинил Шёроха, а через него влиял на Эллесара, заставляя его атаковать своих же. Связь Нокта-Тха-Ноктум, особенно настолько старая, наверняка подразумевала практически полную синхронизацию на уровне сознаний.

И если подчинить золотого Восходящего снаружи практически невозможно, то вот так, через чёрный ход, это оказалось под силу очень сильному менталисту. И с этим невозможно было не считаться.

Я видел, как Маркус и Анора с трудом избегали яростных атак Эллесара, чья сила и скорость многократно превосходили золотых Восходящих Новы. Они прыгали микропрыжками, телепортируясь, но Эллесар практически не отставал. Его передвижения можно было отследить по взметнувшейся стене песка, яростным порывам ветра и отрубленным головам его же людей.

Маркус и Анора перепрыгнули стену и рванули в пустыню. Похоже, они хотели увести обезумевшего кинга подальше от его же воинов, чтобы он своими руками не уничтожил наши шансы на победу. Они и так таяли с каждой секундой.

Растерянные Восходящие Народа Пустыни не понимали, что им делать. То ли отражать нападение мятежников, то ли начать вырезать землян, что стояли рядом с ними. Кинг показал им не самый правильный пример. Они прекратили отражать нападение на город, прекратили убивать врагов, всё больше посматривая на землян с настороженностью.

— «Нейт, действуй немедленно, пока всё это не превратилось в катастрофу!», — практически прокричала мне Нира.

Я оглянулся и понял, что она права. Сопротивление с нашей стороны практически прекратилось.

Но что я мог сделать? Пленить кинга? Убить всех мятежников? Нет. В одиночку мне это было не по силам. Как и с помощью портальной команды или даже землян. Для этого требовались воины Пустыни, которые уже смотрели на нас нехорошими взглядами.

В тот момент я увидел лишь один вариант.

Сияние на себя!

Моё тело и одежда налились невыносимо ярким для большинства глаз Игг-Светом. Вулкан и Тха, что стояли рядом, отшатнулись и зажмурились. За спиной хлопнули голубые крылья, в этот раз они казались особенно большими.

Бронзовый Навык Голос Титана был готов к активации.

Крылья подбросили меня в воздух. Прямо над головами и союзников и врагов. Несколько быстрых оборотов по спирали, и я оказался в десятках метров над ними, чтобы каждый из сотен бойцов мог меня увидеть из любой точки.

Кто-то из землян накинул на меня полупрозрачный энергетический щит, чтобы защитить от атак мятежников.

Навык Заморозки окутал меня белым туманом, Сияние заставило туман предстать перед остальными полыхающим ореолом вокруг моей фигуры. И это сработало, на меня обратились взгляды сотен. Многие, как союзники, так и враги, щурились от моего света, но не могли отвести взгляд.

— Они хотят отнять ваш дом! — громыхнул я так, что чуть не оглох от своего голоса. Песок пошёл рябью, с ближайших домов сорвало многолетний слой пыли. — Посмотрите!

Я указал рукой туда, где в нескольких сотнях метров Калеб продолжал убивать Шёроха.

— Смотрите и не говорите, что не видите! Эллесар не сошёл с ума! Его контролирует тот, кто хочет разрушить ваши дома, убить вас! Калеб и другие мятежники! Мы, жители Новы, стоим рядом с вами, проливаем кровь, умираем. Вместе у нас есть шанс! Так воспользуемся им!

Мой голос заставлял и землян и пустынников пригибаться и зажимать окровавленные от ментальной атаки уши. Краем глаза я увидел, что портальная команда смотрела на меня во все глаза. Но сейчас мне было не до этого.

Наступил самый тяжёлый момент неопределённости. Сейчас чаша весов могла качнуться в любую из сторон. Восходящие пустыни видели, что Калеб сделал с Шёрохом. Они понимали, что это враг, но действия Эллесара заставили их засомневаться.

— «НЕМЕДЛЕННО ПОДДЕРЖИТЕ ЕГО!!!» — рык Ниры взорвал вокс-каналы землян.

— Портальная команда с тобой!!! — крикнули мои бойцы и сделали шаг вперёд.

