В поисках змея

Глава 16

Красуйся краса, пока вдоль спины коса,

или о подготовке к змеиным раутам.

- Акулина! - снова раздался рядом неприятный голос, от которого я безуспешно пыталась спрятаться под одеялом, отказываясь просыпаться.

Открывать глаза и выбираться из уютной кровати не хотелось категорически! Более того, мне было лень даже посмотреть, кто там такой смелый, что решил меня будить. Вначале я даже не сразу сориентировалась, где конкретно я сплю, первой мыслью в голове промелькнул вопрос, а какого чёрта кто-то находится в моей квартире, где я живу одна? Но, спустя мгновенье, память начала услужливо подкидывать всё связанное с моими змеиными приключениями, и желание вставать отпало.

- Акулина, у нас сегодня много дел! – продолжал попытки стянуть с меня одеяло некто, в котором, по голосу, я начала узнавать царя. – Сколько можно тебя будить!

- Так ночь же, - высунув голову наружу и сладко потянувшись, кивнула я Святославу на темноту за окном, хотя прекрасно знала, что здесь не бывает другого времени суток, - на утро эти дела нельзя перенести? Скажем, на рассвет?

Он несколько минут молча смотрел на меня, потом пробормотав что-то похожее на то, что я вся пошла в мать, прошёл к столу, на котором начал звенеть тарелками, сервируя его, по всей видимости, для завтрака. От доходивших до меня ароматов свежей выпечки аппетит проснулся мгновенно, и я, забыв про сон, пошла ванную, приводить себя в порядок.

Водные процедуры не заняли много времени, как и переодевание в похожее на вчерашнее платье, и в этот раз, хочу отметить, в шкафу ванны появилось нижнее бельё. Спустя минут пятнадцать я уже сидела рядом с царём, уплетая пироги и запивая их крепким чаем. Кофе я, конечно, с утра люблю намного больше, но на безрыбье, как говориться, и рак – рыба.

Пока я уничтожала заботливо принесённый мне завтрак, Святослав просвещал меня о вчерашнем собрании с основными, как он выразился, полозами. Я не стала его перебивать, говоря, что всё видела. Мне было интересно, станет ли царь скрывать от меня что-либо, или недоговаривать.

К моему удивлению скрытничать он и не собирался, детально описав мне официальную историю моего рождения, которой я теперь и должна придерживаться. Про Лекса тоже всё разъяснил, начиная от восстановления его статуса, до заключения нашего с ним брачного договора.

- Если честно, - дождавшись окончания его рассказа о собрании, я тоже решила ничего не утаивать, - я там была, и всё это видела. Ну, не совсем я, скорее я была змеёй, - заметив его удивление, попыталась пояснить, но выходило не очень, - или, я наблюдала за происходящим глазами одной из присутствующих там змей…

- Я понял, - перебил меня Святослав, рассмеявшись, - а что сразу не сказала? Для кого я тут распинаюсь?

Я неопределённо пожала плечами. Ну не говорить же мне ему, в самом деле, что решила провести небольшой тест на вшивость!

- Судя по тому, в каком настроении это всё воспринял Лекс, - вместо этого решила я задать мучавший меня вопрос, - вы не рассказали ему до собрания об истинном положении вещей. И не попросили его задержаться после. Когда мы ему расскажем? Мне, если честно, немного не комфортно от всего этого.

- В этом нет необходимости, - подлив нам в кружки ещё чая, объяснил царь, - всё прописано в договоре. Очень подробно - про твою настоящую жизнь, что ты сама не знала, кем являешься, пока не сбежала, ну, и всё остальное. Главное запомни, к теме твоего прошлого мы больше никогда возвращаться не будем. Никто не должен ничего знать, так что никому, никогда и не при каких обстоятельствах не рассказывай о себе. Даже если будешь общаться с наречёнными, или с самим Василеском. Всегда в разговоре обходи эти темы, даже если считаешь, что поблизости никого нет. И у стен есть уши - слышала такое выражение? Я даже представить боюсь, что может случиться, если хоть кто-нибудь узнает.

