Глава одиннадцатая Тысяча лет вражды, один день мести

* * * Эрешкихаль. * * *


— Ты уверена, что тебя здесь забыли? — Алгамир с немалой опаской смотрел на причудливые мерцания разноцветных паутин, освещавших Эрешкихаль. — Ты целую башню разорвала…

— Вот именно. Меня некому помнить. И давай не будем об этом болтать, — Малрека, часто сверяясь с варетом, крутила носом, вглядываясь в улицы и прохожих.

Алгамир молча последовал за самкой. Мутации подземных, конечно, были разнообразны, но он очень сомневался, что низкорослую копытную драконочку здесь умудрились позабыть. Да и он… Конечно же, чешуйчатый зелёный дракон не привлечёт никакого внимания! Хотя Исты вроде и начали вести себя вполне миролюбиво, поди знай, что у них на самом деле на уме.

В прошлый раз Марлека их с Артарой спасла, затем сама Артара помогла Алгамиру выбраться. На кого теперь рассчитывать?

— Только на себя… — тихо, но вслух продолжил свою мысль юный дракон. Малрека дёрнула ушами, но ничего не сказала.

В тёмных улицах её привлекло одно особенно яркое двухэтажное строение, буквально сложенное из мерцающих движущихся картин. Через открытые двери, перед которыми собрался небольшой хвост очереди, на улицу вырывалась чудная музыка непривычного стиля и незнакомых инструментов.

— Знаешь, зелёный змей… Лучше всего спрятаться в толпе! — Малрека потянула Алгамира к загадочному заведению.

— Не лучше! — возразил Алгамир, но противиться не стал. Малрека, подстроившись к концу очереди, вежливо уступила место здоровенному дракону с крепкими лапами и поставила Алгамира за его спиной. Подошедший сзади подобный страж стал надёжной защитой, закрыв их от любопытных глаз. Вот только Алгамир никакой радости не чувствовал — как будто его поставили между молотом и наковальней. И тем более живот зелёночешуйчатого запротестовал, когда очередь почти дошла до вышибалы. Это был мохнатый дракон поперёк себя шире, о трёх головах. Присматриваясь и принюхиваясь к посетителям, большинство из них он хватал лапищами и вытаскивал из очереди вбок, но перед некоторыми теснился, давая им пройти в заведение.

— С оружием не пропускаю, — глухо прокомментировал охранник впереди стоящему стражнику, без всяких церемоний отпихивая его. Крайне подозрительно присмотревшись к варету Малреки, трёхголовый, тем не менее, дал самке пройти, к Алгамиру же он не высказал вообще никаких претензий.

— Как думаешь, какая у него голова главная? — поёжившись, спросил Алгамир, осторожно оглянувшись на вход, который в экстренной ситуации навряд ли стал бы выходом — слишком много там теснилось драконов.

— Та, которой он кушает, — ответила наобум дарканка. — Голова для разговоров у него левая, а правая — чтобы откусывать чужие головы, особенно у болтливых драконов! Ого! — это восклицание Малрека уже не по поводу вышибалы высказала, а по поводу внутреннего убранства и всей весёлой кутерьмы, что происходила в этом странном здании.

Плиты пола загорались разными цветами, часто сменяясь, выкладывая движущуюся мозаику, изменявшуюся в такт музыке, которой управлял кракалевн, что водил лапами и жвалами над несколькими бьющими к потолку лучами, прикосновение к которым и порождало звуки. На потолке и стенах тоже хватало ярких линий, переплетавшихся друг с другом. Подземные и мутанты где танцевали безумно и чуждо для дарканки и нашаранина, где поглощали сгустки разноцветной энергии из полукруглых мисок, а некоторые, нескромно обнявшись, уходили в дальние комнаты.

Лапы Малреки задрожали, хвост распушился, шерсть встала дыбом — а на кракалевна она уставилась так, что никаких сомнений в её желании свернуть ему шею не оставалось.

— Спокойно, — Алгамир повёл самку к земляному столу, похожему на низкий широкий столб, одному из немногочисленных свободных мест в зале — может, потому, что находилось оно поблизости от внушительного вида дракона, взиравшего на танцующих с каменным выражением на морде. — Ты…

— Это кракалевн… В Нашаре!

— Эрешкихаль не Нашар, а Иркалла. Кто громко болтать запрещал? — Алгамир не дал договорить, одной лапой затыкая Малреке пасть, а другой несильно нажимая на крыльевые плечи, чтобы усадить самку за стол.

— Желаете что-нибудь заказать? — к надземным, видимо, не расслышав или не вникая в их подозрительный диалог, подошло странное существо. Мало того, что и Малрека, и Алгамир воспринимали его как кого-то противоположного пола, это создание не отображалось на варете. А на его экран Малрека постоянно косилась, дивясь, почему вдруг кракалевна не выделяет опасным цветом.