— Вороны на твоей стороне!!! — грохнула Лейла динамикам Зевса.

— Клыки пойдут за тобой, — голос Гюстава показался ударом хлыста.

Десятки выкриков лидеров отрядов слились в единую волну, но среди них я не услышал того, что хотел, но лишь до момента, когда голоса землян стихли.

— Народ Пустыни последует за тобой! — грохнул знакомый голос. — ВЕДИ нас на битву!

Моментально я нашёл сказавшего. Им оказался Шелест Песка На Ветру. Он вскинул клинок над головой и вскочил на зубец стены, показывая пример своим сородичам. Его глаза смотрели прямо на меня, не отрывались. Лицо выражало решимость.

Миг, и ещё одна рука с клинком взвилась над головой незнакомого Восходящего. За ним и третья. А затем это превратилось в волну

Плотину недоверия сорвало, будто её и не бывало. В глазах Восходящих Народа Пустыни вновь полыхнула ярость, и в этот раз она была направлена на настоящих врагов.

— ВМЕСТЕ! Народ Земли и Пустыни! Сегодня мы скрепим наш союз пролитой кровью. ЗА МНОЙ!

Сотни клинков Восходящих пустыни взметнулись вверх, воздух содрогнулся от единого крика, а следом воины посыпались со стены вниз. Для тех, кто носил стигмат, прыжок с трёх — четырёх метровой высоты не нес серьёзной опасности, лишь небольшую боль в суставах.

— «Вперёд!» — голос Лешего разрезал вокс после молчания. Земляне тоже с оглушительным рёвом посыпались вниз.

Два Народа вместе ринулись на орду. И с каждой секундой нас становилось всё больше. Крылья бросили меня вперёд, чтобы одним из первых вступить в схватку. И это было нелегко. Похоже, мятежники решили во что бы то ни стало убить меня первого. Почти половина из Рун-Заклинаний и летающих Существ оказалась направлены в мою сторону.

Мне с трудом удавалось выживать. По Гардиану стучали десятки ударов. Доспех прошибало молниями, меня швыряло от прямых попаданий клинков, булыжников и всего, что обрушивалось в тот момент. Я практически ничего не видел сквозь облака зловонных испарений и ядов, что витали вокруг.

Особо сильный удар пришёлся в грудь и отбросил меня назад. Броневые пластины с груди сорвало. Кожу опалило.

Я выжил! Упал в гущу сцепившихся противников и начал мстить. На меня обрушивались заклинания, но теперь я отвечал ударом на удар. Чуть в стороне увидел отряд Лешего, слева бился Шелест. На миг наши взгляды пересеклись. Я понимал, что серебряному Восходящему пришлось переступить через себя, чтобы поддержать чужака. Подобные жертвы не даются со спокойной душой. К счастью, он понял, что сейчас иного выбора у его Народа попросту нет.

Сзади на меня напали два серебра. Один из них ударил молнией толщиной с ногу, парализовав, второй опустил на меня лезвие огромного топора. Произошло это настолько быстро, что я даже не успел отреагировать.

Миг темноты, и я воспарил бесплотным духом над полем битвы. Увидел, как серебряные противники ликовали и кричали. Леший, Шёрох, Шейд, Гюстав смотрели в сторону моего погибшего тела с распахнутыми глазами. Для них это была окончательная смерть. Портальная команда хоть и бросилась вперёд, но на их лицах не было и тени ужаса, скорее ярость.

Эмоций не осталось. В этом состоянии они всегда умирали, будто их никогда и не было. Полупрозрачным духом я висел в воздухе и размышлял, куда склонится битва. Видел, что противников примерно столько же, сколько и союзников, если не считать обычных воинов. Но считать их не имело смысла, они практически не влияли, когда потоком выплескивалась Звёздная Кровь.

Пришлось оторваться от созерцания и логикой убедить себя, что времени раздумывать нет. Дух нырнул обратно в тело, восстанавливая его к исходным параметрам. Не прошло и секунды, как тело вновь срослось воедино. Навалились запахи и оглушительные звуки. Секундная боль прокатилась по всему телу. Оно будто проверяло, действительно ли вновь живо и может действовать.