Святослав ещё долго и подробно мне объяснял, как важно, чтобы я никогда, даже наедине сама с собой, не вслух, не письменно, никак не афишировала своё происхождение. Призывал меня быть крайне внимательной в общении, чтобы случайно не выдала себя неосторожным словом или жестом. Так же предупредил быть аккуратнее в плане выражений эмоций. По его логике я должна ни чему не удивляться, воспринимая всё вокруг как привычное с рождения. Это будет трудно, но я пообещала ему, что буду стараться.

- Своё имя никому не называй, - продолжал давать мне напутствия Святослав, - все обратившиеся должны называть тебя царевной, и никак иначе. Слуги иногда могут быть излишне говорливыми, поэтому никогда не теряй бдительности, и держи язык за зубами. Любая твоя ошибка в разговоре может вызвать много ненужных вопросов, а слухи здесь распространяются очень быстро. Как и выдумывание ответов.

Ну, это и так понятно, мог бы и не озвучивать. Ни с кем секретничать я здесь и не собиралась. За исключением Юльки – моя уверенность, что она находится здесь, никуда не делась. Но с этим можно что-то придумать. В конце концов, чтобы разговаривать, не обязательно обсуждать что-то из нашего общего прошлого. Уверена, ей есть, что мне рассказать и из этой жизни.

- Так сложилось, - вспомнив, что, скорее всего мой новоиспечённый родственник не в курсе о нахождении здесь моей близкой подруги, начала я осторожно просвещать царя в плане Юльки, - что Михаил женат на девушке, которую я очень хорошо знаю.

- Что значит, так сложилось? – Святослав явно не ожидал такого поворота.

- Понятия не имею, - честно призналась я, разведя руками. – Мы с ней дружили, пока она не повстречала Михаила. Я видела его один раз, там, в своём мире. Юлька его представила нам, как своего жениха. После этого она пропала, как недавно выяснилось - сюда.

- Я понял, к чему ты клонишь, - царь ненадолго задумался, барабаня пальцами по столешнице. – Тебе нельзя ничего ей говорить о ваших прежних жизнях, но что если она тебя выдаст неосторожным словом при встрече?

Да, понял он меня совершенно верно. Вот только что с этим делать? Мне на ум приходило только одно – не встречаться с Юлькой, и избегать её так долго, насколько это будет возможно. Но говорить об этом вслух, я пока не спешила. Во-первых, моя идея мне самой не очень нравилась, если не сказать, что совсем не нравилась. А во-вторых, сначала лучше дождаться и выслушать то, что придёт в голову Святославу.

- Не вижу здесь проблемы, - хитро улыбнулся мне царь, - сегодня же приглашу к себе Михаила и вручу ему мой указ, в котором будет прописан запрет для его жены о любых упоминаниях ею вслух о жизни до попадания сюда. Отдельными пунктами пропишу, что это и касается её слов, реакций и прочего на случайные встречи с людьми из прошлой жизни.

- А если он спросит, зачем вам это? – хмыкнула я, не в силах сдержать улыбку, представляя их реакцию на такой странный приказ!

- Не должен, - Святослав оценил моё веселье, - в договоре Василеску я не только разъяснил аспекты твоей новой жизни, но и подчеркнул, что он должен намекнуть своему брату, чтобы тот помалкивал. Михаил должен понять, что это не просто моя прихоть, и не будет задавать лишних вопросов.

Чем больше я узнаю про содержимое договора, тем больше мне он начинает напоминать простую записку. Как в школе, напишешь однокласснику, и передаешь по рядам тихонечко, надеясь, что учитель не заметит и не прочитает вслух перед всем классом.

- Подождите, - озвучила я закравшуюся в голову паническую мысль, - но если всё следует держать в такой секретности, то зачем всё прописывать в договоре? Любой может прочитать и узнать правду!

Выходит, Святослав не всё продумал! А учитывая, какой хаос в документах царит на столе у Лекса в кабинете, и, зная, что к нему спокойно туда вхожи сомнительные личности, я не удивлюсь, если кто-то вроде Пелагеи уже всё прочитал!

