Торговец Правдой: ФИНАЛ

Глава 9

Нам невероятно повезло: в полете все трое вырубились и спали как убитые. Иначе нам бы пришлось перебрать с алкоголем, чтобы хоть как-то победить скуку. Возможно, сработало нервное напряжение последних дней, а может, эти кожаные кресла-кровати были настолько удобными, что сопротивляться сну было невозможно. Хоть я и обожал сам факт полета, но находиться долго в одной позе, даже в такой роскошной обстановке, мне было тяжеловато. Камилла, словно прекрасный призрак, периодически появлялась рядом с нами и шептала о всевозможных закусках, полноценном ужине, десертах, но мы, как по команде, лишь бормотали: «Спасибо, мы ничего не будем», и проваливались обратно в объятия Морфея.

Меня из лап сна вытащил только жизнерадостный голос капитана, звучащий из динамиков: «ГОСПОДА! Прошу всех пристегнуть ремни и привести спинки кресел в вертикальное, сидячее положение! Начинаем снижение! Это не просьба, это необходимость для вашего здоровья и безопасности».

Помня его предыдущую «посадку», которую я наблюдал со стороны на полупустом аэродроме, послушаться этого психа показалось отличной идеей. И, видимо, у парней были точно такие же мысли. Мы поспешно выполнили все указания, ожидая, что же сейчас будет. По-моему, Сашка даже начал молиться. Однако на этот раз все прошло на удивление гладко. Легкая тряска на посадке, мягкий толчок шасси — и мы катимся по полосе какого-то тропического аэродрома.

На выходе Камилла задержала меня у двери. Ее глаза снова заиграли тем самым сексуальным огоньком.

— Было приятно с вами лететь, господин Алексей, — сказала она и ловко, почти незаметно, вложила мне в руку плотную кремовую визитку. На ней был только номер телефона, отпечатанный элегантным шрифтом. — Наберите, когда захотите… Познакомиться поближе… У меня очень глубокая душа, жаль, вы пока этого не знаете…

Я улыбнулся ей самой лучезарной улыбкой, какая только нашлась, и сунул визитку в задний карман. Как только мы спустились по трапу на раскаленный бетон, я догнал Сашку, вложил визитку в его ладонь и сказал:

— Брат, если станет скучно или одиноко — позвони сюда. Там тебе помогут, отвечаю!

Он удивленно уставился на цифры, потом на меня, и спросил:

— А что это? Кто это?

— Набери, и узнаешь, — отрезал я, хлопнув друга по плечу. — Только, чур, без подробностей потом! Не хочу ничего знать про твою настолько личную жизнь!

Мы снова оказались на частном аэродроме, но разница была разительной. Питерский с его унынием и сыростью от, как мне тогда казалось, бесконечного дождя мгновенно испарился из памяти. Здесь воздух был другим, абсолютно. Плотным, горячим, влажным, с дурманящим запахом тропической зелени, моря и чего-то цветочного. Сделать первый вдох было все равно что глотнуть горячего бульона. Легкие слегка обожгло. Только потом до меня дошло: мы попали прямиком в самый разгар жаркого сезона. Солнце висело в зените. Ослепляющее.

У самолета нас уже ждал автомобиль — пятиместный матово-черный кроссовер с тонированными стеклами. С удовольствием покатался бы на таком в городе. Я сразу понял, куда хочу сесть — на переднее пассажирское. Парни же устроились сзади. В целом, всем было комфортно. За рулем сидел мужчина с типично азиатской внешностью: скуластое лицо, темные волосы, раскосые глаза. Он лишь молча кивнул, когда мы погрузились в салон.

— Это что, настоящий таец? — прошептал Сашка, с детским любопытством разглядывая затылок шофера.

— Да так и не разберешь, — так же тихо, но с легким снобизмом ответил Артемий. — Азиаты, они же все на одно лицо.

Мы тихо хихикнули, стараясь сдержать смех. И тут раздался спокойный, с легким акцентом, русский голос:

— Вообще-то я казах. Из Алма-Аты, но в любом случае добро пожаловать в Королевство Таиланд.

В салоне воцарилась гробовая тишина. Артемий побледнел так, будто его облили ледяной водой. Сашка сгорбился, пытаясь стать невидимым. Я почувствовал, как по щекам разливается краска стыда. Вот так, блин, «на одно лицо».

— Простите, — пробормотал я, глядя в лобовое стекло. — Неловко вышло.

— Бывает, — водитель лишь слегка пожал плечами, и в зеркале мелькнула его едва уловимая улыбка. — Расслабьтесь, господа.