— Эм… Нет, у нас… — начал было Алгамир, но Малрека опередила его. Если карманное измерение зелёного было пусто после встречи с Герусет, позаботившейся изъять у пленника всё лишнее, то инвентарь варета имел всё необходимое — о чём Алгамир благополучно позабыл, когда спускался под землю.

— Нам перекусить чего-нибудь, — произнесла самочка, спуская лапы под стол, чтобы создание не заметило манипуляций с прибором.

Покосившись на соседний столик, она вывела из варета часть собственной энергии, закольцовывая её в несколько оранжевых колечек, вроде тех, которыми расплачивались исты. Подземники тоже использовали в качестве валюты энергию, только немного в другой форме, чем над землёй. Хотя было странно, что обитатели пещер имели недостаток в кристаллах… или, наоборот, из-за их обилия они совсем не ценились!

— Сию секунду! Наше «что-нибудь» абсолютно случайно и устроит любого хаосиста! — Похвалилась иллюзия, отходя к барной стойке.

— Знаешь… Я тоже начинаю об этом жалеть… — Малрека грустно скосилась на свои копыта. Алгамир ободряюще обвил задние над раздвоенными копытами Малреки кончиком хвоста:

— Нам же не обязательно есть, если ты не голодна. Просто веди себя естественно.

— Я не про это… — Малрека слегка прижалась к плечу Алгамира. — Копыта. Это же… уродство…

— Инанне это ничуть не мешает, а Агнар никогда не возражал против них, — заметил Алгамир. — Если этот вопрос не покажется тебе невежливым — откуда они у тебя?

— Мой отец проводил эксперименты на собственной дочери, — кисло проговорила драконочка. — Вживлял первичный вакуум, или первоматерию. Потому, наверное, навы меня не тронули. А откуда взялись копыта у Инанны и Агнара?

— У Инанны — вроде бы её подвергали пыткам ещё в правление Герусет… — пожал плечами Алгамир. — А Нажар с Агнаром… Про них долгая история. Сейчас для неё не время…

Малрека понимающе вздохнула и закончила за друга:

— И не место. Ты прав.

Голограмма, между тем, возвратилась, поставив телекинезом на стол тарелку с большим кренделем из закольцованной энергии и два узких цилиндрических бокала с ярко светящейся голубым светом жидкостью — тоже, видимо, формой воплощённой праны. Сразу забрав оплату, техномагический призрак растворился вместе с ней, оставив драконов чесать носы.

— Не выделяться, — напомнила Малрека, принимая бокал. Алгамир последовал её примеру:

— Ты помнишь, что бывает, когда ты напиваешься?

— Обычно — бью морды, — улыбнулась низкорослик и кивнула на кракалевна. — Не могу видеть ту гнусную рожу. За Инанну.

Алгамир остановил бокал у самой пасти:

— Только не бросайся его убивать за Инанну!

— А… нет, это просто тост, — Малрека стукнула своим бокалом о бокал удивлённого Алгамира и выпила содержимое. Дракон долго обдумывал происходившие с дарканкой странности, но так и не осознав, при чём тут тосты — а это блюдо официант им не подал точно — затем всё же опробовал терпкий и режущий глотку напиток. Казалось, будто бы он вкусил раскалённую лаву — жидкость тяжело провалилась в желудок, но в следующий миг по всем жилам дракона устремился поток энергии.

Пляска цветов вокруг перестала резать глаза, став гармоничной и завораживающей. Правда, не больше, чем самочка напротив. Дракон сам не заметил, как начал придвигать к ней голову, вытягивая шею… пока не почувствовал, что хвост Малреки обвил пышной кисточкой чешуйчатую лодыжку.

— Кхм… это надо… закусывать… — Алгамир, едва переборов инстинкты, взял с тарелки одно из энергетических колец, и Малрека последовала его примеру. Скося глаза на других посетителей, она отправила сиявшее кольцо в рот. Было крайне странно именно «есть» энергию, а не «поглощать» её…

— Не понимаю… — проговорил Алгамир. — Это… Как будто…

— Тягучее и жевательное, — пришла на помощь Малрека. — Но мясо лучше.

Самец слегка улыбнулся.

— Вернёмся домой — Агнар сделает тебе целый котелок. У него должен где-то валяться… — скосив глаза на веселившихся поблизости драконов, Алгамир внезапно ощутил резкую сухость в горле и поспешил запить кольцо остатками своего напитка. Внезапно рядом снова возникла иллюзия, наполнив бокалы до верху из бутыли с очень длинным горлышком.

— Ваш счёт вышел, — заявило создание, отступая от столика. — Дальнейшие услуги требуется оплатить отдельно.

— Пока всё! — Икнув, Алгамир произнёс неожиданно тонким голосом. Малрека, царапнув стол, засмеялась баритоном, а потом сама ойкнула.

* * *

По счастью, Малрека слишком ненавидела кракалевн, чтобы спать в одной комнате с ними. Инстинктивно почувствовав присутствие враждебной расы в комнате, снятой в подземном трактире на ночь, она встала и едва успела увернуться от хитиновых когтей.