- Все договоры, заключённые между членами царской семьи и кем-то из полозов, могут прочесть только лица, чьи подписи на них стоят, - спокойно объяснил мне царь. – Для любого другого нага вместо текста будет видеться просто белый лист с гербовой печатью ужей вверху. Не могу привыкнуть, что ты ничего не знаешь о наших магических законах. С этим позже нужно будет разобраться.

Как у них всё здесь интересно устроено, а главное безопасно - сейфов никаких не нужно. Не нужно голову забивать, что к кому-то в руки может попасть лишняя информация. Понятно, почему Лекс не беспокоится о завалах на столе – самое важное всё равно кроме него никто не прочтёт.

- Вы сказали, что у нас сегодня много дел, - вспомнив своё пробуждение, решила я уточнить, - могу ли я узнать, каких именно?

- Много, - подтвердил царь, доставая из внутреннего кармана камзола сложенной в небольшой свёрток обрезок золотой вуали, - приложи, пожалуйста, к лицу.

Взяв в руки и развернув ткань, я вопросительно посмотрела на Святослава, но не получив ответа сделала как он просил. Приложив вуаль к лицу, прижав сверху ладонями, я никак не ожидала, что она тут же обтянет мне лицо, как вторая кожа, странным образом оставляя нетронутыми лишь глаза и губы. Тут же подбежав к зеркалу, ничего ужасного я не увидела, хоть и ожидала. Моё лицо теперь было прикрыто плотно прилегающей к нему, почти прозрачной вуалью. Она даже в размерах уменьшилась, нигде не выходя за пределы контуров лица, что складывалось ощущение, что я просто нанесла себе косметическую маску странным золотистым кремом. Попытавшись её снять, я вдруг поняла, что если мне и удастся это сделать, то только вместе со своим настоящим лицом.

- Это маска? – припомнив разговоры про то, что царевна до своего замужества обязана прятать лицо, я удивленно обернулась к Святославу. – Она же ничего не прячет! Какой смысл прятать лицо за прозрачной тканью?

По царю было видно, что он ожидал от меня недовольства, или ещё чего похуже, и был приятно удивлён адекватной реакцией с моей стороны. Зря он, конечно, мне не шестнадцать лет, чтобы качать права по поводу и без повода. Я прекрасно понимала, что придётся играть по чужим правилам, когда принимала решение вернуться сюда, и отступать сейчас не намерена.

- Для тебя она выглядит так, но это только для тебя, - начал разъяснять Святослав, - для других же твоё лицо несколько искажается с помощью магии, благодаря чему они не в состоянии его запомнить, или узнать, даже если знали тебя всю жизнь. То же самое происходит и с твоим голосом – он меняется и по нему тебя так же ни узнать, ни запомнить невозможно.

- А для чего это вообще нужно? – заинтересовавшись эффектом маски, решила я узнать что-нибудь новенькое о царевнах.

Всё оказалось довольно прозаично. Как вкратце мне объяснил Святослав, царевны, иногда выходили замуж инкогнито, выдавая себя за обычных, ничем не примечательных девушек. И в таких ситуациях тот факт, что никто не видел настоящего лица царевны, играл им только на руку. В общем, здесь, как и у любого другого народа в истории, на первом месте стояли политические интриги. Вникать в это всё глубже у меня не было никакого желания. Оставалось лишь принять как данность, что ношение маски стало своего рода традицией и смириться.

- Раз мы с тобой всё выяснили, - царь поднялся с дивана, и направился в сторону выхода из моих покоев, - пойдём, тебе пора начинать готовиться к сегодняшнему вечеру.

- Как скажете, - кивнула ему, идя следом.

- Знаешь, будет гораздо правдоподобнее, если ты перестанешь мне выкать, - немного смущённо попросил меня Святослав, - я не прошу называть меня дедушкой, понимаю, что всё это так же неожиданно для тебя, как и для меня, но постарайся при посторонних обращаться ко мне на «ты».

- Как скажешь, - улыбнулась я царю, прекрасно понимая, как нелегко ему далась эта просьба. Здесь мы с ним были в одинаково неловких условиях.