Остаток пути мы ехали в совершенном молчании, поглощенные видами за окном. Архитектура была абсолютно иной, чуждой, но безумно интересной. Я был в Таиланде в той, прошлой жизни. Но этот мир вносил свои коррективы. Здесь не было уродливых бетонных коробок туристических гетто. Вместо них — изящные, устремленные в небо золотые шпили древних храмов, утопающих в зелени. Небольшие, аккуратные домики на сваях, увитые цветами. Люди в ярких свободных одеждах. Что-то необычное, настоящие национальные костюмы из легких тканей. Все выглядело ухоженным, гармоничным, пронизанным какой-то древней культурой.

«Мда, — подумал я, глядя на монаха, невозмутимо идущего вдоль дороги. — Знали бы они, во что превратилось это королевство в моем мире. И какие „трансформеры“ в мини-юбках теперь патрулируют их ночные улицы». Этот Таиланд, настоящий, гордый, немного загадочный, нравился мне несравненно больше, чем прошлое подобие из моего мира.

Мы проезжали мимо плавучих рынков, где лодки, груженые фруктами, образовывали пестрые живые острова. Мимо современных, но не вычурных административных зданий. Потом город кончился, сменившись зеленой стеной джунглей, и мы выехали на скоростное межгородское шоссе. Через полчаса водитель свернул на узкую, но идеально ровную дорогу, утопающую в буйной растительности. Еще минут десять — и перед нами как мираж возникла огромная вилла.

Не дом — целое поместье. Трехэтажное основное здание в стиле модернизированной традиционной тайской архитектуры: темное дерево, огромные панорамные окна, пологая крыша. Когда мы подъехали ближе, я разглядел на территории еще четыре более скромных, но тоже отнюдь не бедных строения. «Гостевые домики и жилье для персонала», — догадался я.

Мы подъехали к высокому, увитому цветущими лианами забору. Водитель коротко бибикнул, массивные деревянные ворота бесшумно распахнулись, впуская нас внутрь. Машина остановилась на круглой площадке перед главным входом.

— Приехали, — просто сказал водитель, заглушив двигатель.

Мы вылезли из прохладного салона снова в тропическую духоту. Вокруг, в тени пальм и каких-то невероятно пышных кустов, стояло несколько человек. Парочку из них я даже узнал. Охранники. Они были одеты в легкую темную униформу, глаза скрывали солнечные очки. Мужчины не двигались, но их позы, взгляды, невидимые за стеклами, ощущались физически — как снайперские прицелы. Они смотрели на нас без любопытства, без эмоций. Как волки на кусок мяса, который пока что принадлежит другому волку. Только дай им команду, и сразу же набросятся на нас.

— Здарова, мужики! — крикнул я, пытаясь разрядить обстановку своей привычной уличной манерой. По крайней мере мне показалось, что именно в этом стиле с ними стоит разговаривать.

В ответ — мертвая тишина. Ни один мускул не дрогнул на каменных лицах. Только один из них, повыше ростом, медленно повернул голову в мою сторону, и я почувствовал его ледяной взгляд даже через очки. Вот же, сука, роботы безэмоциональные.

И тут на горизонте, из тени кустарника у входа в виллу, появились двое. Он и она. Наши старые знакомые.

Тони Волков шел неспешной, уверенной походкой хозяина, которому некуда спешить. На нем были белоснежные джинсовые шорты, белая рубашка из тонкого хлопка, расстегнутая на пару пуговиц, и зеркальные авиаторские очки. Он выглядел не как князь в бегах из своей собственной страны, а как успешный продюсер, приехавший на отдых или съемки очередного фильма. Но больше меня удивило не это. Его спутница.

Рядом, в такт его шагу, шла Настя Ли. Да, та самая, девушка, которая и привела нас к Тони, а после привела пару раз меня к окончанию. Ну, вы поняли, о чем я. Она была в простом, но безупречно сидящем льняном платье песочного цвета, соломенной шляпе в руках. Длинные темные волосы были распущены по плечам. Я не слышал ни слухов, ни намеков на то, что они пара. Хотя что я вообще знал о личной жизни такого скрытного человека, как Тони Волков? Возможно, это был просто совместный отдых. А возможно, нечто большее. В целом, для меня это было не так важно, просто интересная деталь.

Они подошли к нам. Тони снял очки, и пронзительный, холодный взгляд скользнул по нам, оценивая.

— Приветствую, Алексей! — его голос был таким же, как в телефоне: гладким, уверенным, без повышения тона. — Как добрались? Не сильно Адам потрепал нервы? Новый пилот у меня в команде, но вроде свою работу хорошо делает. Как Камилла? Порадовала вас?