Алгамир, очумело крутящий глазами, резко поднялся и отскочил к стене, увидев силуэт пришельца, так бесцеремонно ворвавшегося в «комнату отдыха».

— Кракалевн? Да вас что, мало били⁈ — воскликнул дракончик, расставив лапы в сторону и жалея о том, что под лапой у него нет сейчас ничего, чем можно было бы огреть наглую тварь. Это был не музыкант из бара, очевидно — не жёлтый с фиолетовыми крыльями, а красный с серыми — но всё равно теперь и чешуйчатый проникся омерзением своей подруги к этим уничтожителям страны и союзникам навов.

Уворачиваясь от жвал и когтей, чешуйчатый попробовал сам прокусить панцирь, но зубы только больно ударились о твёрдый, будто металл, хитин. Малрека отскочила к двери, собираясь то ли убежать, то ли позвать на помощь.

Кракалевн ловко перехватил дарканку хвостом и перебросил через себя, приложив драконочку об пол со страшной силой, в буквальном смысле выбив сознание из Малреки. Алгамир извернулся и полоснул когтями по груди твари, но кракалевн не стал особо мелочиться и двинул самца в морду лапой так, что теперь и дракон оказался на полу. Убийца двинулся вперёд, и если бы очнувшаяся Малрека не лягнула его, то всё закончилось бы плачевно — а так кракалевн попятился, раздражённо щёлкая. Алгамир понял небольшое преимущество копыт как тупого оружия. Удар обычный лапой не стал бы столь эффективен против жёсткого снаружи, но нежного внутри насекомого.

Но всё равно это была только временная мера. Ругая Малреку за идиотскую затею неизвестно для чего возвращаться к истам, Алгамир выбежал в коридор и закричал на всё здание — хуже смерти вряд ли что-то от этого произойдёт.

— Невинных убивают!!!

В следующий миг дракона обхватили за плечи и швырнули обратно в комнату, сбив с лап Малреку. Убийца, не переставая трещать, набросился на них, на этот раз избежав удара копытами и прижав Малреку к полу. Попытавшийся вырваться Алгамир ударил врага по морде, но эффект был точно такой же, как и от его прежних попыток — кракалевны оказались не такими уж и слабыми тварями! В следующий момент сильнейший удар заставил дракона задохнуться от боли — но через застилавшую глаза пелену он мог видеть, как враг поднял Малреку над полом, пережимая ей горло, и задние лапы драконочки отчаянно колотят воздух.

На крик о помощи, однако, прилетела подмога — очень странно для подземелий. Из коридора в комнату вбежали двое крылатых — бежевый самец в чёрную полосу и белая самка со светящимися голубым прядями в гриве. Первый энергетически продлил свои пальцы в телекинетические лезвия, которыми начал разрывать кракалевна куда более успешно, чем Алгамир физическими зубами и когтями. Вторая стояла сзади, помогая своему дружку тем, что своею энергией, испущенной как сеть, обездвижила кракалевна, не дав ему увернуться или ответить.

Малрека рухнула на пол, заскрежетала когтями по полу и наконец повернулась на бок, тяжело дыша. Алгамир с большим трудом заставил себя подняться, но удивление от того, что произошло дальше, едва не опустило его вновь. Самка и самец взяли в пасти по концу «паутины» и втянули в себя энергию кракалевна. Тело в паутине очень быстро закончило трепыхаться, а затем прахом разлетелось по всей комнате.

— Очень слабо для владелицы варета, — со строгой мордой белая подняла на конечности Малреку. Полосатый игриво хмыкнул:

— Возможно, ей просто нравятся изнасилование насекомыми.

Низкорослая и слова не ответила — слишком уж широко разошлась в обиженном оскале её пасть. Но Алгамир успокаивающе обнял за лапу Малреку:

— Спасибо вам за помощь… Мы вам признательны, что вы вступились за чужих вам драконов.

— Вы мои посетители. К тому же, это из-за вас умерла моя подруга Яланара, почему бы вам не помочь? — белошёрстая посмотрела на когти поднятой лапы.

Алгамир постарался припомнить, где слышал это имя, хотя от страха все мысли у него перепутались.

— Яланара… погибла? Н-но мы оставили её живой, — изумлённо проговорил дракон. — Мы отпустили её, когда выбрались на поверхность!

— Не оправдывайся… — прохрипела Малрека. — Они спасли нас, чтобы убить самим.

— В гибели Яланары повинен только Амрафет, так что наказание должен понести он. А у вас возможность искупить свою вину ещё есть. Идите за мной, — самка развернулась и пошла к главному залу, но самец остался присматривать за незадачливой парочкой, чтобы убедиться в том, что она выполняет приказ.