Мне было тяжело воспринимать царя как своего дедушку, но думаю, и ему было не проще. Ещё бы! Не смог смириться с коварным побегом единственной дочери и выбрал себе одного из полозов в преемники, как на те, получите, распишитесь – внучка и наследница! Хаос, поселившийся в моей голове, я даже описывать не буду. Всё, к чему я привыкла в реальности, всё, что до этого считала лишь сказками - в одно мгновение перемешалось и поменялось местами. Хорошо это, или плохо, в данный момент сказать трудно.

Пока я была занята своими внутренними рассуждениями, мы, петляя, похожими друг на друга коридорами, остановились у массивных двойных дверей. Немного покорив себя за то, что даже не попыталась запомнить дорогу, я выжидательно посмотрела на царя.

- Здесь тебя подготовят к приёму, - махнув рукой в сторону двери, ответил на мой немой вопрос царь. – Помни, о чём мы с тобой сегодня говорили.

- В каком смысле подготовят? – если честно, я начинала немного волноваться, хоть и старалась изо всех сил не паниковать без повода.

- Облагородят, - ехидно улыбнулся царь, хотя прекрасно видел моё состояние. – Ну что ты нервничаешь? Тебя просто приведут в порядок. Вы, девочки, обычно такое любите. Попарят тебя, причешут, наведут прочую красоту. Чего ты испугалась?

Попарят, причешут и наведут красоту… Мда. Звучит как реклама третьесортного спа-салона! Но, по сути, бояться мне нечего. Кроме людей, которые там будут! Вернее, нелюдей. В этом и загвоздка!

- А если у меня там будут что-либо спрашивать? – шёпотом спросила у царя, ища поддержку.

- Просто иронично смотря в ответ, заламывай свою бровь, как ты это любишь делать, и в вопросительной форме повторяй два-три последних слова из обращённого к тебе вопроса, - заговорщически подмигнул мне Святослав, открывая дверь, и осторожно подталкивая меня внутрь помещения, но, не входя за мной следом.

- Обращённого ко мне вопроса? – обернувшись через плечо, обратилась я к царю, полностью последовав его совету.

К сожалению, продолжить пикировку нам не дали, подбежавшие ко мне со всех сторон молодые девушки в серых платьях популярного здесь фасона. Я смогла лишь услышать отголоски смеха Святослава, который заглушали возгласы девиц.

- Царевна, вы прекрасны!

- Не извольте беспокоиться, парная уже готова!

- Вы сегодня будете просто восхитительны!

- Какой прекрасный цвет волос и длина!

- Какая великолепная золотая прядь!

Уже через минуту от их громких комплиментов у меня заболела голова, а в ушах появился неприятный звон. Но это было ещё полбеды. Всё дальнейшее моё времяпрепровождение в этом змеином салоне красоты превратилось для меня в одну сплошную пытку.

Меня парили, мыли (причём все сразу, не обращая никакого внимания на мои попытки сбежать!), снова парили, мазали, сушили, снова мыли. В какой-то момент, когда я блестела как новенький самовар, и, если честно, хотела уже сдаться и умереть, свершилось чудо – меня отправили на массаж, сопровождающийся маникюром и педикюром. Здесь я действительно расслабилась и успокоилась, молча простив девушкам все их прежние издевательства над моей несчастной тушкой.

По этой же причине я стойко выдержала все издевательства над моими волосами. Хотя, что они мне там в четыре пары рук накручивали, я, если честно, даже предполагать боялась. Остальные девушки были заняты подгонкой накинутого на меня платья по фигуре. Не знаю, как по итогу оно на мне будет смотреться, но пока что вроде всё не так уж и плохо. Платье в верхней части состояло из корсета, с немного завышенной талией, переходящего в пышную трёхслойную юбку в пол. Цвет платья от корсета до подола плавно перетекал от светлого золотого до тёмного цвета расплавленного золота, и по всей длине был украшен россыпью жемчужин и прозрачного цвета капельками. Мысль, что это могут быть настоящие бриллианты, я сразу отмела в сторону. Хоть они и переливались в свете горящих повсюду факелов, сверкая своими гранями, но… перебор это. Мне спокойней думать, что это просто фианиты. На ноги мне надели мягкие кожаные балетки, в тон низа платья. Почему-то у меня складывается ощущение, что обуви на каблуке здесь нет как таковой, а жаль.