— Все отлично, Тони! — я широко улыбнулся, стараясь соответствовать его расслабленной энергии. — Рад тебя видеть. Камилла… Прекрасна….

— Вы… Познакомились с ней поближе? — в его вопросе был намек на то, что именно этого он ждал. Что я, как юнец, наброшусь на стюардессу. Но я уже научился контролировать гормоны.

— Достаточно для первого знакомства, — ответил я, поймав взгляд Тони. В его глазах мелькнула тень чего-то — может, уважения, а может, и удивления. В целом Тони был не тем человеком, эмоции которого можно было легко считать.

— Привет, Леша, — сказала Настя, и ее улыбка была искренней, теплой. Она казалась здесь своей для меня, что в целом не было странно.

— Здравствуй, Настя, — кивнул я. — Загар тебе идет. Выглядишь потрясающе.

— Благодарю, — она слегка покраснела и тут же перевела взгляд на Артемия, с которым у них, видимо, было больше общих аристократических тем. — Артемий, как поживаешь? Не скучаешь по московской суете?

Пока они обменивались светскими сплетнями, Тони посмотрел на меня и обвел рукой территорию.

— Ну, располагайтесь. Бар — там, около бассейна, бармен там же. Комнаты вам покажет горничная, — он кивнул на хрупкую девушку в традиционном тайском наряде, стоявшую у дверей виллы. — Чувствуйте себя как дома. Нам сейчас надо ненадолго уехать по делам. А вечером… Устроим ужин. И после уже пообщаемся по-настоящему! Договорились?

Вопрос, как и всегда, был риторическим.

— Как скажешь, Тони! — ответил я.

Он кивнул, снова надел очки, и они с Настей направились к тому же кроссоверу. Настя, проходя мимо, бросила нам еще одну улыбку. Мы же, под недремлющими взглядами охранников, пошли к основному зданию виллы.

Горничная — истинная тайка, миниатюрная, с нежными чертами лица и почтительной улыбкой — проводила нас по прохладным, затемненным коридорам на первый этаж. Как я понял, на третьем был личный пентхаус самого Волкова. Наши комнаты располагались рядом. Они были просторными, светлыми, с высокими потолками. В каждой — огромная кровать под пологом из москитной сетки, выход через стеклянную дверь в частный патио с шезлонгами и ванная комната с душем и глубокой купелью. Роскошь была ненавязчивой, функциональной, дышащей деньгами и вкусом. Ну естественно, тут же сам Князь жил.

Мы договорились переодеться и встретиться у бассейна. Я первым делом смыл с себя дорожную пыль и пот под прохладным душем, переоделся в сухие шорты и рубашку, и уже через полчаса вышел к воде.

Как ни странно, я не был первым. Меня обогнал Сашка. Он уже вовсю рассекал воду тридцатиметрового бирюзового бассейна, мощными гребками плавая одного бортика к другому. На краю бассейна стоял стакан с золотистым пивом, уже наполовину пустой. Мой братишка времени зря не терял, решив взять от жизни все, что плохо лежит. Меня радовала его позиция, он начал раскрываться, раньше бы Сашка поскромничал, а теперь — первый в кутеже.

Вскоре подошел и Артемий, выглядевший свежим и отдохнувшим. Я заказал у бармена виски со льдом. Артемий последовал моему примеру. Мы чокнулись, спустились по лестнице в прохладную, обжигающе-приятную воду и устроились на подводных лежаках так, чтобы вода доходила до груди.

— Что я хочу сказать вам, джентльмены, — начал Артемий, отпивая виски и глядя на бесконечно синее небо, — вряд ли он позвал нас сюда на банальные разборки. Наверное, можно расслабиться.

— Я об этом даже не думал, — честно сказал я, закрывая глаза от солнца. — Мы всегда работали четко, в срок. Предъявить нам нечего, думаю, тут что-то другое.

Артемий фыркнул, и звук этот был полон аристократического скепсиса.

— Ох, как же ты ошибаешься, Алексей. Это же князья. Они даже среди аристократов — особая, сильно выделяющаяся каста. Уж поверь мне, если такой человек захочет тебе что-то «предъявить», ему формальный повод не нужен. У него всегда найдется причина, туз в рукаве. Просто ты о них можешь не догадываться.

— Блин, Артемий, не нагоняй жути! — отмахнулся я. — Просто расслабься. Получай удовольствие. Вон, гляди на Сашку. Пацан вовсю развлекается и даже не думает про Волкова. Давай и мы побудем какое-то время «Сашками»?

Мы посмотрели на нашего друга, который, закончив заплыв, вылез из воды, отряхнулся как медведь, с удовольствием отхлебнул пива и с довольным видом плюхнулся на шезлонг.

