Витязь: Игра богов (версия 2.0)

Глава 5

Так мы и продолжали бодаться с бездушными существами. Гомункулы были слишком неповоротливы, чтобы поймать нас или хотя бы зацепить. А мы слишком слабы, чтобы быстро разобраться с немногочисленными врагами.

Изначально казалось, что нас окружили сотни монстров. Несокрушимыми телами закрыв пути отступления. А оказалось, что их было всего несколько десятков. Еще и половину из которых удалось убрать еще в первые минуты боя. Но на этом наш победный раш и закончился, уперевшись в других созданий, стеной вставших на защиту леса. Златодан все еще пытался что-то сделать, но серпы давно сломались, а медвежья форма не могла порадовать достаточной силой. Поначалу избраннику Сварога еще удавалось сохранять баланс между атакой и защитой. Однако вскоре выяснилось, что ни с кем, кроме самой мелочевки, справиться не в состоянии. Такой поворот событий сильно отрезвил мужчину. Жаль, что отступать было уже некуда. Его продолжали оттеснять от нас, закрыв в плотном кольце.

— Мы так не продержимся! — Закричала Избава.

Скромняшке с Тихомиром приходилось совсем несладко. Если кузнецы еще могли вполне успешно противостоять всем видам големов, заодно круша и гомункулов с деревянными марионетками, то у последователей Велеса в руках были бесполезные железяки. От заточки осталось зазубренное полотно, больше подходящее для пилы, чем для оружия. Да и не могли те двигаться так же быстро, как Колояр. А кот нет-нет да и валил громил, выше него почти вдвое, выковыривая кристаллы.

— Надо забрать Златодана и убираться отсюда! — Согласился я с выводом скромницы.

— Ага. Легче легкого! Мигом управимся!

В голосе Боянки сарказм просто переливался через край. Но сама она продолжала рубиться наравне с Агнией. Топоры пострадали, но ничего критичного, чего бы ни исправила новая заточка.

— Златодан, выбирайся оттуда! — Поддержала Елица, продолжая стоять где-то позади, под прикрытием Ксюши. — Надо уходить!

— Не мог…! — Раздался в ответ слабый голос, оборвавшись на полуслове.

Даже в темноте было видно, как тело мужчины взмыло в воздух, перелетая через головы гигантов, и изломанной куклой врезалось в дерево метрах в пятидесяти метрах от нас. По лесу прокатились испуганные вскрики, вырвавшиеся сразу из десятка ртов. А следом и жалобный крик боли заставил вздрогнуть и, позабыв обо всем, броситься к искалеченному избраннику Сварога.

Ни големы, ни гомункулы не могли достаточно быстро передвигаться, чтобы обогнать меня. А с мелочевкой считаться не стоило. Огненный меч не оставлял от корешков и сучков ничего, едва только касался. Тем самым позволяя достаточно быстро добраться до места. Пока гиганты еще только разворачивались и выискивали невидящими глазами, куда подевалась их цель. Смотреть на Златодана было непросто. Грудная клетка вмялась от удара тяжелой руки. Правая рука неестественно вывернулась. Впрочем, как и ноги, выгнутые в обратную сторону. На губах выступила кровавая пена, поднимающаяся всё выше с каждым вздохом.

— Держись! — Выкрикнул я прямо в лицо, стараясь причинить как можно меньше боли пока поднимал на руки.

К сожалению, аккуратно это сделать было невозможно. Ни о каких носилках речи не шло. Их попросту никто и никогда не носил с собой. Да и волокуши сооружать не было времени. Пришлось доставлять мужчине массу незабываемых ощущений, от чего тот едва не потерял сознание.

— Уходим! — Выкрикнул я, бросаясь в обратном направлении.

В горячке боя единственным ориентиром осталось положение Жели с Елицей, первыми бросившимися назад. Хотя целительница и притормаживала остальных, делая некоторые пассы руками, словно выбирая навык из списка, появившегося перед глазами.

— Притормози. — Поравнялась целительница со мной.

В женской руке появился небольшой светящийся шарик, который тут же протянула раненному. Причем метила прямо в рот. А чтобы попасть, пришлось едва ли не остановиться. Зато дальше было всё гораздо проще. Тело мужчины начало восстанавливаться прямо у меня на руках. Первой на место встала грудная клетка. Причем с таким громким хрустом, что я едва не выбросил бедолагу в ближайшие кусты. Следом и рука с ногами со щелчками вернулись на места, заставляя Златодана не просто стенать, а по-настоящему орать во весь голос.