Алгамиру и Малреке ничего не оставалось делать, кроме как последовать этому «любезному» приглашению. Алгамир вторично проклял и Малреку, и себя за то, что послушался самчоку и сунулся под землю — и так ведь было ясно, что ничего хорошего из этого не выйдет! Но… что толку сожалеть! Следом за драконицей они миновали коридор, но не вышли в зал, а нырнули в боковой тоннель.

Пройдя через стеклянную будку, в которой несколько дежурных наблюдали как за залом, так и за номерами — никакой приватности! — до сих пор не представившаяся спасительница открыла люк, ведущий в подвал. Или, быть, может, только его видимость — варет обозначил эту шахту не как спуск, а как портал. Но помещения за ним не были примечательными, особенно для Малреки — простой переход одной из Спален, только с зажжённым светом.

— Здесь нас не так-то легко обнаружить даже носителям варета, — сообщила самка. — Стены плюс…

— Специальное излучение, — закончила Малрека. — Оружейная.

— Именно. Амрафет не изучал некоторые районы Спален — у него не хватало на это ни времени, ни желания. Конечно же, охрану он выставил, но, по счастью, не в этом районе… — самка вдруг весело посмотрела на спутников. — А благодаря тебе мы теперь ещё в большей безопасности.

— Это ещё почему? — удивилась низкорослая.

— А потому, что пытаясь поймать тебя, подчинённые Амрафета разгромили единственный переход, связывающий эту часть Спален с внешним миром.

— Как-то всё слишком друг с другом связано… — нехорошие впечатления Алгамира усиливались.

— Как паутина, — кивнула белая, полосатый поддакнул:

— Или вы двое в оргазме. Хороший у тебя писюн, копытная, лучше, чем у твоего дружка.

Алгамир и Малрека обязательно бы ответили что-нибудь, но от собственных колкостей их отвлёк появившийся в коридоре мутант. Он был похож на вышибалу у входа в трактир, но с двумя головами — одной простодушной и другой капающей гневной слюной. И ещё он был крупнее того здоровяка в два раза.

— Всё нормально, Янус, я за них ручаюсь, — обладательница светящихся прядей повела гостей в одну из комнат Арсенала. — Эти охранные мутанты всегда подозрительны, если не дать понаблюдать за новичками сутки.

— Нав какой-то… — поёжился Алгамир. — Зачем ему две головы?

— Чтобы одна смотрела по сторонам, пока другая откусывает голову нарушителю, — фыркнула Марлека. В следующий момент она распахнула пасть и, удивлённо хлопая глазами, осмотрелась. — Погодите-ка… Эта комната… Как вы сюда попали?

— Сюрприз, — мутантка показала на потолок. Теперь уже Малрека поёжилась — в переплетениях паутины висел скелет лапы с варетом. Душа в трупе всё ещё сохранялась, удерживаемая сетью. — Он был охранником и геройски погиб на своём посту.

— Надеюсь, это не вы его… — копытная самка заглянула в комнату, в которую не имела доступа в былое время. Ожидание чего-то невероятного себя оправдало. Стеллажи за стеллажами самых диковинных боевых артефактов, похожих на опутанные энергетической сетью многогранники, и более привычные Алгамиру вооружения, сходные с клинками или винтовками.

— Теперь слушайте, зачем мы проявляем к вам такую доброту, — белая холодно наблюдала за поражённостью и восхищением пришельцев с поверхности. — Всё просто: мы не хотим светиться, а вам уже сильнее некуда раскрываться. Мы дадим вам координаты крайне важной для Амрафета вещи, чтобы вы её уничтожили, не считаясь с потерями в его лагере. А если вас поймают и начнут пытать, вы скажете, что вас послала Инанна.

— Отличная идея, особенно учитывая, что Инанне сейчас просто необходимо получить удар в спину от союзников! — возмутился Алгамир.

Самка нахмурилась.

— Союзников? Союзников⁈ — повторила она с большим напором. — Амрафет и так готовит войска для того, чтобы выйти на поверхность и смести вашу обожаемую Инанну с лица земли вместе со всем её народом. Неужели ты думаешь, что снег стал сыпаться вам на головы просто так?

— А разве это не люди… — Алгамир неуверенно протянул, поднимая голову повыше.

— Люди здесь совершенно не при чём, — мрачно отозвался самец. — Амрафет обладает древним артефактом, который позволяет ему управлять погодой.

— Ничего нового так и не придумали, всё на моей цивилизации наживаетесь? — Малрека обвела крылом Арсенал.

— Тот артефакт от навов, но вам какая разница? У вас есть хорошая возможность вернуть на поверхность комфортную тёплую погоду. И мы вам в этом поможем. А если при поимке, которой лучше не допускать, всё свалите на Инанну, у нас будет возможность нас вытащить, потому что не будет нужды самим отбиваться от погони!

Алгамир осмотрел запасы дарканцев и повернулся к бунтовщикам:

— Одно условие. Мы возьмём всё, что нам может понадобиться.

— Для этого я вас сюда и привела, — белая с улыбкой распахнула крылья.