Ужас и непонимание в глазах серебряных Восходящих врага прозвучало для меня торжественной музыкой. Я видел, как их зрачки расширялись всё сильнее. Промедление и растерянность кончились для них смертью.

Одного рассёк Маятник, второго зарубил Шелест, подоспев на помощь. В его глазах я видел не меньше вопросов и удивления, чем у противников. Только что он и многие увидели то, чего не ожидали. Они увидели возрождение Истинного, или как таких называли в Народе Пустыни — Дважды Живущего.

Далеко не все знали древние сказки, но те кто понимали, сейчас смотрели на меня с распахнутыми глазами. Особенно это касалось землян. Базовая подготовка колонистов в Нове включала, в том числе, и сведения об Ордене Истинных и том, что они могли противостоять смерти.

Нира, Дым, Крылья и все мои Руны-Предметы рассеялись после смерти. Призвать их я не мог, пока не пройдёт время перезарядки. На помощь пришла Наоки.

— Нейт, держи! — крикнула она и бросила свой запасной клинок. Почти вдвое короче, чем Дым, бронза, но сейчас годился и он.

На лету я поймал его за рукоять и тут же снёс голову ближайшему Восходящему врага, что повалил одного из пустынников на землю и собирался добить.

Взгляд встретился с прищуренными глазами Гюстава. По тому, как он смотрел на меня, я понял, он тоже видел то, чего ему видеть не стоило. То же и с Лешим и с десятками других Восходящих из двух Народов.

Видели это и многие враги, так как чуть ли не треть их сосредоточились на моей фигуре. Многие так и не осознали увиденного, но были и те, кто всё поняли.

Да Единый подери упрямство Народа Пустыни! Никто из мятежников не дрогнул. Они продолжали драться с тем же напором. Фанатики не хотели отступать, хотя исход битвы постепенно клонился в нашу сторону. Сопротивление мятежников в городе таяло, и всё больше землян появлялись на стене со стрелковым оружием. Пережить импульсный снаряд в грудь или голову могли немногие Восходящие, вне зависимости от их фанатичной преданности старым обычаям.

Портальная команда первой пробилась сквозь строй противника, а следом двигались копья Лешего и Шелеста. Мы бежали в сторону золотого Восходящего врага. К счастью, он остался один, остальные караванщики вступили в битву у ворот.

Зевс с грохотом обрушился на полупрозрачный купол, но не пробил его. Плазменные орудия палили, не останавливаясь, голубые лучи высекали снопы искр, практически скрывая огромного робота с Лейлой внутри.

Видела ли она мою смерть? Что-то подсказывало, что да, но теперь это уже не имело значения. Её видели слишком многие, а если нет, Вороне обязательно перескажут, а может и покажут Осанну.

Эти мысли мелькали в моей голове, когда я уже оказался рядом с куполом.

Калеб не отвлекался, продолжал вглядываться в глаза Шёроха. Он понимал, что стоит ему потерять контроль над Эллесаром, как чаша весов моментально качнётся. Сразу три золотых Восходящих обрушат свой гнев на мятежников.

— Бьём всем! — мой голос грохнул над песчаной равниной.

И мы ударили. Слитное использование множества рун практически скрыло Калеба и Шёроха из вида. Высвобожденная разом Звёздная Кровь, похоже, начала искривлять пространство. Как минимум, мне так показалось.

Только вот и враг не собирался сдаваться. Рука Калеба оторвалась от щеки Шёроха. Блеснула скрижаль.

— На землю! — в последний момент закричал Гюстав и плашмя рухнул лицом в песок. Проблема в том, что кричал он на земном Глобише, а не на Едином. Так что Восходящие народа Пустыни его банально не поняли.

Со стороны Калеба в нашу сторону рванули шары расплавленного металла, каждый размером с голову взрослого человека. Стоило одному из них коснуться тела, как он прожигал дыру и проходил насквозь, даже не ощущая сопротивления.

Как и многие пустынники, Шелест замешкался, а капля металла уже приближалась к его груди.

— Нет! — закричал я, бросился к нему и оттолкнул в сторону.

Страшная боль разорвала верх груди, шею, часть головы.

Всё закончилось быстро, так что тело даже не успело парализовать от боли.