На этом всё и закончилось. Мы продолжали бежать сломя голову, позабыв не только о врагах, но и о союзниках. За какие-то пару минут мы растянулись так, что последние уже не могли разглядеть первых. К счастью, никто больше не препятствовал нашему возвращению. Или, скорее, паническому бегству, до самого края леса. Только увидев просвет в бесконечной тьме, позволили себе выдохнуть, переходя на шаг. Отряд быстро собрался в кучу. Усталость не позволяла сильно радоваться. Только на лицах всё равно читалось счастье. Даже Елица улыбалась, бросая косые взгляды на покоящегося на моих руках Златодана.

— Ну все, теперь нам точно некуда торопиться. — Довольно потянулся, хрустя множеством косточек Огнеслав.

— Это еще почему? — Возмутилась Маша. — Мы уже почти у цели.

— Тебе повезло. Твой ятаган почти не пострадал. А мелкие изъяны можно легко поправить. То же самое можно сказать про Боянку с Агнией. А с остальными как быть?

После слов Кузнеца повисло неловкое молчание. Почти никто не убирал оружие в ножны. Причем причина была банальнее некуда. Попросту невозможно было туда убрать. Колояр сжимал два обломка длинной около ладони. У Избавы с Тихомиром остались жутко кривые железки, совсем не похожие на те казачьи шашки, что были еще полчаса назад. Почти то же самое было и у Кристины. Да даже Ксюша не могла похвастаться, что клинок из Нави остался нетронут.

— И что теперь делать? — Жалостливо спросила готесса, нежно баюкая искалеченную саблю.

— Перековывать. — Уверенно ответил кузнец. — Видел я здесь кузню. Надо только местных подбить, чтобы дали добро на работу.

— С этим проблем не будет. — Уверенно ответила Желя. — Но как быть с Баженом и Колояром? У них нечего перековывать.

— С этим, конечно, могут возникнуть проблемы. — Почесал затылок избранник бога-громовержца. — Если у местных, или у вас самих, не припасено чего-нибудь для перековки, нам не удастся ничего сделать.

— Надо проверить запасы. — Задумалась Маша. — Мне кажется, видела что-то подходящее.

— Завтра этим и займемся. — Поддержала Желя, указывая вперед. — А пока, нас ждут на празднике.

Лес уже перестал быть таким непроглядным. Сквозь редеющие деревья можно было разглядеть деревню. Внешний вид сильно изменился. Нас не было всего несколько часов, а дома перестали выглядеть настолько старинными. Оставалось только гадать, когда местные успели залатать дыры в крышах и обновить краску на резных элементах. К тому же везде разгуливали нарядные мужчины и женщины, напевая какие-то странные песни. И странными они казались не из-за мелодии. Мотивы были весьма просты и вполне задорны. Но вот их тексты. До нас доносились лишь отголоски отдельных строк. Но даже этого было достаточно, чтобы покраснели не только лица, но даже кончики ушей. Уж чего-чего, а такого не ожидал никто, даже весьма начитанная и многоопытная Желя. Да и Ксюша смотрела на происходящее с круглыми глазами.

— А это нормально? — Тихо прошептала Избава, нервно покусывая губу.

— Я, конечно, слышала, что наши предки были еще теми развратниками, но такого не ожидала. — Добавила Желя.

И действительно. Даже по тем обрывкам, что пролетали сквозь густые заросли, было понятно, что ничего приличного в песнях не было. Бесконечное описание того, как, в каких позах и где нужно сношаться супругам. При этом еще и с комментариями, на подобии того, с кем можно делиться женой или мужем, вывело нас из колеи.

— Что-то я уже не хочу на свадьбу идти. — Неуверенно промямлила Боянка.

— А мы и не пойдем. — Спокойно сказала Ксюша. — Сама свадьба только для родственников. Нас приглашали на праздник. Который уже во всю идет.