* * *

Как оказалось, Арсеналу достались заботливые хозяева — всё содержалось в образцовом порядке и отлично работало. Алгамир не встречал подобных моделей оружия, но они несколько походили на маг-винтовки Агнара, да и инструкция нашлась. Малрека перевела её на современные символы при помощи варета. Плюс ещё загрузила в него карту, которая должна была довести их до… чего-то, что нужно уничтожить.

— Ты могла бы взять с собой и что-нибудь помощнее, — заметил зелёный. Самочка вооружилась лишь трубкой-пушкой с длинной рукоятью, внушительным кинжалом и чем-то вроде маленького арбалета, снаряжённого десятками стрел. Алгамир был куда более предусмотрителен — небольшой излучатель с кристаллом души на лапе, длинноствольная винтовка, заканчивающаяся золотой иглой, испускающей заряд, меч, пара очень древних маг-пистолетов и когти-резаки на задних лапах были лишь видимой частью его вооружения. Впрочем, о защите не забыли оба дракона, нацепив лёгкие, но прочные латы.

— А если нас самих подорвут на нашем же боезапасе? — карлик фыркнула, выбираясь в неширокий и длинный переход. Он вёл, конечно, не сразу к нужным координатам, но существенно сокращал до них расстояние и не пересекался с известными постами и маршрутами обходов воинов истов.

Малрека постоянно смотрела на собственное запястье, лишь изредка бросая взгляд на дорогу. Алгамир, немного сочувствуя, вопросил самку:

— Почему при всей вашей технологии вы не загружаете информацию прямо в мозг? Варет всё равно слит с вашей аурой и частично её использует в своих целях. Значит, всё равно нет никакой приватности.

— А зачем загружать мозги лишней информацией? — вопросила самочка. — Это вы, Тёмные, потомки наши, используете тела и души — потому-то в плане технологий от нас отстали. Даже пушки Агнара в каком-то смысле были уже изобретены, позабыты и изобретены заново. Если бы вы сохраняли знания, а не забивали свой разум всякими проблемами и желаниями, вроде самколожества, то давно бы уже полетели в космос.

— Самколожества — это у самцов? — Алгамир решил уточнить непривычное слово. — Если у самцов, то это естественно, служит продолжению рода. А то некому будет пользоваться технологиями.

— Ты когда стал таким пошлым? — Малрека ответила слишком уж раздражённо. Алгамир вздохнул:

— Наверное, после общения с этим полосатым… Эти трусы нам даже не представились. «Валите всё на Инанну»… Хорошее дело — прятаться за спиною недосягаемого авторитета!

— Инанна, Амрафет, хоть Герусет — какая разница! — рыкнула Малрека. — Мне главное, что эти уроды исты дружат с кракалевнами! С кракалевнами, которые убивали драконов и без воли своих хозяев, с кракалевнами, которые являются самыми главными нашими врагами после навов! Будь у меня сила — я бы стёрла с лица земли всю эту навскую погань!

— Что-то ты совсем занавилась, — Алгамир попросил не ругаться. — Уничтожить, уничтожить…

— Ты не понимаешь, — покачала головой низкорослик. — Мама и папа… Их убили кракалевны, и… Сейчас мне кажется, что я снова оказалась в прошлом. Только на этот раз я могу постоять за себя!

— Будем живы, на обратном пути со своим арсеналом прибьём кракалевн, — Алгамир попытался утешить Малреку, хотя сам не слишком верил в свои слова, — если тебе не надоест ходить по подземельям и не соскучишься по поверхности. Не похоже, что у нас отберут это вооружение после того, как мы выполним своё дело. На самом деле, сейчас мы бы вполне могли сразу вернуться на поверхность, если бы не обязательства и совесть.

— Ты можешь уйти, — вдруг сказала самочка. — Я всё сделаю сама.

— Ну уж нет! Надоело, что меня все спасают! — Алгамир подмигнул ей и потряс оружием. — А теперь давай-ка помолчим и прибавим шагу. Чем быстрее закончим — тем быстрее выкарабкаемся отсюда!

— Знаешь… — Малрека снова посмотрела на варет. — Я думаю, что если мы выберемся отсюда живыми, то я первым делом найду себе самца. Какого-нибудь такого же забитого и желательно — с копытами. Или музыканта. Или ещё кого.

— Возьми моего учителя, всем только лучше будет! — Алгамир нарушил собственную просьбу. — Без самки он безумный. Нервничает и начинает меня бить ни с того ни с сего.

— Если бы любовь можно было испытывать исходя из логики… — тяжело вздохнула самочка, — или даже сострадания. Агнар заботливый, но после всего он мне скорее как отец или старший брат.

— После чего? — Алгамир не влетел в ситуацию и подумал, что Малрека уже пробовала… заводить отношения с Агнаром.

— Он меня приютил как минимум! — отрезала серошёрстная.

— А, ты про это…

— Тихо! — самочка внезапно в один прыжок оказалась рядом с ним и заставила дракона прилечь, зажимая ему морду своей ладошкой. — Прямо по коридору — вертикальная шахта. По ней спускаются двое.