Миг темноты, и я вновь взвился духом над полем битвы. Сознание механически зафиксировало два факта. Первый. Очередная потеря сорока семи капель Звёздной Крови безвозвратно. Второе. Теперь уже точно не удастся отвертеться от множества вопросов. Моё обезглавленное тело лежало на песке. Часть груди прожжена. И это видели все, кто окружал меня, теперь уже точно.

Моё сознание нырнуло обратно в тело. Мир наполнился рёвом битвы, криками и хрипами умирающих.

Калеб не сдавался. Его ментальная сила обрушилась на нас прессом и придавила к земле. Она выкручивала сознание. Красная пелена от попавшей в глаза крови перекрасила мир, на жёлтый песок опал веер кровавых капель. Расплавленные шары летели всё чаще. Нам с трудом удавалось уворачиваться от них.

Но и Калеб потерял концентрацию. Произошло то, чего он не ожидал. Шёрох отклонил голову назад и с чавкающим звуком впечатал лоб в переносицу врага. Скрижаль перед ним блеснула, в руке появился клинок, который тут же впился в его собственную грудь.

— Падаль! — прошипел Калеб. И окатил Шёроха Исцелением. К сожалению, слишком поздно. Ему всё ещё требовался контакт с Тха, чтобы сдерживать Эллесара.

Израненное и еле живое тело Восходящего выгнулось. Послышался хрип.

Шёрох умер, до последнего борясь и спасая своего Тха.

— Вы! — заорал Калеб не своим голосом, разбрызгивая слюну. — Вы все умрёте! Пустыня поглотит ваши кости, выжрет ваши глаза…!

Договорить он не успел. Невидимый удар трёх золотых Восходящих обрушился на купол и расколол его на части. Тело врага не выдержало объединённой мощи Маркуса, Аноры и Эллесара, пусть они всё ещё находились слишком далеко от места событий. Но уже наверняка мчались к развернувшейся битве. Ментальный контроль над кингом пропал.

Кости Восходящего хрустнули в сотне мест. Тело изломало под немыслимыми углами, кожу прорвали острые осколки. Но золото так просто не убить. Это знал каждый из тех, кто окружал меня.

Я оказался первым. Клинок Наоки врезался в глазницу Калеба. Он не прошил череп, а медленно, словно нехотя, погружался. Изломанные пальцы золота вцепились мне в бок и вырвали огромный кусок мяса вместе с рёбрами. Я почувствовал, как жизнь вновь покидала меня, но сконцентрировался на одной мысли.

— Ты сдохнешь! — прошипел я на ухо Калебу, одновременно выплёвывая кровь.

Несколько клинков одновременно прошили тело мятежника. Меня окатила настолько сильная целебная волна, что я чуть не заорал от боли. Она пробежала от макушки, спустилась по лицу, шее, груди и ушла в ступни. Это было что-то явно посильнее серебра. А значит, кто-то из золота уже совсем близко.

Окружившие меня земляне и пустынники не останавливались, они продолжали добивать золотого Восходящего. Удары сыпались один за другим. И у всего существует предел. Калеб испустил последний хрип и умер, упав рядом со мной. Три золотые Руны и триста двадцать капель Звёздной Крови втянулись в мою ладонь.

Ноги подкосились, и я тоже рухнул на окровавленный песок. Голова Шёроха оказалась рядом с моей. Открытые глаза остекленели, я читал в них мрачное торжество. Нокта-Тха-Ноктум исполнил своё последнее предназначение и умер с честью.

Я протянул руку и закрыл ему глаза по земному обычаю. Сил на эмоции не осталось, хотя я и понимал, насколько большую утрату понесла Пустыня со смертью одного из её лучших сынов.

— Прощай, Восходящий, — с трудом протолкнул я, но тут же был отвлечён.

— Нейт, ты как? — спросила Флами, опустившись передо мной на колени. Скрижаль перед ней вспыхнула, холодная волна заживления прокатилась по телу. — Тебе, как обычно, досталось больше всех. Может не лез бы так в гущу?

— Лучше я, чем вы… Сама понимаешь…

— Понимаю, — с теплотой сказала Флами и улыбнулась.