У самого края леса, где еще недавно была высокая трава, а сейчас всё было выкошено подчистую, собралась большая группа молодежи. Ну как молодежи, приблизительно наши ровесники. Молодежью же здесь считались совсем еще дети, которым едва ли можно было дать на вид лет пятнадцать. Да и те тоже весело смеялись, что-то пили и играли в жмурки. Вот только эта игра была не совсем обычной. Воде завязывали глаза, и, в зависимости от того, кто это был, парень или девушка, все присутствующие его пола выходили из игры, создавая большой круг. Оставшиеся внутри начинали подшучивать и всячески дразнить воду, стараясь не попасться тому в руки. Ну а если попадались, то под громкий смех валились на траву в весьма страстном поцелуе. После чего уже на пойманного надевали повязку, и игра продолжалась.

Нас, как и положено, первыми заприметили дети. Они высыпали с одного двора, где был собственный праздник, и со всех ног побежали к лесу. По пути к ним присоединилось и несколько стариков со старушками, в руках которых было по паре крынок. Нас даже не спросили ни о чем, тут же всучив чаши и заставив выпить содержимое. Досталось даже едва двигающемуся и кое-как остававшемуся в сознании Златодану. После чего тот подпрыгнул как ужаленный. Широко распахнув глаза, начал бегать взад-вперед, что-то бормоча себе под нос.

Напиток оказал схожее воздействие и на всех остальных. С каждым глотком усталость как водой смывало, оставляя после себя море энергии и, как это ни было странно, сексуальное желание. Девушки, и без того красные от песен, окончательно разомлели, начав кидать на нас сальные взгляды. И, если бы не все те же старики, накинулись прямо на полянке, совершенно не стесняясь присутствия детей. К счастью, малышню быстро погнали прочь. Причем старшие совершенно не стеснялись в выражениях, заставляя игравших молодых заняться не только детьми, но и нами.

Судя по всему, основные гуляния еще не начались. Люди вели себя вполне радостно. Хотя ни стола, ни самой церемонии еще не было. В одном месте продолжали суетиться бабы, подняв такой галдеж, что даже близко нельзя было находиться.

Нас повели в совершенно другую сторону, проведя на другой край села к большому строению. Всё это было настолько бесцеремонно, что никто ничего и понять не успевал. Девушки были облеплены парнями, а парни, наоборот, девушками.

Строение, как и предполагалось, оказалось баней. Причем в ней не было никаких комнат отдыха и подобной ерунды. Одно большое помещение с множеством лавок у стен и небольшой печкой прямо посередине было предназначено для единственной цели — мыться. Чем все с самого порога и занялись. Веселый смех не затихал ни на секунду, не давая даже мгновения, чтобы хоть немного остановиться и задуматься, что же происходит. Нас заводили внутрь, где мгновенно оставляли без одежды и, чтобы не сбежали, окатывали холодной водой из небольшого деревянного тазика.

Холод, хоть и ненадолго, но позволял включить голову, отбрасывая всю абсурдность ситуации. Заодно вымывая похоть из мыслей. Но это было обманчивым чувством. Стоило только заботливым рукам дотронуться до тела, как оно откликалось весьма понятным образом.

Всё, что происходило дальше, было словно во сне. Я не мог ничего с собой поделать. Больше того, даже не мог толком контролировать себя. Местные разделись вместе с нами и, подчиняясь одним им известным правилам, начали запаривать веники, собирать мыло с мочалками и разводить воду. А кто-то еще и плеснул ароматный отвар на камни, от чего в парилке стало так хорошо, что сил сопротивляться не осталось вовсе. Я только и мог, что сидеть и наблюдать, как весь отряд окружают обнаженные тела, приступая к вполне традиционной помывке. Да и меня самого обласкали со всех сторон, натирая мылом каждый сантиметр кожи. Причем не забыв и самый главный орган, которому уделили, как мне казалось, больше всего времени и внимания.

Меня обхаживали сразу три девушки, прикипев не только взглядами, но и телами. Обтирая не только руками, но и крупными грудями. Все местные были одинаковой комплекции, почти одинаковы на лицо и с одинаковыми прическами. От чего в глазах сначала начало рябить, а потом и вовсе создалось ощущение, что везде одна и та же девушка. Только оказывающаяся в разных местах одновременно.

Почти то же самое творилось и со всеми остальными. Что парни, что девушки блаженно закатывали глаза, ощущая на своих телах сразу несколько пар рук. Причем парней хоть и было больше, но уделить внимание нашим девушкам одновременно их не хватало. Вот и получалось, что те перемещались по всей парилке, лаская всех по очереди. Ну а когда пришло время веников и нас уложили на лавки, девушкам вовсе не нашлось места. Парни рьяно принялись стегать нас по спинам, задницам и ногам. Да так, что только листья полетели в разные стороны, а парилка наполнилась сладостными стонами и кряхтением.