Осторожно переставив лапы, Алгамир взглянул на запястье своей спутницы. Варет показывал две жёлтые точки. А вскоре чуткие драконьи уши услышали голоса:

— Понять не могу, что потребовалось Скорну в этих трубах!

— Зачем Скорн вообще туда полез?

— Вчера полез он как всегда…

— Клянусь, приятель, это ерунда!

— Лучше бы он пообедал!

— Он же сжёг свой кусок дила?

— Хватит болтать в секретной вентиляции, у меня с утра голова болит! — воскликнула Малрека. Двое молодых дракончиков, похожих друг на друга, как две капли воды, исключая только череп-шлем дила на морде левого, только что вылезли из шахты и совсем не ожидали такой встречи.



Хотя они были мелкими и любопытными, но не глупыми, и лезть в подземелье совсем без защиты не стали. Неумело сплетя вокруг себя энергобарьер, они выхватили костяные кинжалы, попятившись:

— Исты, рогом вас колоть!

— На ваше счастье, нет… — пробубнил Алгамир. — Что вы тут забыли?

— Это что Скорн тут забыл! — воскликнул один из двоих, тот, что без шлема. — Нам его искать теперь.

— На моём приборе никого, кроме нас, поблизости из живых нет, — покачала головой Малрека. — Кто такой этот ваш Скорн?

— Он немного… — произнёс юнец в шлеме, — того.

Его брат — скорее всего это был брат — выразительно покрутил крылом.

— Он всегда лазает по этим трубам, всё ищет путь наверх. — продолжал «черепоносец». — Я, кстати, Лишмир, а это мой брат, Малжи. Мы были ненужными в нашем гнезде, и потому получили такие имена. Нас хотели утопить в подземном стоке, но нас спасли наши новые родители.

— Лишних душ у нас нет вам на еду, — Алгамир схватился за голову и, оплетая хвостом переднюю лапу Малреки, потянул её дальше по коридору, но Малрека продолжила стоять:

— Инанна вообще не заботится о своём народе, я не понимаю тех, кто говорит обратное… Идите наверх и не подвергайте себя риску. Если мы его найдём, то вернём к вам, если скажете, куда.

— Туда, откуда вы пришли, — сказал Малжи. — Но я пойду с вами. Между прочим, вы идёте прямо в засаду кракалевн — они сидят на этаже выше и ждут то ли вас, то ли ещё кого.

— Наверное, чем ближе мы к установке, тем больше искажается сигнал варета, — заметила Малрека.

— А может, потому что они сидят под каким-то синим куполом, — вставил Лишмир. — Мы покажем вам дорогу! А, ещё лучше! — с этими словами он достал из-за крыльев рогатку. — Отвлечём их!

— Ладно, чем нас больше, тем больше кракалевн мы размозжим! — Алгамир довольно тронул крылом Малреку, но та вздрогнула:

— За сведения про засаду спасибо, но жизнь нашаранина и так опасна, зачем вам себя большему риску подвергать?

— Тьфу, жизнь… Была — и нету. Не завтра, так послезавтра появится деструктор, или нав, или ист, — детёныши поражали своим фатализмом.

* * *

Малреке пришлось потрудиться, чтобы подобрать новые коды к заслону на нужной двери — кто-то сумел поменять код на новый, не забитый в памяти варета. Но когда дверь наконец удалось открыть, за нею оказалась металлическая стена неизвестной толщины — вряд ли тупик, скорее, комнату укрепили изнутри, заодно избавившись от лишнего выхода… и лишних гостей.

За хвостами четверых драконов упала с потолка ещё одна перегородка, а из трещин повалил зеленоватый газ.

— Вот ведь… — выругался Алгамир, оборачиваясь. — Никому не дышать!

Юнцы надули щёки и закивали головами. Алгамир кивнул Малреке на другую стенку, а сам перевёл оружие дарканцев на полную мощность и выпустил яркий луч, ударивший в перегородку. Малрека поступила так же со сталью, но то ли её труба оказалась куда менее мощной, то ли стенка была слишком крепкой — на ней осталось только чёрное пятно. Алгамир вновь сильно пожалел, что Малрека не взяла с собой бомбу… Но потом снова об этом передумал — так бы пострадала не только стена и то, что за ней, но и сами подрывники.

Оставался лишь последний способ выбраться. Слегка дрожа из-за духоты и страха перед отравой, заклубившейся вокруг него, дракон вытащил из ножен свой клинок и проверил прочность дарканских материалов на проплавленной стенке. Малрека, увидев, что кусок стены провалился, поспешила подхватить Малжи и первым просунула его в открывшуюся дыру, которую Алгамир расширил отчаянными движениями раскалённого лезвия. По счастью, сталь не смогла долго сопротивляться, и хотя прикасаться к ней было очень неприятно — драконочик едва не заорал от боли в обожжённых лапах — но всё же Малжи первым выкарабкался из ловушки… Чтобы тут же оказаться в лапах жутковато выглядевшего кракалевна, одним движением сломавшего шею юнцу и бросившего тело себе под лапы.