— У него действительно правильный подход к жизни, — с легкой завистью констатировал Артемий.

Так мы и провели около часа — нежась в воде, потягивая виски, изредка перебрасываясь словами. Я даже успел слегка поднабраться на местном солнце, которое здесь жарило иначе, не по-питерски.

И тут мы услышали мягкий шум подъезжающего автомобиля. Ворота открылись, и на территорию въехал тот же черный кроссовер. Он остановился у дома. Первым вышел Тони Волков, все в том же белом аутфите. Затем, обойдя машину, помог выйти Насте. Они что-то негромко обсуждали, смеясь. Потом Тони заметил нас у бассейна и направился в нашу сторону.

— Вижу, вы уже освоились, — сказал он, останавливаясь на краю бассейна и снимая очки. Его взгляд скользнул по нашим стаканам, по безмятежным позам. — Это хорошо. Расслабленные умы лучше воспринимают серьезные разговоры. Через час жду вас всех на ужин. В столовой, на втором этаже. Будет вкусно! Обещаю!

Он подмигнул, развернулся и ушел обратно в дом, обняв за плечи Настю на ходу. Мы с парнями переглянулись и, как по команде, вылезли из воды. Пора было готовиться к событию, ради которого мы вообще сюда прилетели с другого конца земли.

Час спустя мы, приведенные в порядок и одетые в легкую, но опрятную одежду, поднялись по широкой деревянной лестнице на второй этаж. Столовая оказалась не комнатой, а целым павильоном на вервнде под открытым небом с легкой крышей из соломы. С трех сторон открывался потрясающий вид на ночные джунгли и на бесконечную темноту океана вдалеке. В центре стоял длинный стол из цельного куска тикового дерева, накрытый белоснежной скатертью. Посуда была тонкой фарфоровой, столовые приборы — тяжелыми, серебряными. Все как пологается в лучших домах Санкт-Петербурга.

Нас усадили. Появилась Настя, сменившая платье на вечернее, более элегантное. И наконец, вошел Тони Волков. Он был теперь в простых темных льняных брюках и шелковой рубашке с открытым воротом. Как всегда проявлялась уверенность, исходящая от каждого движения. Он занял место во главе стола.

— Ну что, господа, прошу, — сказал он, и это был сигнал.

Начался гастрономический марафон. Блюда сменяли одно другое, приносимые бесшумными слугами. И это была не европейская кухня, поданная для галочки. Это был настоящий тайский пир. Том-ям кунг — острый, кислый, ароматный суп с креветками и листьями лайма, от которого слегка слезились глаза. Сом там — невероятно острый салат из зеленой папайи, от одного укуса которого Сашка покраснел как рак и с диким взглядом потянулся за водой. Тони лишь усмехнулся: «Надо заедать клейким рисом, друг мой». Пад тай — обжаренная рисовая лапша с тофу, ростками бобов и арахисом, тающая во рту. Вот это блюд мне понравился особенно. Масса карри — красного, зеленого, желтого, с нежнейшим мясом и овощами. Свежайшие морепродукты, приготовленные на гриле с лемонграссом и чили. Каждое блюдо было взрывом новых, незнакомых, но божественно гармоничных вкусов. Мы ели почти молча, поглощенные этим кулинарным откровением. Даже Артемий, видавший изыски французской кухни, был впечатлен нашим сегодняшним столом.

Разговор за столом был легким, ни к чему не обязывающим. Говорили о Таиланде, о погоде, о полетах на самолетах. Настя оживленно расспрашивала Артемия о новостях из высшего света Петербурга. Тони был гостеприимным хозяином, всегда просил слуш подливать нам вина и рассказывая забавные случаи из своих путешествий. Казалось, мы и вправду просто гости на отдыхе.

Но я чувствовал. Чувствовал ту самую напряженную струну, натянутую под всей этой идиллией. И вот, когда десерт, сладкий рис с манго, от которого я вкуса которого я бы заплакал от счастья будь мне лет десять, был почти доеден, и в воздухе повисла довольная, тишина, Тони Волков положил свою салфетку на стол. Небрежным, но окончательным жестом показал слугам сворачивать сие явство.

Он посмотрел прямо на меня. Все остальные разговоры замерли.

— Алексей, — сказал он своим гладким голосом, не переводя взгляд с моих глаз — Выйдем поговорим? На свежий воздух. Тет-а-тет?

В столовой стало так тихо, что было слышно, как где-то в джунглях кричит цикада. Артемий и Сашка замерли. Настя смотрела в свою тарелку. Я отпил последний глоток воды.

— Конечно, Тони, — я отодвинул стул и встал. — С удовольствием, ведь именно для этого разговора я и прилетел сюда…