Всё это вкупе с подливаемой на камни ароматной водой, наполняющей помещение восхитительным паром, очищало не только тела. Я чувствовал, как из души, точнее из внутреннего мира, выпаривается, выветривается, а потом и выбивается темная энергия, оставляя лишь светлую сторону моего существа.

Но и на этом всё не закончилось. После парилки нас снова принялись омывать. На этот раз с использованием мочалок. Вновь множество рук стали блуждать по расслабленному телу и, как ни странно, напряженному члену. Это было настолько прекрасное чувство, что не заметил, как на мне оказалась одна из девушек. Не теряя времени даром, погрузила в себя член. Подружки не останавливались, продолжая гладить меня. Одновременно наблюдая за первой счастливицей.

Крупная упругая грудь заходила ходуном. То подпрыгивая, то просто вздрагивая от весьма активных движений девушки. К тому же девушка старалась использовать всю длину моего оружия, поднимаясь и опускаясь так, что тот оказывался в крайних положениях. Да и то, с каким самозабвением всё происходило, заставляло остальных кусать губы и поторапливать подругу.

Наблюдая за чарующей картиной скачущей на мне грудастой девицы, не сразу сообразил, что мы здесь не одни. Но одного взгляда в сторону было достаточно, чтобы понять, что почти то же самое сейчас происходило во всех уголках бани. Никому из парней не удалось избежать внимания хотя бы пары девушек. Точно так же оседлавших напряженные члены.

Зато нашим девушкам было немного обиднее. Им внимания было уделено явно меньше. Одной лишь Желе, которая с преогромным удовольствием развела ножки в стороны, досталось трое парней. Ко всем остальным подошли по двое, а то и по одному. Только всё равно никто не скучал. Даже Маша, которая продолжала смотреть только в мою сторону, лежала на спине. И пока один мял крепкую грудь, второй активно двигался меж разведенных в стороны ножек.

То, что творилось в бане, кроме как всеобщим помешательством, назвать было нельзя. Девушка на мне продолжала двигаться до тех пор, пока внутрь не хлынул поток густой жидкости. Только после этого она устало опустилась. А потом и вовсе была сдёрнута с продолжавшего стоять колом члена. На освободившееся место тут же взобралась другая, почти один в один похожая девушка, и скачка продолжилась. Только на этот раз движения были другими. Она не выпускала члена из себя ни на сантиметр, активно крутя бёдрами и закатывая глаза от наслаждения.

Подобные смены произошли и с остальными. Только не всем захотелось оставаться в той же позе. Многие начали проводить более смелые действия. Златодан, например, поставил девушку на колени, пристроившись сзади. А Огнеслав положил свою партнёршу сбоку, неторопливо орудуя меж ножек.

Что творилось с нашими девушками, передать было тяжело. Их тоже крутили как хотели. Причем кто хотел больше, еще надо было подумать. Боянка, не стесняясь никого, во всю охала под напором своего партнёра, показывая чудеса орального искусства. Зато скромная Елица, так и не подпускала к себе никого, радовала парня, зажав немалый член меж грудей. И это снова продолжалось до тех пор, пока в очередную девушку не хлынул новый поток белесой жидкости. Снова произошла смена. И на этот раз уже мне надоело лежать без дела. Следующая и, надеюсь, последняя девушка была уложена на лавку, стоило только освободиться от предыдущей. Гудящий от долгого напряжения член ворвался меж разведенных ножек, сразу заставляя перейти на крик.

На нас стали коситься. Да и парни стали активнее стараться, от чего девушки изошлись на стоны. Но такого соревнования никто не мог выдержать долго. Один за другим парни заканчивали процесс, тяжело дыша и фонтанируя во все стороны. А девушки только с наслаждением принимали подарки. Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Насладившись друг другом, мытье продолжилось. Но уже без какого-либо разврата. Нас быстро привели в порядок, заодно смыв с себя все следы наших шалостей. После чего всех просто вытолкали на улицу, выдав парням одинаковые комплекты одежды. Такие же, в каком ходил весь день я сам. Девушкам же достались длинные сарафаны с открытыми плечами, выгодно подчеркивающие фигуру. Даже такую плоскую, как у Ксюши.