Малрека выронила оружие и отступила, ощутив, как заболело её сердце. Ей могло это казаться сейчас из-за дурманящего дыма, но она увидела в этом кракалевне… того самого, что разрушил её детство и жестоко расправился над её родителями.

Алгамир не понял замешательства Малреки и, мстительно зарычав, направил ствол винтовки на гадину. Вряд ли он такой же неуязвимый, как стены! Однако кракалевн не стал ждать выстрела. Он отступил с прохода, оставив попавших в ловушку драконов перед выбором — или вкусить зелёный газ и лишить своих врагов возможности поиздеваться над ними, или же ещё раз проползти через дыру, чтобы оказаться прямо в лапах убийц. Но Лишмир вдруг сорвал с головы череп дила и вручил его Малреке.

— Притворись, — только и сказал он, напяливая свою «каску» на морду самочки. Затем лапы юного дракончика задрожали, и он с громким всхлипом повалился на пол.

— Проклятие… — рыкнул и Алгамир, сползая по стенке. Малрека кинулась к нему, пытаясь удержать от падения, но дракон уже завалился на бок и поджал задние лапы. Оставшаяся одна самочка с ненавистью взглянула на проход — если бы только она видела врага! Он опять отнимал у неё близких и друзей!

По счастью, в голове Малреки что-то щёлкнуло — слегка опустив маску, чтобы ноздри дила закрывали её собственные, самочка сделала медленный вдох. Зелёный дым уже заволок всё вокруг, и потому кракалевны не увидели, как медленно и осторожно Малрека опускается на пол.

Сотворённая дырка, неимоверно узкая для обычного дракона, не была помехой кракалевнам, которые могли словно бы вытянуться в узкую палку, прижимая конечности к телу или вытягивая их перед собой. Трое насекомоподобных, не испытывая дискомфорта от залившего всё в закутке газа, перелезли по ту сторону барьера и взяли на лапы драконьи тела. Малреке хватило хитрости не шелохнуться, но страх становился всё сильнее и вскоре мог одолеть волю.

— Почему бы нам просто не убить их? — спросил один из кракалевн-сопровождающих, державший Алгамира.

Оранжевый оглянулся на него и застрекотал.

— Дарканка нужна мне, а у этих двоих нужно узнать, где они взяли оружие и кто их сюда послал. Если бы ты не был таким идиотом, к’Илизак, то давно бы понял, что иногда нужно брать пленных. Открой дверь!

Кракалевн недовольно пощёлкал, но постучал по левой стенке, после чего створка под жужжание механизма поднялась вверх.

Малреке приходилось закрывать глаза, чтобы взявшиее её в плен не догадались, что она в сознании. Это напрягало ещё сильнее, ведь, если верить карте, на которую Малрека успела посмотреть раньше, пленников тащили если не в необходимое помещение, то мимо него. Только чем дальше её заносили хитиновые, тем менее мудрым было решение начинать бой — ведь кракален, судя по звукам, становилось всё больше! Наверное, стоило начать с ними драку ещё в закутке…

Малрека уже хотела было развернуться и активировать всё, что варет распределил по враждебной ауре, но внезапно державшие её лапы разжались, и самочка упала на земляной пол. Приземление не было мягким, но пленная смогла сдержать стон и даже не сменила позы. Рядом свалили и самцов.

— У нас всё готово? — осведомился рыжий у кого-то из своих. Далее разговор перешёл на щёлканье и иные звуки. которые Малреке очень и очень не понравились.

— Превосходно, — сменил язык предводитель. — Как только Клан отошлёт своих воинов на поверхность, мы пережрём всех уродов под землёй и включим установку на полную мощность! Пусть все драконы передохнут от холода! Слышали, вы, ничтожества? — Малрека едва сдержалась, ощутив у себя на морде взгляд кракалевна, который смотрел словно бы через череп дила. — Вы отняли у нас дом! Вы отняли у нас родных! Вы даже отняли у нас собственный язык, вынуждая говорить на вашем варварском наречии! Но теперь это мы отнимем у вас всё! А сначала я отрежу копыта у той, что убила моего сына…

Подошедший вплотную урод был слишком соблазнительной целью. Малреке дико хотелось уравнять счёт с кракалевнами. Открыв глаза и материализовав прежде скрытый в ауре арбалет, Малрека засадила занёсшему над ней лапы-резаки кракалевну в голову. Он заверещал и затряс ею, но не погиб, а больше разъярился, сменив цель удара с задних лап на торс. Малрека перекатилась и чуть не попала в жвала другого инсектоида. Она увернулась, присев и едва сдерживаясь от вскрика — весь зал был полон насекомыми! Она поднялась, будучи уверена, что не успеет даже встать, как на неё накинутся твари, но те не двигались. Зато оранжевый выступил вперёд.