В какой-то момент всё прекратилось. Девушки, продолжая вздыхать, охать и прикладывать руки к груди, отошли от меня, склонившись в поклоне.

- Вы закончили? – раздался позади меня голос Святослава. – Хорошо, свободны.

Выпрямившись, все мои сегодняшние мучительницы покинули помещение. По ним было видно, что собой они более чем довольны. Ну и делом рук своих, конечно же. Я же оценить их старания никак не могла – в комнате не было ни одного зеркала. Здесь вообще из предметов интерьера был только пуфик, на котором я сейчас сидела.

- Ну как? – вставая, задала я провокационный вопрос подошедшему ко мне царю. – Стоили мои сегодняшние мучения получившегося результата?

- Ты прекрасна, - грустно улыбнувшись, Святослав протянул мне руку. На мгновенье мне показалось, что я увидела блеснувшие слёзы в его глазах. Но это только на мгновение. – Но, что касается твоих мучений – боюсь, что на сегодня они ещё не закончились.

- Спасибо, - поблагодарив за изначальный комплимент, я приняла его руку, положив свою сверху, - можешь рассказать, что меня сегодня ждёт? Есть какие-то правила, кроме тех, что мы уже обсудили?

- Ш-ш-ш! – раздалось снизу, перебивая начавшего говорить Святослава.

- И тебе привет! – я нагнулась к моему маленькому ужику, протянув ему руку, чтобы погладить. Змейка сразу же этим воспользовалась, забравшись мне на плечи, привычно обвив шею.

- Ничего такого вроде нет, - покачав головой на наши манипуляции с ужиком, всё же ответил мне царь. Может, завидует? Его змеюка постоянно на полу обитает, даже сейчас. Хотя, если мой ужик однажды так вымахает, сомневаюсь, что смогу её даже на руки взять, не то, что на шею посадить. – Единственное, тебе сегодня нужно будет выбрать двух девушек к себе в свиту. Выбирать можешь из кого хочешь, но при выборе, каждой, на месте, тебе нужно будет вслух обосновать своё решение. Ну и обращай внимание на места, которые наги будут занимать перед троном. Первая линия – приоритетная, при выборе в свиту, последняя – нежелательная.

- А кто стоит в последнем ряду? – спросила я, догадываясь, что, скорее всего земные девушки, ставшие жёнами полозов. Не зря же мама говорила, что людей здесь ни во что не ставят.

- Наречённые, - подтвердил мои мысли Святослав.

Закончив на этом разговор, царь неспешно вёл меня по лабиринту коридоров. В одном из них, по одной из стен, было пущено большое зеркало в полный рост, у которого я от неожиданности замерла. Отражение показывало мне Святослава и… действительно царевну! В отражении трудно было узнать меня, и дело здесь совсем не в вуали, невесомо прикрывающей лицо.

Платье сидело идеально, выгодно подчёркивая талию и бёдра, кокетливо приоткрывая верхнюю часть груди, на которую вальяжно свисал хвостик ужика. Волосы мне заплели в сложную высокую косу, умудрившись распределить седую, ныне золотистую, прядь по всей голове, отчего казалось, что в моих волосах кто-то спрятал золотые нити. Я даже простила моим сегодняшним мучительницам все их пытки!

Даже мои пульсирующие зрачки, до сих пор не переставшие совершать метаморфозы, сейчас смотрелись очень гармонично, дополняя мой сегодняшний образ.

- Чего-то не хватает, - отвлёк меня от восхищённого созерцания себя в отражении Святослав, подойдя и надев мне на голову золотую диадему. – Вот, теперь действительно царевна.

- Спасибо, - не зная, что ещё можно сейчас сказать, я осторожно провела пальцами по холодной поверхности своей короны.

Продолжив наш путь, мы вскоре оказались у парадного вида двойных дверей, за которыми, судя по доносившемуся до нас гулу, была прорва народа. Точнее куча нагов.

- Ты готова? – подставляя мне свой локоть, шёпотом спросил Святослав.

- Нет, - честно ответила я, пытаясь угомонить сбившееся от волнения дыхание.

- Тогда пошли, - просто произнёс царь.

В следующее мгновение двери перед нами распахнулись, под торжественное звучание труб.