День был в самом разгаре, и мне показалось, что даже бесконечная серость ненадолго отступила, давая богам возможность посмотреть на новобрачных. Гуляние уже началось, молодоженов усадили за стол, начав поздравлять и напутствовать новую ячейку общества. Нас тихо провели во двор и, чтобы никого не отвлекать, незаметно рассадили в самом конце стола, среди таких же молодых. Оставив стариков и родственников на другой стороне.

— А где невеста? — Задал я вопрос, глядя через весь большой стол на пару в красных одеяниях.

— Ну ты даешь. — Тихо засмеялась Ксюша. — Вон та девушка в рогатой шапке и есть невеста.

— Невестой она была после ручканья. — Поправила Желя. — А теперь стала полноправной женой.

— А как же кокошник и все прочее? — Не угомонился я.

— Вот же темный ты человек. — Рассмеялись наши девушки, под недоуменные взгляды местных. — Кокошник появился только пару веков назад. И только по тому, что церковь устала смотреть на то, как жены наставляют рога мужьям!

После этих слов не смог удержаться уже никто. Так что на нашем краю стола поднялся громкий хохот. Этим мы привлекли внимание и всех остальных, но лишь для того, чтобы тоже повеселиться, обсуждая что-то между собой. Ну а дальше была вполне обыкновенная свадьба с песнями, плясками и конкурсами. Не обошлось без похищения невесты, жениха, да и всего остального, чем запоминаются наши свадьбы. Вот только дружки с дружками вели себя, мягко говоря, более развязно, чем это полагалось на чужой свадьбе. Они то и дело приставали к гостям, а то и щупали друг дружку, запуская весьма и весьма пошлые конкурсы. Но никто не был против, и даже старики со старухами принимали активное участие в подобных действах.

Пиво с медом лились рекой. Еды на столах было столько, что если только есть, ни на что не отвлекаясь, ее бы все равно хватило до утра. А как можно не отвлечься, когда кругом творилась форменная вакханалия. Нет, никто не напился. Алкоголя было ровно столько, чтобы оставаться веселым, и не больше. Да и постоянно меняющиеся рядом девушки, слишком похожие друг на дружку, кружили голову. Причем не только своим внешним видом, укромно, только для определенных глаз, выставляя прелести напоказ. Но и распутным поведением. То одна, то другая, случайно или не очень, хватались за член. От чего тот попросту уже болел.

Парни с девушками то и дело пропадали и появлялись. Совершенно никого не стесняясь, идя обратно за ручку, а то и в обнимку. Причем никто не стеснялся отойти в сторонку, уводя с собой и пару парней. Так что вскоре на дворе оставалось не так уж много народу, продолжающих веселиться. Причем стариков среди них тоже было немного. Меня всё больше и больше поражала свобода нравов. Когда никого не интересовало, насколько партнер был старше или, наоборот, моложе. Что сказать, ко мне самому, бывало, приставали весьма зрелые женщины, маня отойти куда-нибудь в более уединенное место. Приходилось мягко отказывать, хотя в штанах всё было напряжено до предела.

— Ужас, куда мы попали! — Наигранно возмутилась Елица, оказываясь рядом со мной у стола. — Меня так затискали, что грудь скоро отвалится. А в подоле образуются дыры.

На лице белочки застыла довольная улыбка, которую даже и не думала скрывать.

— Так чего же ты ждешь? — Улыбнулся я в ответ, смотря как последовательница Сварога подпрыгивает от очередного шлепка по небольшой попке. — Смотри сколько желающих.

— Я… — Неожиданно покраснела Елица.

— Да ладно. — Вздернул я в ответ бровь. — После всего, что было, ты еще не потеряла девственность?

— Тише ты! — Накинулась на меня белочка, зажимая рот рукой. — Да, я боялась. Вы все такие опытные и распущенные, что мне было стыдно признаться.

— Ну ты, подруга, даешь! — На тонкие плечики легли руки Жели, от чего Елица вздрогнула и замерла.

— Наоборот не дает! — Засмеялся я в голос.

— Вот тебе и не дам! — Надулась в ответ, показывая язык. — Не будет у тебя полной коллекции.

— Да? — Коварно переспросила целительница, плотнее прижимая к себе, за одно перенося руки с плеч на талию и грудь. — Не боишься, что возьмем силой?

— Только попробуй. — Томно простонала белочка, накрывая женские руки своими.