— Хорошая выдумка, — заметил он, кивнув на Малреку, наверное, имея в виду её шлем. — И что же ты теперь будешь делать? Нас здесь очень много!

— Значит, скоро я увижусь с родителями, — изрекла Малрека и спустила курок. Кракалевн не имел возможности даже уклониться — стрела пробила ему голову и ушла высоко в потолок.

— Кто следующий⁈ — взревела самочка, выставив оружие перед собой.

Похоже, много кто…

Кракалевны, опасаясь, что и другие пленники очнутся, прыгали не только на Малреку, но и на бессознательных драконов — с ними стоило расправиться до того, как они очнутся. Но для Малреки это было очередным проявлением злобной насекомьей натуры.

Самочка выставила перед собой кинжал и взлетела в воздух, прыгнув между лежавших драконов. Зажмурившись, она вонзила его в пол и нажала на рукоять — кракалевны зажмурились от яркого золотого кольца, что окружило крылатых, при этом стремительно чернея.

— Получите, личинки! — рыкнула самка и нажала на кнопку своего варета, посылая энергию собственной души на рукоять, лезвие, и по земле — в круг.

Алгамир, приходя в себя, обнаружил, что лежит прямо в центре неимоверного буйства энергий, рвущего и обугливающего насекомоподобных. Малрека и детёныш были с ним в центре, невредимые… Хотя серая самка быстро слабела и уже завалилась на бок — Алгамир еле успел её поднять на лапы. Чешуйчатый попробовал одарить мохнатую частью своей энергии, чтобы компенсировать потери, но, казалось, та уходила из ауры самки быстрее, чем восстанавливалась.

— Хватит, выключи! Уже достаточно!

Малрека не отключала — она была совершенно опустошена и тонкий поток брался уже из жизненных сил её физического тела. Одной лапой Алгамир прижал Малреку к себе, а другую поставил на рукоять кинжала. Лишмир с ужасом в глазах смотрел на то, как чешуя зелёного дракона засеребрилась, а его собственная энергия расходится двумя видимыми потоками — одна струя переходила на кинжал, выталкивая поток Малреки, а вторая разворачивала собственные силы драконессы и проводила их через варет, заодно вынуждая устройство отключится от смешивания сразу двух душ.

Прежде чем самому потерять сознание, дракон осмотрел зал с корчащимися на полу в агонии громадными насекомыми. Перед завершением песенки оставался последний аккорд… выполнить, наконец, обещание и уйти с овациями. Под описание, полученное от благодетелей, пославших в этот улей, подходила лишь одна вещь. Больше всего энергии исходило от исполинского артефакта в пару ростов, похожего на позолоченное сморщенное яблоко или чей-то искорёженный череп.

Алгамир намеревался направить заряд в неё. Полностью пересиливая поток Малреки, он постарался припомнить всё, что выучил у Агнара. И отдал клинку всё, что мог — резко вытащив лезвие из земли, Алгамир направил его на устройство, но сил на то, чтобы выслать собственную душу разрушающим направляющим снарядом, уже не было. Он закатил глаза и повалился на землю, прямо на тело дрожавшей от перенапряжения самочки.

* * *

Голос Малреки сам по себе был слабым, но и пробки, застывшие в ушах Алгамира, не давали ему распознать отдельные слова. До тех пор, пока что-то твёрдое не ткнулось ему в губы. Решив, что хуже не будет, Алгамир раскрыл пасть и едва не захлебнулся, подавился, ощутив, как кусок хорошо прожаренного кракалевна скользнул ему в глотку. Проглотить этот кусок было тяжелее, чем камень, и Алгамир выплюнул бы его, если бы Малрека не сжала ему пасть.

— Вот так… — пробка в ушах заметно источилась, пропуская отдельные слова. — Просто помни, что наполовину они — насекомые.

Вопрос «Мы живы?» был так хорошо написан на морде дракона, что Малрека не могла его не прочитать.

— Ты направил всю энергию душ кракалевн на их установку… — самочка устало опустилась рядом. Алгамир понял, что они оба находятся в том коридоре, по которому их сюда и притащили. — А Лишмир вытащил нас, пока она искрила от переизбытка энергии.

— Всё равно не радуйтесь… — раздался и очень слабый голос дракончика. — Мы лежим в маленьком кармашке, а вокруг нас — тонны земли и камней. Воздух скоро кончится… Хорошо хоть еды достаточно.

— Ты можешь кому-нибудь передать сообщение, что мы здесь? — Алгамир вопросил, когда смог приподняться и говорить. — Или прорезать камень, как башню в прошлый раз? Или прострелить второй затвор, который нас отрезал от остального подземелья? А как же другие выходы? Ведь кракалевны как-то сюда входили…

— Сколько вопросов… — Малрека мягко положила лапу на нос чешуйчатого. — Не напрягайся и отдохни.

Загрузка...