Звездная Кровь. Экзарх VIII

Глава 2 Интерлюдия

— В каждом теле… В любом обличии… Живым или мёртвым… Я клянусь… Не терпеть зла… Быть бесстрашным… И всегда защищать людей…

Слова древней Клятвы Ордена Истинных медленно срывались с его губ. Слово за словом они падали словно кузнечный молот на раскалённую заготовку. Искрили, отзывались в пространстве вечным служением, резонировали в слое реальности.

Он провёл взглядом по окрестностям. За пределами Дрейф-Цитадели Ордена Истинных висела молочная пелена, будто невероятное сооружение оказалось в окружении облака. Только не существовало в Единстве туч настолько огромных, что смогли бы поглотить это сооружение.

Бешеный ветер за пределами мегацитадели гнал молочную пелену к червоточине на теле Единства. Далеко не каждое живое существо сумело бы выжить в этой буре, но тот, кто стоял на балконе и смотрел вдаль, никогда не был обычным землянином, пусть это слово давно стерлось из памяти большинства живущих.

Его взгляд прошёлся по многочисленным зубцам цитадели, что словно клыки короны красовались через равные промежутки. Белоснежный зирдин, золотистый лиор, неразрушимый иллиум, невероятной силы защитные поля и тысячи защитников Бреши в синих комбинезонах, что виднелись внизу. Каждый из них готов был отдать свою жизнь, не пустить тварей из-за Грани внутрь Единства.

Взгляд Неба упал в центр дрейф-цитадели, туда, где на огромной площади красовалась трёхлучевая звезда Ордена Истинных. Губы Восходящего не дрогнули. Не искривились. Но он помнил истоки, как всё начиналось, пусть с того момента и прошли мириады тысячелетий. В его голове промелькнули забытые названия…

— Стеллар… Гедеон… и восстанут мёртвые, чтобы защитить живых… — тихие слова срывались с его губ, как шорох сдвигаемой надгробной плиты.

Небесный Восходящий поднял голову. Его ментальная сила за несколько секунд пробила многокилометровую дыру в молочной пелене. И он увидел незаживающую рану этого мира. Чёрная дыра в костях Единства, брешь в теле, гнойник, через который в умирающий мир пытались войти нескончаемые враги, что словно трупные черви должны пожрать этот мир. И они не остановятся, они бесчисленны и не знают пощады. У них нет такого понятия, лишь бесконечный голод.

Орден был последней и единственной линией обороны. Без Защитника, без своего основателя и предводителя эта оборона была слишком хрупкой, чтобы удержать то, что рано или поздно произойдёт. Многочисленные и совершенные дрейф-цитадели, что сейчас висели вокруг Бреши, со всеми бессмертными защитниками и невероятным по силе вооружением, способные за секунды выжечь целый октагон, не могли противостоять тому, что уничтожило даже Того-Кто-Сражается.

Прошло двадцать восемь больших циклов с момента смерти первого Единого, но небесный Восходящий помнил его ментальный крик, когда Червь размером с половину Единства разрывал и поглощал Единого. В тот день сама ткань реальности плавилась, и казалось, что Грань окончательно разорвётся и смешается с реальностью.

Крупнейшее поражение Ордена, незаживающая рана, что смердела вечным позором.

— Один из братьев прошёл дорогой сброса и вернулся к нам, — послышалось сверху.

Истинный приподнял голову и увидел перед собой собрата по крови.

Эфирный

Восходящий

Ранг: Небо

Содержит Звёздную Кровь.

— Сколько их было, сколько их будет? Разве это способно изменить то, что должно случиться. Ты знаешь, что я хочу услышать…

— Это не он…

— Другого не стоило ожидать. Его прячут слишком хорошо, чтобы он явился самостоятельно…

Эфирный мягко опустился рядом со своим собратом и посмотрел на него. Два Восходящих, давно переступивших ранг Неба, заставляли реальность вокруг них изменяться и плавиться. Воздух шёл волнами, будто от невероятной жары. По полу пробегали небольшие искры.

— Твоя охота превратилась в болезнь, брат, ты заразил ею слишком многих…

— Ты действительно хочешь начинать этот спор? — сказал он и посмотрел на собрата. Сейчас Эфирный казался полупрозрачным слегка голубоватым нагим мужским силуэтом в набедренной повязке. Это нисколько не смущало Восходящего, ведь он мог в момент принять любой облик, какой пожелает.

— Нет. Все слова давно произнесены. Я знаю, что не изменю твоей позиции. Но всё же попрошу тебя одуматься… Мы не знаем, что призойдёт, если ты достигнешь успеха в своей охоте.

— Мои действия направлены на спасение всех нас. Но ты не станешь помогать?

— Не стану, — резко ответил Эфирный. — Своими руками ты можешь как уберечь Единство, если достигнешь успеха, так и окончательно отдать его на съедение тварям из-за Грани.

— На другой ответ я и не рассчитывал, но и этого немало.

— Активизировались другие силы. Мы всё чаще замечаем их влияние.

Небесному Восходящему не требовались пояснения, чтобы понять, о чём и ком шла речь.

— Единство интересно Вечности лишь как труп, с которого можно обгладывать мясо. Не более. Они не лучше червей, скорее хуже, так как понимают, что разрушают то, что создавалось Едиными, то что держит А-Существ вне досягаемости от их любимой Вечности. К счастью, большинство Хранителей давно потеряло интерес к этому миру.

— Но не все, — Эфирный упёр ладони в поручень из иллиума.

— Ты говоришь о Хитрейшем или Полководце? Тольки им есть какое-то дело до этого мира, но и то лишь как до щита для их миров.

— Пока неясно, Провидцы не могут прозреть вероятности, — сказал Эфирный.

Два Неба, что стояли рядом, заставляли воздух дрожать от их сдерживаемой мощи. При желании каждый из них мог стереть горные хребты либо испарить океаны. Каждого знали под тысячами имён. Во многих октагонах ещё сохранились легенды о каждом из них. Одни рассказывали о величайших героях, другие проклинали их деяния, если оставались в живых те, кто видел их и мог передать своим потомкам.

— И не смогут, — он повернулся к Эфирному и пристально посмотрел. — Веришь ли ты, что моё желание праведное?

— Верю, что ты так думаешь, но не уверен, что это истина…

— Я знаю, что я прав, — резко ответил небесный Восходящий. — Я знаю, что если мы не поторопимся, мы проиграем. Ради Ордена Истинных, ради Единства, мы должны найти его…