В это же время портальная команда окружила меня. Они стояли спиной ко мне и мрачно посматривали на остальных Восходящих. Скрижали Восходящих горели, руны были готовы к активации. Никто не понимал, чего ждать дальше.

— Так вы всё знали… — без эмоций сказал Гюстав и посмотрел на Лешего, а затем и Шелеста. — Нейт, к тебе есть пара вопросов…

— Их нет! — голос Аноры хлестнул пространство. Золотая Восходящая появилась рядом с портальной командой в водопаде песка, и обернулась к остальным. Доспехи на ней оказались измочалены. Всё тело покрывали глубокие раны. Было видно, что бой с Эллесаром дался ей нелегко, ведь в отличие от кинга, Анора и Маркус не могли действовать в полную силу. — Я отчётливо донесла? Вопросов нет, и не будет!

— Подтверждаю её слова, — сказал Маркус. Его голосом в тот момент можно было резать лиор, настолько угрожающим он казался. Вид рикса Народа Земли не сильно отличался от жены.

— Как будет угодно, — сказал Гюстав после небольшой паузы и склонился в поклоне. Его примеру последовали и остальные.

— Шёрох… Тха… — глухой голос Эллесара казался мёртвым. Золотой Восходящий появился позади толпы и медленно пошёл к своей Тени. На его лице не дрогнул не один мускул, но от ощущения все без исключения напряглись.

Могильный холод пробрал до костей. Мышцы свело судорогами. Эллесар опустился на колени перед Шёрохом и положил руку тому на грудь.

Тишина затянулась на несколько минут. Никто не смел открыть рта. К нам медленно подтягивались и другие Восходящие. Битва завершилась разгромом мятежников, так что те, кто не был занят лечением и мог ходить, самостоятельно собирались к нам.

— Он исполнил свой долг! — резанул Эллесар. — Как и все мы!

Скрижаль перед кингом мигнула, и тело Шёроха исчезло. Было ясно, что он хотел проститься с другом без лишних глаз. А возможно, не хотел показывать то, что осталось от Нокта-Тха-Ноктум.

Эллесар повернулся к пустынникам. Провёл взглядом по толпе.

— Битва выиграна, хвала Тому-Кто-Сражается. Восточные Караваны потерпели поражение, но не уничтожены окончательно. Нам ещё предстоит потрудиться. Даю слово кинга, что не время сотрёт их имена, а наши руны, — Эллесар резко вздёрнул подбородок. — Сегодня мы будем праздновать и чтить память тех, кого больше с нами нет. Этот день надолго останется в памяти нашего Народа.

Эллесар повернулся ко мне.

— Нейт, подойди, подойди, знаменосец Народа Пустыни! — голос Эллесара разнёсся над Восходящими. Я ожидал любой реакции от собравшихся, но не звенящей тишины. Восходящие Народа Пустыни смотрели на меня, и в их глазах я больше не видел злобы к чужаку. Большинство взглядов выражали поддержку, хватало и задумчивых.

Ослушаться я не решился и подошёл к кингу.

— Право вести воинов Пустыни можно заслужить на Кар-Роше. Так поступают большинство. Но можно и взять силой и верой в себя. Ты выбрал второй вариант и заставил слушать даже тех, кто зашёл дальше по пути Восхождения. К сильным всегда тянутся, и сегодня ты показал это своим примером, — голос Эллесара звучал торжественно. — Есть те, кто противится этому решению?

Таких не нашлось. Даже раненые, что до этого стонали, и те притихли. Я чётко осознал, что найдись те, кто против, они бы пошли против кинга, несмотря ни на что. Таков обычай пустыни. Тем весомее виделась победа Народа Земли. Сегодня она сконцентрировалась в моём лице.

— Тогда приветствуем нового Эрла, знаменосца и Караванщика Народа Пустыни!!! — рявкнул Эллесар.

И пустыня его услышала. Громогласный удар сотен раскрытых ладоней в центр груди сказал всё намного лучше, чем сотня слов.

Пустыня меня признала!

Теперь точно.

Только вот я не знал, к добру ли это. И что случится, когда слухи о моих многочисленных воскрешениях распространятся сначала по столице Эллесара, а затем и по всему Народу Пустыни.